Выйдя из лавки, И Чэнь перевёл дух и невесело усмехнулся.
— Всё-таки пришлось купить пару флаконов... — буркнул он себе под нос.
«Пусть ингредиенты для пилюль завозят извне, но драть в четыре раза дороже... Нет, я должен во всём убедиться лично».
Юноша размышлял об этом с явной досадой. При нём имелся солидный запас духовных камней, но позволять себя обманывать он точно не собирался.
«Если найду лавку с более низкими ценами, вернусь и спущу шкуру с этого торгаша», — недовольно фыркнул парень и вновь зашагал по городу.
На этот раз он намеренно обходил стороной Павильон Фиолетовой пилюли, приглядываясь к другим аптекарским лавкам.
После разговоров с прохожими и пары километров пути путник наткнулся на ряд подобных заведений, но повсюду слышал одно и то же.
— 800?! С чего такая бешеная цена?! — в пятой по счёту лавке И Чэнь окончательно потерял терпение и взорвался. — Вы ведь точно так же завозите сырьё извне, как и Павильон Фиолетовой пилюли! Откуда взялась такая огромная разница?!
Приказчик виновато развёл руками: — С-сударь, поймите правильно! Все дело в расходах на перевозку. В отличие от Павильона, у нас нет доступа к пространственным телепортам, поэтому товары доставляют либо летающими артефактами, либо охраняемыми караванами. Это баснословно дорого, поэтому мы вынуждены просить такую цену.
— И всё же... Неужели при таких расценках у вас вообще что-то покупают? — нахмурился юноша.
В ответ на эти слова торговец невесело улыбнулся: — Чаще всего нет. Но когда в Павильоне заканчиваются запасы, наши продажи заметно растут.
Гнев юноши мгновенно угас, сменившись искренним сочувствием к незадачливому продавцу.
— Понимаю. Прошу прощения за свою вспыльчивость, — извинился И Чэнь и, указав на полку, добавил: — Заверните мне пять флаконов.
Лицо приказчика моментально озарилось радостью, и он тут же выставил на прилавок ещё четыре пузырька.
— Вот оплата, — путник отсчитал духовные камни, убрал снадобья в пространственный перстень и покинул лавку.
Пусть здесь и заломили высокую цену, для него это был способ загладить вину за недавнюю грубость.
— Премного благодарны за покупку! — торговец отвесил низкий поклон вслед уходящему гостю.
С тяжёлым сердцем юноша продолжил свой путь по улицам незнакомого города.
«Значит, Павильон просто опирается на готовую инфраструктуру гильдии...» — размышлял он, и от этой мысли раздражение постепенно отступило.
Гильдия бесплатно снабжала жителей продовольствием и питьевой водой, поддерживала городскую торговлю, тем более защитных куполах ци над поселениями, спасавших людей от частых извержений.
С учётом всех этих колоссальных затрат запрашиваемая цена за пилюли выглядела вполне обоснованной, а во многом даже скромной.
БУРК~.
— От долгих блужданий у меня разыгрался аппетит, а? — буркнул И Чэнь, оглядываясь в поисках съестного.
Вокруг виднелось немало уличных лотков с едой, ведь парень сам не заметил, как вышел к окраинам города.
У жаровен стояли пожилые торговцы, которые как раз начинали готовить нехитрые кушанья.
«О, тут и жареную кукурузу готовят?» — путник приметил пожилую женщину, раздувавшую тлеющие угли, и с разгоревшимся аппетитом направился к её палатке.
— Один початок, пожалуйста, — с улыбкой попросил он, подняв указательный палец.
— Сию минуту, господин! — приветливо отозвалась старушка и принялась запекать свежий початок на решётке.
Над жаровней потянулся густой дымок с аппетитным ароматом, и И Чэнь с удовольствием наблюдал, как зерна кукурузы подёргиваются золотистой корочкой.
«Хм?»
В этот миг внимание юноши привлекла стена возле палатки. Прямо на голой земле, прислонившись спиной к камням, сидел на корточках измождённый пожилой человек.
Но, вопреки болезненному виду, его взгляд казался живым и ясным: старик пристально смотрел перед собой, словно терпеливо ждал чего-то важного.
— Не обращайте внимания, сынок, — перехватив взгляд гостя, заговорила торговка. — Этот бедолага ведёт себя так с самого первого дня, как объявился в городе.
Каждое утро он собирает орехи, чтобы получить суточную пайку пилюль, а затем усаживается здесь до глубокой ночи, после чего уходит в неизвестном направлении.
Торговка сокрушённо покачала головой и принялась усердно раздувать тлеющие угли маленьким ручным веером.
— Похоже, этот полоумный открывает рот, только когда голоден... Настоящий упрямый чурбан, — ворчливо бросила она, нисколько не смущаясь присутствия соседа.
— Вот как... — юноша покосился на старика, ожидая, что тот разозлится на резкую брань, но сухощавое лицо бродяги не дрогнуло, словно чужие упрёки его ничуть не трогали.
«Что ж... Возможно, рассудок его действительно помутился», — подумал путник, вспомнив городских сумасшедших у вокзалов из прошлой жизни.
Отбросив лишние мысли, парень вновь обратил взор на шипящую кукурузу, которая была почти готова.
ХРУСЬ!
Старушка разрезала свежий лимон на деревянной дощечке и обильно натёрла им горячие зёрна.
Острый, яркий запах цитруса ударил в ноздри, а початок на жаровне сочно зашипел.
— Ваше угощение готово, господин. Кушайте на здоровье, — старушка с доброй улыбкой протянула ему горячий початок.
— Премного благодарен, — улыбнулся И Чэнь, принял горячее лакомство и тут же откусил изрядный кусок.
Насыщенный дымный привкус в сочетании с яркой кислинкой лимона заполнил все вкусовые рецепторы, заставив юношу в то же мгновение довольно причмокнуть губами.
«А ведь действительно превосходно!»
Он с удовольствием быстро съел кукурузу.
— Приготовьте ещё один, пожалуйста, и заверните с собой, съем попозже, — попросил парень, отчего улыбка старушки стала ещё шире.
Пока готовилась вторая порция, путник повернулся к дороге, рассматривая людской водоворот.
Но, оборачиваясь, он вдруг почувствовал на себе чей-то цепкий взгляд и невольно замер, оглядываясь по сторонам.
Бросив взгляд на нищего, который всё так же безучастно глядел перед собой, путник озадаченно подумал: «Почудилось?»
И Чэнь пребывал в замешательстве, но старик не шелохнулся ни на волосок, так что юноша счёл это случайным обманом чувств.
Отвернувшись от старика, юноша переключил внимание на улицу и стал разглядывать непрерывный поток проходящих мимо горожан.
Заметив большую толпу людей, вывернувшую из-за поворота, путник удивился: — О? Сколько же тут народу...
— А, это рабочие с цехов возвращаются, у них смена закончилась. С восьми утра на ногах без продыху стоят... Из сил выбились, бедные, — со вздохом пояснила торговка.
— Вот оно как... — понимающе кивнул И Чэнь, вновь обратив всё своё внимание на приближающуюся людскую вереницу.
В отдалении над крышами высилась массивная труба, устремлённая к небу. Из его жерла уже не валил чёрный дым, как днём ранее.
Взор парня скользнул по фигурам прохожих: их грубые одежды, лица и руки были густо покрыты сажей и тёмной пылью, отчего юноше стало любопытно, чем конкретно они заняты на этих фабриках.
— На этих мануфактурах ведь обрабатывают орехи Тарантула? Что именно с ними делают, раз все вокруг с головы до ног перепачканы золой? — поинтересовался путник у хозяйки жаровни.
— Давненько я там не работала, сынок, но каждую мелочь до этих пор помню.
Тяжкий, надрывный труд. Сначала раскалываешь толстую скорлупу, потом часами дробишь ядро молотом, затем прокаливаешь фиолетовый порошок и повторяешь всё заново.
Дробишь до тех пор, пока порошок не станет угольно-чёрным, и лишь потом фасуешь... До этих пор суставы на кистях ноют от тех молотов, хе-хе.
Старушка негромко усмехнулась, натирая долькой лимона подрумяненную кукурузу. Блюдо было почти готово.
— Не ты одна такая, старая Мэй, все мы через это прошли, — поддакнул дед у соседнего лотка, с хрустом потягиваясь. — В своё время мы сутками перед жаровнями с ци стояли, дробя орех за орехом, пока не добьёмся нужного порошка...
«Значит, самое настоящее фабричное производство...» — прикинул И Чэнь, слушая воспоминания стариков.
— Вот и ваша вторая порция, господин, упаковала в лучшем виде. — Торговка с тёплой улыбкой вручила ему горячий свёрток.

Комментарии

Загрузка...