Глава 32

Перевод: AsfielРедактура: Astarmina

Перевод: Asfiel

Редактура: Astarmina

Жаньжань не смела глубоко вздохнуть, пытаясь высвободиться из объятий учителя. Хотя красный цвет в его глазах исчез, он не ослабил хватку, всё ещё крепко держа её.Только когда Жаньжань недоуменно подняла голову, Су Ишуй медленно отпустил её, но их лица всё ещё были очень близко.Жаньжань могла лишь слегка повернуть голову и осторожно произнести:— Вы...Она хотела спросить, действительно ли это её учитель, но чувствовала странность такого вопроса, глядя прямо в его лицо, поэтому растянула звук, ожидая реакции.Су Ишуй тоже наклонил голову, глядя на неё, но ничего не говорил, пока не увидел, что его маленькая ученица, словно парализованная, даже не смела моргнуть. Тогда он неторопливо снял золотой талисман со лба и сказал:— Я Су Ишуй. Демоническая энергия в камне душ может имитировать человеческие голоса. Если услышишь какие-то звуки, ни в коем случае не верь им легко. Она лишь заимствует наиболее яркие голоса из твоих воспоминаний, но не может определить личность человека.Он говорил очень логично. Действительно, голоса, которые она слышала ранее, никогда не называли имён.Жаньжань всё ещё была настороже. Кто знает, не превратился ли этот демонический камень в духа, принявшего облик учителя, чтобы обмануть её!Она решила проверить учителя и тихо сказала:— Ты такой красивый...Су Ишуй всегда избегал разговоров о своей внешности и не любил, когда люди пристально смотрели на него. Такая проверка сразу выявит истину.Но, к её удивлению, Су Ишуй перед ней не проявил ни малейшего гнева, а лишь спокойно сказал:— Если хочешь смотреть, можешь делать это не спеша, когда выберемся отсюда. А сейчас держись рядом со мной.Жаньжань послушно кивнула, но как только Су Ишуй повернулся, она рванула в противоположном направлении.Демон! Хотя выглядит очень похоже! Но она своим острым зрением сразу обнаружила изъян!В этот раз её схватили за воротник, и Су Ишуй снова притянул её к себе:— Куда бежишь? Вход уже заблокирован, мы временно не можем выбраться.Жаньжань испуганно повернулась, глядя ему в глаза:— Ты не мой учитель...Су Ишуй с бесстрастным лицом подумал секунду и сразу понял, что она, должно быть, вспомнила строки из «Писания о развлечениях» о его неприязни к обсуждению его внешности, и поэтому решила, что он ненастоящий.Поэтому он сухо спросил:— Ты принесла сушёный лонган?Жаньжань кивнула и достала свой мешочек с закусками.Это был мешочек, который сшила для неё мать, разделённый на несколько отделений, позволяющий носить три-четыре разных вида закусок. В одном из отделений был сушёный лонган с морской солью, который она почти не ела.Она взяла его с собой раньше на случай экстренного тушения пожара. Но после слов второй тетушки решила, что носила его зря. Однако из-за недавних неожиданных событий она была слишком занята, чтобы есть закуски, и забыла выбросить его.Су Ишуй взял один плод, съел его, тщательно прожевал и проглотил, затем холодно сказал:— Теперь можешь идти со мной?Сложная история этого сушёного лонгана известна только ей, учителю и Му Цингэ. Внезапное действие Су Ишуя заставило Жаньжань вздохнуть с облегчением.Это действительно был её учитель... Но куда делись остальные?По объяснению Су Ишуя, когда он спустился, то попал в духовный источник, созданный демоническим камнем.Когда-то эта демоническая сущность обитала в духовном источнике мира Инь и умела управлять водой. Позже она освободилась, но была заключена в камень душ на долгие годы.Дождавшись, когда кто-то спустится, она немедленно с нетерпением установила ловушку.Су Ишуй ранее открыл потайную дверь тайного прохода, но на мгновение потерял бдительность и слегка поддался влиянию демонической сущности, а затем встретил здесь Жаньжань.Что касается остальных, очевидно, их заманили в тайный проход поддельными голосами.— Что она хочет сделать с ними? — обеспокоенно спросила Жаньжань у Су Ишуя.Тот подумал и сказал:— Демоническая сущность духовного источника скована камнем душ, она не может выбраться. Она может только соблазнять тех, кто хочет использовать её силу, чтобы они разбили камень душ, позволив ей полностью освободиться.Сказав это, он поднял факел и повёл Жаньжань в тайный проход. Демонический камень, казалось, очень опасался Су Ишуя — когда он вёл Жаньжань по тайному проходу, больше не было слышно его соблазнительных звуков.Однако проход становился всё более влажным, и в конце концов вода достигла лодыжек. Казалось, даже техника лёгкого тела Жаньжань не помогала, её шаги становились всё тяжелее, словно силы покидали её.В этот момент Су Ишуй присел и жестом предложил ей забраться ему на спину, чтобы он мог нести её дальше. Вода содержала демоническую сущность, и поскольку Жаньжань была ещё неопытна в культивации, длительное воздействие воды могло вызвать аномалии.Услышав слова учителя, она могла лишь подавить лёгкое смущение и забраться на его широкую спину.Учитель обычно носил длинные одежды и выглядел высоким и худым, но когда она обвила руками его шею, то случайно коснулась его крепких грудных мышц....Учитель выглядит изящным, но на самом деле очень силён... А она только что случайно поцеловала его в щёку...— Держись крепче, не упади! — внезапно сказал Су Ишуй, повернув голову.Он повернулся так неожиданно, что губы Жаньжань чуть не коснулись его лица снова. Если бы не то, что Су Ишуй крепко держал её, она могла бы упасть назад.Поэтому, не обращая внимания на покрасневшее лицо, она быстро обхватила шею учителя и крепко держалась на его спине.Несмотря на то, что он нёс человека, шаги Су Ишуя были быстрыми и лёгкими. Казалось, духовная вода, делавшая шаги тяжёлыми, не оказывала на него никакого воздействия.Неизвестно, что произошло, когда он спускался ранее, что на мгновение затуманило его разум.Вскоре они достигли конца тайного прохода. Войдя в потайную комнату, Су Ишуй помахал факелом и быстро обнаружил масляные желобы для освещения на стенах.Когда он зажёг их, Жаньжань не смогла сдержать тихий возглас. Оказалось, что дядюшка и тетушка,, а также старшие ученики сидели вокруг огромного камня в центре.Камень был покрыт инеем, и они прижимались к ледяному камню, используя свою истинную энергию и тепло тела, чтобы «высиживать» этот большой камень.Вторая тетушка, с более глубоким фундаментом, была в лучшем состоянии. Хотя она потеряла сознание, её тело автоматически реагировало, циркулируя истинную энергию и рассеивая холод.Но старшие ученики, с их более слабыми основами, были поражены холодом — их губы посинели и покрылись льдом. Под ними извивался поток воды, подобный ручью, который тёк в тайный проход.Очевидно, вода, по которой шёл учитель ранее, образовалась от таяния льда с камня. Если лёд на камне полностью растает, печать камня душ также будет полностью снята.Су Ишуй серьёзно сказал:— Встань сзади и установи защитный массив, чтобы защитить свой разум.Жаньжань немедленно сложила руки в жест, выбрала каменный табурет и села, чтобы поддержать учителя в установке защиты.После этого Су Ишуй взлетел, держа в руке несколько серебряных игл, используемых в медицине, и с помощью истинной энергии выстрелил ими в точки Тунтянь всех присутствующих.Когда серебряные иглы вошли в акупунктурные точки, Юй Тун первой пришла в сознание. Обнаружив своё положение, она попыталась отодвинуться, но обнаружила, что её тело словно приклеилось к камню, и она не могла двигаться.В это время Юй Чэнь и остальные тоже пришли в сознание. Гао Цан дрожал от холода и громко кричал. Но хуже всего было Цю Сиэр — из-за слабого здоровья она никак не могла прийти в себя.Демонический камень был очень силён, и Су Ишуй, казалось, тоже опасался его, не решаясь подойти слишком близко. Он вложил два пальца в рот и издал долгий свист.Вскоре из тайного прохода появилась группа шатающихся «людей» — это были соломенные чучела, которые они так усердно делали в последние дни. Оказалось, что эти соломенные чучела всё это время копали наверху, открыли отверстие и прыгнули вниз один за другим.Соломенные чучела, шатаясь, подошли, сформировали группы по три-пять и начали тянуть Юй Чэня и остальных, прилипших к камню.Хотя у этих соломенных чучел не было плоти и крови, благодаря духовным талисманам старого даоса они обладали огромной силой и быстро оторвали всех от ледяного камня.Однако их ладони, прилипшие к нему, были изодраны в кровь — очевидно, после того, как кожа примёрзла, соломенные чучела буквально оторвали их.В момент, когда их оторвали, Су Ишуй немедленно начал читать заклинание льда, снова замораживая почти растаявший камень душ. Вода из тайного прохода текла обратно, покрывая камень толстым слоем льда.В это время Жаньжань поднялась, чтобы поддержать Цю Сиэр, которую принесли соломенные чучела.— Дай ей одну пилюлю Цинсинь, — приказал Су Ишуй.Жаньжань быстро достала пилюлю, которую сама приготовила, раскрошила её и положила в рот Сиэр. Та медленно пришла в себя, дрожа от холода и бормоча в замешательстве:— Я снова скинула одеяло? Почему так холодно?Жаньжань не успела ответить старшей ученице, потому что из вновь запечатанного камня душ вдруг раздались гневные крики, словно говорили многие люди. То это был голос Су Ишуя, кричащий:— Выпустите меня! Я сделаю вас сильнее!То это был рёв Юй Чэня, а затем плач Цю Сиэр — звуки, от которых болели уши.Су Ишуй оставался невозмутимым, продолжая читать заклинание льда, направляя воду из тайного прохода обратно, чтобы ледяной слой постепенно утолщался.Но в этот момент текущая вода, словно обретя собственное сознание, изо всех сил вырвалась из-под контроля Су Ишуя, собралась в одном месте и приняла форму женщины.Постепенно на прозрачной поверхности в свете огня появились брови, глаза и цвет кожи. Перед всеми возникла прекрасная женщина, словно только что вышедшая из ванны, с которой капала вода.Жаньжань удивлённо расширила глаза, потому что узнала эту красавицу... Разве это не Му Цингэ?Нет, она была даже прекраснее и очаровательнее, чем Му Цингэ, недавно возродившаяся с дерева перерождения. Дело было не во внешности, а в живой духовности её глаз и бровей.Раньше она думала, что возродившаяся Му Цингэ должна быть похожа на портрет, но увидев эту красавицу, поняла, что Му Цингэ после возрождения... выглядела не так хорошо, как раньше.А женщина, появившаяся сейчас перед всеми, была на девять десятых похожа на красавицу в красном, едущую на тигре, с портрета в павильоне Линси.Красавица с влажным взглядом, в полураспахнутой одежде, легко кусала красные губы белыми зубами и тихо сказала:— Какое у тебя жестокое сердце, неужели ты продолжишь держать меня в заточении? Выпусти меня, я выполню любое твоё желание...Су Ишуй, глядя на удивительно похожую Му Цингэ перед собой, внезапно застыл, позволяя ей медленно приближаться.Жаньжань, несмотря на восхищение, сохраняла ясность ума. Видя, как «она» приближается, она громко предупредила:— Учитель, осторожно!Но её беспокойство было излишним. В тот момент, когда она открыла рот, Су Ишуй уже действовал — он использовал факел как меч и пронзил грудь красавицы.Когда факел пронзил её, красавица широко раскрыла глаза, с недоверием глядя в глаза Су Ишуя.В его прекрасных глазах не было ни борьбы, ни сожаления, только неприкрытое отвращение...— Как это возможно? Ведь в твоём сердце явно...Су Ишуй не дал «ей» договорить, активировал духовную силу, и сформировавшаяся духовная вода рассыпалась, больше не напоминая человека.Видя, что учитель не поддался соблазну, Жаньжань с облегчением вздохнула. Но она не могла не задаться вопросом: когда учитель вёл три великие школы на уничтожение Му Цингэ, был ли он таким же, как сейчас, — без колебаний пронзая ее сердце?Ей было интересно, что хотела сказать эта демоническая сущность, способная очаровывать сердца. Потому что она всегда чувствовала, что чувства учителя к Му Цингэ были неясными — между любовью и ненавистью.Но путь совершенствования и постижения бессмертия требует умения отпускать, отсекать мирские чувства мечом, чтобы достичь полного просветления.Поэтому когда Су Ишуй ради постижения бессмертия одним ударом убил своего учителя, поддавшегося демонизму, это было понятно...В этот критический момент Жаньжань ненадолго отвлеклась, а когда пришла в себя, тихо вздохнула, но тут же увидела, что холодные глаза учителя уставились на неё — этот взгляд... был подобен удару ледяным шилом.Жаньжань слегка съёжилась, опасаясь, что учитель, увлёкшись идеей постижения бессмертия через убийство, обратит внимание на такую слабую, как она, и решит продолжить свой путь, убив ученицу.После того, как духовная вода была рассеяна, она снова потекла обратно на ледяной камень, образуя толстый слой льда. Температура во всей тайной комнате резко упала.После того, как камень душ был полностью запечатан, Су Ишуй подошёл к камню, а остальные последовали за ним, осторожно разглядывая демонический камень.Очевидно, изменения в камне не были вызваны их входом в пещеру, потому что на нем уже появилось много трещин, и казалось, что от малейшего прикосновения он может расколоться, из-за чего духовная вода постоянно сочилась.Теперь Су Ишуй заморозил духовную воду, снова запечатав камень душ, но как только лёд растает, эта вещь снова станет неконтролируемой...Бай Бошань, всё ещё испуганный, тихо спросил старшего ученика:— Что ты видел, когда был под контролем этой демонической сущности?В глазах Гао Цана стояли слёзы:— Я видел, как моя покойная мать обнимала меня и напевала под персиковым деревом у нашего дома... Раньше, когда я слышал её пение, я быстро засыпал, поэтому я никак не мог открыть глаза... А ты?Бай Бошань вытер холодный пот с задней части шеи и с трепетом сказал:— Я... видел себя великим мастером культивации, три великие школы преклонялись и поклонялись мне...Когда спросили Цю Сиэр, она покраснела и промолчала, но тайком взглянула на учителя. Жаньжань, зная её чувства, подумала, что она, возможно, делала что-то неуважительное к учителю в своём видении, и тактично не стала спрашивать.Но услышав их рассказы, она поняла, что эта демоническая сущность действительно хорошо понимала человеческие сердца и усиливала их самые глубокие желания, заставляя людей погружаться в них безвозвратно.К сожалению, учитель был слишком силён, и камню душ не удалось очаровать его, что привело к провалу.В этот момент Жаньжань внезапно заметила надписи на каменной стене тайной комнаты, и Су Ишуй как раз поднимал факел, чтобы их рассмотреть.Несколько соучеников пытались сесть в медитацию, чтобы восстановить силы. Жаньжань подошла посмотреть на стену.Надписи, вырезанные там, должно быть, тоже были сделаны Му Цингэ. Почерк соответствовал её характеру — стремительный и свободный.«Мой послушный ученик Су, если ты читаешь это, значит, ты, должно быть, уже отпустил свою обиду на меня. Если это так, то хорошо. Верю, что ты сможешь контролировать духовный источник и вернуть его в мир Инь. Эта сущность слишком долго находилась среди мирской пыли, впитав достаточно человеческой жадности и злобы. Боюсь, если отложить это, её демоническая природа только укрепится... За водопадом в западной горной долине есть пещера с идеальной температурой круглый год, внутри стоит кувшин вина, способного обмануть небесных бессмертных. Боюсь, я не успею его выпить. Когда ты найдёшь его, оно уже должно созреть. Хотя старик Цзю знает метод, как состарить вино на десять лет за один день, но разве можно создать настоящее хорошее вино за день? Только течение лет делает его прекрасным. Когда закончишь здесь, если сможешь выпить это вино за меня, то не напрасно оно ждало все эти годы...»По рассказу Цинь Сюаньцзю, Му Цингэ скрыла здесь духовный источник незадолго до того, как подверглась нападению на горе Цзюэ, и в итоге её душа рассеялась.Так что эти слова можно считать последним желанием Му Цингэ из её прошлой жизни.Помимо поручения вернуть духовный источник, больше всего Му Цингэ беспокоилась о кувшине прекрасного вина, спрятанном в пещере за горой. Как могла такая свободная и беззаботная личность злонамеренно выпустить демоническое дитя, желая навредить трём мирам?В этот момент она украдкой взглянула на стоящего рядом учителя и испугалась. Потому что выражение лица обычно холодного учителя было подобно треснувшей ледяной реке, его глаза излучали невыразимую печаль и гнев...Он внезапно применил свою силу и стёр надписи на стене, затем медленно повернулся к Жаньжань, уставившись на неё так, словно в следующий момент готов был разорвать её на части.Жаньжань подумала, что ему не нравится, что она подсматривает послание Му Цингэ, и поспешила благоразумно отступить, но Су Ишуй схватил её за запястье, не позволяя уйти.— До какой степени бессердечным должен быть человек, чтобы, зная о неминуемой смерти, думать... только о кувшине вина? — внезапно спросил он.Жаньжань тайком взглянула на камень душ и, убедившись, что нет никаких аномалий, решила, что учитель не одержим демонической сущностью, поэтому серьёзно ответила на вопрос:— Хм... хотя вино «Обман Небесных Бессмертных» становится лучше с годами, но лучше всего оно через двадцать лет. Учитель, не забудь выпить его, когда вернёшься. Я приготовлю тебе говядину с зелёным луком и солёный перечный арахис к вину, хорошо?У этого вина сильное послевкусие, сладость и острота перекатываются в горле, лучше всего его сочетать с нежной говядиной и арахисом!К сожалению, серьёзный ответ ученицы только усилил гнев в глазах Су Ишуя, и его хватка на её запястье стала ещё сильнее.Жаньжань внезапно осознала, что зашла слишком далеко в своих мыслях о еде. Она быстро прочистила горло и осторожно сказала:— Я вижу, что наставница Му тоже заботится о вас, учитель. Хорошее вино — прежде всего для вас... Конечно, подвергать вас опасности, сопровождая духовный источник, не совсем правильно. Если это слишком опасно, учитель, вы не должны идти... Ученица не вынесет, если вы рискнёте...Чистый, нежный голос девушки наконец успокоил вздувшиеся вены на висках Су Ишуя.Он мрачно смотрел на Жаньжань, пока Цю Сиэр не закончила медитацию и не позвала её. Только тогда он глубоко вздохнул и медленно отпустил руку.Жаньжань быстро отступила на несколько шагов, скользнув к медитировавшим старшим ученикам, оставив учителя в одиночестве смотреть на стену.Остальные тоже закончили восстанавливать силы и могли выбираться из пещеры. Но произошедшее было слишком пугающим, и все наперебой спрашивали Су Ишуя, что это было.Тот кратко объяснил, что этот камень запечатывал злого духа, чья духовная сила давно просачивалась наружу. Она соблазнила деревенскую женщину со слабой волей, заставив её нарисовать проклятие на собственной шее, а затем использовала её, превратившуюся в водного демона, чтобы убить солдат и заманить Цинь Сюаньцзю.Услышав это, Жаньжань тоже поняла. В конце концов, Смотровая башня охранялась, и простая деревенская женщина Юээ не могла справиться с этим. Если бы Цинь Сюаньцзю был под контролем, он мог бы приказать людям раскопать тайный проход и освободить духовный источник.К счастью, тому повезло — из-за холодного течения и льда он избежал опасности. Что касается обвинений против него, можно сказать, что генерал Цинь не умел ладить с людьми и, вероятно, нажил врагов при дворе.Теперь камень душ не мог больше сдерживать духовную силу, и необходимо было перенести духовный источник в специальный нефритовый сосуд с талисманами, сделанный старым даосом. Однако демоническая природа духовного источника была сильна, и хотя его сила ослабла после долгого заточения, вспоминая недавние события, он всё ещё представлял значительную опасность.— Вы идите наверх первыми, — приказал им Су Ишуй.Поэтому дядюшка и тетушка повели остальных наверх. Но Жаньжань не двинулась с места.— Учитель, позвольте мне остаться с вами! — сказала она, поднимая золотой талисман.Если учитель снова потеряет ясность ума, она сможет наклеить талисман ему на лоб.Но по какой-то причине Су Ишуй твёрдо сказал, что это не нужно, с ним ничего не случится. Возможно, то, как решительно он разрубил иллюзию Му Цингэ, означало, что он преодолел демонов в своём сердце?Поэтому Жаньжань тоже поднялась по верёвочной лестнице, затем пошла к повозке, взяла лекарственный порошок и белую ткань из аптечки и начала лечить окровавленные ладони остальных.Быстрее, чем ожидалось, Су Ишуй тоже поднялся.Жаньжань заметила, что нефритовый сосуд с талисманами, подаренный старцем Цзю, был привязан золотой верёвкой и висел на шее учителя. Только теперь он был не из белого нефрита, а кроваво-красного цвета, и, казалось, внутрь что-то поместили.Казалось, Су Ишуй бросил на неё взгляд, затем засунул сосуд под воротник, и больше его не было видно.Учитель, должно быть, снова запечатал духовный источник в сосуде с талисманами. Но если подумать, такой важный духовный источник из мира Инь, вероятно, нигде не будет в большей безопасности, чем при себе.Однако тайну этого сосуда знали только Су Ишуй и Жаньжань. Когда они поднимались на гору Цуйвэй, в конце концов только они двое встретили старца Цзю.Поэтому, кроме дядюшки и тетушки, остальные ученики знали только, что они искали что-то злое, что сбивало с толку разум людей, но не знали, что в гигантском камне был запечатан духовный источник из мира Инь, которого так жаждут культиваторы, и тем более не знали, что Су Ишуй перенёс духовный источник в нефритовый сосуд на своей шее.Жаньжань понимала, но не говорила. Если учитель не хотел сообщать об этом другим ученикам, у него, несомненно, были на то причины. Однако теперь возник вопрос, как скрыть выкопанную большую яму.Другие старшие ученики не поднимались на гору Цуйвэй и не знали, почему Цинь Сюаньцзю многие годы охранял это место, поэтому не знали тайны духовного источника из мира Инь. Они думали, что здесь просто появилось что-то злое, и демонический камень всё ещё находился в пещере. Поэтому Бай Бошань обеспокоенно спросил учителя:— Если мы оставим это место открытым, и кто-то войдёт, что тогда?

Жаньжань не смела глубоко вздохнуть, пытаясь высвободиться из объятий учителя. Хотя красный цвет в его глазах исчез, он не ослабил хватку, всё ещё крепко держа её.

Только когда Жаньжань недоуменно подняла голову, Су Ишуй медленно отпустил её, но их лица всё ещё были очень близко.

Жаньжань могла лишь слегка повернуть голову и осторожно произнести:

— Вы...

Она хотела спросить, действительно ли это её учитель, но чувствовала странность такого вопроса, глядя прямо в его лицо, поэтому растянула звук, ожидая реакции.

Су Ишуй тоже наклонил голову, глядя на неё, но ничего не говорил, пока не увидел, что его маленькая ученица, словно парализованная, даже не смела моргнуть. Тогда он неторопливо снял золотой талисман со лба и сказал:

— Я Су Ишуй. Демоническая энергия в камне душ может имитировать человеческие голоса. Если услышишь какие-то звуки, ни в коем случае не верь им легко. Она лишь заимствует наиболее яркие голоса из твоих воспоминаний, но не может определить личность человека.

Он говорил очень логично. Действительно, голоса, которые она слышала ранее, никогда не называли имён.

Жаньжань всё ещё была настороже. Кто знает, не превратился ли этот демонический камень в духа, принявшего облик учителя, чтобы обмануть её!

Она решила проверить учителя и тихо сказала:

— Ты такой красивый...

Су Ишуй всегда избегал разговоров о своей внешности и не любил, когда люди пристально смотрели на него. Такая проверка сразу выявит истину.

Но, к её удивлению, Су Ишуй перед ней не проявил ни малейшего гнева, а лишь спокойно сказал:

— Если хочешь смотреть, можешь делать это не спеша, когда выберемся отсюда. А сейчас держись рядом со мной.

Жаньжань послушно кивнула, но как только Су Ишуй повернулся, она рванула в противоположном направлении.

Демон! Хотя выглядит очень похоже! Но она своим острым зрением сразу обнаружила изъян!

В этот раз её схватили за воротник, и Су Ишуй снова притянул её к себе:

— Куда бежишь? Вход уже заблокирован, мы временно не можем выбраться.

Жаньжань испуганно повернулась, глядя ему в глаза:

— Ты не мой учитель...

Су Ишуй с бесстрастным лицом подумал секунду и сразу понял, что она, должно быть, вспомнила строки из «Писания о развлечениях» о его неприязни к обсуждению его внешности, и поэтому решила, что он ненастоящий.

Поэтому он сухо спросил:

— Ты принесла сушёный лонган?

Жаньжань кивнула и достала свой мешочек с закусками.

Это был мешочек, который сшила для неё мать, разделённый на несколько отделений, позволяющий носить три-четыре разных вида закусок. В одном из отделений был сушёный лонган с морской солью, который она почти не ела.

Она взяла его с собой раньше на случай экстренного тушения пожара. Но после слов второй тетушки решила, что носила его зря. Однако из-за недавних неожиданных событий она была слишком занята, чтобы есть закуски, и забыла выбросить его.

Су Ишуй взял один плод, съел его, тщательно прожевал и проглотил, затем холодно сказал:

— Теперь можешь идти со мной?

Сложная история этого сушёного лонгана известна только ей, учителю и Му Цингэ. Внезапное действие Су Ишуя заставило Жаньжань вздохнуть с облегчением.

Это действительно был её учитель... Но куда делись остальные?

По объяснению Су Ишуя, когда он спустился, то попал в духовный источник, созданный демоническим камнем.

Когда-то эта демоническая сущность обитала в духовном источнике мира Инь и умела управлять водой. Позже она освободилась, но была заключена в камень душ на долгие годы.

Дождавшись, когда кто-то спустится, она немедленно с нетерпением установила ловушку.

Су Ишуй ранее открыл потайную дверь тайного прохода, но на мгновение потерял бдительность и слегка поддался влиянию демонической сущности, а затем встретил здесь Жаньжань.

Что касается остальных, очевидно, их заманили в тайный проход поддельными голосами.

— Что она хочет сделать с ними? — обеспокоенно спросила Жаньжань у Су Ишуя.

Тот подумал и сказал:

— Демоническая сущность духовного источника скована камнем душ, она не может выбраться. Она может только соблазнять тех, кто хочет использовать её силу, чтобы они разбили камень душ, позволив ей полностью освободиться.

Сказав это, он поднял факел и повёл Жаньжань в тайный проход. Демонический камень, казалось, очень опасался Су Ишуя — когда он вёл Жаньжань по тайному проходу, больше не было слышно его соблазнительных звуков.

Однако проход становился всё более влажным, и в конце концов вода достигла лодыжек. Казалось, даже техника лёгкого тела Жаньжань не помогала, её шаги становились всё тяжелее, словно силы покидали её.

В этот момент Су Ишуй присел и жестом предложил ей забраться ему на спину, чтобы он мог нести её дальше. Вода содержала демоническую сущность, и поскольку Жаньжань была ещё неопытна в культивации, длительное воздействие воды могло вызвать аномалии.

Услышав слова учителя, она могла лишь подавить лёгкое смущение и забраться на его широкую спину.

Учитель обычно носил длинные одежды и выглядел высоким и худым, но когда она обвила руками его шею, то случайно коснулась его крепких грудных мышц.

...Учитель выглядит изящным, но на самом деле очень силён... А она только что случайно поцеловала его в щёку...

— Держись крепче, не упади! — внезапно сказал Су Ишуй, повернув голову.

Он повернулся так неожиданно, что губы Жаньжань чуть не коснулись его лица снова. Если бы не то, что Су Ишуй крепко держал её, она могла бы упасть назад.

Поэтому, не обращая внимания на покрасневшее лицо, она быстро обхватила шею учителя и крепко держалась на его спине.

Несмотря на то, что он нёс человека, шаги Су Ишуя были быстрыми и лёгкими. Казалось, духовная вода, делавшая шаги тяжёлыми, не оказывала на него никакого воздействия.

Неизвестно, что произошло, когда он спускался ранее, что на мгновение затуманило его разум.

Вскоре они достигли конца тайного прохода. Войдя в потайную комнату, Су Ишуй помахал факелом и быстро обнаружил масляные желобы для освещения на стенах.

Когда он зажёг их, Жаньжань не смогла сдержать тихий возглас. Оказалось, что дядюшка и тетушка,, а также старшие ученики сидели вокруг огромного камня в центре.

Камень был покрыт инеем, и они прижимались к ледяному камню, используя свою истинную энергию и тепло тела, чтобы «высиживать» этот большой камень.

Вторая тетушка, с более глубоким фундаментом, была в лучшем состоянии. Хотя она потеряла сознание, её тело автоматически реагировало, циркулируя истинную энергию и рассеивая холод.

Но старшие ученики, с их более слабыми основами, были поражены холодом — их губы посинели и покрылись льдом. Под ними извивался поток воды, подобный ручью, который тёк в тайный проход.

Очевидно, вода, по которой шёл учитель ранее, образовалась от таяния льда с камня. Если лёд на камне полностью растает, печать камня душ также будет полностью снята.

Су Ишуй серьёзно сказал:

— Встань сзади и установи защитный массив, чтобы защитить свой разум.

Жаньжань немедленно сложила руки в жест, выбрала каменный табурет и села, чтобы поддержать учителя в установке защиты.

После этого Су Ишуй взлетел, держа в руке несколько серебряных игл, используемых в медицине, и с помощью истинной энергии выстрелил ими в точки Тунтянь всех присутствующих.

Когда серебряные иглы вошли в акупунктурные точки, Юй Тун первой пришла в сознание. Обнаружив своё положение, она попыталась отодвинуться, но обнаружила, что её тело словно приклеилось к камню, и она не могла двигаться.

В это время Юй Чэнь и остальные тоже пришли в сознание. Гао Цан дрожал от холода и громко кричал. Но хуже всего было Цю Сиэр — из-за слабого здоровья она никак не могла прийти в себя.

Демонический камень был очень силён, и Су Ишуй, казалось, тоже опасался его, не решаясь подойти слишком близко. Он вложил два пальца в рот и издал долгий свист.

Вскоре из тайного прохода появилась группа шатающихся «людей» — это были соломенные чучела, которые они так усердно делали в последние дни. Оказалось, что эти соломенные чучела всё это время копали наверху, открыли отверстие и прыгнули вниз один за другим.

Соломенные чучела, шатаясь, подошли, сформировали группы по три-пять и начали тянуть Юй Чэня и остальных, прилипших к камню.

Хотя у этих соломенных чучел не было плоти и крови, благодаря духовным талисманам старого даоса они обладали огромной силой и быстро оторвали всех от ледяного камня.

Однако их ладони, прилипшие к нему, были изодраны в кровь — очевидно, после того, как кожа примёрзла, соломенные чучела буквально оторвали их.

В момент, когда их оторвали, Су Ишуй немедленно начал читать заклинание льда, снова замораживая почти растаявший камень душ. Вода из тайного прохода текла обратно, покрывая камень толстым слоем льда.

В это время Жаньжань поднялась, чтобы поддержать Цю Сиэр, которую принесли соломенные чучела.

— Дай ей одну пилюлю Цинсинь, — приказал Су Ишуй.

Жаньжань быстро достала пилюлю, которую сама приготовила, раскрошила её и положила в рот Сиэр. Та медленно пришла в себя, дрожа от холода и бормоча в замешательстве:

— Я снова скинула одеяло? Почему так холодно?

Жаньжань не успела ответить старшей ученице, потому что из вновь запечатанного камня душ вдруг раздались гневные крики, словно говорили многие люди. То это был голос Су Ишуя, кричащий:

— Выпустите меня! Я сделаю вас сильнее!

То это был рёв Юй Чэня, а затем плач Цю Сиэр — звуки, от которых болели уши.

Су Ишуй оставался невозмутимым, продолжая читать заклинание льда, направляя воду из тайного прохода обратно, чтобы ледяной слой постепенно утолщался.

Но в этот момент текущая вода, словно обретя собственное сознание, изо всех сил вырвалась из-под контроля Су Ишуя, собралась в одном месте и приняла форму женщины.

Постепенно на прозрачной поверхности в свете огня появились брови, глаза и цвет кожи. Перед всеми возникла прекрасная женщина, словно только что вышедшая из ванны, с которой капала вода.

Жаньжань удивлённо расширила глаза, потому что узнала эту красавицу... Разве это не Му Цингэ?

Нет, она была даже прекраснее и очаровательнее, чем Му Цингэ, недавно возродившаяся с дерева перерождения. Дело было не во внешности, а в живой духовности её глаз и бровей.

Раньше она думала, что возродившаяся Му Цингэ должна быть похожа на портрет, но увидев эту красавицу, поняла, что Му Цингэ после возрождения... выглядела не так хорошо, как раньше.

А женщина, появившаяся сейчас перед всеми, была на девять десятых похожа на красавицу в красном, едущую на тигре, с портрета в павильоне Линси.

Красавица с влажным взглядом, в полураспахнутой одежде, легко кусала красные губы белыми зубами и тихо сказала:

— Какое у тебя жестокое сердце, неужели ты продолжишь держать меня в заточении? Выпусти меня, я выполню любое твоё желание...

Су Ишуй, глядя на удивительно похожую Му Цингэ перед собой, внезапно застыл, позволяя ей медленно приближаться.

Жаньжань, несмотря на восхищение, сохраняла ясность ума. Видя, как «она» приближается, она громко предупредила:

— Учитель, осторожно!

Но её беспокойство было излишним. В тот момент, когда она открыла рот, Су Ишуй уже действовал — он использовал факел как меч и пронзил грудь красавицы.

Когда факел пронзил её, красавица широко раскрыла глаза, с недоверием глядя в глаза Су Ишуя.

В его прекрасных глазах не было ни борьбы, ни сожаления, только неприкрытое отвращение...

— Как это возможно? Ведь в твоём сердце явно...

Су Ишуй не дал «ей» договорить, активировал духовную силу, и сформировавшаяся духовная вода рассыпалась, больше не напоминая человека.

Видя, что учитель не поддался соблазну, Жаньжань с облегчением вздохнула. Но она не могла не задаться вопросом: когда учитель вёл три великие школы на уничтожение Му Цингэ, был ли он таким же, как сейчас, — без колебаний пронзая ее сердце?

Ей было интересно, что хотела сказать эта демоническая сущность, способная очаровывать сердца. Потому что она всегда чувствовала, что чувства учителя к Му Цингэ были неясными — между любовью и ненавистью.

Но путь совершенствования и постижения бессмертия требует умения отпускать, отсекать мирские чувства мечом, чтобы достичь полного просветления.

Поэтому когда Су Ишуй ради постижения бессмертия одним ударом убил своего учителя, поддавшегося демонизму, это было понятно...

В этот критический момент Жаньжань ненадолго отвлеклась, а когда пришла в себя, тихо вздохнула, но тут же увидела, что холодные глаза учителя уставились на неё — этот взгляд... был подобен удару ледяным шилом.

Жаньжань слегка съёжилась, опасаясь, что учитель, увлёкшись идеей постижения бессмертия через убийство, обратит внимание на такую слабую, как она, и решит продолжить свой путь, убив ученицу.

После того, как духовная вода была рассеяна, она снова потекла обратно на ледяной камень, образуя толстый слой льда. Температура во всей тайной комнате резко упала.

После того, как камень душ был полностью запечатан, Су Ишуй подошёл к камню, а остальные последовали за ним, осторожно разглядывая демонический камень.

Очевидно, изменения в камне не были вызваны их входом в пещеру, потому что на нем уже появилось много трещин, и казалось, что от малейшего прикосновения он может расколоться, из-за чего духовная вода постоянно сочилась.

Теперь Су Ишуй заморозил духовную воду, снова запечатав камень душ, но как только лёд растает, эта вещь снова станет неконтролируемой...

Бай Бошань, всё ещё испуганный, тихо спросил старшего ученика:

— Что ты видел, когда был под контролем этой демонической сущности?

В глазах Гао Цана стояли слёзы:

— Я видел, как моя покойная мать обнимала меня и напевала под персиковым деревом у нашего дома... Раньше, когда я слышал её пение, я быстро засыпал, поэтому я никак не мог открыть глаза... А ты?

Бай Бошань вытер холодный пот с задней части шеи и с трепетом сказал:

— Я... видел себя великим мастером культивации, три великие школы преклонялись и поклонялись мне...

Когда спросили Цю Сиэр, она покраснела и промолчала, но тайком взглянула на учителя. Жаньжань, зная её чувства, подумала, что она, возможно, делала что-то неуважительное к учителю в своём видении, и тактично не стала спрашивать.

Но услышав их рассказы, она поняла, что эта демоническая сущность действительно хорошо понимала человеческие сердца и усиливала их самые глубокие желания, заставляя людей погружаться в них безвозвратно.

К сожалению, учитель был слишком силён, и камню душ не удалось очаровать его, что привело к провалу.

В этот момент Жаньжань внезапно заметила надписи на каменной стене тайной комнаты, и Су Ишуй как раз поднимал факел, чтобы их рассмотреть.

Несколько соучеников пытались сесть в медитацию, чтобы восстановить силы. Жаньжань подошла посмотреть на стену.

Надписи, вырезанные там, должно быть, тоже были сделаны Му Цингэ. Почерк соответствовал её характеру — стремительный и свободный.

«Мой послушный ученик Су, если ты читаешь это, значит, ты, должно быть, уже отпустил свою обиду на меня. Если это так, то хорошо. Верю, что ты сможешь контролировать духовный источник и вернуть его в мир Инь. Эта сущность слишком долго находилась среди мирской пыли, впитав достаточно человеческой жадности и злобы. Боюсь, если отложить это, её демоническая природа только укрепится... За водопадом в западной горной долине есть пещера с идеальной температурой круглый год, внутри стоит кувшин вина, способного обмануть небесных бессмертных. Боюсь, я не успею его выпить. Когда ты найдёшь его, оно уже должно созреть. Хотя старик Цзю знает метод, как состарить вино на десять лет за один день, но разве можно создать настоящее хорошее вино за день? Только течение лет делает его прекрасным. Когда закончишь здесь, если сможешь выпить это вино за меня, то не напрасно оно ждало все эти годы...»

По рассказу Цинь Сюаньцзю, Му Цингэ скрыла здесь духовный источник незадолго до того, как подверглась нападению на горе Цзюэ, и в итоге её душа рассеялась.

Так что эти слова можно считать последним желанием Му Цингэ из её прошлой жизни.

Помимо поручения вернуть духовный источник, больше всего Му Цингэ беспокоилась о кувшине прекрасного вина, спрятанном в пещере за горой. Как могла такая свободная и беззаботная личность злонамеренно выпустить демоническое дитя, желая навредить трём мирам?

В этот момент она украдкой взглянула на стоящего рядом учителя и испугалась. Потому что выражение лица обычно холодного учителя было подобно треснувшей ледяной реке, его глаза излучали невыразимую печаль и гнев...

Он внезапно применил свою силу и стёр надписи на стене, затем медленно повернулся к Жаньжань, уставившись на неё так, словно в следующий момент готов был разорвать её на части.

Жаньжань подумала, что ему не нравится, что она подсматривает послание Му Цингэ, и поспешила благоразумно отступить, но Су Ишуй схватил её за запястье, не позволяя уйти.

— До какой степени бессердечным должен быть человек, чтобы, зная о неминуемой смерти, думать... только о кувшине вина? — внезапно спросил он.

Жаньжань тайком взглянула на камень душ и, убедившись, что нет никаких аномалий, решила, что учитель не одержим демонической сущностью, поэтому серьёзно ответила на вопрос:

— Хм... хотя вино «Обман Небесных Бессмертных» становится лучше с годами, но лучше всего оно через двадцать лет. Учитель, не забудь выпить его, когда вернёшься. Я приготовлю тебе говядину с зелёным луком и солёный перечный арахис к вину, хорошо?

У этого вина сильное послевкусие, сладость и острота перекатываются в горле, лучше всего его сочетать с нежной говядиной и арахисом!

К сожалению, серьёзный ответ ученицы только усилил гнев в глазах Су Ишуя, и его хватка на её запястье стала ещё сильнее.

Жаньжань внезапно осознала, что зашла слишком далеко в своих мыслях о еде. Она быстро прочистила горло и осторожно сказала:

— Я вижу, что наставница Му тоже заботится о вас, учитель. Хорошее вино — прежде всего для вас... Конечно, подвергать вас опасности, сопровождая духовный источник, не совсем правильно. Если это слишком опасно, учитель, вы не должны идти... Ученица не вынесет, если вы рискнёте...

Чистый, нежный голос девушки наконец успокоил вздувшиеся вены на висках Су Ишуя.

Он мрачно смотрел на Жаньжань, пока Цю Сиэр не закончила медитацию и не позвала её. Только тогда он глубоко вздохнул и медленно отпустил руку.

Жаньжань быстро отступила на несколько шагов, скользнув к медитировавшим старшим ученикам, оставив учителя в одиночестве смотреть на стену.

Остальные тоже закончили восстанавливать силы и могли выбираться из пещеры. Но произошедшее было слишком пугающим, и все наперебой спрашивали Су Ишуя, что это было.

Тот кратко объяснил, что этот камень запечатывал злого духа, чья духовная сила давно просачивалась наружу. Она соблазнила деревенскую женщину со слабой волей, заставив её нарисовать проклятие на собственной шее, а затем использовала её, превратившуюся в водного демона, чтобы убить солдат и заманить Цинь Сюаньцзю.

Услышав это, Жаньжань тоже поняла. В конце концов, Смотровая башня охранялась, и простая деревенская женщина Юээ не могла справиться с этим. Если бы Цинь Сюаньцзю был под контролем, он мог бы приказать людям раскопать тайный проход и освободить духовный источник.

К счастью, тому повезло — из-за холодного течения и льда он избежал опасности. Что касается обвинений против него, можно сказать, что генерал Цинь не умел ладить с людьми и, вероятно, нажил врагов при дворе.

Теперь камень душ не мог больше сдерживать духовную силу, и необходимо было перенести духовный источник в специальный нефритовый сосуд с талисманами, сделанный старым даосом. Однако демоническая природа духовного источника была сильна, и хотя его сила ослабла после долгого заточения, вспоминая недавние события, он всё ещё представлял значительную опасность.

— Вы идите наверх первыми, — приказал им Су Ишуй.

Поэтому дядюшка и тетушка повели остальных наверх. Но Жаньжань не двинулась с места.

— Учитель, позвольте мне остаться с вами! — сказала она, поднимая золотой талисман.

Если учитель снова потеряет ясность ума, она сможет наклеить талисман ему на лоб.

Но по какой-то причине Су Ишуй твёрдо сказал, что это не нужно, с ним ничего не случится. Возможно, то, как решительно он разрубил иллюзию Му Цингэ, означало, что он преодолел демонов в своём сердце?

Поэтому Жаньжань тоже поднялась по верёвочной лестнице, затем пошла к повозке, взяла лекарственный порошок и белую ткань из аптечки и начала лечить окровавленные ладони остальных.

Быстрее, чем ожидалось, Су Ишуй тоже поднялся.

Жаньжань заметила, что нефритовый сосуд с талисманами, подаренный старцем Цзю, был привязан золотой верёвкой и висел на шее учителя. Только теперь он был не из белого нефрита, а кроваво-красного цвета, и, казалось, внутрь что-то поместили.

Казалось, Су Ишуй бросил на неё взгляд, затем засунул сосуд под воротник, и больше его не было видно.

Учитель, должно быть, снова запечатал духовный источник в сосуде с талисманами. Но если подумать, такой важный духовный источник из мира Инь, вероятно, нигде не будет в большей безопасности, чем при себе.

Однако тайну этого сосуда знали только Су Ишуй и Жаньжань. Когда они поднимались на гору Цуйвэй, в конце концов только они двое встретили старца Цзю.

Поэтому, кроме дядюшки и тетушки, остальные ученики знали только, что они искали что-то злое, что сбивало с толку разум людей, но не знали, что в гигантском камне был запечатан духовный источник из мира Инь, которого так жаждут культиваторы, и тем более не знали, что Су Ишуй перенёс духовный источник в нефритовый сосуд на своей шее.

Жаньжань понимала, но не говорила. Если учитель не хотел сообщать об этом другим ученикам, у него, несомненно, были на то причины. Однако теперь возник вопрос, как скрыть выкопанную большую яму.

Другие старшие ученики не поднимались на гору Цуйвэй и не знали, почему Цинь Сюаньцзю многие годы охранял это место, поэтому не знали тайны духовного источника из мира Инь. Они думали, что здесь просто появилось что-то злое, и демонический камень всё ещё находился в пещере. Поэтому Бай Бошань обеспокоенно спросил учителя:

— Если мы оставим это место открытым, и кто-то войдёт, что тогда?