Пан почувствовал неладное еще в тот миг, когда сквозь переплетение корней пробился алый свет. Он успел отпрянуть назад, и лишь это спасло его от того, чтобы Меч Пламенного Ожога в своей истинной форме не рассек его грудь до самого хребта. Тем не менее, клинок оставил на теле Пана глубокую опаленную рану.
Эйл приземлился, крепко сжимая пылающий меч. Он посмотрел на настороженного противника и с легкой улыбкой произнес:
— Ты и правда думал, что я приду за тобой, полагаясь лишь на силы эльфийской крови? Еще в деревне я догадался, с кем имею дело. Будь у меня только способности природного эльфа, я бы не стал так рисковать.
С этими словами Эйл снова бросился в атаку. Огненное лезвие оставляло в воздухе раскаленные росчерки. Пан был вынужден отступать, стремительно теряя прежнюю самоуверенность.
Однако в пылу сражения Пан успел выхватить свирель и, поднеся ее к губам, заиграл.
Эйл замахнулся для удара в сердце врага, но внезапно перед его глазами закружились мириады зеленых листьев. В ушах зазвучала мелодичная трель флейты, и в мгновение ока Эйл обнаружил себя в центре изумрудного вихря. Сквозь музыку до него доносился радостный девичий смех.
Но веселье длилось недолго. Смех становился всё громче, всё пронзительнее, пока не превратился в невыносимый визг. Листья обернулись завывающими призраками, а девичьи голоса – криками ужаса и боли. Голова Эйла словно раскалывалась, барабанные перепонки ныли от чудовищного давления.
В этот миг он осознал: он попал в ловушку иллюзии Пана!
Иллюзии воздействуют на разум, и подобные способности встречаются как в магии, так и в наследии некоторых родословных.
Могущественный морок способен заставить жертву чувствовать физическую боль от воображаемых ударов или даже погубить тело, если разум окончательно заблудится в лабиринтах обмана.
Магия иллюзий коварна, и противостоять ей крайне сложно. Даже Концентрация Эйла могла лишь ослабить воздействие, но не развеять его полностью.
Осознав свое положение, Эйл немедленно активировал Концентрацию на полную мощь. В его зрачках вспыхнули два бледно-голубых кольца. Пронзительные крики и стоны в ушах тут же притихли. Они всё еще мешали, но уже не были той нестерпимой пыткой, что прежде.
Видения перед глазами начали мерцать, то и дело сменяясь картинами реальности. Морок Пана почти утратил над ним власть!
Однако Эйл не спешил выдавать себя. Он решил притвориться, что всё еще во власти иллюзии: выронил меч и, обхватив голову руками, замер с выражением ужаса и растерянности на лице.
Пан продолжал играть на свирели, глядя на поверженного противника. На его губах заиграла торжествующая усмешка.
Многие считали, что главная сила Панов – власть над природой, но на самом деле они были непревзойденными мастерами иллюзий, в чем порой превосходили даже саму стихию!
Их магия была неразрывно связана со звуком. И хотя свирель не была обязательным атрибутом, природный талант Панов к музыке делал этот инструмент идеальным проводником для их чар.
Пан медленно убрал правую руку от свирели, продолжая поддерживать мелодию левой. Правой же он небрежно вырвал из земли выросшее рядом деревянное копье. Он собирался подойти к Эйлу и вонзить острие прямо в его сердце, завершив дело.
Когда Пан приблизился почти вплотную, он замахнулся, целясь в грудь юноши.
Но в ту же секунду в глазах Эйла, полных до этого мнимого ужаса, вспыхнул холодный блеск. Он молниеносно подхватил лежащий у ног Меч Пламенного Ожога и, уклонившись от выпада, одним точным движением вогнал клинок в грудь Пана!
Пан замер, глядя на пылающее лезвие, прошедшее его насквозь, а затем перевел взгляд на хитро прищурившегося Эйла. До него наконец дошло: магия не сработала. Этот человек обладал иммунитетом к его чарам!
— А-а-а-а! — Взревел Пан от боли.
Его тело взорвалось потоками природной энергии. Десятки деревянных кольев выстрелили из-под земли, пытаясь пронзить врага.
Эйл тут же выдернул меч и отскочил назад, едва успев уйти от этого отчаянного удара.
Пан рухнул на колени. Одной рукой он зажимал рану на груди, другой опирался о землю. Свет в его глазах начал тускнеть, сменяясь серой пеленой смерти.
Но вдруг он хрипло расхохотался. Подняв взгляд на Эйла, он прохрипел:
— Если бы не ты, я бы никогда не решился на это. Но раз ты загнал меня в угол, мне больше нечего терять. Будет ли это падение в бездну или смерть – мне уже всё равно!
С этими словами Пан вытащил из своих волос крошечный иссиня-черный цветок. От лепестков исходили струйки демонической энергии, окутывая его зловещим сиянием, от которого даже у Эйла по спине пробежал холодок.
Эйл дернулся было вперед, чтобы помешать врагу, но было поздно: Пан запихнул цветок в рот и, не жуя, проглотил.
Тотчас по его телу поползли черные узоры демонических знаков. Природная энергия, которой был пропитан Пан, под воздействием скверны начала стремительно меняться, а вслед за ней стало преображаться и его тело.
Рана от меча затянулась на глазах, оставив лишь тонкий шрам. Мышцы Пана вздулись, и за считанные секунды он превратился в трехметрового гиганта. Его козлиные рога удлинились и загнулись назад, приняв форму демонических, красивое лицо исказилось в яростной гримасе, а человеческие руки превратились в когтистые лапы, выглядевшие по-настоящему жутко.
Огромный Пан медленно поднялся с колен, с хрустом раздавив копытом упавшую свирель.
Он расправил плечи, издал оглушительный рев и расхохотался:
— Ха-ха-ха! Сила! Вот она, истинная мощь! Теперь я чувствую, что весь лес в моей власти! Ты пожалеешь о содеянном, человек!
Пан с силой топнул ногой, и из-под земли хлынули потоки черных лоз, усеянных острыми шипами. Они выглядели омерзительно и опасно.
Видя, как на него катится волна черных растений, Эйл понял, что уклониться не удастся. Кольцо Пурпурного Света на его левой руке начало испускать мягкое сияние.
Духовная сила Эйла вспыхнула, пламя на Мече Пламенного Ожога взметнулось вверх и превратилось в ревущий огненный вал, который встретил черные лозы, мгновенно превращая их в пепел.
Не давая врагу опомниться, Эйл трижды взмахнул мечом. Три огненных сгустка сорвались с клинка, превратились в пламенных змей и устремились к Пану.
Тот взревел, и перед ним из земли вырвались массивные древесные стволы. Они плотно прижались друг к другу, образуя непроницаемую стену.
Огненные змеи, хоть и были невыносимо жаркими, в конце концов иссякли, не сумев пробиться сквозь толщу мертвого дерева.
В этот миг Пан обхватил один из стволов, с корнем вырвал его из земли и, размахивая им как дубиной, бросился на Эйла.
Эйл стиснул зубы. Под его ногами заклубился черный дым. Собрав всю свою волю, он применил Призыв Кольцевого Змея, взывая к самому могучему существу, которое только мог вызвать из шестого круга Ада Пламенных Змей!
Дым стремительно расползался, наполняя воздух зловещим шипением. Пан уже занес над головой огромный ствол для сокрушительного удара.
Казалось, Эйла вот-вот раздавит, но из черной завесы внезапно выметнулся гигантский хвост. Он молниеносно обвил дерево, остановив удар прямо над головой мага.
В следующую секунду что-то мощное подбросило Эйла вверх. Когда дым рассеялся, стало видно, что он стоит на голове колоссального змея.
Голова чудовища была размером с письменный стол, длина тела достигала десяти метров, а в самом толстом месте оно было не меньше метра в обхвате. Это был истинный исполин.
Рядом с таким монстром даже преобразившийся Пан уже не казался таким уж огромным.
— Волшебник! Так ты всё-таки волшебник! — Прорычал Пан. — Но этот змей – всего лишь груда мяса, в нем нет ни капли магии! Если ты думаешь победить меня этим червем, то ты просто сказочный дурак!
Благодаря неисчерпаемой подпитке от Кольца Пурпурного Света Эйл сумел призвать существо, намного превосходящее его собственные силы. Тем не менее, он понимал: шансы на победу сейчас – пятьдесят на пятьдесят.
Повинуясь его мысли, змей молнией метнулся к Пану. Эйл спрыгнул с его головы, на лету нанося серию ударов Мечом Пламенного Ожога. Огненные всполохи градом посыпались на врага.
Одновременно с этим он задействовал Кольцо Урагана. Потоки ветра подхватили пламя, и произошел мощный взрыв, который отшвырнул Пана назад, словно тряпичную куклу!
С грохотом Пан врезался в невысокий холм. Не успел он подняться, как на него навалился гигантский змей.
Чудовище, не зная страха, обвило Пана своими кольцами. Пасть змея широко раскрылась, готовясь заглотить врага целиком.
Но Пан не собирался сдаваться без боя. Его когтистые лапы вцепились в челюсти змея, удерживая их в смертельном напряжении. Оба противника застыли в яростной борьбе.
В этот момент Эйл, пробежав по телу змея, высоко подпрыгнул. Его меч вспыхнул ослепительным золотистым пламенем, и он с силой вонзил клинок в старую рану на груди Пана!

Комментарии

Загрузка...