Алое сияние угасло, и из него неспешно вышла женщина с белоснежной кожей, водопадом иссиня-черных волос и в алом одеянии. Кто это мог быть, если не Элайза?
— Учительница Элайза, как вы здесь оказались? — Эйл приветственно кивнул ей.
Она закатила глаза и с явной иронией в голосе ответила:
— Да вот, пришла поглядеть, не сдох ли ты часом. Жаль разочаровывать, но враг твой оказался хлипким – даже остаточного дыхания не выдержал. А ты и того хуже: не справился с таким слабаком, пришлось тратить мой подарок.
Эйл предпочел пропустить колкость мимо ушей. С этой женщиной, которая была и сильнее, и острее на язык, спорить было бесполезно – только нервы портить.
В глубине души он был ей безмерно благодарен. Пусть он не понимал причин ее доброты, но то, что она явилась в ту же секунду, как сработала метка, говорило о многом. Эйл решил для себя: некоторые вещи не требуют слов, их доказывают делами.
Не дождавшись ответа, Элайза капризно надула губки и повернулась к братьям:
— Дино, Сэмми! Сколько лет, сколько зим! Небось соскучились? А я вот до сих пор помню ваши молодецкие тела, когда вы голышом по школьному стадиону наворачивали круги.
Братья, собиравшиеся было тепло поприветствовать старую знакомую, синхронно скривились. Воспоминание было явно из тех, что хочется забыть как страшный сон.
Сэм лишь обреченно покачал головой и промолчал.
А вот Дин вскинул брови и огрызнулся:
— Королева Болванчиков, ты еще смеешь это поминать? Сама же нас в споре надула, шмотки сожгла и заставила бежать! Это же была твоя подстава!
— Слышь, пернатый, ты как меня назвал? — Глаза Элайзы недобро сузились.
— Королева Болванчиков! А что? Эта кличка до сих пор в Соланжое в ходу. Видать, народ согласен – тебе подходит идеально!
— Ах ты гаденыш... Напроситься хочешь?
— А хоть бы и так...
Дин не успел договорить – Сэм вовремя зажал ему рот ладонью.
Шутки шутками, но Элайза была на пике второго ранга, а Дин едва дотягивал до вершины первого. Даже вдвоем, используя синергию своих родословных, они едва ли могли составить ей конкуренцию. В одиночку же Дина ждала бы просто показательная порка.
Дин, хоть и был вспыльчив, дураком не являлся. Остыв под рукой брата, он благоразумно замял тему поединка, чем немало разочаровал Элайзу.
— Малыш Эйл, — она обернулась к ученику, — мы тут втроем тебя спасали, не пора ли проставить нам поздний ужин в знак признательности?
Эйл уже готов был согласиться, но Дин вклинился:
— Спасали его мы с братом. Ты-то тут при чем?
Зрачки Элайзы мгновенно вытянулись в золотистые щели.
— Дин Винчестер, у тебя какие-то возражения? — Промурлыкала она.
Дин тут же сделал вид, что изучает архитектуру ближайшего переулка, насвистывая под нос какую-то мелодию.
Сэм примиряюще улыбнулся:
— Ладно вам. Раз уж встретились, угощаю я. Мы тут с братом неплохо заработали на заказах Гильдии, так что отметим знакомство с младшим коллегой.
— Идет, — Элайза мгновенно сменила гнев на милость. — Лишь бы кормили вкусно.
С этими словами она бесцеремонно повисла на шее Эйла, словно коала, и глубоко вдохнула.
— А ведь и правда... — прошептала она самой себе. — Запах у тебя особенный, малыш Эйл. Такой свежий... Так и хочется тебя сожрать.
Увлекшись, она непроизвольно лизнула мочку уха юноши. Наступила гробовая тишина. Эйл оцепенел, сама Элайза, кажется, тоже не ожидала от себя такого, а братья Винчестеры просто застыли с открытыми ртами. Атмосфера стала невыносимо неловкой.
— Кхм... так, я что-то притомилась. Малыш Эйл, вези меня, а как придем – разбудишь.
Не дожидаясь ответа, она запрыгнула ему на спину, обхватила руками за шею и уткнулась лицом в ладони. Через минуту послышалось мерное сопение – она действительно уснула.
Дин и Сэм, старательно глядя в сторону, жестом пригласили Эйла следовать за ними в глубину переулков.
Пока они петляли по узким улочкам, Эйл не мог выкинуть из головы тот мимолетный жест. Мочка уха горела огнем, а сердце колотилось в груди как сумасшедшее.
Он не видел, что на бледных щеках Элайзы, спящей у него на плечах, тоже проступил нежный румянец, делая ее похожей на спелый персик.
Минут через десять они вышли на довольно просторную площадь. Оглянувшись назад, Эйл не увидел переулка, по которому они пришли. Стало ясно: они внутри обособленного пространства, скрытого от глаз простых смертных.
— Добро пожаловать в цитадель охотников империи Святого Меча, — Сэм широко улыбнулся. — Мы называем это место Иноградом.
Они направились к массивному зданию трактира, занимавшему добрую половину площади.
Стоило им переступить порог, как Элайза пулей слетела со спины Эйла и заняла свободный столик. Едва взглянув в меню, она зычно крикнула подошедшей служанке:
— Для начала – целого барана на вертеле, чтобы червячка заморить. Следом – две говяжьи ноги, десяток кур и четыре свиных окорока. И эля пару бочонков, для разгона!
Служанка впала в ступор. Она перевела взгляд с хрупкой девушки на Сэма и неловко уточнила:
— Простите... это на четверых? Не... многовато ли будет?
Сэм вздохнул так тяжко, будто на его плечи легла вся скорбь мира. Ему казалось, что сегодня он побил рекорд по количеству горьких ухмылок, обойдя даже легендарного великого мага Лейлина.
— Для нас троих – много. Для нашей спутницы – в самый раз. Неси, не сомневайся. И нам с Дином по кружке эля и по бургеру.
Он повернулся к Эйлу:
— Эйл, тебе что? Бургеры и эль тут отменные, рекомендую.
— Поверю на слово, — кивнул тот. — Тоже бургер и эль.
Сэм подтвердил заказ, и служанка, все еще пребывая в прострации, поспешила на кухню.
Выпивку принесли быстро. Перед мужчинами поставили по увесистой кружке, а перед Элайзой двое дюжих парней водрузили два полных бочонка.
Не обращая внимания на любопытные взгляды, Элайза одной рукой подхватила бочонок, зубами выбила пробку и принялась жадно пить. В трактире воцарилась тишина, нарушаемая лишь громким хлюпаньем и глотками. Спустя три минуты она оторвалась от бочонка, осушив его больше чем наполовину, чтобы перевести дух.
Зал взорвался восторженным ревом. Кто-то показывал ей большой палец, кто-то чокался с соседом – суровые охотники оценили такой размах.
— Работа у нас опасная, — пояснил Сэм удивленному Эйлу. — Расслабиться получается только за выпивкой. Здесь уважают тех, кто умеет гулять на широкую ногу. Так что пей и ешь от души. Манеры джентльменов тут не в чести!
Сэм приложился к своей кружке, а Дин уже вовсю сигналил служанке, требуя добавки.
Общая веселость была заразительна. Эйл улыбнулся и, отбросив лишние мысли, сделал добрый глоток холодного эля, наслаждаясь этой грубой, но искренней атмосферой.

Комментарии

Загрузка...