Грей застыл, не веря своим глазам. Он и представить не мог, что сын так поступит с ним. Холод сковал его тело, мир начал погружаться во тьму, пока окончательно не почернел – староста Майгэ был мертв.
Мэчи небрежно отшвырнул иссохшее тело отца. На его собственных ранах начали быстро прорастать тонкие розовые волокна плоти, затягивая повреждения с невероятной скоростью.
Разминая плечи, вампир оглядел свое почти восстановившееся тело и криво усмехнулся. Он посмотрел на труп Грея и пробормотал:
— Дорогой отец, ты умер не напрасно. Разве не в этом смысл жизни родителей – отдавать всё детям? Я лишь помог тебе исполнить этот долг. Когда я достигну вершины силы, под покровительством герцога крови, ты, как мой отец, наверняка будешь мною гордиться.
С этими словами Мэчи вытащил из-за пазухи Грея сложенную черную страницу и сунул ее в карман. Эйл, заметив артефакт, невольно коснулся своей груди – там, под одеждой, лежала точно такая же страница, которую он еще не успел изучить.
Стало ясно: именно эта находка дала Мэчи силу вампира и знания о ритуалах. Эйл невольно задался вопросом: какие же тайны скрыты в его собственном трофее?
Мэчи перевел взгляд на Джонатана и Мишель, которые пытались отползти к Эйлу. Для полного исцеления ему нужно было еще больше крови. Кровь родственника дала мощный толчок, но теперь ему требовалась чистота девы.
Вампир метнулся к девушке, но Эйл оказался быстрее.
Серебристая вспышка прочертила воздух, заставив Мэчи отпрянуть. Перед ним в пол вонзилась серебряная стрела. От соприкосновения с кровавым туманом наконечник из высокоплотного серебра заискрился очищающим пламенем. Эти крошечные искры привели Мэчи в ярость, смешанную с первобытным страхом.
Воспользовавшись заминкой, Эйл встал между ними, сжимая в руках лук и меч. Бешеный Лев тут же оказался рядом. Одним движением он перерезал путы на заложниках и скомандовал:
— Бегите! Расскажите в деревне, что здесь творится. А с этим мы разберемся сами – вы нам только мешаете.
Мишель посмотрела на Эйла, ища подтверждения, но Джонатан, понимая правоту наемника, схватил дочь за руку и потащил к выходу. Эйл проводил их взглядом, чувствуя облегчение. У него не было чувств к Мишель, но он не мог допустить гибели невинной девушки.
Он закинул лук за спину и перехватил меч обеими руками. Лев пристроился сбоку, и они начали медленно теснить Мэчи.
Вампир занервничал. Несмотря на свою самоуверенность, он понимал, что не выстоит против двоих, особенно зная, что у Эйла могут быть еще серебряные стрелы. Страх перед серебром в руках опытных бойцов был сильнее жажды крови.
Внезапно Мэчи рванулся назад и, проломив стену, бросился наутек. Эйл и Лев, не сговариваясь, кинулись в погоню.
Вампир был неестественно быстр. Дистанция между ними начала медленно увеличиваться. Тогда Эйл активировал технику «Быстрая Звезда». Серебристое сияние подтолкнуло его вперед, позволяя сократить разрыв в один рывок. Он замахнулся для удара, но Мэчи, словно лишившись веса, резко ушел влево.
В этот момент за спиной вампира раздался яростный, звериный рев. Воздух за спиной Мэчи раскалился. Бешеный Лев изменился: его волосы и борода вспыхнули огненно-рыжим, кожа покраснела, а от тела повалил густой пар.
Эйл узнал это состояние по описаниям из книг.
— Талант варвара – берсерк! — Прошептал он.
В этом мире, кроме людей, еще оставались другие расы, хотя после промышленной революции они почти исчезли с карт, скрывшись в лесах и на далеких островах. Бешеный Лев явно был одним из тех, в ком текла кровь древних северных воинов.
С сокрушительной силой Лев взмахнул топором, перерубая дерево толщиной в ногу и не замедляясь, направил удар в бок вампиру. Мэчи, понимая, что не переживет прямого попадания даже от обычного оружия, снова попытался сменить направление, но наткнулся на стену из клинков.
Эйл применил технику «Меч-щит». Десятки остаточных образов меча сплелись в непроницаемую преграду. Мэчи словно врезался в каменную стену.
Оказавшись в ловушке между двух огней, вампир взвизгнул от ярости и решил принять последний бой.
— А-а-а!
Его когти почернели и удлинились, превратившись в десять коротких кинжалов. Он выдохнул облако кровавого пара и ударил когтями по лезвию топора Льва.
Раздался оглушительный грохот. Руки Мэчи переломились в нескольких местах, грудная клетка прогнулась внутрь. Его отбросило на «Меч-щит» Эйла, и спина покрылась сетью мелких порезов. Бешеный Лев, кашляя кровью, отступил – состояние берсерка испарилось, оставив его истощенным.
Оба противника были на грани, но у Эйла еще оставались силы. Превозмогая боль в натруженных мышцах, он сделал выпад. Серебристый блеск окутал лезвие. Эйл вогнал меч прямо в глубокую рану на груди Мэчи, пригвоздив его к земле.
Пока вампир пытался вырвать сталь из своего тела, Эйл выхватил последнюю серебряную стрелу, натянул тетиву и выстрелил в упор.
— Прямо в сердце, — прошептал он.
Стрела вошла глубоко в грудь. Мэчи замер, глядя на наконечник, и издал последний, полный отчаяния крик. Из раны вырвались языки пламени, которые, словно огненные змеи, опутали его тело. В считанные секунды вампир превратился в обугленный остов, который рассыпался пеплом и улетел по ветру.

Комментарии

Загрузка...