Холодный голос Дао Цзана проник в уши Чжан Жуя. Не успел тот и среагировать, как фигура Дао Цзана уже возникла перед ним:
— Мелкий ублюдок, сдохни!
Не тратя лишних слов, он обрушил кулак прямо на грудь Чжан Жуя. Раздался грохот — этот удар в мгновение ока впечатал Чжан Жуя в небольшую гору неподалеку. В склоне горы зиял огромный провал, а сам Чжан Жуй, залитый кровью, застрял внутри. Было неясно, жив он или мертв.
Дао Цзан молниеносно переместился к Чжан Жую и уже занес кулак для нового удара, как вдруг Чжан Жуй яростно распахнул глаза. Собрав оставшиеся силы в правой руке, с молниеносной быстротой он выбросил кулак вперед! Этот удар пришелся точно в грудь Дао Цзана!
Но что это могло изменить? Приняв удар, Дао Цзан отступил всего на шаг-другой. Для него полная сил атака Чжан Жуя была не более чем легким почесыванием, в то время как у самого Чжан Жуя не осталось ни капли сил — он мог лишь остекленевшим взглядом впиться врагу в лицо.
Дао Цзан посмотрел на не сводившего с него глаз Чжан Жуя и холодно усмехнулся:
— Даже твой наставник, выложившись на полную, сумел лишь слегка ранить меня, что уж говорить о тебе? Отправляйся за ним следом.
С этими словами он нанес еще один удар, насквозь пробив грудь Чжан Жуя. Убедившись, что тот испустил дух, Дао Цзан отправился преследовать последнего выжившего.
Солнце постепенно поднималось над горизонтом, но Чжан Жуй по-прежнему был замурован в каменном укрытии небольшой горы. Будь у него хоть капля дыхания, он смог бы увидеть утреннюю зарю, но лучи солнца были не в силах до него добраться.
Чжан Жуй словно погрузился в сон. Во сне он видел, как отец строго отчитывает его, мать беспомощно пытается смягчить мужа и то и дело заступается за сына, а озорная младшая сестра корчит ему рожицы. Глядя на эту сцену, Чжан Жуй улыбался — легко и беззаботно, с полным умиротворением в сердце. Сам того не замечая, он плакал, и по его щекам текли слезы.
Во сне Чжан Жуй погладил сестру по голове, а затем трижды отвесил земной поклон отцу и матери. Закончив с этим, он повернулся и направился к выходу. За дверью простиралась первозданная пустота, в которой плыли бесчисленные картины: вот их дружная семья собирается вместе, родственники и друзья приходят с поздравлениями, уездный начальник широко улыбается и хвалит его, а вот он беседует по душам с Ван Му — старым другом из далеких краев... Видениям не было конца.
Вслед за этим Чжан Жуй увидел, как Линь Ши и Сун Ху машут ему рукой. Понимая, что пора уходить, он с легкой тоской бросил прощальный взгляд на кружащие в тишине картины и зашагал навстречу товарищам.
В восточной части небольшого уездного городка царства Цзян, в скромном доме:
— Отец нашего ребенка, почему у меня так сильно давит на сердце? Не случилось ли чего с Жуем? — встревоженно бормотала женщина.
Муж задумался и произнес:
— Ты вечно из-за всего переживаешь. Разве может такой амбал, как Жуй, пропасть где-то на чужбине?
Говоря это легкомысленно, мужчина сам не заметил, как его брови сошлись на переносице. В этот же момент у спавшей на постели девочки из уголков глаз невольно скатилось несколько слезинок.
В третьей зоне тридцать два Секты Сбора Духов на Горе Хуаньлин у Ван Му нахмурились брови — он подошел к самому последнему этапу, и последние меридианы были готовы открыться.
Вскоре Ван Му пробил оставшиеся каналы и попытался втянуть духовную ци в тело. Получилось! Остальные меридианы тоже без труда впитывали ци — это означало, что он сделал первый шаг от Сферы Закалки Тела к Стадии Сгущения Ци. В этот момент Ван Му возбужденно распахнул глаза и с диким восторгом закричал:
— Получилось, получилось, наконец получилось! Ха-ха-ха, всё открылось, ха-ха-ха!
Сразу после этого Ван Му принялся ощущать изменения, которые принесла Ступень Сгущения Ци. Внутри тела он почувствовал крошечное озеро, наполненное не водой, а сплошной духовной ци. Ван Му пробормотал:
— Наверное, это и есть зародыш моря ци, о котором говорил старший брат Чжан. Похоже, чтобы оно превратилось в настоящее море ци, потребуется еще немало времени.
Также Ван Му ощутил, что его тело претерпело всестороннее улучшение. Поднявшись на ноги, он бросил взгляд на Высший духовный камень, чей запас ци исчерпался еще ночью, и мысленно вздохнул:
— Хоть в этом камне больше не осталось духовной ци, он так долго сопровождал меня — оставлю его на память. Интересно, где сейчас старший брат Чжан и остальные?
Ван Му посмотрел на поднимающееся за окном утреннее солнце. Его лучи пали на парня в комнате, но Ван Му почему-то почувствовал легкую грусть.
Не придавая этому значения и решив, что просто слишком сильно соскучился по дому, он направился на кухню.
Вскоре он пришел на место. Все как раз занимались подготовкой завтрака. Обладавший самым зорким глазом Бай Дачжу тут же заметил Ван Му и громко крикнул:
— Ого, а вот и десятый! Неплохо, прорвался к Сгущению Ци! Иди-ка сюда, принеси ту рыбу!
Услышав это, остальные тоже обратили внимание на давно отсутствовавшего Ван Му и со всех ног бросились к нему с расспросами.
Ван Му отвечал каждому по очереди, но тут подбежал Бай Дачжу, так и не дождавшись рыбы, и щелкнул Ван Му по лбу:
— Ах ты паршивец, дошел до Сгущения Ци — и уже указания старшего ни во что не ставишь?
Перебивая друг друга, люди принялись шумно обсуждать происходящее:
— А десятый неплох, за такое короткое время пробился!
— Неужто, попадя во Внешний двор, десятый забудет про нас?
— Десятый — просто гений!
— Десятый...
Ван Му терпеливо отвечал на все вопросы старших братьев, а когда закончил, повернулся к Бай Дачжу:
— Старший Бай, то обещание отлично отпраздновать всё еще в силе?
Бай Дачжу хитро прищурился и снова отвесил Ван Му подзатыльник:
— Тебе лишь бы поесть да погулять на чужой счет! С чего бы мне от собственных слов отказываться?
Окружающие скептически покосились на него, и мгновенно со всех сторон послышались неодобряющие возгласы.
Не выдержав такого позора, Бай Дачжу покраснел:
— Идите-идите!Десятый, ступай сначала на испытание для учеников Внешнего двора, а вечером жду тебя на кухне — мы, десятеро братьев, как следует всё отпразднуем!
Попрощавшись со всеми, Ван Му направился к месту проведения испытаний, которое располагалось в Первой зоне. Пройдя немного, он вскоре добрался до цели и увидел небольшую хижину с четко выведенными на ней тремя крупными иероглифами: Хижина Испытаний. Как ни вглядывался Ван Му, надпись казалась ему кривой и кособокой, но, не забивая этим голову, он смело шагнул внутрь. Оказавшись там, он остолбенел и мысленно подумал: знал бы заранее — ни за что не пришел бы, выглядит так, будто это какое-то заброшенное место.
Внутри домик стоял в полном запустении: в углах висела паутина, стены явно повидали немало веков и грозили рухнуть в любую минуту, а самым невероятным было то, что у хижины вообще отсутствовала крыша — она стояла совершенно открытая...
К счастью, нашелся один чистый стол, за которым, уткнувшись носом в столешницу, спали парень и девушка. Ван Му неуверенно позвал:
— Старший брат? Старшая сестра?
Не дождавшись никакой реакции, Ван Му поразмыслил и решил подождать, пока они проснутся. Ожидание затянулось, и к полудню Ван Му, сидя прямо под открытым небом, тоже задремал.
— Эй, проснись.
Парень-ученик осторожно похлопал сидевшего на полу Ван Му по плечу.
Тот быстро проснулся и посмотрел на него. Сознание еще было затуманенным, но, мгновенно придя в себя, Ван Му торопливо произнес:
— Старший брат, старшая сестра, я пришел пройти испытание для учеников Внешнего двора.
С этими словами он перевел взгляд на обоих.
Девушка в этот момент пристально разглядывала его. Заметив, что он смотрит на нее в ответ, она протянула:
— До чего же знакомое лицо... Погоди-ка! Ты случайно не тот самый парень, что среди ночи заявился на регистрацию и наглухо разбудил меня?
Ван Му сразу узнал ее и, испуганно вздрогнув, тут же почтительно сложил руки в приветствии:
— Прошу прощения, старшая сестра! В тот раз было слишком поздно, и я потревожил ваш сон, надеюсь, вы не в обиде.
Девушка махнула рукой:
— Было бы с чего обижаться. Кстати, а где твой друг? Почему он не пришел с тобой?
Ван Му ответил:
— Его приметил старейшина с Пика Закаливания Тела, он больше не на Пике Разнорабочих.
— О~ Так тот толковый паренек, о котором говорил старейшина Линь — твой друг? — внезапно догадался парень.
Ван Му кивнул и спросил:
— Судя по всему, да. Старший брат, старшая сестра, когда начнется испытание?
Двое переглянулись, и парень усмехнулся:
— Да какое это испытание, одно название. Нам просто нужно убедиться, что ты преодолел Закалку Тела.
Парень схватил Ван Му за руку, прислушался к его пульсу и кивнул:
— Сойдет, зародыш моря ци уже есть.
Переглянувшись вновь, они в один голос произнесли:
— Поздравляем младшего брата с прорывом, выбирай вершину для культивации.
Улыбаясь во все 32 зубы, Ван Му поинтересовался:
— Не будете ли вы столь любезны вкратце рассказать, какие вообще есть вершины?
Девушка ответила:
— Вообще-то мы не обязаны этого делать, но раз уж у нас с тобой такая судьба — попадаться под наказание в один и тот же день, ладно, в двух словах объясню. Во-первых, Пик Алхимии — название говорит само за себя, там варят пилюли. Во-вторых, Пик Закаливания Тела — тут тоже всё очевидно, тело закаляют. Дальше идет Пик Оружиеделия, тоже понятно. Затем Пик Звероводства — там занимаются зверями. И наконец, Уфэн — насчет этой вершины я толком ничего не могу сказать. Выбирай.
Моргая от удивления, Ван Му горько и беспомощно усмехнулся:
— Ну и лаконично же...
Мысленно он рассуждал так: у всех остальных вершин есть четкое предназначение, и лишь о последней, Уфэн, совершенно ничего не понятно. Одолеваемый любопытством, он всё же решился спросить:
— Старший брат, старшая сестра, не могли бы вы рассказать об Уфэн поподробнее?
Парень, задрав голову к небу, принялся свистеть, полностью игнорируя слова Ван Му, а девушка погрузилась в медитацию, делая вид, что вовсе не слышит вопросов.
Вздохнув, Ван Му подумал про себя: раз Уфэн такая загадочная, пусть будет она!
Он обратился к обоим:
— Старший брат, старшая сестра, я выбираю Уфэн!

Комментарии

Загрузка...