— Уединённая Беседка... Звучит изящно, — оценил Ся Чэнь. Такое возвышенное название, и кто бы мог подумать, что на деле это место для тесного душевного общения.
Ли Си услужливо постучал в ворота, на ходу просвещая господина:
— Хозяйка двора, госпожа Цинъя, довольно известна в столице. Литераторы от неё без ума. Говорят, сюда тайком заглядывают даже столичные чиновники. Платишь за вход и выпивку, а вот позволят ли тебе остаться на ночь — зависит исключительно от того, впечатлишь ли ты хозяйку своими талантами. Впрочем, если Цинъя откажет, всегда можно выбрать кого-то из служанок.
Ся Чэнь мысленно хмыкнул. А у этой красавицы отличная деловая хватка. Уединённая Беседка — вылитый элитный частный клуб. Используя собственный личный бренд для раскрутки, она создала иллюзию добровольности и избирательности. Идеальная отстройка от обычных павильонов удовольствий и таверн развлечений. Такая бизнес-модель бьёт точно в эго книжников, ведь в науках, как известно, не бывает первых, а в боевых искусствах — вторых. Каждый учёный муж считает себя гением. А то, что нельзя получить сразу, желанно вдвойне. Не удалось остаться на ночь в первый раз — придёт во второй, в третий. Ощущение, что приз совсем рядом, но ускользает из рук, сводит с ума, гарантируя стопроцентную возвращаемость клиентов. Гениально.
Ся Чэнь понимающе кивнул, проникнувшись к хозяйке профессиональным интересом. Вопрос лишь в том, сама ли Цинъя заправляет делами, или за ней стоит теневой владелец.
— Приглашение? — из-за приоткрытой створки высунулась миловидная круглолицая девчонка.
Ли Си поспешно протянул расшитую карточку. Двери распахнулись. Ся Чэнь, заранее надевший приготовленную маску, шагнул внутрь, и в нос тут же ударил густой аромат румян. Служанка провела троицу во внутренний двор. Там уже собралось два-три десятка гостей, сплошь в одеждах учёных мужей. На вошедших они лишь мельком бросили взгляд и тут же потеряли интерес. Ся Чэнь занял место в самом конце зала и принялся изучать обстановку.
Двор полнился щебетанием девичьих голосов. Служанки плавно кружились в танце, гости развлекались застольными играми и сочинением стихов. Ся Чэнь быстро перевёл взгляд на танцовщиц в центре. Несмотря на довольно откровенные наряды, держались они с достоинством, словно дочери благородных семей, без капли дешёвой пошлости. Неудивительно, что этот двор пользуется таким бешеным спросом. Всё действительно выглядело утончённо. Раз уж слава хозяйки гремит на всю столицу, её внешность должна быть по-настоящему выдающейся. Размышления прервал перезвон струн, и по рядам гостей прокатился взбудораженный шёпот.
— Госпожа Цинъя выходит!
Ся Чэнь молча вслушивался в чарующую мелодию. Когда последние ноты затихли, Ли Си наклонился к его уху:
— Она в совершенстве владеет поэзией, каллиграфией и музыкой. Особенно славится игрой на цине. Знатоки утверждают, что в этом искусстве госпожа не уступает лучшим девам столичной Музыкальной палаты.
Ся Чэнь кивнул, глядя на освещённую ширму, на которой вырисовывался изящный девичий силуэт.
— Господа, простите, что заставила ждать, — раздался холодный, но невероятно мелодичный голос.
Из-за ширмы, мягко улыбаясь, вышла молодая женщина. Глаза гостей под масками тут же жадно блеснули. Истинная леди из высшего общества! Увидев лицо хозяйки, Ся Чэнь едва заметно усмехнулся. Значит, вся ставка на контраст? Занятно.
— Вы шутите, госпожа! Мы пришли насладиться вином. Ночь только началась, какое тут ожидание! — громко заявил богато одетый мужчина, сидевший в первом ряду. Из-под его маски на хозяйку смотрели пылающие страстью глаза.
— Верно! К тому же, ради такой красавицы не грех и подождать, — поддакнул пузатый гость неподалёку.
Цинъя тихо рассмеялась. Прикрыв половину лица шёлковым платком, она изобразила такую трогательную робость, что у каждого присутствующего невольно возникало желание сгрести её в охапку и защищать от всего света.
Одно появление госпожи Цинъя заставило померкнуть всех служанок во дворе. Взгляды гостей немедленно сфокусировались на ней, а атмосфера вмиг накалилась. От былой сдержанности учёных мужей не осталось и следа: каждый стремился вставить слово, блеснуть остроумием и вырвать у красавицы благосклонную улыбку, надеясь стать её избранником на эту ночь.
Цинъя неспешно обвела взглядом двор, скользя по маскам гостей. Задержавшись на Ся Чэне, она чуть прищурилась, словно пытаясь разглядеть лицо под искусственной личиной. Поскольку всё внимание толпы было приковано к хозяйке, гости немедленно заметили её интерес и тут же принялись разглядывать юношу. Присмотревшись, многие внутренне напряглись. Хоть Ся Чэнь и прятал лицо, но то, как он непринуждённо сидел и потягивал вино, выдавало исключительную стать. Есть люди, которые становятся центром внимания просто по праву рождения.
«Уж не отпрыск ли это благородного дома?» — пронеслось в головах завсегдатаев. Впрочем, особой паники никто не выказал. Здесь все были клиентами одного двора, прятали лица за масками, а значит, и боролись на равных.
— Господа, как насчёт партии в фэйхуалин? — с очаровательной улыбкой предложила Цинъя.
Это была излюбленная забава книжников: участники по кругу читали стихи, содержащие заданное слово. Тот, кто запинался, выпивал штрафную чашу. Игра требовала недюжинной начитанности, но гости, уверенные в себе, с готовностью закивали. Ся Чэнь принял участие в паре раундов, без труда выдав несколько строк, но лезть на рожон не стал, предпочтя остаться в тени. Хоть маркизат Ся и славился военными традициями, отпрысков рода заставляли корпеть над книгами. Выдающихся талантов от них не требовали, но классику они знали крепко.
Время летело незаметно. Игры сменяли одна другую: пускали чаши по воде, передавали цветок под бой барабана, а под конец устроили поэтический турнир. Двор был невелик, но веселье било ключом. Ся Чэнь мысленно похвалил хозяйку — она оказалась истинным талантом, идеально выдерживая ритм вечера и доводя атмосферу до нужной температуры. Несколько книжников действительно блеснули эрудицией, выдав стихи такого уровня, что даже Ся Чэнь признал их весьма недурными.
— Господа, я немного утомилась и вынуждена вас покинуть. Желаю вам приятного вечера, — Цинъя поднялась и грациозно поклонилась. Её манеры были безупречны, как у дочери министра.
Гости закивали, но лица их заметно напряглись. Все понимали — наступил момент истины. Кто же станет тем счастливчиком, которого она оставит у себя? Те несколько учёных, что весь вечер ходили в героях, даже приподнялись с мест, всем своим видом излучая уверенность в победе.

Комментарии

Загрузка...