В банкетном зале вдоль стен тянулись длинные столы, ломившиеся от изобилия: жареные цыплята, запечённые гуси, нежная гусиная печень, сочные стейки, тушёная баранина... Ароматы стояли умопомрачительные.
В банкетном зале вдоль стен тянулись длинные столы, ломившиеся от изобилия: жареные цыплята, запечённые гуси, нежная гусиная печень, сочные стейки, тушёная баранина... Ароматы стояли умопомрачительные.
У Абеля Ли при виде этого великолепия едва не потемнело в глазах. Рот мгновенно наполнился слюной, а в горле встал ком — и не подумайте, он вовсе не был чревоугодником. В обычные дни он никогда бы не позволил себе столь жалкого вида. Но сегодня был особый случай.
У Абеля Ли при виде этого великолепия едва не потемнело в глазах. Рот мгновенно наполнился слюной, а в горле встал ком — и не подумайте, он вовсе не был чревоугодником. В обычные дни он никогда бы не позволил себе столь жалкого вида. Но сегодня был особый случай.
Новоселье привело Исаака Ньютона в неописуемый восторг. Мало того что она с бьющей через край энергией обошла каждый уголок новой виллы с садом, так ещё и загорелась безумной идеей: приготовить ужин своими руками в честь переезда.
Новоселье привело Исаака Ньютона в неописуемый восторг. Мало того что она с бьющей через край энергией обошла каждый уголок новой виллы с садом, так ещё и загорелась безумной идеей: приготовить ужин своими руками в честь переезда.
Готовить! Сам Ньютон собрался кашеварить!
Готовить! Сам Ньютон собрался кашеварить!
Когда Абель услышал это признание из первых уст, он лишь обречённо закрыл лицо рукой.
Когда Абель услышал это признание из первых уст, он лишь обречённо закрыл лицо рукой.
Опустим подробности этого кулинарного кошмара. Достаточно сказать, что после того как кухня чудом избежала взрыва, Ньютон явила миру блюдо из лобстера, который на вид явно обитал где-то в районе слива ядерных отходов.
Опустим подробности этого кулинарного кошмара. Достаточно сказать, что после того как кухня чудом избежала взрыва, Ньютон явила миру блюдо из лобстера, который на вид явно обитал где-то в районе слива ядерных отходов.
Абель из вежливости кое-как впихнул в себя это творение, но по пути к дому Андерсона желудок взбунтовался. Пришлось остановить экипаж и оставить весь несостоявшийся ужин на обочине. В итоге на роскошный приём Абель явился с абсолютно, звеняще пустым желудком.
Абель из вежливости кое-как впихнул в себя это творение, но по пути к дому Андерсона желудок взбунтовался. Пришлось остановить экипаж и оставить весь несостоявшийся ужин на обочине. В итоге на роскошный приём Абель явился с абсолютно, звеняще пустым желудком.
А ведь великосветский банкет — это такое странное мероприятие, где столы ломятся от яств, но этикет велит лишь скромно ковыряться вилкой ради приличия. В итоге от запахов и светской беседы голод только разгорается, из-за чего перед визитом на подобные рауты принято плотно ужинать дома.
А ведь великосветский банкет — это такое странное мероприятие, где столы ломятся от яств, но этикет велит лишь скромно ковыряться вилкой ради приличия. В итоге от запахов и светской беседы голод только разгорается, из-за чего перед визитом на подобные рауты принято плотно ужинать дома.
«Я припомню тебе это...» — мысленно пообещал Абель и потянулся к стопке чистых тарелок.
«Я припомню тебе это...» — мысленно пообещал Абель и потянулся к стопке чистых тарелок.
Вдыхая доносящийся аромат пряных соусов и жареного мяса, он изо всех сил подавлял желание устроить этой еде тотальное уничтожение. Проявив чудеса самообладания, он сиротливо положил на тарелку крошечную порцию.
Вдыхая доносящийся аромат пряных соусов и жареного мяса, он изо всех сил подавлял желание устроить этой еде тотальное уничтожение. Проявив чудеса самообладания, он сиротливо положил на тарелку крошечную порцию.
Стараясь слиться с интерьером и напустив на себя вид праздного джентльмена, решившего слегка пригубить закуски, Абель шмыгнул в неприметный угол. Одно движение — и жалкая горстка еды исчезла в его рту.
Стараясь слиться с интерьером и напустив на себя вид праздного джентльмена, решившего слегка пригубить закуски, Абель шмыгнул в неприметный угол. Одно движение — и жалкая горстка еды исчезла в его рту.
Закончив с первой точкой, он с самым невозмутимым видом перекочевал к другому столу... Тактика была медленной и утомительной, но изнывающий от голода желудок наконец получил хоть какое-то утешение.
Закончив с первой точкой, он с самым невозмутимым видом перекочевал к другому столу... Тактика была медленной и утомительной, но изнывающий от голода желудок наконец получил хоть какое-то утешение.
«А в этом даже есть свой изысканный азарт, стоит только втянуться», — подумал Абель, решив развлечься.
«А в этом даже есть свой изысканный азарт, стоит только втянуться», — подумал Абель, решив развлечься.
Он принялся вычислять траектории снующих с подносами слуг, отыскивая идеальные слепые зоны. Попутно он возомнил себя строгим ресторанным критиком, мысленно выставляя оценки каждому блюду.
Он принялся вычислять траектории снующих с подносами слуг, отыскивая идеальные слепые зоны. Попутно он возомнил себя строгим ресторанным критиком, мысленно выставляя оценки каждому блюду.
«Цыпленок нежен, специи подобраны отменно, прожарка идеальная. Жаль, порция буквально на один зубок».
«Цыпленок нежен, специи подобраны отменно, прожарка идеальная. Жаль, порция буквально на один зубок».
«Рыба пересолена. Есть же золотое правило: недосол на столе, пересол на голове! А тут повар, похоже, решил сразу приготовить сушёную воблу к пиву... Эх, сюда бы тарелочку горячего белого риса. Но в этих краях рис — безумная роскошь, да и местные кулинары умудряются сыпать его в суп в качестве невнятной добавки, а не подавать как нормальный гарнир».
«Рыба пересолена. Есть же золотое правило: недосол на столе, пересол на голове! А тут повар, похоже, решил сразу приготовить сушёную воблу к пиву... Эх, сюда бы тарелочку горячего белого риса. Но в этих краях рис — безумная роскошь, да и местные кулинары умудряются сыпать его в суп в качестве невнятной добавки, а не подавать как нормальный гарнир».
Однако фортуна переменчива. Как ни старался Абель не привлекать внимания, его челночный бег между столами всё же заметили двое. И если один из наблюдателей лишь понимающе и сочувственно улыбнулся, то второй оказался на редкость беспардонным типом.
Однако фортуна переменчива. Как ни старался Абель не привлекать внимания, его челночный бег между столами всё же заметили двое. И если один из наблюдателей лишь понимающе и сочувственно улыбнулся, то второй оказался на редкость беспардонным типом.
— Хех, погляди на этого деревенщину. Жрёт так, будто в жизни нормальной еды не видел, — раздался пренебрежительный шёпот.
— Хех, погляди на этого деревенщину. Жрёт так, будто в жизни нормальной еды не видел, — раздался пренебрежительный шёпот.
Слова принадлежали молодому пижону в вычурном бирюзово-пурпурном камзоле.
Слова принадлежали молодому пижону в вычурном бирюзово-пурпурном камзоле.
Звали его Пол Коул. Он отчаянно искал повод завязать разговор, чтобы блеснуть познаниями в заграничных деликатесах перед незнакомой дамой. Дама — таинственная незнакомка в строгом чёрном платье — приковывала взгляд своей утончённой, едва ли не мистической аурой. Она казалась нежной ночной орхидеей, расцветшей в полумраке, и Пол пропал с первого взгляда.
Звали его Пол Коул. Он отчаянно искал повод завязать разговор, чтобы блеснуть познаниями в заграничных деликатесах перед незнакомой дамой. Дама — таинственная незнакомка в строгом чёрном платье — приковывала взгляд своей утончённой, едва ли не мистической аурой. Она казалась нежной ночной орхидеей, расцветшей в полумраке, и Пол пропал с первого взгляда.
Больше всего на свете Пол любил срывать подобные хрупкие бутоны. Правда, учитывая, что они находились на приёме у графа Андерсона, действовать стоило тоньше — для начала пустить в ход своё хвалёное искусство обольщения.
Больше всего на свете Пол любил срывать подобные хрупкие бутоны. Правда, учитывая, что они находились на приёме у графа Андерсона, действовать стоило тоньше — для начала пустить в ход своё хвалёное искусство обольщения.
Вот только колкость Коула, призванная растопить лёд в сердце дамы, долетела и до ушей Абеля, обладавшего на редкость чутким слухом. Намеревавшийся перебежать к следующей тарелке Абель прищурился. В его взгляде промелькнул недобрый огонёк. Планы мгновенно изменились.
Вот только колкость Коула, призванная растопить лёд в сердце дамы, долетела и до ушей Абеля, обладавшего на редкость чутким слухом. Намеревавшийся перебежать к следующей тарелке Абель прищурился. В его взгляде промелькнул недобрый огонёк. Планы мгновенно изменились.
Он бесшумно отставил пустую тарелку и направился прямиком к остряку. Пол даже охнуть не успел, как на его плечо легла тяжёлая ладонь.
Он бесшумно отставил пустую тарелку и направился прямиком к остряку. Пол даже охнуть не успел, как на его плечо легла тяжёлая ладонь.
Пол недовольно поморщился: кто посмел прерывать его триумфальное наступление? Но обернувшись и увидев перед собой того самого парня, над которым только что потешался, он слегка опешил.
Пол недовольно поморщился: кто посмел прерывать его триумфальное наступление? Но обернувшись и увидев перед собой того самого парня, над которым только что потешался, он слегка опешил.
Холодный, колючий взгляд Абеля заставил щёголя попятиться. Пол уже мысленно проклял свой слишком громкий язык, но отступать было поздно — рядом стояла прекрасная леди, и ударить в грязь лицом перед ней он не мог.
Холодный, колючий взгляд Абеля заставил щёголя попятиться. Пол уже мысленно проклял свой слишком громкий язык, но отступать было поздно — рядом стояла прекрасная леди, и ударить в грязь лицом перед ней он не мог.
Натянув на лицо самую высокомерную из своих улыбок, Пол процедил:
Натянув на лицо самую высокомерную из своих улыбок, Пол процедил:
— Чем могу помочь, милейший?
— Чем могу помочь, милейший?
Абель проигнорировал вопрос. Он смерил Пола оценивающим взглядом и без какого-либо вступления затараторил:
Абель проигнорировал вопрос. Он смерил Пола оценивающим взглядом и без какого-либо вступления затараторил:
— Пареный ягнёнок, медвежья лапа на пару, олений хвост в меду, жареная утка, запечённый цыплёнок, копчёный гусь, глазированный поросёнок, утка в рассоле, курица в соевом соусе, вяленый окорок, свиные желудки с кедровыми орехами, сушёное мясо, пряные колбасы, ассорти на блюде, копчёная грудинка...
— Пареный ягнёнок, медвежья лапа на пару, олений хвост в меду, жареная утка, запечённый цыплёнок, копчёный гусь, глазированный поросёнок, утка в рассоле, курица в соевом соусе, вяленый окорок, свиные желудки с кедровыми орехами, сушёное мясо, пряные колбасы, ассорти на блюде, копчёная грудинка...
Пол вытаращил глаза.
Пол вытаращил глаза.
Этот безумный гастрономический поток лился без единой запинки. Абель чеканил каждое слово с невероятной скоростью, ни разу не повторившись. Опешивший щёголь застыл на месте, заворожённо глядя на быстро двигающиеся губы собеседника, из которых, казалось, материальным градом сыпались неведомые названия.
Этот безумный гастрономический поток лился без единой запинки. Абель чеканил каждое слово с невероятной скоростью, ни разу не повторившись. Опешивший щёголь застыл на месте, заворожённо глядя на быстро двигающиеся губы собеседника, из которых, казалось, материальным градом сыпались неведомые названия.
— Жареные креветки, тушёные креветки, тушёные свиные почки... фух! — Абель на секунду перевёл дух.
— Жареные креветки, тушёные креветки, тушёные свиные почки... фух! — Абель на секунду перевёл дух.
Пол уж было подумал, что пытка окончена, но парень заговорил ещё быстрее, виртуозно работая языком:
Пол уж было подумал, что пытка окончена, но парень заговорил ещё быстрее, виртуозно работая языком:
—...говяжьи артерии в специях, тушёный белый угорь, тушёный жёлтый угорь, сом в бобовом соусе, запечённый карп, разваренная черепаха, обжаренный в масле сазан, королевские креветки во фритюре, нежная свиная вырезка, хрустящий цыплёнок, фаршированные свиные кишки, тушёная галка, слоёные масляные рулеты со сладким кунжутом!..
—...говяжьи артерии в специях, тушёный белый угорь, тушёный жёлтый угорь, сом в бобовом соусе, запечённый карп, разваренная черепаха, обжаренный в масле сазан, королевские креветки во фритюре, нежная свиная вырезка, хрустящий цыплёнок, фаршированные свиные кишки, тушёная галка, слоёные масляные рулеты со сладким кунжутом!..
Выдав на одном дыхании этот монументальный список, Абель замолчал. Он выждал пару секунд, восстанавливая дыхание, а затем снисходительно улыбнулся:
Выдав на одном дыхании этот монументальный список, Абель замолчал. Он выждал пару секунд, восстанавливая дыхание, а затем снисходительно улыбнулся:
— Едал такое? То-то же, даже не слышал!
— Едал такое? То-то же, даже не слышал!
— Я... э-э... — Пол открыл рот, но не смог выдавить ни звука.
— Я... э-э... — Пол открыл рот, но не смог выдавить ни звука.
Кое-что из этого списка отдалённо напоминало съедобные вещи, но большинство названий звучали как полнейшая абракадабра. Если бы этот странный тип не протараторил всё без единой заминки, Пол решил бы, что тот несёт бред сивой кобылы.
Кое-что из этого списка отдалённо напоминало съедобные вещи, но большинство названий звучали как полнейшая абракадабра. Если бы этот странный тип не протараторил всё без единой заминки, Пол решил бы, что тот несёт бред сивой кобылы.
Абель, насладившись его растерянностью, ухмыльнулся самой ехидной из своих улыбок:
Абель, насладившись его растерянностью, ухмыльнулся самой ехидной из своих улыбок:
— А я вот всё это пробовал. Счастливо оставаться!
— А я вот всё это пробовал. Счастливо оставаться!
Развернувшись на каблуках, он мгновенно растворился в нарядной толпе гостей, оставив поверженного врага переваривать услышанное.
Развернувшись на каблуках, он мгновенно растворился в нарядной толпе гостей, оставив поверженного врага переваривать услышанное.
— Сумасшедший какой-то... — пробормотал Пол вслед ушедшему, пытаясь спасти остатки достоинства. Он рассчитывал, что дама разделит его недоумение и это сблизит их.
— Сумасшедший какой-то... — пробормотал Пол вслед ушедшему, пытаясь спасти остатки достоинства. Он рассчитывал, что дама разделит его недоумение и это сблизит их.
Но у дамы в чёрном было иное мнение. Вместо того чтобы поддержать беседу, она смерила его ледяным взглядом и безжалостно растоптала его эго:
Но у дамы в чёрном было иное мнение. Вместо того чтобы поддержать беседу, она смерила его ледяным взглядом и безжалостно растоптала его эго:
— Этот сумасшедший хотя бы разбирается в еде куда лучше вас. Сомневаюсь, что вы сможете назвать состав хотя бы половины блюд на этих столах. Так что вы даже до безумца не дотягиваете.
— Этот сумасшедший хотя бы разбирается в еде куда лучше вас. Сомневаюсь, что вы сможете назвать состав хотя бы половины блюд на этих столах. Так что вы даже до безумца не дотягиваете.
Пол ошеломлённо уставился на неё. Вся её хрупкость и нежность испарились в одно мгновение. Он никак не ожидал получить столь резкий отпор.
Пол ошеломлённо уставился на неё. Вся её хрупкость и нежность испарились в одно мгновение. Он никак не ожидал получить столь резкий отпор.
— Что, я не права? — в голосе незнакомки зазвучало неприкрытое отвращение. — Ваши убогие попытки состроить из себя ценителя и этот сальный, липкий взгляд выдают ваши гнилые мыслишки с головой. Нашли кого дурачить. На фоне вашей серости тот голодный парень кажется настоящим джентльменом.
— Что, я не права? — в голосе незнакомки зазвучало неприкрытое отвращение. — Ваши убогие попытки состроить из себя ценителя и этот сальный, липкий взгляд выдают ваши гнилые мыслишки с головой. Нашли кого дурачить. На фоне вашей серости тот голодный парень кажется настоящим джентльменом.

Комментарии

Загрузка...