Бейкер-стрит, 221
Бейкер-стрит, 221
С самого утра Ньютон была в прекрасном расположении духа. Да и голова работала на удивление ясно: сложные задачи, над которыми она безуспешно билась раньше, теперь щёлкались одна за другой.
С самого утра Ньютон была в прекрасном расположении духа. Да и голова работала на удивление ясно: сложные задачи, над которыми она безуспешно билась раньше, теперь щёлкались одна за другой.
Устроившись на деревянной скамейке в саду, она решила на этой волне раз и навсегда расправиться с давней проблемой, не дававшей ей покоя.
Устроившись на деревянной скамейке в саду, она решила на этой волне раз и навсегда расправиться с давней проблемой, не дававшей ей покоя.
Перед ней на столике лежали листы бумаги, сплошь исписанные формулами и расчётами. Свободного места на деревянной поверхности практически не осталось.
Перед ней на столике лежали листы бумаги, сплошь исписанные формулами и расчётами. Свободного места на деревянной поверхности практически не осталось.
Прибираться Ньютон и не думала. Склонившись над столом, она с жаром выводила строчку за строчкой, словно намереваясь исписать всю бумагу до последнего клочка.
Прибираться Ньютон и не думала. Склонившись над столом, она с жаром выводила строчку за строчкой, словно намереваясь исписать всю бумагу до последнего клочка.
О том, насколько близка разгадка, можно было судить по её стройным ножкам — она болтала ими всё быстрее и быстрее, нетерпеливо ожидая момента, когда сойдутся последние цифры.
О том, насколько близка разгадка, можно было судить по её стройным ножкам — она болтала ими всё быстрее и быстрее, нетерпеливо ожидая момента, когда сойдутся последние цифры.
**[Если раскрыть скобки в выражении (A+B) (C+D), получится четыре члена (2 2 = 4). Но если C = A, а D = B, подобные члены AB и BA объединятся, и членов останется три...]
**[Если раскрыть скобки в выражении (A+B) (C+D), получится четыре члена (2 2 = 4). Но если C = A, а D = B, подобные члены AB и BA объединятся, и членов останется три...]
[(c2 + x2)^(1/2) = [c2 + c2(x2/c2)]^(1/2) → P = c2, Q = x2/c2, m = 1, n = 2...]
[(c2 + x2)^(1/2) = [c2 + c2(x2/c2)]^(1/2) → P = c2, Q = x2/c2, m = 1, n = 2...]
[...]
[...]
Мысли Ньютон мчались на бешеной скорости, выстраивая безупречные, строгие логические цепочки. Наконец на самом краю последнего листа она размашистым, летящим почерком вывела финальный аккорд:
Мысли Ньютон мчались на бешеной скорости, выстраивая безупречные, строгие логические цепочки. Наконец на самом краю последнего листа она размашистым, летящим почерком вывела финальный аккорд:
[Следовательно, доказано: для любой целой положительной степени двучлена справедлива формула разложения...]**
[Следовательно, доказано: для любой целой положительной степени двучлена справедлива формула разложения...]**
— Нашла!
— Нашла!
Наконец из её груди вырвался победный возглас. Ньютон сияла от счастья, на её милом лице расплылась широкая, торжествующая улыбка.
Наконец из её груди вырвался победный возглас. Ньютон сияла от счастья, на её милом лице расплылась широкая, торжествующая улыбка.
Это было ни с чем не сравнимое чувство триумфа — чистая радость первооткрывателя, решившего сложнейшую задачу. Если судить по пирамиде Маслоу, сейчас она испытывала высшую форму удовлетворения — её потребность в самоактуализации была исполнена сполна.
Это было ни с чем не сравнимое чувство триумфа — чистая радость первооткрывателя, решившего сложнейшую задачу. Если судить по пирамиде Маслоу, сейчас она испытывала высшую форму удовлетворения — её потребность в самоактуализации была исполнена сполна.
Скрипнула садовая калитка.
Скрипнула садовая калитка.
На пороге появился Абель Ли. Лицо его было непривычно серьёзным.
На пороге появился Абель Ли. Лицо его было непривычно серьёзным.
Вообще-то Ньютон планировала притвориться равнодушной. Спрятать формулы и сделать вид, что ничего особенного не произошло. Пусть бы он сам ходил вокруг да около, выпытывал, над чем она так упорно трудилась, а она бы капризно отмахивалась, прежде чем явить миру разгадку и снисходительно принять его потрясённый, полный восхищения взгляд.
Вообще-то Ньютон планировала притвориться равнодушной. Спрятать формулы и сделать вид, что ничего особенного не произошло. Пусть бы он сам ходил вокруг да около, выпытывал, над чем она так упорно трудилась, а она бы капризно отмахивалась, прежде чем явить миру разгадку и снисходительно принять его потрясённый, полный восхищения взгляд.
Но стоило ей увидеть Абеля, как весь её напускной авторитет растаял.
Но стоило ей увидеть Абеля, как весь её напускной авторитет растаял.
Она гордо вскинула подбородок и, словно хвастающийся павлин, затараторила:
Она гордо вскинула подбородок и, словно хвастающийся павлин, затараторила:
— Ты как раз вовремя! Я только что решила одну безумно интересную...
— Ты как раз вовремя! Я только что решила одну безумно интересную...
Фраза оборвалась на полуслове. Улыбка мгновенно сползла с её лица.
Фраза оборвалась на полуслове. Улыбка мгновенно сползла с её лица.
Рядом с Абелем стояла маленькая девочка в лёгком платье в цветочек. Она крепко держала его за руку и с робким, пугливым любопытством разглядывала хозяйку дома.
Рядом с Абелем стояла маленькая девочка в лёгком платье в цветочек. Она крепко держала его за руку и с робким, пугливым любопытством разглядывала хозяйку дома.
Ньютон мгновенно подобралась, почувствовав смутную угрозу. Она и сама не могла бы объяснить, почему этот ребёнок вызвал у неё такую острую настороженность.
Ньютон мгновенно подобралась, почувствовав смутную угрозу. Она и сама не могла бы объяснить, почему этот ребёнок вызвал у неё такую острую настороженность.
— А, отлично, ты как раз здесь, — Абель указал на жмущуюся к нему девочку и с самым серьёзным видом выдал чистейшую ложь: — Познакомься, это моя дочь. Её зовут Луиза Ли.
— А, отлично, ты как раз здесь, — Абель указал на жмущуюся к нему девочку и с самым серьёзным видом выдал чистейшую ложь: — Познакомься, это моя дочь. Её зовут Луиза Ли.
Ньютон мысленно перевела дух. К счастью, это не ответ на её математическую загадку.
Ньютон мысленно перевела дух. К счастью, это не ответ на её математическую загадку.
Хотя... подождите. ДОЧЬ?!
Хотя... подождите. ДОЧЬ?!
Ньютон во все глаза уставилась на девочку.
Ньютон во все глаза уставилась на девочку.
Редкие в этих краях рыжие кудри, тёмные глаза, на удивление правильные, благородные черты лица... Любой прохожий, взглянув на них двоих, без сомнения признал бы поразительное сходство. Генетика Абеля Ли прослеживалась слишком явно, чтобы сомневаться в их родстве.
Редкие в этих краях рыжие кудри, тёмные глаза, на удивление правильные, благородные черты лица... Любой прохожий, взглянув на них двоих, без сомнения признал бы поразительное сходство. Генетика Абеля Ли прослеживалась слишком явно, чтобы сомневаться в их родстве.
В голове Ньютон что-то с грохотом рухнуло.
В голове Ньютон что-то с грохотом рухнуло.
«А-а-а-а-а-а-а-а! Как это понимать?! Откуда у него ребёнок?!»
«А-а-а-а-а-а-а-а! Как это понимать?! Откуда у него ребёнок?!»
Её чувства к Абелю всегда оставались для неё самой загадкой. Он ей нравился, хоть она и обожала с ним спорить. Ей просто было тепло и уютно рядом с ним, даже когда они молчали. В глубине души она уже давно не возражала против идеи провести с ним всю жизнь.
Её чувства к Абелю всегда оставались для неё самой загадкой. Он ей нравился, хоть она и обожала с ним спорить. Ей просто было тепло и уютно рядом с ним, даже когда они молчали. В глубине души она уже давно не возражала против идеи провести с ним всю жизнь.
И хотя она упрямо не признавала его претензий на звание «жениха», в душе она уже почти смирилась с этой ролью и редко спорила всерьёз.
И хотя она упрямо не признавала его претензий на звание «жениха», в душе она уже почти смирилась с этой ролью и редко спорила всерьёз.
А теперь... у него есть дочь.
А теперь... у него есть дочь.
Дети рождаются от любви — в этом Ньютон была убеждена твёрдо.
Дети рождаются от любви — в этом Ньютон была убеждена твёрдо.
В груди заныло, словно из сердца вырвали кусок. Синие глаза защипало от подступивших слёз, мир вокруг слегка поплыл.
В груди заныло, словно из сердца вырвали кусок. Синие глаза защипало от подступивших слёз, мир вокруг слегка поплыл.
И тут Абель беззаботно добавил:
И тут Абель беззаботно добавил:
— Ладно, ладно, я пошутил. Сильно испугалась?
— Ладно, ладно, я пошутил. Сильно испугалась?
Тоска испарилась в то же мгновение. Глаза высохли, а на смену щемящей пустоте пришла обжигающая волна гнева.
Тоска испарилась в то же мгновение. Глаза высохли, а на смену щемящей пустоте пришла обжигающая волна гнева.
Лицо Ньютон потемнело. Она молча сжала кулаки так, что затрещали костяшки пальцев.
Лицо Ньютон потемнело. Она молча сжала кулаки так, что затрещали костяшки пальцев.
Заметив, что золотая коротышка вот-вот взорвётся, Абель поспешно отступил на шаг и замахал руками:
Заметив, что золотая коротышка вот-вот взорвётся, Абель поспешно отступил на шаг и замахал руками:
— Эй, эй! Ты что, правда поверила? Луизе уже четырнадцать! Я, конечно, парень видный, но не настолько, чтобы обзавестись ребёнком в семь лет!
— Эй, эй! Ты что, правда поверила? Луизе уже четырнадцать! Я, конечно, парень видный, но не настолько, чтобы обзавестись ребёнком в семь лет!
Ньютон замерла.
Ньютон замерла.
«И правда...»
«И правда...»
Но гордая и гениальная мисс Ньютон ни за что на свете не призналась бы, что из-за внезапного шока напрочь забыла о такой мелочи, как банальная арифметика.
Но гордая и гениальная мисс Ньютон ни за что на свете не призналась бы, что из-за внезапного шока напрочь забыла о такой мелочи, как банальная арифметика.
— Хм, испугалась? Ещё чего! — Ньютон демонстративно разжала кулаки и фыркнула: — Думаешь, только тебе шутить можно? Я подыграла, чтобы посмотреть на твою реакцию. И, судя по всему, ты меня до сих пор побаиваешься.
— Хм, испугалась? Ещё чего! — Ньютон демонстративно разжала кулаки и фыркнула: — Думаешь, только тебе шутить можно? Я подыграла, чтобы посмотреть на твою реакцию. И, судя по всему, ты меня до сих пор побаиваешься.
— Да неужели? — усомнился Абель.
— Да неужели? — усомнился Абель.
— Именно! Вопросы есть? — Ньютон сверкнула глазами.
— Именно! Вопросы есть? — Ньютон сверкнула глазами.
— Нет-нет, никаких вопросов... — поспешно уступил он.
— Нет-нет, никаких вопросов... — поспешно уступил он.
Абель озадаченно почесал затылок. С этой девчонкой явно было что-то не так. Обычно она раскусывала его глупые шутки на лету, после чего показывала зубки и ворчала: «Ты за кого меня принимаешь, за трёхлетнего ребёнка?» А сегодня выдала какую-то совершенно нетипичную реакцию.
Абель озадаченно почесал затылок. С этой девчонкой явно было что-то не так. Обычно она раскусывала его глупые шутки на лету, после чего показывала зубки и ворчала: «Ты за кого меня принимаешь, за трёхлетнего ребёнка?» А сегодня выдала какую-то совершенно нетипичную реакцию.
«У братика и сестрицы такие замечательные отношения...»
«У братика и сестрицы такие замечательные отношения...»
Глядя на них, Луиза почувствовала лёгкую, тёплую зависть. Ей тоже до глубины души хотелось иметь кого-то, с кем можно так непринуждённо общаться.
Глядя на них, Луиза почувствовала лёгкую, тёплую зависть. Ей тоже до глубины души хотелось иметь кого-то, с кем можно так непринуждённо общаться.
— Ладно, давай без шуток, — Абель тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. — Знакомься по-настоящему. Это леди Луиза Андерсон. Я её похитил, так что в ближайшие несколько дней она поживёт у нас.
— Ладно, давай без шуток, — Абель тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. — Знакомься по-настоящему. Это леди Луиза Андерсон. Я её похитил, так что в ближайшие несколько дней она поживёт у нас.
Луиза вежливо шагнула вперёд и очаровательно улыбнулась:
Луиза вежливо шагнула вперёд и очаровательно улыбнулась:
— Здравствуйте, сестрица.
— Здравствуйте, сестрица.
«Похитил?»
«Похитил?»
Эта милая улыбка ничуть не умерила недоумения Ньютон. Напротив, она запуталась ещё сильнее. На секунду ей даже показалось, что от пережитого потрясения её мозг просто перестал правильно понимать английские слова.
Эта милая улыбка ничуть не умерила недоумения Ньютон. Напротив, она запуталась ещё сильнее. На секунду ей даже показалось, что от пережитого потрясения её мозг просто перестал правильно понимать английские слова.
Она осторожно переспросила:
Она осторожно переспросила:
— Похитил... В каком смысле?
— Похитил... В каком смысле?
— В самом прямом, — охотно пояснил Абель. — Увёл из семьи без согласия её опекунов, привёл к себе домой и отказываюсь возвращать обратно.
— В самом прямом, — охотно пояснил Абель. — Увёл из семьи без согласия её опекунов, привёл к себе домой и отказываюсь возвращать обратно.
— Ты снова меня разыгрываешь? — прищурилась Ньютон.
— Ты снова меня разыгрываешь? — прищурилась Ньютон.
— Сама у неё спроси, — Абель пожал плечами.
— Сама у неё спроси, — Абель пожал плечами.
Ньютон с сомнением перевела взгляд на гостью.
Ньютон с сомнением перевела взгляд на гостью.
Луиза послушно кивнула и с готовностью подтвердила:
Луиза послушно кивнула и с готовностью подтвердила:
— Всё так. Братик меня похитил.
— Всё так. Братик меня похитил.
Причём в её голосе не было ни капли страха или обиды. Скорее уж, она выглядела искренне довольной тем, что её «украли».
Причём в её голосе не было ни капли страха или обиды. Скорее уж, она выглядела искренне довольной тем, что её «украли».
Ньютон окончательно лишилась дара речи.
Ньютон окончательно лишилась дара речи.

Комментарии

Загрузка...