— Антуан-Лоран Лавуазье?
— Антуан-Лоран Лавуазье?
Услышав это имя, профессора недоуменно переглянулись. Кто-то озвучил общую мысль вслух:
Услышав это имя, профессора недоуменно переглянулись. Кто-то озвучил общую мысль вслух:
— Это еще кто?
— Это еще кто?
— Впервые слышу.
— Впервые слышу.
— Разве у нас есть такой преподаватель?
— Разве у нас есть такой преподаватель?
Абель Ли кашлянул, привлекая внимание, и дождался, пока аудитория затихнет.
Абель Ли кашлянул, привлекая внимание, и дождался, пока аудитория затихнет.
— Мисс Лавуазье — тоже профессор нашего университета, она приехала из Франции. Хотя она предпочитает не афишировать свои изыскания и тихо занимается наукой, именно ее выводы помогли мне вырваться из ментального плена теории флогистона. Без ее трудов книга «Основы химии» попросту не увидела бы свет.
— Мисс Лавуазье — тоже профессор нашего университета, она приехала из Франции. Хотя она предпочитает не афишировать свои изыскания и тихо занимается наукой, именно ее выводы помогли мне вырваться из ментального плена теории флогистона. Без ее трудов книга «Основы химии» попросту не увидела бы свет.
Заметив, что на лицах коллег по-прежнему написано недоумение, Абель добавил:
Заметив, что на лицах коллег по-прежнему написано недоумение, Абель добавил:
— К слову, она очаровательная сереброволосая красавица. Если кому-то интересно, можете обсудить это с ней лично. Она сидит на самом последнем ряду.
— К слову, она очаровательная сереброволосая красавица. Если кому-то интересно, можете обсудить это с ней лично. Она сидит на самом последнем ряду.
«Серебряные волосы», «красавица», «последний ряд» — эти ключевые слова сработали мгновенно. Десятки взглядов сфокусировались в одной точке. Направлены они были на несчастную Лавуазье, которая еще даже не успела сообразить, что происходит, и сидела с совершенно ошарашенным видом.
«Серебряные волосы», «красавица», «последний ряд» — эти ключевые слова сработали мгновенно. Десятки взглядов сфокусировались в одной точке. Направлены они были на несчастную Лавуазье, которая еще даже не успела сообразить, что происходит, и сидела с совершенно ошарашенным видом.
Серебряные волосы, женщина, незнакомое лицо... Обменявшись многозначительными взглядами, профессора дружно закивали. В следующую секунду они разом поднялись со своих мест и плотной толпой двинулись к Лавуазье. Выглядело это шествие весьма внушительно.
Серебряные волосы, женщина, незнакомое лицо... Обменявшись многозначительными взглядами, профессора дружно закивали. В следующую секунду они разом поднялись со своих мест и плотной толпой двинулись к Лавуазье. Выглядело это шествие весьма внушительно.
— Постойте, я вовсе не... — робко забормотала Лавуазье.
— Постойте, я вовсе не... — робко забормотала Лавуазье.
В Кембридже она всегда оставалась незаметной тенью, «серой мышкой», и к подобному вниманию не привыкла. От неожиданности она запаниковала и попыталась было все отрицать.
В Кембридже она всегда оставалась незаметной тенью, «серой мышкой», и к подобному вниманию не привыкла. От неожиданности она запаниковала и попыталась было все отрицать.
Но было слишком поздно. Ее тихий лепет мгновенно потонул в гуле голосов обступивших ее мужчин. Ученые мужи наперебой принялись засыпать ее вопросами.
Но было слишком поздно. Ее тихий лепет мгновенно потонул в гуле голосов обступивших ее мужчин. Ученые мужи наперебой принялись засыпать ее вопросами.
Кто-то спрашивал вполне серьезно:
Кто-то спрашивал вполне серьезно:
— Профессор Лавуазье, позвольте узнать, что натолкнуло вас на столь революционную мысль?
— Профессор Лавуазье, позвольте узнать, что натолкнуло вас на столь революционную мысль?
Другие пытались навести мосты:
Другие пытались навести мосты:
— Уважаемая коллега, а ведь мой отец тоже был родом из Франции!
— Уважаемая коллега, а ведь мой отец тоже был родом из Франции!
Разумеется, нашлись и те, чьи намерения были далеки от чистой науки:
Разумеется, нашлись и те, чьи намерения были далеки от чистой науки:
— О, мисс Лавуазье, не окажете ли мне честь? Позвольте пригласить вас на чашечку кофе.
— О, мисс Лавуазье, не окажете ли мне честь? Позвольте пригласить вас на чашечку кофе.
Как могла хрупкая девушка отбиться от целой оравы наседающих со всех сторон мужчин? Растерявшись, Лавуазье окончательно сникла. Она лишь беспомощно озиралась, не зная, кому отвечать в первую очередь.
Как могла хрупкая девушка отбиться от целой оравы наседающих со всех сторон мужчин? Растерявшись, Лавуазье окончательно сникла. Она лишь беспомощно озиралась, не зная, кому отвечать в первую очередь.
«Ну что, сюрприз? Неожиданно?»
«Ну что, сюрприз? Неожиданно?»
Глядя на то, как испуганно жмется к стене окруженная плотным кольцом коллег Лавуазье, Абель довольно сощурился. Пока всеобщее внимание было приковано к новоявленной звезде науки, он незаметно выскользнул из аудитории, сделав знак ожидавшему в коридоре секретарю Миллеру следовать за ним.
Глядя на то, как испуганно жмется к стене окруженная плотным кольцом коллег Лавуазье, Абель довольно сощурился. Пока всеобщее внимание было приковано к новоявленной звезде науки, он незаметно выскользнул из аудитории, сделав знак ожидавшему в коридоре секретарю Миллеру следовать за ним.
***
***
Кабинет ректора
Кабинет ректора
Просторный кабинет превосходил размерами даже спальню Абеля. Посреди комнаты высился монументальный письменный стол, искусно вытесанный из цельного древесного ствола — ни единого шва или шляпки гвоздя на безупречной поверхности.
Просторный кабинет превосходил размерами даже спальню Абеля. Посреди комнаты высился монументальный письменный стол, искусно вытесанный из цельного древесного ствола — ни единого шва или шляпки гвоздя на безупречной поверхности.
— Остальное на тебе, — Абель небрежно кивнул на гору бумаг. — Забирай эти папки и разберись с ними. И огромная просьба: в ближайшие дни не беспокой меня по пустякам.
— Остальное на тебе, — Абель небрежно кивнул на гору бумаг. — Забирай эти папки и разберись с ними. И огромная просьба: в ближайшие дни не беспокой меня по пустякам.
Миллер перевел взгляд на стопку папок, достигавшую ему примерно до груди. Лицо секретаря, и без того напоминавшее застывшую маску, кажется, окаменело еще сильнее.
Миллер перевел взгляд на стопку папок, достигавшую ему примерно до груди. Лицо секретаря, и без того напоминавшее застывшую маску, кажется, окаменело еще сильнее.
Выдержав паузу длиной в добрую минуту, он наконец глухо вымолвил:
Выдержав паузу длиной в добрую минуту, он наконец глухо вымолвил:
— Слушаюсь.
— Слушаюсь.
— Вот и отлично, свободен. Мне нужно перевести дух, весь день на ногах — вымотался до чертиков, — Абель нетерпеливо махнул рукой, спроваживая помощника.
— Вот и отлично, свободен. Мне нужно перевести дух, весь день на ногах — вымотался до чертиков, — Абель нетерпеливо махнул рукой, спроваживая помощника.
Он старался без особой нужды не сближаться с этим скрытным типом.
Он старался без особой нужды не сближаться с этим скрытным типом.
Миллер молча сгреб бумаги в охапку и побрел к выходу. В его тусклом взгляде сквозила глубокая, экзистенциальная тоска.
Миллер молча сгреб бумаги в охапку и побрел к выходу. В его тусклом взгляде сквозила глубокая, экзистенциальная тоска.
«С Ее Высочеством мы договаривались совсем о другом... Интересно, контракт еще можно расторгнуть?»
«С Ее Высочеством мы договаривались совсем о другом... Интересно, контракт еще можно расторгнуть?»
Сбросив все дела на несчастного секретаря, Абель сладко зевнул, уложил голову на сложенные руки и уже приготовился было вздремнуть, как вдруг в дверь негромко постучали.
Сбросив все дела на несчастного секретаря, Абель сладко зевнул, уложил голову на сложенные руки и уже приготовился было вздремнуть, как вдруг в дверь негромко постучали.
Раздался мерный стук.
Раздался мерный стук.
— Войдите, — вздохнул Абель, со стоном отрывая голову от столешницы.
— Войдите, — вздохнул Абель, со стоном отрывая голову от столешницы.
Створка приоткрылась, и на пороге возникла Лавуазье, судя по ее изможденному лицу, только что вырвавшаяся из плотных тисков коллег-ученых. Выглядела она довольно взъерошенной, а новенький белый халат, который она надела сегодня утром, успел кое-где покрыться сомнительными пятнами.
Створка приоткрылась, и на пороге возникла Лавуазье, судя по ее изможденному лицу, только что вырвавшаяся из плотных тисков коллег-ученых. Выглядела она довольно взъерошенной, а новенький белый халат, который она надела сегодня утром, успел кое-где покрыться сомнительными пятнами.
— Привет, — Абель мгновенно взбодрился и приветливо помахал ей рукой. Настроение у него так и заиграло.
— Привет, — Абель мгновенно взбодрился и приветливо помахал ей рукой. Настроение у него так и заиграло.
Лавуазье ожгла его гневным взглядом, после чего тяжело вздохнула:
Лавуазье ожгла его гневным взглядом, после чего тяжело вздохнула:
— И часто вы так развлекаетесь?
— И часто вы так развлекаетесь?
Абель на секунду задумался, а затем закивал с довольной улыбкой.
Абель на секунду задумался, а затем закивал с довольной улыбкой.
— Но это же издевательство! — возмутилась гостья. — Меня буквально загнали в угол! Никакого предупреждения, ни секунды на подготовку — и тут налетает толпа солидных мужчин и начинает допрашивать обо всем подряд!
— Но это же издевательство! — возмутилась гостья. — Меня буквально загнали в угол! Никакого предупреждения, ни секунды на подготовку — и тут налетает толпа солидных мужчин и начинает допрашивать обо всем подряд!
— В этом-то и вся прелесть, — ласково улыбнулся Абель.
— В этом-то и вся прелесть, — ласково улыбнулся Абель.
Заметив, что тучи на лице собеседницы сгущаются, он поспешно пошел на попятную:
Заметив, что тучи на лице собеседницы сгущаются, он поспешно пошел на попятную:
— Шучу-шучу, не сердись. Ну а если серьезно — твои идеи наконец-то признали светила науки. Каково это — видеть, как мечта претворяется в жизнь?
— Шучу-шучу, не сердись. Ну а если серьезно — твои идеи наконец-то признали светила науки. Каково это — видеть, как мечта претворяется в жизнь?
При упоминании научного признания Лавуазье заметно смягчилась, гнев уступил место задумчивости.
При упоминании научного признания Лавуазье заметно смягчилась, гнев уступил место задумчивости.
— Сложно описать... Странное чувство.
— Сложно описать... Странное чувство.
Она нахмурилась, явно пытаясь разобраться в собственных мыслях:
Она нахмурилась, явно пытаясь разобраться в собственных мыслях:
— Вроде бы надо радоваться, прыгать до потолка, но внутри почему-то пустота. Будто я что-то потеряла, сама не знаю почему.
— Вроде бы надо радоваться, прыгать до потолка, но внутри почему-то пустота. Будто я что-то потеряла, сама не знаю почему.
«Обычное выгорание после достижения цели. Потеря ориентиров...»
«Обычное выгорание после достижения цели. Потеря ориентиров...»
— Не переживай, это временно, — Абель щелкнул пальцами. — Скоро я подкину тебе столько невероятных тем для исследований, что ты еще взмолишься о пощаде. Только чур потом не жаловаться на усталость!
— Не переживай, это временно, — Абель щелкнул пальцами. — Скоро я подкину тебе столько невероятных тем для исследований, что ты еще взмолишься о пощаде. Только чур потом не жаловаться на усталость!
— Правда? — ее глаза загорелись.
— Правда? — ее глаза загорелись.
— Зуб даю.
— Зуб даю.
— Как же здорово!
— Как же здорово!
Наблюдая за тем, как искренне радуется эта девушка, Абель невольно залюбовался ей, но вдруг уловил какую-то перемену.
Наблюдая за тем, как искренне радуется эта девушка, Абель невольно залюбовался ей, но вдруг уловил какую-то перемену.
Он задумчиво потер подбородок:
Он задумчиво потер подбородок:
— Хм, а ты изменилась.
— Хм, а ты изменилась.
— Да ну? — Лавуазье удивленно приподняла брови.
— Да ну? — Лавуазье удивленно приподняла брови.
Обретя твердую почву под ногами и новую цель, она действительно чувствовала себя окрыленной. Сбросив груз былых тревог, она сладко, по-кошачьи потянулась.
Обретя твердую почву под ногами и новую цель, она действительно чувствовала себя окрыленной. Сбросив груз былых тревог, она сладко, по-кошачьи потянулась.
Абель прищурился, анализируя свои ощущения:
Абель прищурился, анализируя свои ощущения:
— Раньше ты во время наших бесед вечно держала дистанцию. Смотрела на меня так, будто я какой-то проходимец, замышляющий недоброе. А сегодня держишься на удивление свободно.
— Раньше ты во время наших бесед вечно держала дистанцию. Смотрела на меня так, будто я какой-то проходимец, замышляющий недоброе. А сегодня держишься на удивление свободно.
— М-м-м, думаешь? — Лавуазье шутливо обхватила себя руками за плечи, состроив испуганную гримаску. — Ну, может, я просто смирилась со своей участью и решила позволить этому коварному проходимцу добиться своего?
— М-м-м, думаешь? — Лавуазье шутливо обхватила себя руками за плечи, состроив испуганную гримаску. — Ну, может, я просто смирилась со своей участью и решила позволить этому коварному проходимцу добиться своего?
Это что сейчас было? Флирт? Его только что попытались соблазнить?
Это что сейчас было? Флирт? Его только что попытались соблазнить?
— Эй, полегче! — картинно возмутился Абель. — Я всего лишь нанял тебя на работу. К чему этот драматизм про «невинную жертву»? Не дай бог кто-нибудь услышит и не так поймет. Между прочим, я парень строгих правил и храню верность своей избраннице!
— Эй, полегче! — картинно возмутился Абель. — Я всего лишь нанял тебя на работу. К чему этот драматизм про «невинную жертву»? Не дай бог кто-нибудь услышит и не так поймет. Между прочим, я парень строгих правил и храню верность своей избраннице!
Лавуазье застыла. Ее руки медленно опустились по швам, а на лице отразилось крайнее недоумение.
Лавуазье застыла. Ее руки медленно опустились по швам, а на лице отразилось крайнее недоумение.
Абель, заметив ее реакцию, не поверил своим глазам:
Абель, заметив ее реакцию, не поверил своим глазам:
— Погоди... Ты что, серьезно?! Ты все это время думала, будто я имею на тебя какие-то грязные виды?!
— Погоди... Ты что, серьезно?! Ты все это время думала, будто я имею на тебя какие-то грязные виды?!
— Но вы же сами... — Лавуазье наконец обрела дар речи и уставилась на него округлившимися глазами. — Вы ведь сами заявили тогда, при первой встрече, что помогли мне только потому, что я вам... приглянулась?
— Но вы же сами... — Лавуазье наконец обрела дар речи и уставилась на него округлившимися глазами. — Вы ведь сами заявили тогда, при первой встрече, что помогли мне только потому, что я вам... приглянулась?
«Вот это недоразумение...»
«Вот это недоразумение...»
— Да я имел в виду, что разглядел в тебе колоссальный потенциал! Я сразу понял, что ты гений химии, и разглядел в тебе будущего великого ученого!
— Да я имел в виду, что разглядел в тебе колоссальный потенциал! Я сразу понял, что ты гений химии, и разглядел в тебе будущего великого ученого!
Лавуазье нахмурилась, все еще не веря до конца:
Лавуазье нахмурилась, все еще не веря до конца:
— Каким же образом можно углядеть в человеке гениальность с первого взгляда?
— Каким же образом можно углядеть в человеке гениальность с первого взгляда?
Абель и сам понимал, что его тогдашние туманные объяснения могли навести на определенные двусмысленные мысли, но признавать свою неправоту не собирался.
Абель и сам понимал, что его тогдашние туманные объяснения могли навести на определенные двусмысленные мысли, но признавать свою неправоту не собирался.
— У меня врожденный дар распознавать таланты. Вопросы?
— У меня врожденный дар распознавать таланты. Вопросы?
Пораженная столь вопиющей наглостью, девушка лишь беззвучно приоткрыла рот. Возразить на это было решительно нечего.
Пораженная столь вопиющей наглостью, девушка лишь беззвучно приоткрыла рот. Возразить на это было решительно нечего.
— Хорошо, — после недолгой паузы предприняла она новую попытку. — А то, что вы пришли ко мне домой, уговаривали «пойти за вами» и выдали такую огромную кучу денег?
— Хорошо, — после недолгой паузы предприняла она новую попытку. — А то, что вы пришли ко мне домой, уговаривали «пойти за вами» и выдали такую огромную кучу денег?
— Так я искал толкового лаборанта! Терпеть не могу возиться со сложными реактивами и часами караулить пробирки, это совершенно не мое! — Абель развел руками. — Ну а насчет денег — разве выдавать аванс ценному сотруднику запрещено законом?
— Так я искал толкового лаборанта! Терпеть не могу возиться со сложными реактивами и часами караулить пробирки, это совершенно не мое! — Абель развел руками. — Ну а насчет денег — разве выдавать аванс ценному сотруднику запрещено законом?
Лавуазье онемела во второй раз.
Лавуазье онемела во второй раз.
Все ее душевные терзания, жертвенная решимость, бессонные ночи и моральная подготовка ко «всему худшему»... все это оказалось глупой ошибкой!
Все ее душевные терзания, жертвенная решимость, бессонные ночи и моральная подготовка ко «всему худшему»... все это оказалось глупой ошибкой!
Она до боли стиснула зубы. В эту минуту ей одинаково сильно хотелось придушить как этого косноязычного мерзавца, так и саму себя за непроходимую глупость.
Она до боли стиснула зубы. В эту минуту ей одинаково сильно хотелось придушить как этого косноязычного мерзавца, так и саму себя за непроходимую глупость.
Лицо ее потемнело от гнева, а тонкие пальцы сжались в кулаки.
Лицо ее потемнело от гнева, а тонкие пальцы сжались в кулаки.
Сделав несколько решительных шагов, Лавуазье вплотную приблизилась к креслу Абеля и, нависнув над ним, уставилась ему прямо в глаза.
Сделав несколько решительных шагов, Лавуазье вплотную приблизилась к креслу Абеля и, нависнув над ним, уставилась ему прямо в глаза.
Почувствовав, как парень под ее тяжелым взором начинает робко вжиматься в спинку кресла, она выпалила с отчаянной, граничащей с безумием решимостью:
Почувствовав, как парень под ее тяжелым взором начинает робко вжиматься в спинку кресла, она выпалила с отчаянной, граничащей с безумием решимостью:
— А мне плевать! Я уже все для себя решила!
— А мне плевать! Я уже все для себя решила!
Прежде чем Абель успел хотя бы моргнуть, она рванулась вперед и яростно впилась в его губы своими.
Прежде чем Абель успел хотя бы моргнуть, она рванулась вперед и яростно впилась в его губы своими.
В этом поцелуе не было ни капли девичьей нежности или трепета — только первобытная, дикая страсть напополам со злостью, словно она пыталась не поцеловать его, а загрызть на месте.
В этом поцелуе не было ни капли девичьей нежности или трепета — только первобытная, дикая страсть напополам со злостью, словно она пыталась не поцеловать его, а загрызть на месте.

Комментарии

Загрузка...