Выбор Му Ай не удивил ни местных жителей, ни «цивилизованных»: первые восприняли его с искренней радостью, а вторые — с заранее ожиданным вздохом.
— Ты рано или поздно пожалеешь об этом, — старейшина аборигенов молча посмотрел на Му Ай и поднял трость, указывая в сторону, откуда тот пришёл. — Наше селение там. Если передумаешь, можешь в любой момент прийти до того, как проклятие достигнет критической точки. Наш бог милосерден и доброжелательн, пока ты искренне каешься и молишься от всего сердца, он не отвергнет заблудшего ребёнка.
С этими словами старейшина аборигенов увлёк своих людей за собой, оставив лагерь «цивилизованных», которые восторженно окружили Му Ай и Чу Тянько.
— Добро пожаловать в наши ряды, — лидер протянул им руку. — Это поистине мудрое решение. Бог ведает, что эти дикари могли бы с вами сделать; с нами, разделяющими те же ценности и близкий образ жизни, всё-таки куда проще ладить.
Му Ай протянул руку и ответил на рукопожатие. На ощупь ладонь была ледяной, словно солнце на небе скупилось подарить хоть капельку тепла — короче говоря, температура была явно неживого человека.
— Есть ли какие-то правила, которые нужно соблюдать, присоединяясь к вам? — Му Ай бесстрастно скрыл неестественность чужой температуры. — Мы здесь впервые, будет скверно, если мы по несторожности нарушим какое-нибудь табу.
— Да особо никаких правил, пойдёмте и по пути поговорим.
Главарь взял на себя роль проводника, остальные потянулись следом. Несколько человек принялись расспрашивать Чу Тянько о том, как именно он попал на остров, словно объятые жгучим любопытством.
Му Ай бросил на них мимолётный взгляд и не стал вмешиваться: он посчитал, что Чу Тянько вполне справится сам, а потому сосредоточил всё внимание на лидере, слушая его рассказы об острове.
— Мы сами арендовали лодку, чтобы покататься, но по воле злой судьбы попали в шторм. К счастью, судно пошло ко дну, а люди не пострадали, так что мы временно обустроили здесь жилища и держимся вместе, ожидая спасения.
Му Ай спросил:
— Вы уверены, что помощь придёт?
Лидер кивнул:
— Сигнал бедствия, переданный до того, как наша лодка затонула, был принят. На Остров Палящего Солнца нам посоветовать прибыть тоже они. Если подсчитать дни, спасательный отряд должен прибыть самое позднее через четыре дня.
Четыре дня — ключевая информация.
Му Ай запомнил эту цифру и словно невзначай поднял руку, чтобы собеседник смог разглядеть две диковинные тонкие штучки:
— Мы провели на острове всего одну ночь, и у нас тут же выросло вот это. Вы не знаете, что такое?
Лидер бросил взгляд на извивающиеся щупальца, не выказав ни малейшего удивления:
— А, это. У всех, кто остаётся на Острове Палящего Солнца, отрастает такое. Чем дольше остаёшься, тем больше их становится. Впрочем, ничего страшного: через четыре дня мы уже уедем. Главное — соблюдать правила и не глазеть по сторонам куда не следует, тогда до этого дело не дойдёт.
Ускользнуть от ответа.
В голове Му Ай мелькнула эта мысль, и он снова перевёл разговор на правила:
— Брат Сун, не сочти за труд, расскажи нам о том, на что следует обращать внимание.
Лидер Сун Юй на этот раз не стал уклоняться от ответа, кивнул и принялся объяснять Му Ай:
— Ночью нельзя смотреть на морскую гладь, лучше вообще не поворачиваться лицом в сторону моря. Наш лагерь укрыт в ложбине между холмами, это хоть немного, но снижает воздействие.
Эти слова подтвердили прежние догадки Му Ай: в саму воду заходить можно, но если после наступления темноты глядеть на море, увидишь нечто невыразимое, что и приводит к усилению ментального загрязнения.
Опустив взгляд на сплетённые на запястье щупальца, Му Ай подумал, что фраза старейшины аборигенов о критической точке наверняка тоже имеет решающее значение. Если значение уровня загрязнения превысит допустимый предел, она, скорее всего, превратится в уродливого мутанта, после чего ей откажут в посадке на корабль — в конце концов, человеческому обществу чудовища без надобности.
Впрочем... кто знает. Если привезти какого-нибудь мутанта обратно и продать в научно-исследовательский институт или какой-нибудь цирк уродов, Му Ай полагал, что наверняка найдется тот, кто рискнет тайком переправить её контрабандой.
Только вот в таком случае он не был уверен, засчитают ли это за прохождение Подземелья. Не исключено, что он навсегда останется в Подземелье, разделив участь тех несчастных, которых поглотил Город Гуйцзэ, и проведет, возможно, бесконечно долгую жизнь в нечеловеческом обличье.
Да ну к чёрту. Быть человеком — это прекрасно, и пока что у Му Ай не возникало желания менять расу.
Пока они разговаривали, Сун Юй привёл всех обратно к временному лагерю. Несколько человек из тех, что оставались дежурить, приблизились: они перекидывались репликами с Сун Юем и одновременно разглядывали Му Ай и Чу Тянько, не скрывая жадности и предвкушения в глазах.
— Условия у нас спартанские, построить много жилья нет возможности, поэтому мужчины и женщины живут раздельно, — Сун Юй указал Му Ай на две большие хижины слева и справа. — Мы всё-таки цивилизованные люди, и раз уж скоро отправимся домой, стоит соблюдать приличия.
Му Ай указал на маленькую хижину, зажатую между двумя большими, и спросил:
— А это что за местечко?
Сун Юй тяжело вздохнул:
— Там лежат тяжелобольные. Мы надеемся, что они продержатся до прибытия корабля и им станет лучше, когда мы покинем Остров Палящего Солнца. Вам лучше не приближаться туда: те, кто заглядывает туда, только усиливают своё загрязнение. Если не верите и непременно хотите проверить — препятствовать не стану, но последствия расхлёбываете сами.
Му Ай и Чу Тянько переглянулись и одновременно кивнули:
— Мы поняли, просто так соваться туда не будем.
Сун Юй остался доволен их благоразумием и снова принялся водить их по убогому лагерю, попутно перечисляя множество правил, обязательных к соблюдению.
Например, перед едой обязательно мыть руки, справлять нужду уходить подальше от лагеря по направлению ветра, во время приёма пищи нельзя одновременно пить воду, даже если подавишься; пока ешь, запрещено разговаривать и глазеть по сторонам.
Как только садится солнце, следует немедленно возвращаться в хижину и не выходить наружу, лучше всего закрыть глаза и лечь спать. За исключением дежурных, ночью никому не позволено покидать хижины: какие бы звуки ни доносились снаружи, нужно притворяться глухим. Если ранним утром, выйдя наружу, обнаружишь, что дежурные исчезли, следует делать вид, будто ничего не знаешь, и не задавать вопросов до самого полудня.
Правила звучали несложно, но отличались крайней щепетильностью. Самым главным было то, что при превышении лимита в пятнадцать щупальцеобразных отростков на теле требовалось добровольно отправиться в среднюю хижину, полностью прекратив любые контакты с внешним миром.
Му Ай взглянул на своё запястье и поинтересовался у Сун Юя:
— А если щупальца вырастут под одеждой, как определить, сколько их всего?
Сун Юй протянул Му Ай чашку с мутным кокосовым соком и пояснил:
— Все проверяют друг друга. Каждое утро перед выходом из хижины мы осматриваем друг друга — в конце концов, это делается ради выживания каждого. К тому же все здесь одного пола, так что на всякую приватность на время можно закрыть глаза.
— Понятно, — равнодушно отозвался Му Ай. Он взял подозрительный кокосовый сок, подошёл к Чу Тянько и под недвусмысленными взглядами окружающих осушил чашку до дна. В горле раздался глухой булькающий звук, и где-то на периферии слуха послышался довольный смешок.
Чу Тянько немного занервничал и тихонько проговорил:
— Ты и впрямь это выпил?
— А то как же? — Му Ай бросил на него косой взгляд. — Мы уже здесь, вокруг столько глаз, неужто ты думал отказаться от еды и питья?
— Но нельзя же вот так сразу брать и пить... — встревоженно протянул Чу Тянько. — У меня такое чувство, что они замышляют недоброе.
— Всё одно и то же, — игриво глядя на стеклянный стакан в руке, произнёс Му Ай. — Сиди тихо. Информации пока недостаточно, время переломить ситуацию ещё не пришло.
У потерпевших крушение людей откуда-то взялась стеклянная посуда — это ли не чудо океана? Му Ай изогнул губы в лёгкой насмешливой улыбке: столь очевидная улика буквально бросалась в глаза, и если бы он после этого не догадался, что с лагерь не в порядке, он был бы круглой дурнеиной.
[Получено достижение: Я цивилизованный человек]
Стоило Сун Юю распределить всех по хижинам, как Му Ай официально засчитали достижение Цивилизованный человек. Теоретически теперь ему следовало по возможности избегать опасностей в этом месте и до прибытия спасательного судна удерживать уровень загрязнения ниже критической черты, то есть в пределах пятнадцати щупалец, чтобы благополучно сесть на корабль и убраться отсюда.
Однако Му Ай жаждал испытаний посложнее: его привлекали достижения возвращение к истокам и Одинокий волк из другого лагеря, так что уровень сложности резко подскочил, превратившись в форменное напрашивание на неприятности.
План планом, но сломя голову бросаться на его исполнение Му Ай не спешил. Он ведь не в игру играет, где можно загрузить сохранение или удалить персонажа. По его мнению, сперва следовало досконально во всём разобраться, и лишь потом перебегать в другой лагерь.
К тому же достижение Двойной агент не заработаешь простым дезертирством. Сначала нужно завоевать доверие цивилизованных, затем с позволения Сун Юя и под видом выполнения задания перейти на сторону аборигенов, да так убедительно, чтобы те поверили: дескать, от безысходности пришлось сменить лагерь, а вовсе не для того, чтобы шпионить.
Двойными агентами никогда не рождаются — для этого требуются железные нервы, острый ум и потрясающая гибкость.
Му Ай хотел испытать себя, разумеется, при условии, что это не повлечет за собой неприятности для Чу Тянько.
За разговорами незаметно подступил второй половине дня. Большую часть времени Му Ай проводил с семью девушками: работал вместе с ними, выполнял нехитрую работу и заодно болтал на любые дозволенные темы.
Когда речь заходила о вещах, не затрагивающих тайны, мало кто мог долго хранить молчание, особенно в столь жуткой обстановке. Здесь как нельзя лучше срабатывал эффект подвесного моста: стоило собеседнику не вызывать отвращения или подозрений, как уровень симпатии взлетал в десятки раз быстрее обычного.
В итоге ещё до ужина Му Ай успел узнать, что всего в лагере насчитывалось семнадцать человек. Все они были коллегами из одной компании и одного отдела, а Сун Юй приходился сыном босса и одновременно руководителем их отдела. Именно он оплатил эту поездку на яхте ради сплочения коллектива.
В средней хижине лежали трое — двое мужчин и женщина. Они относились к числу тех робких людей, которые до ужаса боятся призраков, но при этом страсть как любят слушать страшные истории. После высадки на остров их рассудок сильно пошатнулся, а вид ночного моря на протяжении двух ночей подряд довершил дело: на их телах не только бурно разрослись чёрные щупальца, но и началась беспрерывная бессвязная болтовня как днём, так и ночью.
Это, разумеется, посеяло в лагере ещё большую панику. Делать было нечего, и Сун Юю пришлось выделить для них отдельную хижину под предлогом лечения, хотя на деле это было просто изоляцией. За ними приглядывал специальный человек, чтобы никто не смел приближаться, а еду и питье оставляли у входа, чтобы те сами забирали её внутрь.
— Ничего другого не оставалось, — подала голос девушка по имени Сяо Нин. Она устроилась в компании недавно и вовсе не заискивала перед Сун Юем, как остальные. — Они выглядели слишком жутко. Я просто из любопытства бросила на них взгляд, как у меня на руке тут же вылезли три щупальца. Куда уж там приближаться снова? Меня дома родители ждут, никак нельзя превращаться в них.
Му Ай утешил девушку несколькими словами, и они вместе направились к центру лагеря. После безмолвного ужина все разошлись по своим хижинам. Девочки плотно закрыли глаза и вытянулись на подстилках: спали они или нет, было неизвестно, но совершенно очевидно, что, кроме Му Ай, никто больше не желал открывать глаза и разговаривать.
Ночь опустилась незаметно. Днём мирный с виду Остров Палящего Солнца теперь был окутан зловещей тенью. По идее, это место находилось на некотором расстоянии от пляжа, но неведомо почему Му Ай отчётливо слышал, как волны с шумом бьются о рифы.
А ещё — различил какой-то другой, смутный, медленный и неведомый звук.
Хотя вокруг ничего не было видно, Му Ай нутром чуял: что-то выбиралось на сушу.

Комментарии

Загрузка...