Обезболивающего, казалось, не хватит и на день — он прикончил его в мгновение ока, и теперь Янь Лоци постепенно терял сознание от боли. Его прежде тяжелое, хриплое дыхание почти тонуло в бульканье воды в котле.
А лед, который принесли в темницу, растаял всего за полминуты и ни капли не помог его ранам.
— Так дело не пойдет. О ногах и говорить нечего, он и жизни лишится.
Сирна беспомощно покачала головой и вышла.
—...—
Не видя другого выхода, Чжао Юэ решила расспросить Янь Лоци о той карте дислокации войск.
— Янь Лоци, ты не смеешь спать, послушай меня...
— Помнишь карту дислокации, которую Си Янь требовал у тебя, когда тебя только бросили в темницу?
Янь Лоци закрыл глаза и с трудом кивнул.
— Скажи мне, ты ведь действительно знаешь, как выглядит эта карта?
При этих словах разум Янь Лоци начал понемногу проясняться.
—...Простите, я правда не знаю.
— Ты не можешь меня обманывать. Возможно, это твой единственный шанс на спасение.
— Раз уж тебе не вернуться в Денис, сдав карту, ты сможешь выжить в Сердоре.
— Иначе... Денис тоже рухнет.
— Послушай меня: раз они обошлись с тобой так жестоко, тебе больше незачем беречь их ради прежних чувств. Сейчас самое главное — выжить самому.
— Поэтому скажи мне, Янь Лоци.
— Позволь мне помочь тебе.
Янь Лоци открыл рот, его голос прозвучал хрипло:
— Я...
Не успел он договорить, как выражение его лица резко изменилось. Он запрокинул голову, широко распахнув остекленевшие глаза, на шее и лбу вздулись жуткие вены, а пальцы сжались в судороге.
Его всего затрясло в лихорадке, он до крови прикусил и без того израненные губы.
Он стонал, в ушах стоял пронзительный звон, а боль полностью захватила его разум, словно острое лезвие, полосующее по каждому чувству.
— Угх...
Мир перед глазами погрузился во тьму, словно ад. Стуча зубами, он чувствовал, как его душа вот-вот покинет эту истерзанную оболочку.
— Боль...
— Умоляю, дай мне обезболивающего...
Не колеблясь ни секунды, Чжао Юэ тут же подбежала и прижала его к груди, нежно поглаживая по спине и запуская пальцы в его короткие волосы.
— Всё хорошо, всё хорошо...
— Янь Лоци, ты будешь жить...
— Я обязательно вытащу тебя отсюда...
Обессиленно приникнув к ее груди, он почувствовал, что исходивший от нее аромат действует на него словно чудодейственное лекарство, приносящее покой и обладающее магической силой унимать боль.
Мягкий голос разогнал пронзительный звон, в ушах постепенно воцарилась тишина, нарушаемая лишь плеском воды.
Он крепко зажмурился и долго не хотел открывать глаза.
В ее объятиях было слишком тепло, словно в сказочных краях из книг, и ему не хотелось отступать ни на шаг.
И все же он заставил себя отстраниться.
Увидев, что ему стало легче, Чжао Юэ взяла его лицо в ладони, заставляя заглянуть в ее полные решимости глаза.
— Янь Лоци, завтра же я пойду к брату и буду умолять его отпустить тебя.
— Жди меня.
Его тусклое, лишенное блеска лицо окутывала легкая печать грусти, взгляд был сложным и непонятным, капли пот на лбу еще не высохли, а глаза беспокойно блуждали, выдавая растерянность.
Но не успел он ответить, как из-за спины раздался внезапный голос, от которого кровь застыла в жилах.
— Не нужно меня искать, я уже здесь.
Чжао Юэ резко обернулась и увидела Чжао Ле, выходящего из тени с мрачным, темнее тучи лицом.
Следом за ним шел Си Янь, выражение лица которого было не менее жутким.
Его глаза леденели, словно иней, он в упор смотрел на нее, крепко сжав зубы.
— Брат?!
Чжао Ле холодно фыркнул и сделал знак рукой. Солдаты тут же сообразили: слаженно отворив клетки, они вошли в бассейн с соленой водой.
— Схватить мне маленькую принцессу!
— Есть!
Двое ловких солдат с обеих сторон схватили Чжао Юэ, а остальные грубо вытащили Янь Лоли из воды и поволокли прочь из клетки.
Ноги Янь Лоци были словно неживые, солдаты безвольно волокли его по земле, и от грубых каменных плит его брюки разодрались в клочья.
От дикой боли он покрылся холодным потом, его губы дрожали в мелкой дрожи.
Увидев это, Чжао Юэ попыталась вырваться из хватки солдат и броситься к Янь Лоци, но Чжао Ле заметил ее намерения и в сердцах взмахнул на нее рукой —
—...—
Чжао Юэ приоткрыла рот, застыв на месте перед занесенной для удара рукой брата.
Но пощечина так и не последовала.
Сжав зубы, Чжао Ле опустил руку, потер переносицу и кивнул на выход.
— Убирайся в правый дворец.
-
Чжао Юэ и Сирна стояли на коленях посреди главного зала, а Янь Лоци, мокрый с головы до ног, лежал ничком рядом с ними, тяжело и прерывисто дыша.
Чжао Ле стоял перед ними заложив руки за спину, в зале присутствовал лишь один Си Янь.
— До чего же ты смела.
Спустя долгое время Чжао Ле заговорил глухим голосом.
Чжао Юэ моргнула и потупилась, храня молчание.
— Кто разрешил тебе самовольно соваться в темницу?
—...—
— Отвечай!
Оглушительный голос раскатился эхом по пустому залу, Чжао Юэ вздрогнула, не отрывая глаз от пола.
— Я могу все объяснить.
— Объяснить?
Чжао Ле едва не рассмеялся от злости. — И что же ты объяснишь?
— Я отдал его тебе, чтобы ты держала его как зверюшку, а ты и впрямь привязалась к нему?
— Ты вообще понимаешь, кто он такой?
— Он — пленник Дениса!
Чжао Юэ приоткрыла рот:
— Я...
Чжао Ле прервал ее: — И даже принесла ему шины...
— Сирна, ты совсем распустилась? Как ты посмела потакать безумствам маленькой принцессы?
Скривившись, Чжао Ле перевел взгляд на Сирну и обрушил свой гнев на нее.
Сирна вздохнула, а затем с поклоном признала свою вину:
— Повелитель, Сирна виновата.
— Брат, это я заставила Сирну! Я сказала ей... сказала, что если она не сделает так, как я велю, я ее накажу...
— Считаешь меня дураком?
Рассвирепев до предела, Чжао Ле шагнул вперед, грубо схватил Янь Лоци за волосы и повернул его бледное лицо к Чжао Юэ:
— Какую дурманящую дрянь подсунула тебе эта тварь?
— Что, мало тебе бед, что он натворил в Денисе, теперь решила погубить еще и Сердору перед смертью?!
— Возомнил себя вторым принцем?
— Ты и ногтя не стоишь у любой собаки в Сердоре!
— К тому же даже собака знает, как защитить хозяина, а от тебя одни неприятности!
Видя гнев брата, Чжао Юэ встревоженно произнесла:
— Брат, он ударил третьего принца потому что...
— Заткнись! Скажешь еще хоть слово — сорву с него кожу!
— Си Янь!
Не желая слышать больше ни звука, Чжао Ле обернулся и гневно позвал Си Яня.
Си Янь, не отрывавший взгляда от Чжао Юэ, шагнул вперед и склонил голову.
— Здесь.
— Принеси мой перьевой хлыст.
—...—
— Я лично накажу маленькую принцессу!
— Повелитель, маленькая принцесса просто совершила глупость по наивности, вам не стоит быть с ней столь суровым.
— Это измена Родине!
Чжао Ле швырнул Янь Лоци на пол. Его голова со страшной силой ударилась о камень, отчего лицо исказилось от боли, и он заходился в непрерывных стонах.
— Янь Лоци...
—...—
Услышав, как Чжао Юэ произносит имя Янь Лоци, Си Янь воспылал ревностью. Мрачнее тучи, он развернулся и снял со стены висевший там перьевой хлыст.
Передав хлыст Чжао Ле, Си Янь сжав кулаки уставился на Янь Лоци.
Нахмурив брови, Чжао Ле высоко взмахнул хлыстом над Чжао Юэ. Тот со свистом рассек воздух, описав внизу змеиный круг, от звука которого сводило зубы.
И подумать только, что она решилась на столь безумный и глупый поступок!
Перьевой хлыст ярко сверкал в тусклом свете главного зала. Стиснув зубы и вложив всю силу в запястье, Чжао Ле в следующее мгновение со свистом опустил его на Чжао Юэ —
— Бац!!
Яростный удар обрушился вниз, но пришелся вовсе не на Чжао Юэ.
Раздался глухой стон.
Это Си Янь заслонил собой Чжао Юэ, приняв удар на себя, и лишь крепко стиснул зубы, сдерживая боль.
Опомнившись, Чжао Юэ пришла в ужас:
— Си Янь!
Сирна в стороне нахмурилась: —...—
— Ты сошел с ума? Тоже вздумал бунтовать?
Услышав вопрос Чжао Ле, Си Янь шумно втянул воздух — боль от ожогов жгла тело огнем.
Скривившись, он опустился на колени, закрывая ее своим телом.
— Повелитель, маленькая принцесса слишком нежна, ей не вынести вашего удара.
— К тому же я уверен, что она поступила так лишь из жалости, поддавшись чужому влиянию, она просто не осознает своей ошибки.
С этими словами он вытянул палец в сторону Янь Лоци.
— На мой взгляд, во всем виноват он один. Поэтому наказывать нужно вовсе не маленькую принцессу, а его.
Услышав слова Си Яня, Чжао Юэ не поверила своим ушам. Тревога за его раны вмиг испарилась, сменившись ледяным душем, окатившим ее изнутри и снаружи.
— Си Янь... что ты такое говоришь?
— Ты же прекрасно знаешь, всё было совсем не так, Янь Лоци абсолютно ни в чем не вин...
Си Янь обернулся:
— Маленькая принцесса!
Резким голосом он прервал ее. Знал бы он, что она так глупа, он бы не стал говорить ей правду.

Комментарии

Загрузка...