Только что перешагнувший городские ворота Чжан Ань внезапно почувствовал, как у него сжалось сердце, накатила волна угрозы. Он оглянулся и увидел, что ослепительный белый свет уже совсем близко — уворачиваться было поздно. Инстинктивно зажмурившись, он заслонил лицо руками. Однако вместо удара и боли раздался оглушительный взрыв, а затем тело обдало порывом сильной бури. Открыв глаза и убедившись, что с ним всё в порядке, Чжан Ань посмотрел на стоявшего рядом Чжан Цинлана, полагая, что это тот применил заклинание и помог ему отразить атаку. Чжан Цинлан покачал головой и, глядя куда-то за спину Чжан Аня, произнес:
— Когда появилась эта белая вспышка, я уже не успевал вмешаться. Тебя спас вон тот старший брат позади тебя.
Чжан Ань обернулся, посмотрел на молодого человека и, сложив руки в приветствии, произнес:
— Большое спасибо этому старшему брату за спасение.
— Эх, заступиться за справедливость при виде несправедливости — долг каждого из нашего брата-путник, так что этому брату не стоит церемониться.
Шикарно.
Чжан Цинлан сказал:
— Если бы не своевременная помощь этого старшего брата, мой друг наверняка лишился бы половины жизни. Как бы то ни было, мы должны поблагодарить его. Меня зовут Чжан Цинлан, я уроженец Цичэна.
— Чжан Ань.
— Чжоу Цзи. Интересно, кому это понадобилось покушаться на твою жизнь? — спросил Чжоу Цзи.
— Брат Чжоу Цзи, премного благодарен. Если честно, мы и сами понятия не имеем, что это за люди.
— О?
— Давайте не будем стоять у городских ворот. Уже полдень, мы вдвоем проделали долгий путь и жутко проголодались. Как насчет того, чтобы найти какую-нибудь таверну, поесть и заодно поговорить? — предложил Чжан Цинлан.
Услышав это, Чжоу Цзи громко рассмеялся:
— Хорошо! Я изначально собирался перекусить наспех прямо здесь, у ворот, но раз уж брат Чжан сделал такое предложение, то я, Чжоу, не буду отказываться.
Чжан Ань спросил:
— Брат Чжоу собирался выйти из города?
— Верно, домой собрался. Впрочем, пара лишних мгновений роли не сыграет. Я, Чжоу Цзи, больше всего на свете люблю заводить друзей, так что выпить с вами перед дорогой — самое то.
— Брат Чжоу, мы с братом впервые в Городе Шэньчэн и еще не освоились, а потому насчет таверны...
— Ха-ха, тут ты попал по адресу! Не скажу, что обошел с выпивкой весь город, но по крайней мере в половине мест точно побывал. Идем, в Башню Минъюэ!
Башня Минъюэ на самом деле представляла собой скромный небольшой кабачок, внутри которого стояло всего пять-шесть столиков. Чжоу Цзи был здесь старым знакомым. Хозяин заведения, мужчина лет тридцати с небольшим из ханьцев, увидев входящего Чжоу Цзи, приветливо окликнул его:
— О, братец Чжоу, опять ты! Ты же вчера говорил, что сегодня уезжаешь домой и больше сюда не вернешься? И надо же, не прошло и суток, как мы снова встретились!
На подначки хозяина Чжоу Цзи отреагировал невозмутимо:
— Эх, собирался уйти, да только добрался до ворот и познакомился там с двумя замечательными парнями. Старик Хэ, неси лучшее вино, я пропущу по чарочке с двумя братьями.
— У меня хорошее вино почти кончилось, скверное будешь?
Чжоу Цзи отмахнулся:
— Живевей, живовей! И тащи закуску.
— Пусть эта забегаловка и крошечная, но мастерство хозяина в виноделии просто первокласное. А вот кулинария... ну, так себе, сгодится, — говоря это, Чжоу Цзи смачно причмокнул.
— Тогда нам нужно как следует всё распробовать, а то мы столько дней в дороге провели, надо сперва усталость сбросить.
— Вот именно так я и думаю, — улыбнувшись, кивнул Чжоу Цзи. — Кстати, что там у ворот-то стряслось?
Чжан Ань в общих чертах рассказал о событиях последних двух дней. Поскольку Чжан Цинлан был практикующим и владел заклинаниями, об этом тоже упомянули — в конце концов, отразить ту атаку у городских ворот мог далеко не обычный смертный.
Чжоу Цзи тоже слегка озадачился, но тут же отбросил мысли в сторону:
— Странно, конечно. Но неважно, раз уж вы добрались до Города Шэньчэн, можете больше не бояться, что кто-то станет чинить беспорядки.
Чжан Цинлан с любопытством спросил:
— Почему это?
Чжоу Цзи ответил:
— Семья Су единолично властвует в Городе Шэньчэн и держит его в идеальном порядке. Осмелишься учинить беспричинный дебош прямо в черте города — последствия будут ужасными.
Пока они разговаривали, хозяин выставил на стол вино и закуски. Чжоу Цзи взял кувшин, сначала налил себе чарку, а затем протянул сосуд Чжан Цинлану:
— Давайте-ка, попробуйте сами.
Чжан Цинлан и Чжан Ань тоже налили себе по чарке. Чжан Ань поднес кубок к самому носу и принюхался. Чжоу Цзи подался вперед и поинтересовался:
— Ну как?
Чжан Ань немного смутился:
— Я не особо умею пить, но пахнет и впрямь восхитительно.
— Раз пахнет хорошо, на вкус будет еще лучше! Ну, давайте, сперва выпьем до дна!
Трое мужчин осушили чарки залпом. Опустив кубки на стол, Чжоу Цзи спросил:
— Братья, что заставило вас проделать тысячелегитный путь до Города Шэньчэн?
Чжан Ань с улыбкой ответил:
— Не буду скрывать, брат Чжоу, дел у нас особо и нет. Просто родители еще молоды, да и на наших плечах пока нет тяжелых забот, вот мы и решили попутешествовать. К тому же мой наставник как раз находится здесь, в Городе Шэньчэн, так что мы направляемся к нему.
— Ха-ха, отличное рассуждение! Когда я сам уходил из дома, у меня в голове были ровно те же мысли: пока молод, нужно побродить по цзянху, завести побольше друзей. Я ведь и сам оторвался от дома уже больше трех лет назад, собирался как раз сегодня возвращаться... Но какое совпадение — встретил вас у ворот и теперь сижу здесь, попиваю винцо.
— Всё это предопределено судьбой, — философски заметил Чжан Цинлан.
— Давай, наливай еще по одной!
А где твой учитель? Вот допьем вино, отдохнем как следует, и завтра я сам вас провожу, чтобы вы не наматывали лишних кругов почем зря.
— Тогда заранее благодарю, брат Чжоу. Учитель говорил, что он из семьи Су. Интересно, сколько в Городе Шэньчэн семей с такой фамилией? — Чжан Ань знал лишь, что городской голова принадлежит к роду Су, но никак не решался связать с ними своего наставника. Одно дело — скромный учитель грамоты, и совсем другое — бессмертный клан; разница была просто колоссальной.
Чжоу Цзи изумленно вскинул брови:
— Семья Су? Семейств с фамилией Су в Городе Шэньчэн наверняка больше одного, а особняк городского головы — не единственный. Твой наставник больше ничего не уточнил?
— Больше ничего, — покачал головой Чжан Ань.
Поразмыслив немного, Чжоу Цзи сказал:
— Тогда, скорее всего, речь идет именно о клане Су из поместья городского головы. В Шэньчэне, если искать человека просто по фамилии Су, путь может лежать только туда. Ладно, неважно! Пусть клан Су и влиятельная гордая школа, бояться нам нечего. Завтра мы втроем отправимся туда и во всем разберемся. Ну, до дна!
В конце концов все трое напились пьяными. Чжан Ань и его спутник сначала планировали найти постоялый двор, но Чжоу Цзи заявил, что неподалеку у него есть собственный дом, купленный на честно заработанные в Шэньчэне деньги. Он предложил остановиться у него — мол, и надежно, и сэкономить можно, а сэкономленных денег как раз хватит на еще одно застолье. Они не хотели лишний раз утруждать Чжоу Цзи, но поддались на его настойчивые уговоры и в конце концов согласились.
Ранним утром следующего дня, приведя себя в порядок, они прямиком направились к резиденции семьи Су. Дом Чжоу Цзи находился на довольно приличном расстоянии от поместья Су, и по дороге он подробно рассказывал им о нравах Города Шэньчэн и самого клана Су.
В Шэньчэне обычным людям доводилось встречать практикующих куда чаще, чем в остальном мире. Здесь никого не удивляли летающие по небу фигуры — к этому давно привыкли. Причина была проста: семья Су сумела гармонично объединить культиваторов и простых смертных в пределах одного города. Под строгим надзором рода Су заклинатели, конечно, оставались людьми высшего сорта, но разрыв между бессмертными и обывателями здесь ощущался далеко не так остро, как во внешнем мире. Обе стороны ладили между собой вполне мирно, и за все эти годы никаких крупных проблем не возникало.
Семья Су вообще представляла собой уникальное явление в мире практики. Если обычные секты предпочитали селиться отдельно от мирских людей, то клан Су превратил Город Шэньчэн в собственную цитадель, где смертные и культиваторы сосуществовали бок о бок. Это привлекало множество практиков, не до конца порвавших с мирскими узами. Прошли сотни лет, и нынешний Шэньчэн превратился в процветающий мегаполис, где клан Су удерживал абсолютную монополию, а вокруг него теснилось бесчисленное множество мелких семей, зависящих от влиятельных покровителей. Всё функционировало четко и упорядоченно.
Добравшись до ворот поместья Су, Чжан Ань одернул одежду, шагнул вперед и вежливо произнес:
— Я Чжан Ань, родом из Цичэна, прибыл сюда разыскать господина Куна.
— Господин Кун? — Стражник на входе задумался, а затем повернулся к напарнику: — У нас в поместье есть кто-нибудь по фамилии Кун?
Другой стражник уточнил:
— А как зовут этого господина Куна, как он выглядит?
Чжан Ань напряг память:
— Кун Шуцюань. Старик лет семидесяти на вид, седой, с бородой. Борода тоже белая, и... ну, на вид очень доброжелательный.
Стражник покачал головой:
— Не слыхивали о таком. Ступай поищи в другом месте.
Чжан Ань хотел было расспросить подробнее, но, заметив на лицах обоих стражей выражении нетерпения, умолкнул. В конце концов, он и сам до конца не был уверен, действительно ли его наставник служит именно в этом поместье Су.
Обернувшись к ждущим товарищам, Чжан Ань молча покачал головой с удрученным выражением лица.
Чжоу Цзи многозначительно подмигнул Чжан Аню, призывая следовать за ним. Троица обошла поместье Су до ближайшего угла, скрытого от глаз стражников, и там Чжоу Цзи остановился:
— Вспомни, твой учитель говорил тебе еще что-нибудь? Попытайся припомнить.
Чжан Ань еще раз мысленно перебрал слова родителей и снова покачал головой:
— Больше ничего, только это.
— Так может, учитель тебя обманул?
— Нет.
У Чжоу Цзи внезапно озарило лицо:
— Понятно! Это те двое у ворот намеренно чинят нам препятствия!
— Вряд ли они стали бы так поступать, — попытался заступиться за стражников Чжан Ань.
— Братец, ты просто не понимаешь образа мыслей этих людей! За те три года, что я прожил в Шэньчэне, я всё уяснил кристально ясно. Ты думаешь, раз они всего лишь привратники, то и рассуждают как простые слуги? Как бы не так! Где мы находимся? В поместье Су! Да эти люди... — Чжоу Цзи досадливо сплюнул и покачал головой, словно сам только что получил от ворот поворот.
Чжан Ань и Чжан Цинлан на мгновение растерялись. Раз так, придется возвращаться и искать другой выход. Но стоило им сделать шаг назад, как Чжоу Цзи преградил им путь. Хитро прищурившись, он с плутовской улыбкой предложил:
— А давайте-ка перелезем через стену и поищем его изнутри? — Он указал на высокую каменную ограду с видом человека, загоревшегося авантюрной идеей.
Чжан Ань инстинктивно затряс головой — благородному мужу такое поведение не пристало.
Чжан Цинлан засомневался:
— А если нас поймают...
— Ничего страшного. Мы же не собираемся ничего красть или устраивать погромы, мы просто ищем человека. Если действительно найдем — отлично, нет — так выберемся незамеченными. А если нас всё-таки схватят, чистосердечно объясним цель визита. Вдруг наставник Чжан Аня и впрямь сидит внутри поместья?
Поразмыслив, Чжан Цинлан счел этот план выполнимым. Под их совместными уговорами Чжан Ань тоже сдался и дал половинчатое согласие.
Сказано — сделано. Отыскав укромный уголок, они одним махом перемахнули через стену поместья Су. Первым проскользнул Чжоу Цзи, последним — Чжан Цинлан. Едва приземлившись на землю и подняв голову, Чжан Цинлан увидел, что шедшие впереди Чжан Ань и Чжоу Цзи замерли плечом к плечу, словно вкопанные. Озадаченный, он подошел ближе — и точно так же застыл на месте.
Напротив них стоял человек. Человек... который с первого взгляда казался юношей, но со второго отчетливо выдавал в себе женщину, переодетую в мужское платье.
Обе стороны ошеломленно замерли у стены. Первой опомнилась девушка — она как раз собиралась сделать то, что прервали трое непрошеных гостей. С легким прыжком, словно стрекоза, касающаяся воды, она перемахнула через стену наружу, бросив на ходу:
— Ах вы мерзавцы, только время мне потратили! Интересно, смогу ли я теперь выбраться наружу?
Тут пришли в себя и Чжан Ань с товарищами. Издалека донесся какой-то шум — похоже, кто-то поднимал тревогу и начинал поиски. Переглянувшись, все трое мысленно чертыхнулись. Пока они взбирались обратно на стену, таинственная незнакомка уже скрылась из виду.
Ноги в руки — и сбегать как можно скорее, пока не вляпались в неприятности! Но удача сегодня явно была не на их стороне: едва они отбежали на небольшое расстояние, как со стороны ограды прямо перед ними выскочила целая толпа преследователей.
На бегу Чжоу Цзи выкрикнул:
— Дело дрянь! Нас приняли за сообщников той девицы! Бежим, может, удастся оторваться!
— Разве нельзя просто остановиться и всё объяснить? Мы ведь даже не знаем эту девушку! — крикнул в ответ Чжан Ань.
— Братец, что ты собираешься объяснять?! Они же видели, как мы забрались в поместье Су, а потом сиганули обратно! Хватит болтать, бежим!
Чжоу Цзи тут же скомандовал:
— За мной, прорываемся к воротам!
Они бежали долго, но оторваться от погони не удавалось. Чжоу Цзи бросил испуганный взгляд назад, и его зрачки сузились: вдалеке над землей парил культиватор, стремительно приближаясь к ним. Чжоу Цзи на ходу предупредил Чжан Аня и Чжан Цинлана. Те обернулись, и Чжан Цинлан решительно произнес:
— Брат Чжоу, беги вперед, у нас есть способ догнать тебя.
В критический момент Чжоу Цзи не стал медлить. Кивнув, он оттолкнулся от земли, взмыл на крышу одного из зданий, затем совершил еще один прыжок на соседнюю кровлю и вихрем понесся к выходу из города. Заметив это, Чжан Цинлан выхватил из ножен длинный меч, подхватил Чжан Аня и, используя технику полета на мече, устремился вслед за Чжоу Цзи.
До ворот оставалось совсем чуть-чуть, когда над головой вновь взметнулась волна смертельной угрозы. Чжоу Цзи инстинктивно качнулся в сторону — в тот же миг со свистом пронесся водяной клинок, прочертив полосу у самого его плеча. Удар пришелся по крыше впереди, разлетевшейся градом черепицы, а самого Чжоу Цзи бросило в холодный пот.
Оглянувшись, он понял: дело плохо. Преследующий их культиватор висел у них буквально на хвосте — именно он запустил этот водяной снаряд. Осознав, что убежать уже не удастся, Чжоу Цзи крикнул летящему рядом Чжан Аню:
— Брат Чжоу Ань! Мое настоящее имя — Чжоу Ти, я уроженец Цзянчэна. Мой дом находится в деревне Чжоу, примерно в восьмидесяти ли к северо-западу от города. Если выберетесь из города, попытайтесь разыскать ту девушку. Найдены — приведите ее в поместье Су спасать меня; если нет — ступайте к моим родителям, расскажите им обо всем, что случилось сегодня, и передайте: если мне, Чжоу Ти, суждено остаться в живых, я непременно вернусь домой!
С этими словами Чжоу Ти резко затормозил в воздухе — очевидно, он решил ценой собственной свободы выиграть им время для побега.
— Чжоу Ти... — едва слышно выдохнул Чжан Ань.
Он широко раскрыл глаза, глядя на спину удаляющегося парня, и хотел было крикнуть что-то еще, но Чжан Цинлан уже рванул к городским воротам с удвоенной скоростью. Не успели они вылететь за пределы стен, как в них вонзился со свистом летящий водяной клинок. Чжан Аня и Чжан Цинлана словно ударило тяжелым молотом; они камнем полетели вниз, рухнув прямо на крепостной вал, и мгновенно потеряли сознание.
Поселок Тайпин.
Сегодня наступил канун Лунного Нового года, тридцатый день двенадцатой луны. Дома вдоль улиц поселка пестрели праздничными красными фонарями, создавая удивительно радостную атмосферу. В таверне Тайпин все суетились с двойным усердием: столики здесь забронировали за много дней вперед. С самого утра кипела подготовка ингредиентов — все ждали полуденных и вечерних гостей. Чуньсяо крутилась в зале, а Лу Силай наконец вернулся. Проведя на разъездах больше месяца, по возвращении он выглядел еще более бодрым и посвежевшим, словно сбросил с плеч какой-то тяжелый груз.
С самого утра Лу Силай отправил Чуньсяо к дому ЦАО Сюаньчэна. Изначально он хотел пригласить деда с внучкой отужинать в таверне: вдвоем встречать Новый год в пустом доме тоскливо, куда веселее собраться всем вместе в таверне, ощутить дух праздника, да и плату брать никто не собирался — в конце концов, с тех пор как ЦАО Сюаньчэн начал сказывать здесь свои истории, отбоя от посетителей не стало. Вернувшись, Чуньсяо сообщила, что их уже опередили. Расспросив ее, Лу Силай узнал, что еще вчера семейство Чжан пригласило ЦАО Сюаньчэна встречать новогоднюю трапецу к Чжан Юаньшаню.
Вечером из таверны Тайпин далеко вокруг доносились шумные голоса и веселый смех. В каждой семье праздновали новогодний ужин, обмениваясь поздравлениями. Работы было столько, что Чуньсяо даже не отпустили домой, однако Лу Силай поступил по-честному: он велел привести в таверну и родителей Чуньсяо, и ее младшего брата. Семья из четырех человек ужинала и болтала за столом, а когда требовалась помощь, даже пускала в ход всех домочадцев разом — кругом царили радость и согласие.
В доме Чжан Юаньшаня он с женой заблаговременно хлопотал над праздничным столом. На кухне и во дворе горамигромоздились еще не приготовленные продукты и угощения — стол обещал ломиться от яств. Чжан Юаньшань собирался уже отправить дочку Сяобэй позвать ЦАО Сюаньчэна, как в дверь постучали. Распахнув створки, хозяин увидел именно того, кого ждал: ЦАО Сюаньчэн пришел в сопровождении Сяо Юй, прихватив с собой целый кувшин вина.
Увидев Сяо Юй, Сяобэй тут же утащила ее делиться вкусняшками. Девочкам было всё равно, их заботой было только поесть. Чжан Юаньшань взял вино и поставил его подогревать. ЦАО Сюаньчэн засучил рукава, собираясь лично похозяйничать на кухне, но Ван Суцинь вовремя пресекла его порывы — ну куда это годится, чтобы гость сам стряпал? Пожилому господину полагалось просто сидеть и ждать угощения. Вскоре, заметив, что ЦАО Сюаньчэн сидит как на иголках, Чжан Юаньшань придумал выход: он послал Сяобэй заранее привести ее дедушку с бабушкой. Как только трое стариков оказались вместе, у них тотчас нашлась масса тем для разговоров, и ЦАО Сюаньчэн больше не порывался встать к плите — впрочем, даже если бы попробовал, глава семейства его бы усадил силой.
После долгих хлопот праздничный стол наконец был готов. Квадратный стол не вмещал всего изобилия, поэтому пришлось сдвинуть вместе две штуки, и даже после этого они оказались заставлены тарелками до отказа. Когда все расселись, Чжан Юаньшань наполнил чашки отцу и ЦАО Сюаньчэну, а затем плеснул вина себе. Пока он разливал напитки, Сяобэй, не в силах побороть аппетит, потянулась пальцем к еде, но Ван Суцинь легонько шлепнула ее по руке:
— Сначала дождись, пока дедушка возьмет палочки.
Эту сценку заметил дед Сяобэй и громко рассмеялся:
— Ну-ка, давайте все к столу, берите палочки!
Трапеза началась.
Опробовав пару блюд, ЦАО Сюаньчэн произнес:
— Прежде всего стоит поблагодарить хозяев за то, что в такой день, тридцать первого числа, вы позвали нас разделить этот новогодний ужин.
— Что вы такое говорите, господин Цо? Лишняя пара палочек за столом — не великий труд, — ответил Чжан Юаньшань.
— И то верно, — поддержала мужа Ван Суцинь.
ЦАО Сюаньчэн весело рассмеялся:
— Ну тогда едим, едим!
Ужин шел в размеренном темпе: сразу после него в поселке намечались праздничные гулянья, так что все стремились собраться вместе повеселиться. Ни один из стариков не злоупотреблял вином, алкоголь служил лишь для поддержания настроения. Покончив с едой, компания вышла на улицу. Куда-то запропастились и Сяобэй с Сяо Юй, а Ван Суцинь со свекровью остались дома прибирать со стола.
В таверне Чуньсяо, перекусив на ходу, сказала:
— Мам, я наелась, пойду выйду ненадолго. Если что — подмените меня.
Родители прекрасно понимали девичьи мысли. Мать лишь махнула рукой:
— Иди.
С улыбкой выбежав на улицу, Чуньсяо тут же столкнулась с троицей возвращавшихся знакомых — среди них был и Чжан Юаньшань. Поздоровавшись с ними, она услышала от Чжан Юаньшаня, что Ван Суцинь как раз убирается дома, после чего прибавила шагу.
Увидев это, ЦАО Сюаньчэн с вздохом заметил:
— И ведь хорошая девчонка! Только вот вашего сына мы так ни разу и не повидали, даже не знаю, каков он из себя.
— Уж будьте уверены, малец что надо, — с гордостью отозвался отец.
Добравшись до дома Чжан Аня, Чуньсяо застала Ван Суцинь за финальной уборкой. Увидев порог, перешагнувший Чуньсяо, хозяйка расплылась в улыбке и тут же затащила девушку внутрь.
Город Цинтан.
Гао Гуаньчжи вместе с родителями ужинал за праздничным столом. Вокруг всё было украшено к празднику, но атмосфера за трапезой царила какая-то тяжелая. Причина крылась в предстоящем поручении: Гао Гуаньчжи должен был повести за собой младшее поколение Куньлуня, чтобы помешать разрушению Платформы Вознесения. Ли Юйлу вовсе не была в восторге от этой затеи, но раз уж старейшина высказал свое слово, ее возражения ничего не стоили. С другой стороны, какая мать спокойно отпустит собственного ребенка в смертельную ловушку?
Гао Гуаньчжи пришлось объединить усилия с отцом, чтобы успокаивать мать. Он уверял, что в последнее время упорно занимается культивацией и его уровень сил и заклинания значительно выросли, так что к моменту часа икс он сможет за себя постоять. Он обещал действовать осторожно и не рисковать жизнью попусту, напоминая, что мощь Куньлуня огромна и никакой смертельной опасности здесь нет. К тому же Куньлунь вступит в дело последним, когда противник уже настроит против себя весь мир — разве может кто-то, сколь бы силен он ни был, противостоять всем практикам Поднебесной разом?
После долгих уговоров Ли Юйлу наконец смягчилась. Отец с сыном облегченно выдохнули, мысленно решив больше не поднимать эту тему в ближайшие дни — главное, чтобы праздник прошел спокойно.
Город Шэньчэн.
Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем Чжан Цинлан пришел в себя. Слегка растормошив лежащего рядом Чжан Аня и заметив, что у того затрепетали веки, собираясь открыться, он огляделся по сторонам. Он помнил, как перед потерей сознания их настиг вражеский удар и они рухнули на крепостную стену. Каково же было его удивление, когда, очнувшись, он обнаружил себя на том же самом месте — ему даже показалось, что у него начались галлюцинации.
Придя в себя, Чжан Ань еще не успел собраться с мыслями, как услышал голос Чжан Цинлана:
— Сяо Ань, взгляни-ка сюда.
Помотав головой и пытаясь восстановить в памяти события перед отключкой, Чжан Ань вдруг что-то вспомнил, резко вскинул голову и едва не до смерти испугал Чжан Цинлана.
— Чжоу Ти! Это был Чжоу Ти! Ты помнишь того Чжоу Ти, о котором я тебе рассказывал?
Чжан Цинлан кивнул:
— Какое отношение это имеет к нашему нынешнему положению? Оглянись, где мы находимся.
Только теперь Чжан Ань осмотрелся:
— Мы же были оглушены. По логике вещей, нас должны были схватить и бросить в темницу. Почему мы до сих пор здесь?
Чжан Цинлан покачал головой:
— Я сам не понимаю, что происходит.
Чжан Ань хлопнул себя по бедру:
— Чжоу Ти!
— При чем тут он?
— Разве ты не слышал, что Чжоу Цзи говорил нам напоследок?
— Я был слишком занят побегом и не особо прислушивался.
— Он назвал себя Чжоу Ти, и его родные места совпадают с тем местом, про которое я тебе рассказывал!
— Погоди, но ты же говорил, что тот Чжоу Ти, которого ты ищешь — старик лет шестидесяти?
— В том-то и загадка! Я отлично помню, как Чжоу Цзи утверждал, будто ему едва за двадцать и он покинул дом всего три года назад.
— Верно, я тоже это помню. К тому же мы только что познакомились, у него не было причин лгать нам без всякой на то причины.
— И я о том же! Тем более в той критической ситуации он стал бы врать еще меньше.
Молчание. Наконец Чжан Ань произнес:
— Идем к нему домой.
— Правильно, сначала проверим, есть ли кто дома. Мы-то остались здесь брошенными, а что с ним?
Добравшись до порога дома Чжоу Ти, оба спутника приготовились к любому исходу. Чжан Ань с опаской постучал. После двух ударов изнутри послышался голос, и через секунду створки распахнулись. Человеком, открывшим дверь, оказался тот самый Чжоу Цзи по имени Чжоу Ти, только теперь лицо его обрамлял густой круг бороды, отчего он выглядел куда более зрелым. Чжан Ань неуверенно позвал:
— Брат Чжоу Ти?
Чжоу Ти окинул их долгим взглядом с головы до ног, после чего неожиданно расплылся в радушной улыбке:
— Ха-ха, Чжан Ань, Чжан Цинлан! Какими судьбами? С нашей последней встречи прошло уже добрых лет десять, никак не ожидал снова вас увидеть!
Изначально получив отклик, оба парня обрадовались, но вторая половина фразы Чжоу Ти ударила их словно громом среди ясного неба. Ноги, уже собиравшиеся шагнуть во двор, замерли на месте. Закончив говорить, Чжоу Ти повернулся и, заметив, что они по-прежнему топчутся снаружи, склонил голову набок с вопросительным выражением лица:
— Что такое? Увидели меня и так обрадовались, что забыли войти? Проходите же!
— Действуем по обстановке, — тихо бросил Чжан Цинлан и первым перешагнул порог. Чжан Ань последовал за ним.
Оказавшись в комнате, Чжан Цинлан прямо спросил:
— Брат Чжоу, я помню, когда мы расставались в прошлый раз...
— Тебе кажется, что я не должен здесь находиться? Но вы, два брата, должны понимать: с тех пор прошло больше десяти лет, а за десяток лет многое может измениться.
— Но брат Чжоу... — Чжан Ань попытался возразить, но Чжан Цинлан поднял руку, останавливая его, и произнес: — Брат Чжоу, продолжай.
После того как вы сбежали, меня, разумеется, поймали, а затем заперли, — рассказывал Чжоу Ти. — Кто-то уже собирался меня допросить, но вдруг допрос отменили. Больше меня ни о чём не спрашивали и спустя пару дней просто отпустили. Правда, поставили одно условие: их старшая мисс — о, та самая девушка, переодетая в мужское платье, с которой мы столкнулись в семье Су, — я смогу покинуть Город Шэньчэн только тогда, когда её найдут или когда она вернётся. Должно быть, семья Су проявила великодушие и не стала сводить счёты со мной, мелкой сошкой. Выйдя на свободу, я вернулся сюда, и так уж вышло, что оказался связан с семьей Су. К тому же у меня имелась кое-какая база в культивации, и благодаря этому делу мне, безусловно, улыбнулась удача — ведь до этого три года я безуспешно пытался ступить на путь бессмертных. После этого я примкнул к семье Су, став одним из самых внешних их практикующих. Помимо обещания не покидать Город Шэньчэн, никаких других ограничений на меня не накладывали. Но я никак не ожидал, что в Городе Шэньчэн пройдёт целых десять лет, а та девушка так до сегодняшнего дня и не вернулась.
Кстати, я ведь потом наводил справки о твоём наставнике, Кун Шуцюане, верно? И действительно кое-что узнал, — добавил Чжоу Ти.
Правда, братец Чжоу? — в голосе Чжан Аня смешались сомнение и искра надежды.
Те двое привратников тогда и вправду нас не обманули. Твоего наставника и впрямь не было тогда в семье Су: он приходил туда где-то за пять-шесть лет до нашего визита, а после этого за все десять лет больше не показывался. Если посчитать, с тех пор как твой наставник в последний раз наведывался в Город Шэньчэн, прошло уже лет пятнадцать-шестнадцать.
Услышав это, Чжан Ань почувствовал, что в его голове всё смешалось в сплошную кашу. Молодой Чжоу Ти, Чжоу Ти десять лет спустя, наставник... Вопросов становилось всё больше, но ответов на них не находилось, и он даже не представлял, как эти ответы искать. Чжан Цинланд в этот момент чувствовал себя не лучше: происходящее сегодня казалось до того невероятным, что отличить правду от лжи было невозможно.
Заметив, что они замерли и молчат, Чжоу Ти спросил:
Кстати, вы ведь, сбежав, не стали разыскивать ту девушку? А в Цзянчэн, к моим родителям, заглядывали? И почему вас не было целых десять лет, что-то случилось?
Этот град вопросов ошеломил Чжан Аня и Чжан Цинланда, и они какое-то время просто не знали, что ответить. Подумав немного, Чжан Цинланд произнес:
Братец Чжоу, я смотрю, как раз время обеда. Не поискать ли нам местечко, где можно поесть и заодно поговорить?
Он решил сперва выиграть немного времени.
Можно и так, пошли.Конечно же, Чжоу Ти привёл их в ту самую Лунную башню, только вот теперь она выглядела совсем иначе, чем тогда, когда они пили здесь в прошлый раз. Таверна казалась раза в два больше, убранство полностью обновили. Если бы не Чжоу Ти, если бы не прежнее место и если бы они не увидели того же хозяина — разве что выглядевшего чуточку старше, — они ни за что бы не поверили, что перед ними всё та же Минъюэ. Впрочем, сегодня за рамки их понимания выходило слишком многое, так что оба парня уже онемели от потрясения.
Трое уселись за стол, и не успели они ещё ничего толком сказать, как трактирщик по имени старик Хэ поставил на столешницу целый кувшин вина. Судя по всему, Чжоу Ти по-прежнему оставался здесь желанным гостем.
Дела у старика Хэ идут всё в гору, — заговорил Чжоу Ти, наливая себе чашку. — Видите? В позапрошлом году он выкупил соседнюю лавку, тоже приспособил под таверну, да ещё и всё убранство сменил на новенькое. А новое-то — любо-дорого посмотреть! Я-то давно твердил ему, что пора бы всё обновить, да он тянул до самого прошлого года. Зато когда затеял ремонт, я его знатно попилил — аж на душе полегчало.
Пока Чжан Ань и Чжан Цинланд собирались наполнить свои чаши, он в одиночестве сделал первый глоток. Закончив разливать вино, двое юношей переглянулись, чувствуя себя неуверенно и не зная, с чего начать.
Чжан Ань долго колебался и наконец собрался заговорить, как вдруг заметил, что с Чжоу Ти творится что-то странное. Тот внезапно уперся левой рукой в стол, правой прижал грудь, тяжело и судорожно задышал, лицо его мгновенно побелело, а во взгляде отразилось растерянное забвение.
Остолбенев от испуга, Чжан Ань бросился к Чжоу Ти и засыпал вопросами: что случилось? Ему вовсе не улыбалось наблюдать, как с Чжоу Ти стрясется какая-нибудь беда, иначе все ниточки к разгадке тайны оборвутся навсегда.
Чжоу Ти немного перевёл дух, слабо взмахнул рукой и покачал головой, давая понять, что всё в порядке. Тогда они с облегчением, но всё же с тревогой вернулись на свои места.
Ничего страшного, — проговорил Чжоу Ти. — Просто мне вдруг показалось, будто из тела вынули всю душу, сердце на миг перестало биться, а в голове сделалось абсолютно пусто. Словно... словно я лишился чего-то очень важного.
Он снова шумно вздохнул и посмотрел на обоих:
Простите, братья, но мне нужно пойти прилечь и отдохнуть, так что составить вам компанию не смогу. Как наедитесь и напьетесь, приходите ко мне, я буду дома ждать вас.
Убедившись, что оба кивнули в знак согласия, Чжоу Ти поднялся и ушёл.
Стоило ему скрыться, как Чжан Цинланд помрачнел и произнёс:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...