«В этой жизни, дружок, главное — не выпендриваться».
Эту истину я вдалбливал себе в башку каждый раз в прошлой жизни. Постоянно.
— Ну и чего ты туда полез? Обязательно было вылезать? Сидел бы тихо, как я говорила! — эту шарманку сестрица заводила каждый божий раз, когда я вваливался домой в синяках и кровище.
— И что ты этим доказал? Герой, блин. Просто суешь нос не в своё дело. Очередной приступ благородного идиотизма?
Она качала головой с таким видом, что мне хотелось её придушить. Бесила — слов нет. Сука. Сама-то ни черта не умеет, только языком чесать.
Я хотел бы выдать ей порцию отборного мата, но проблема была в том, что в глубине души я понимал: она права. И от этого бесило ещё сильнее. Единственное, что мне оставалось — огрызаться.
— Короче, сам разберусь.
— Разберется он. Ага, конечно. Тебе в прошлый раз сказали, что если еще раз руку раздробишь, она вообще действовать перестанет. Это ты так «разбираешься»?
— Завали, а? Задолбала... Ты лучше таблетки свои жрать не забывай. Опять сегодня забила?
— Ой, сама разберусь~? — передразнила она.
В такие моменты я всерьез задумывался о том, чтобы зашить ей рот. Или просто чем-нибудь заткнуть. Жаль, воспитание (и остатки совести) не позволяли.
Не лезь не в своё дело.
Следи за базаром.
Лишнее слово — оно как птица: вылетит и насрет там, где не просили.
Каждый раз, когда я возвращался после очередной «заварушки», в голове крутились именно эти установки.
— Да как тут смолчишь-то?! Этот козел бригадир так по-крысиному распределил работу, что дядя Ким чуть калекой не остался!
— И почему именно ты полез разбираться?
— Потому что это было хреново.
А как терпеть, когда вокруг творится какая-то дичь?
Жизнь и так дерьмо, так я ещё и молчать должен, пока меня им поливают? Я долго не мог этого понять, вечно лез на рожон, но со временем дошло.
«Есть слова, которые нужно говорить, и те, которые лучше оставить при себе».
Фильтровать базар — это не слабость, это чертовски выгодно. И в этой жизни я честно пытался... ну, хотя бы иногда... помалкивать.
Я правда старался. Ну, типа, попытка засчитана.
Думал, что справляюсь. А потом случилось это.
— Хочешь жениться на моей дочери? — спросил голос сверху.
— Вы что, совсем охренели? Что за бред вы несете? — вылетело из меня раньше, чем я успел включить фильтр.
Да ладно, это уже перебор.
*****
Если говорить об императоре Рехарте, то он — «Солнце Империи», бла-бла-бла, и всё в таком духе. К тому же, как и Колтон Клей, он Мастер Меча.
Ещё со времен кронпринца его называли гением. Он даже был одним из тех, кто тренировался под началом Колтона. Золотые волосы, золотые глаза. Не сказать, что святой правитель, но и до тирана не дотягивает. Такой себе «средний» император с зашкаливающим самомнением и подавляющей аурой.
— Бред? — переспросил император.
— ...Ой.
Кажется, я только что сказал императору, что он несет бред. Я — барон из приюта, он — император. Воздух в зале мгновенно превратился в жидкий азот.
Вокруг стояли Королевские Рыцари — элита из элит. Они точно всё слышали. Я кожей почувствовал, как в меня вонзились десятки ледяных взглядов. Ой, всё, приплыли.
«...Меня сейчас на ремни порежут, да?»
Одного взгляда этих монстров хватало, чтобы голова сама захотела отделиться от плеч. И надо же было так тупо ляпнуть в месте, где каждый второй — ходячая машина для убийства.
Но, черт возьми!
«Вы серьезно?! Разве это не слишком?!»
Я до последнего надеялся, что мне послышалось. Надо было уточнить, переспросить, сделать вид, что я в обмороке... Но удар был такой силы, что язык сработал на автопилоте.
— Нет... то есть... я не это имел в виду... Просто я так удивился...
— Значит, барон, когда удивляется, сообщает императору, что тот несет бред?
— ...Казните, не велите миловать.
— Серьезно?
— ...
Если я сейчас скажу «да», он же реально меня прибьет. Что делать-то?
— Герцог Колтон.
— Слушаю, Ваше Величество, — отозвался Клей.
Император Рехарт перевел взгляд на Колтона.
— Не припомню, когда меня в последний раз так... «радовали». Ты не помнишь?
— Не смею знать, Ваше Величество.
— Кажется, последним это себе позволил твой сын. Франс.
Колтон промолчал, плотно сжав губы. Речь о Франсе — главном герое оригинальной книги.
— С тех пор я такого не слышал. И уж точно не ожидал услышать от этого юнца. Скажи мне, барон, неужели моя дочь тебе настолько противна?
— ...Никак нет. Как я мог бы питать неприязнь к «Золотому цветку Империи», прекраснейшей из принцесс...
«Да я её терпеть не могу».
Она, конечно, симпатичная, и этот её взгляд а-ля «ты мусор» даже по-своему заводит, но связываться с такой — это верный способ угробить жизнь. Это я чуял за версту.
К тому же...
«Вы же всё равно несерьезно».
Император не сумасшедший, чтобы выдавать дочь за меня. Скорее всего, просто решил потроллить, но, черт, начинать разговор с предложения о браке — это за гранью.
«У него что, деменция?»
Да вроде не такой он и старый. Мастер Меча с маразмом? О таком я не слышал.
Пока я пытался разгадать планы императора, рыцари продолжали сверлить меня взглядами. Честное слово, еще немного — и я тут прямо на ковер лужу сделаю. Давление было такое, что одно неловкое движение — и всё, прощай, достоинство.
— Очень жаль, что моя дорогая дочь тебе не по вкусу, барон. Теперь я вот сижу и думаю... Как мне поступить с дерзостью человека, назвавшего слова императора «бредом»? Задача не из легких.
— ...Ну... это...
— Ты же понимаешь, что при желании это тянет на смертную казнь?
— ...
Понимаю. Еще как понимаю. Даже дебил бы понял.
И что теперь? Кажется, даже Клей тут не поможет. Может, маму вписать? Сработает ли статус «сына Элизы Сесрис» против обвинения в оскорблении величества?
«Да вряд ли».
Ситуация — полная жопа. Тупик. Я уже буквально физически чувствовал, как клинок отделяет голову от туловища, когда...
— Барон Эбилис.
— Да, Ваше Величество! — я чуть было не гаркнул «Я, рядовой Эбилис!», вовремя прикусив язык. Обливаясь холодным потом, я замер в ожидании приговора.
— Жить хочешь?
— ...
Император смотрел на меня в упор.
— Да. Очень хочу. Жить — это вообще моё любимое хобби.
— Вот как? Тогда...
Его золотые глаза впились в меня. Может, покаяться? Упасть в ноги? Грязно, унизительно, зато эффективно. Я уже почти созрел для того, чтобы вписаться лбом в пол. Я не могу сдохнуть вот так, даже ни разу не... кхм, в общем, слишком рано мне на тот свет.
Я уже открыл рот, чтобы начать скулить о пощаде, но тут он произнес:
— Отправляйся в Лес Эльфов.
— ...Если только пощадите... а? Куда?
Я захлопал глазами.
— В Лес Эльфов?
Тот самый?
«Где Мировое Древо?»
Единственное божество, которое реально торчит на земле, а не где-то в астрале. И оно находится именно там. Но на кой мне туда ехать?
— Э-э... Простите, а зачем мне туда?
— Нужно отремонтировать Святой Меч, который ты умудрился сломать. Древесина для него была взята именно там, так что логично, что чинить его должны на родине.
А. Понятно. Речь о запчастях для моего «Вибратора». Раз он сделан из веток Мирового Древа, значит, и сервисное обслуживание должно быть в эльфийском дилерском центре.
— Проблема в том, что эльфы не жалуют чужаков. Вход туда практически закрыт. Мы называем их союзниками, но на деле это крайне закрытая территория.
Ага. То есть...
«Типа как Китай?»
Судя по описанию, очень похоже на одну большую и очень гордую страну. А я-то раскатал губу, думал — Лес Эльфов, красивые сестрички повсюду, романтика...
— Если обычный человек туда сунется, ему, скорее всего, всадят стрелу в глаз, а голову пришлют обратно в корзинке. Так что дело деликатное.
«Так, стоп. Передумал. Романтика отменяется».
— ...И почему тогда еду именно я?
Нельзя просто отправить меч курьером? Зачем мне-то рисковать шкурой? Оу... стойте.
«Он хочет, чтобы я там сдох?»
Логично.
Вместо того чтобы просто казнить, решил устроить себе шоу. Император-то, оказывается, знатный психопат. Ситуация становилась всё более хреновой. Я лихорадочно соображал, как бы поизящнее отмазаться, но император меня опередил:
— Я же сказал: эльфы не принимают чужаков.
— Но я ведь тоже чужак. В чем разница?
— Разница есть.
— М-м?
— Ты — сын Сесрис.
— ...Что?
При чем тут мама?
— Твоя мать считается «благодетельницей эльфов». Ты не знал?
— ...Серьезно?
У моей мамочки были такие крутые прозвища? Я-то думал, её называют только «Стихийным бедствием», «Кошмаром» или «Сукой»...
Кстати, последнее — это мой личный вклад. Посмотрим, сколько она еще будет меня игнорировать.
— К сыну их благодетельницы они, по крайней мере, отнесутся с уважением. Сердце из груди вырывать не станут.
— Так, подождите, список угроз постоянно пополняется!
Только что речь шла о стреле в башку и отрубленной голове. Теперь еще и сердце? Что за инфляция жестокости?
Может, уже можно сделать лужу? Кажется, самое время.
— ...Значит, я должен поехать и починить Святой Меч. Так?
— Именно. Плёвое дело, верно? Заодно прихвати у великого старейшины эльфов капли «Слез Мирового Древа». Мне как раз они понадобились.
— ...
Где тут «плёвое дело»?! Одно название звучит как квест максимального уровня сложности.
— Вы уверены, что это просто?
— Проще некуда. Особенно по сравнению с ценой твоей жизни.
— Ха-ха. Ну да. Логично.
Чертов дворцовый этикет.
Гребаная сословная система.
И мой дебильный язык.
Эти три фактора сошлись в идеальный шторм и выдали мне билет в один конец.
Хотя... в голове мелькнула одна мысль.
«Интересно, а эльфийки правда красивые?»
Ну, там... фигуристые сестрички с ушками... Может, не всё так плохо?
У-у-у-унг!
«Вибратор» на поясе завибрировал. Тоже предвкушает? Ты тоже у нас, оказывается, тот еще кобель?
Я понимающе кивнул мечу, но...
У-у-унг...
Вибрация стала слабой и какой-то... осуждающей.
Будто этот кусок дерева пытался сказать, что он выше таких низменных мыслей.
...Сволочь.
*****
Спустя некоторое время после того, как Руин покинул зал, император и Колтон остались одни.
Тишину, затянувшуюся сверх меры, прервал Клей.
— Ваше Величество.
— Говори.
— Могу я спросить, почему вы решили отправить этого мальчика в другую страну?
Раздражение, которое Колтон сдерживал, просочилось наружу. Заметив, как нахмурился герцог, император усмехнулся.
— Как интересно. Не ожидал увидеть у тебя такое выражение лица. Неужели этот мальчишка тебе так дорог?
— ...
Клей не стал отрицать. Скрывать это не было смысла.
Император не из тех, кто стал бы цепляться к словам о «бреде» просто так. Для аудиенции, целью которой был допрос, обстановка была слишком спокойной. Колтон терялся в догадках.
— Почему именно Лес Эльфов?
Это закрытое и опасное место. Колтон должен был понять истинные намерения императора.
О великом старейшине эльфов сейчас ходили нехорошие слухи. Говорили, что они готовятся к войне. Что старейшина подпал под влияние опасных идей и замышляет переворот.
Тайные отряды, посланные разведать обстановку, вернулись в виде голов в корзинах. Эльфы дали понять: они знают, кто их подослал.
Ситуация была критической. Альянс трещал по швам. И в такой момент отправить туда Руина?
— Я же объяснил причину.
— Вы хотите сказать, что Афрон действительно не справился с ремонтом и диагностикой?
— Нет, он всё еще пытается. Просто появился путь более быстрый и надежный.
— Надежный?
Прежде чем Клей успел договорить, император протянул ему письмо. На нем стояла печать в виде Мирового Древа.
— Ознакомься.
Получив разрешение, Колтон пробежал глазами по строкам.
Его глаза мгновенно сузились.
Текста было много, но сути — всего пара пунктов.
«Желаем видеть сына Сесрис».
«Дошли слухи, что Божественный Меч поврежден. Мы починим его, привозите».
И самое главное...
Последняя строчка, которая заставила Клея напрячься всем телом.
— Требуется подтверждение того, как был получен украденный Святой Меч.
«Украденный Святой Меч».
Запахло большой грозой.

Комментарии

Загрузка...