Режиссёр Чхве Дэ Хён наблюдал за тем, как Ким До Юн и Ю Хён А готовились к съёмкам.
«Хорошо. Это решающий переломный момент».
Начало третьей серии.
Если вплоть до второй серии — до прошлых съёмок — упор делался на подкрадывающееся чувство жути, затаившейся в повседневности, то начиная с третьей серии по-настоящему странные явления должны были развернуться в полную силу.
«Эпизод, в котором мы переступаем черту и погружаемся в откровенную нереальность».
Режиссёр Чхве повернулся к сидевшей рядом сценаристке Ан Мук Рён:
— Сценаристка Ан. Вы ведь говорили, что суть этой серии — ощущение пересечения границы?
— Да. Во время прошлых съёмок, разговаривая с актёром, я поняла, в каком направлении нам стоит двигаться дальше. Ё Уль пересекает эту границу и окончательно погружается в нечто жуткое.
Режиссёр Чхве улыбнулся.
Его чутьё всё-таки не подвело.
Ким До Юн рос, а сценаристка Ан Мук Рён менялась вслед за его ростом.
Укрепившись в этой мысли, он произнёс:
— И вот мы здесь — середина четырёхсерийной дорамы, и темой ключевой серии совершенно случайно становятся «границы». Будет выглядеть так, будто всё задумывалось с самого начала. Мне нравится.
— Правда?
— Конечно. Зрители втайне обожают подмечать подобные детали.
— Пожалуй, вы правы, — кивнула сценаристка Ан Мук Рён.
Режиссёр Чхве перевёл взгляд на Ким До Юна:
— Если подумать, сценаристка Ан, вы сегодня ни словом не обмолвились о том, какой игры ждёте от Ким До Юна. До сих пор вы спрашивали об этом на каждых съёмках.
Ан Мук Рён едва заметно качнула головой:
— Теперь меня всё устраивает.
— Что?
— Как вы и сказали, игра актёра стала вполне стабильной. К тому же он по-настоящему понимает мои сценарии и, кажется, весьма убедительно воплощает Ё Уля. — Ан Мук Рён подняла взгляд на режиссёра Чхве: — Так что на данном этапе всё весьма неплохо.
— Тогда гора с плеч.
Режиссёр Чхве кивнул, хотя на душе у него возникло странное чувство. Глаза сценаристки Ан Мук Рён почему-то казались потускневшими.
◇ ◇ ◇
Съёмки сцены, следующей сразу за получением оригинальной плёнки из архива.
По сюжету помощница режиссёра Ю А и Ё Уль втайне, без ведома режиссёра, вместе отсматривали материалы.
«Цветовая палитра определённо поблекла».
Стоило начаться третьей серии, как тона словно опустились на оттенок ниже — во всём возникла едва уловимая приглушённость.
«Тщательная калибровка».
До Юн посмотрел на небольшой монитор перед собой.
Сцена, вызвавшая проблемы, когда Ё Уль в одиночестве смотрел её у себя в квартире — финальный неудачный дубль актёра Со Мун Хёка, — сейчас проигрывалась на экране.
Ё Уль произнёс с лёгким недоумением:
— Вроде бы ничего странного. Может, дело было в моём диске? Если смотреть оригинал...
В этот момент помощница режиссёра Ю Хён А слегка наклонила голову, пристально вглядываясь в монитор.
И когда запись подошла к концу...
— А?..
Она продолжала смотреть на экран, словно что-то не сходилось.
— Что такое?
— Нет, разве это не странно?
— В смысле странно? Всё точно так же, как когда мы смотрели с режиссёром.
В ответ на замешательство Ё Уля помощница режиссёра покачала головой:
— Запись закончилась, но плёнка всё ещё крутится.
— Ну да, но что в этом такого странного?
Она посмотрела на таймер воспроизведения на мониторе:
— Сорок пять минут...
Помощница режиссёра продолжила с уверенностью человека, знающего своё дело:
— Стандартная кассета рассчитана на шестьдесят минут. Нет никаких причин для такого количества пустого времени — после этого финального неудачного дубля должны идти рабочие съёмки персонала.
— Хм... а не могло быть так, что тот, кто записывал, разбил файлы не особо задумываясь? Всё-таки это было так давно.
От слов Ё Уля помощница режиссёра смущённо усмехнулась:
— Ха... может, я и правда накручиваю себя. Скорее всего, так и есть.
И в этот самый момент...
*Пшшш...*
Буквально на долю секунды из динамика пробился статический треск.
— Постой... что это был за звук?..
— Какой звук?
В ответ на вопрос Ё Уля помощница режиссёра прильнула ухом к динамику:
— Ты не слышал? Мне показалось, там было что-то странное.
— Правда?
— Это реплика? Что-то здесь не так.
— Реплика?
Странное явление, о котором Ё Уль рассказывал Ю А — то, с чем он столкнулся лично.
Неужели она говорила об этом?
Реплика из последнего неудачного дубля «Дороги к тебе»:
«Не уходи вперёд без меня. Подожди».
И следовавшая за ней реплика другого персонажа:
— «Хорошо, в этот раз я приду к тебе», — сама реплика вроде нормальная.
Фраза, которую Ё Уль услышал, когда на диске возникла аномалия. И слова, которые он сам пробормотал, не отдавая себе отчёта: «В этот раз я... стану».
— Кажется, мне послышалось именно это. Но сейчас всё прозвучало нормально, — с улыбкой произнёс Ё Уль, однако помощница режиссёра продолжала прижиматься ухом к динамику.
— Нет, дело не в этом.
Помощница режиссёра Ю А выкрутила громкость на максимум.
И тогда раздался едва слышный звук, похожий на мужской голос.
— Вот о чём я.
— А... это ведь не часть диалога?
Голос словно шептал откуда-то из-за кадра.
Неужели запись просто случайно продолжилась после команды «снято»?
Ё Уль спросил помощницу режиссёра, которая всё ещё не отрывалась от динамика:
— И что там говорят?
— Похоже... будто кто-то разговаривает. Слишком тихо, не разобрать.
И тут помощница режиссёра Ю А повернулась к Ё Улю, резко побледнев:
— Погоди... разве не так Ё Уль пошутил в прошлый раз при режиссёре?..
Она жестом велела Ё Улю придвинуться ухом к динамику.
Ё Уль наклонился ближе.
И в тот момент, когда помощница режиссёра снова нажала на воспроизведение, из динамика раздался знакомый мужской голос:
— *Я же говорил тебе не смотреть в одиночестве.*
◇ ◇ ◇
Как только съёмки завершились и прозвучала команда «снято», перед подготовкой следующей сцены наступил короткий перерыв.
Совершенно перепуганная Ю Хён А вцепилась мне в плечи и принялась трясти:
— С-сонбэ! «Я же говорил тебе не смотреть в одиночестве» — к кому он вообще обращается?!
— Почитай сценарий и узнаешь. Я и сам без понятия.
Я добродушно улыбнулся, а Ю Хён А издала звук, похожий на вопль:
— А-а-а! В смысле ты сам без понятия?! Что теперь будет?!
— Да в чём проблема-то?
— Страшно же!
Я покачал головой.
Ну и девчонка. Трусиха чистой воды.
Похоже, съёмки сцен, где странные явления разворачивались всерьёз, подействовали на неё слишком сильно.
«К тому же она явно погрузилась в проект глубже, чем раньше».
Впрочем, это было только к лучшему.
Я улыбнулся и опустил взгляд на сценарий.
«Хорошо. Я чувствую себя всё увереннее».
Находясь под ошеломляющим погружением от [Взгляда режиссёра], придерживаться размеренного, надёжного и приземлённого стиля игры.
Поначалу это вызывало лёгкий дискомфорт, но если подумать — в прошлой жизни я играл именно в похожей манере.
«Ведь тогда я восхищался стилем Ли Сэ Рин».
Я задумчиво кивал своим мыслям, когда Ю Хён А подозрительно прищурилась:
— О чём это ты там думаешь сам с собой, сонбэ? Неужели обо мне и моём неотразимом обаянии? — спросила она с озорной ухмылкой. Она уже достаточно освоилась, чтобы отпускать подобные шуточки.
Я покачал головой:
— Нет. Думаю о Ли Сэ Рин.
Услышав мой ответ, Ю Хён А снова вцепилась мне в плечи и принялась трясти:
— Так нечестно! Во время игры голова должна быть забита только партнёром по сцене!
— Да понял я, прекрати меня трясти.
Голова же кружится!
Ю Хён А вздохнула и присела прямо там, где стояла:
— Интересно, что теперь будет с Ё Улем и Ю А?
— А?
— Страшно же. Они ведь теперь отправятся на поиски сценаристки. А вдруг сценаристка уже мертва? Вдруг Ю А просто так, ни с того ни с сего, умрёт во время поисков?!
— Брось. Сценаристка Ан Мук Рён не из тех, кто прописывает столь бессмысленную смерть.
— Правда?! Меня ведь не выведут из сериала, да?
— Нет. Скорее всего, нет.
— Сонбэ, что ещё за «скорее всего»?!
◇ ◇ ◇
Начались вторые съёмки за день — сцены из середины третьей серии.
Сюжет: Ё Уль и помощница режиссёра, почуяв неладное, отправляются на поиски сценаристки «Дороги к тебе», чтобы расспросить её лично.
Эта сцена была сольной для Ю Хён А.
«Если подумать, я впервые наблюдаю, как она снимается в сольной сцене».
Она стала первой хубэ, которая ходила за мной хвостиком.
Как сонбэ, я должен был внимательно посмотреть. Хотя я до сих пор понятия не имел, с чего вдруг она назначила меня своим сонбэ.
Я наблюдал за Ю Хён А во время съёмок.
Пусть проект выходил десять лет назад, транслировался он на том же самом телеканале — помощница режиссёра Ю А рассчитывала, что разыскать сценаристку не составит труда. Однако вопреки ожиданиям выйти на её след оказалось далеко не так просто.
Опросив всех вокруг, помощница режиссёра наконец узнала новости об авторе «Дороги к тебе» от одной из штатных сценаристок телеканала.
Актриса средних лет, игравшая сценаристку, покачала головой, глядя на помощницу режиссёра, и произнесла свою реплику:
— Сценаристка «Дороги к тебе»? Да она давным-давно ушла из профессии.
— Что? Но об этом нигде нет никаких записей.
На растерянный возглас помощницы режиссёра сценаристка кивнула:
— Потому что она не состояла в штате канала. В те времена такое случалось сплошь и рядом. — Сценаристка продолжила, и на её лице промелькнуло лёгкое беспокойство: — Я в этом деле уже двадцать лет, так что один раз видела её лично. Слышала, она бросила работу сразу после завершения «Дороги к тебе».
— Прямо сразу после завершения проекта?
Сценаристка кивнула, словно погружаясь в воспоминания:
— Именно. К тому моменту она написала уже несколько работ — была по-своему признанным автором. А потом просто внезапно ушла.
— По... понятно. А вы случайно не знаете, что с ней стало потом?
— Потом... Если подумать, пару лет назад до меня доходил один слух.
Услышав это, помощница режиссёра молитвенно сложила ладони:
— Что за слух? Мне правда очень нужно с ней встретиться!
— Не торопи ты меня.
— Ой... простите.
Всё шло строго по сценарию, однако лицо Ю Хён А выражало неподдельное, искреннее любопытство.
Я невольно улыбнулся.
«Она наверняка и правда хочет знать».
Сценаристка вздохнула:
— Доживи сперва до моих лет. В таком возрасте столько всего начинает вылетать из головы. — Она долго размышляла, а затем кивнула: — А! Точно. Я слышала, она поселилась в каком-то храме.
◇ ◇ ◇
Съёмки сцены Ю Хён А завершились, и на соседней площадке тут же начались следующие — эпизод Ё Уля.
Пока помощница режиссёра узнавала о местонахождении автора «Дороги к тебе» от другой сценаристки, Ё Уль параллельно встречался с сотрудником телеканала, работавшим с ней напрямую.
Мужчина покачал головой:
— О! Та сценаристка?
— Вы её знаете?
— Лучше бы тебе о ней не знать.
В тоне сотрудника прозвучало нечто тревожное, и Ё Уль озадаченно спросил:
— Что? Лучше не знать... в каком смысле?
— Она... Когда я видел её в последний раз, она была сама не своя.
— Сама не своя?
Мужчина подошёл ближе, словно тщательно подбирая слова, и затем тихо произнёс:
— Она устроила грандиозный скандал, утверждая, что не писала свой сценарий. Из-за этого её и уволили.
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...