— Он без конца твердил, будто этот сценарий написал не он. Такой скандал закатил. Потому его и уволили.
Сотрудник бросил эту фразу и больше не проронил ни слова.
Ё Уль остался один в коридоре, где только что скрылся мужчина.
Ё Уль пробормотал себе под нос:
— Сценарий написал не он?
Я и сам не знал, что будет в следующем сценарии, так что эти слова озадачили меня.
Когда актёр чересчур глубоко погружается в роль...
Мне доводилось слышать, как люди признавались в странном чувстве отчуждения — будто реплики произносят вовсе не они, а их персонаж.
«Но здесь, похоже, совсем другое».
Сценарист заявляет, что сценарий написал не он?
Ё Уль без особой причины окинул взглядом коридор.
Коридор телерадиокомпании KBC.
Потёртые обои, рекламные плакаты и доносящийся время от времени приглушённый говор сотрудников.
И именно в этот миг всё произошло.
Звук, зародившийся внутри навыка [Взгляд режиссёра].
*Пи-и-и-и-п*
Словно от звона в ушах, зрение на долю секунды исказилось.
Будто он один оказался в совершенно ином мире, а поле зрения дико поплыло.
«...Голова кружится!»
Режиссёрские эффекты вступили в полную силу, вызывая невыносимое головокружение.
Как раз посреди этой мысли раздался оклик:
— Ё Уль!
Голос помощницы режиссёра.
Стоило ему прозвучать, как звон и головокружение испарились без следа, словно ничего и не было.
Из дальнего конца коридора прибежала помощница режиссёра Ю А и заговорила:
— Ё Уль. Кажется, я кое-что нашла.
Она кивнула, а затем, взглянув на Ё Уля, взволнованно спросила:
— Ой... ты в порядке? Тебе нехорошо?
— Нет. Всё нормально. Куда важнее — что ты нашла?..
— Ах. Да! — Ю А перевела дыхание и продолжила: — Похоже, я поняла, где она сейчас.
— Где?
— Судя по всему, она в горном храме.
— В храме?
— Да, в храме. Разве это не странно?
— Ну, я бы не сказал, что странно... После того, что случилось с Со Мун Хёком, возможно, ей просто нужно было место, чтобы прийти в себя. Храм вполне подходит.
— Д-да, ты прав... наверное?
Помощница режиссёра через силу кивнула, однако её лицо выражало крайнюю тревогу.
— Что-то не так?
В ответ на вопрос Ё Уля помощница режиссёра Ю А едва заметно покачала головой:
— Просто у меня нехорошее предчувствие.
— Почему?
— Понимаешь, дело в документах, которые мы просматривали чуть раньше.
— В видеозаписях?
— Нет, в журналах служебного транспорта. Я проверяла их, когда искала места для съёмок.
Помощница режиссёра Ю А продолжила, и лицо её болезненно скривилось:
— Незадолго до того, как Со Мун Хёк ушёл из жизни. Прямо перед съёмкой того самого последнего неудачного дубля... осталась одна запись о служебной машине.
От слов Ю А окружающее пространство снова странно дрогнуло.
Шум, наполнявший коридор, словно затих...
Голоса сотрудников, треск принтера, телефонные звонки — всё это зазвучало глухо, будто доносилось издалека.
Ё Уль осторожно спросил помощницу режиссёра Ю А:
— И где же она была?
— Возле той горы, неподалёку от храма......
Я мысленно кивнул.
С этого момента Ё Уль и помощница режиссёра Ю А должны были переступить черту, из-за которой уже нет возврата.
Момент перехода от необычного посреди повседневности — в реку, из вод которой обратно в обычную жизнь уже не выбраться.
«Отлично. Мне нужно достоверно передать ощущение мурашек, бегущих по всему телу».
Именно в эту секунду в голове пронеслась эта мысль.
Именно в этот миг.
В самом конце коридора, где стояли Ё Уль и помощница режиссёра...
Откуда-то донёсся свист ветра.
Шорох, похожий на шелест сухих листьев.
Вместе с этим звуком из противоположного конца коридора повеяло тяжёлым, давящим присутствием — словно чей-то пристальный взгляд впился в спину.
— Что это ещё такое...
Только Ё Уль собрался обернуться на этот взгляд...
Как люминесцентная лампа в конце коридора с треском погасла.
С коротким шипением помех висевшие на стенах мониторы выключились все разом.
А затем один за другим начали включаться вновь.
Сначала крайний слева.
Затем на правой стене.
И наконец тот, что висел прямо перед Ё Улем и Ю А.
Экраны, на которых должен был крутиться промо-ролик телеканала.
Но теперь на всех мониторах шло одно-единственное видео.
Старая съёмка.
Неловкие реплики.
И блуждающие, расфокусированные взгляды.
— На этот раз... твоя очередь...
— Я же говорил тебе не смотреть в одиночку.
На этих экранах воспроизводился «Последний неудачный дубль мёртвого актёра».
И помощница режиссёра, и Ё Уль застыли на месте как вкопанные.
Крупный текст на мгновение вспыхнул поверх монитора и растаял:
[СЪЁМКА ПРИОСТАНОВЛЕНА]
А следом прозвучала реплика:
— Надо идти. ...в хра— Скорей......
Всё закончилось в мгновение ока.
Экраны тут же вернулись к обычному промо-ролику.
Коридор снова наполнился привычными звуками: гомоном голосов, трелью телефонов и гудением принтера.
Словно ничего не произошло.
И у Ё Уля,
и у Ким До Юна.
На миг все мысли замерли.
В этот момент побелевшая как полотно помощница режиссёра Ю А повернулась к Ё Улю:
— Что это, чёрт возьми, сейчас было...
— Если это не твой розыгрыш со скрытой камерой, Ю А... значит, перед нами чистой воды аномалия.
Девушка отчаянно замахала руками:
— Скрытая камера? Да ни за что, клянусь!..
— Я пошутил. Знаю.
Помощница режиссёра Ю А будто разом сдулась и опустилась на корточки прямо там, где стояла:
— Там ведь явно были ещё слова.
— Да. Что-то про хра...
— Судя по контексту, это наверняка название какого-то храма, да?
На вопрос помощницы режиссёра Ё Уль кивнул:
— Скорее всего.
Помощница режиссёра Ю А тяжело вздохнула:
— Что вообще происходит... — Она подняла взгляд на Ё Уля и продолжила: — В дораме «Дорога к тебе» изначально не было ни одной сцены в храме. И в сценарии нет никаких следов того, что подобную сцену когда-либо вырезали.
— Всё верно.
— Тогда почему прямо перед съёмкой финального неудачного дубля осталась запись о поездке к тому самому храму?
Ё Уль на секунду задумался, а затем произнёс:
— Давай отправимся туда сами.
— Правда?
— Если мы продолжим сидеть здесь и гадать, ответов всё равно не найдём.
◇ ◇ ◇
Как только съёмка завершилась...
Стекавший по спине пот обжёг холодом.
«Я ведь пытался играть».
Мимика, жесты, взгляд человека, объятого ужасом — все те приёмы, на которые мне указывали старшие в Галерее актёров.
Я усердно отрабатывал каждый из них.
И всё же.
«Я не смог применить ни единого».
Лишь сценарий, созданный воображением сценаристки Ан Мук Рён.
И режиссура режиссёра Чхве, вдохнувшая в него жизнь.
Перед лицом всего этого подготовленная техника попросту вылетела из головы — и меня охватил подлинный, пробирающий до мурашек первобытный страх.
Казалось, впервые за долгое время я по-настоящему стал Ё Улем.
— Ха-а...
Нормально ли это?
Не выдал ли я сам того не ведая рваную, нестабильную игру?
«В этот раз всё должно быть в порядке».
Если честно, со стороны мгновение, когда меня захлестнули эмоции Ё Уля, длилось слишком мимолётно, чтобы кто-то успел заметить неладное.
Просто впредь нужно быть осторожнее.
Вот о чём я размышлял.
— Хорошо. Берём этот дубль.
Прозвучало одобрение режиссёра Чхве, а следом раздался оклик:
— Ким До Юн!
— Да, режиссёр.
Режиссёр Чхве улыбнулся:
— Слушай, дубль вышел просто отличный.
Глаза сценаристки Ан Мук Рён тоже сияли:
— Эта сцена только что... сыграно великолепно.
На секунду я потерял дар речи.
Почему они говорят, что игра была хороша?
— Что с тобой?
Услышав вопрос режиссёра Чхве, я неловко улыбнулся и ответил:
— Нет, ничего. Спасибо.
◇ ◇ ◇
Как только вся съёмка подошла к концу, мне сразу же вручили следующий сценарий.
Следующей сценой наконец-то шла натурная съёмка на открытом воздухе.
По сюжету Ё Уль и помощница режиссёра отправлялись к горному храму, где, по слухам, находилась сценаристка «Дороги к тебе».
«Я так и думал, что рано или поздно мы дойдём до этой сцены».
Но локация оказалась куда дальше, чем я рассчитывал!
«Впрочем, актёрам заранее места съёмок не раскрывают».
Если оставить в стороне саму локацию...
Учитывая, что сценарий выдавали частями точно в нужный момент, без малейших задержек, становилось ясно: в этот четырёхсерийный летний спецвыпуск ужасов вложили колоссальное количество сил.
«Верно, нам говорили, что сценарий отдают перед самой съёмкой вовсе не из-за спешки — а ради того, чтобы актёры не теряли ощущение полного погружения».
Вот о чём я думал.
Сидевшая рядом Ю Хён А, перелистывавшая сценарий, вдруг восторженно распахнула глаза:
— Старший!.. Тут написано: натурные съёмки! Написано — горы, горы!
— Тебе нравятся горы?
— Да нет, не то чтобы очень, но съёмки в горах — это же прямо как школьная поездка! Разве не здорово?
— Неужели?..
Я кивнул:
— Рад, что ты так воодушевлена. Но разве тебе не будет страшно?
— Почему?
— Ну, вдруг мы приедем к храму, а сценаристка уже умерла? Или предстанет перед нами призраком.
Хён А сердито зыркнула на меня:
— Не говори таких жутких вещей. Я вообще-то жду с нетерпением. Я ведь с самых средних классов училась в Академии Есон, так что ни разу толком не была в настоящих школьных поездках.
— Вот как?
Что ж.
Пожалуй, у меня всё было примерно так же.
С тех пор как мама осталась одна и тянула меня на себе, я повзрослел слишком быстро.
Из-за этого я сам отказывался от школьных экскурсий и походов.
«Отчасти потому, что считал: лучше потратить это время на актёрские репетиции».
Знаете, что бывает, когда вся школа уезжает в поездку, а ты единственный остаёшься?
Приходится сидеть и учиться в пустом классе в полном одиночестве!
«В такие часы я обычно читал сценарии».
Наверное, по-своему это тоже можно считать школьным воспоминанием.
Я перевёл взгляд на Хён А.
Она прижимала сценарий к груди, выглядя точь-в-точь как школьница накануне долгожданной поездки с классом.
Разумеется, нам предстояла работа, так что вряд ли всё будет напоминать беззаботный поход или пикник на природе.
«Лишь бы это подняло ей настроение и помогло выдать отличные сцены».
К тому же сбивать её пыл не было никакой нужды.
Я посмотрел на Хён А и тепло улыбнулся:
— Да. Поездка — это здорово.
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...