Когда агония отступила, подобно зловонному кровавому приливу, Лин Чэнь на миг решил, что уже провалился в преисподнюю.
Уши резал пронзительный визг и тошнотворный хруст ломающихся костей, а ноздри обжигал густой смрад жжёной шерсти и ржавой крови. С трудом разлепив свинцовые веки, он первым делом ослеп от пронзительного, ядовито-изумрудного сияния. Свет исходил от зависшего в воздухе тела мутировавшей кошки — на глазах её туша раздувалась, серая, слипшаяся от грязи шерсть превращалась в подобие переливающегося во тьме темного шелка, а на кончике распушенного хвоста вспыхнуло призрачное зеленое пламя. В её глазах, мерцающих первобытной яростью, багровое безумие сплелось с ледяной ясностью. И этот жуткий взгляд был намертво прикован к Бородачу.
Энергия кристального ядра гигантского варана прямо сейчас запускала в её теле процесс чудовищной эволюции!
— Монстр! Это настоящий монстр! — истошно завопил Бородач, в панике поливая тварь огнем из энергетической винтовки.
Однако смертоносные лучи лишь бессильно отскакивали от изумрудного барьера вокруг кошки, рикошетом поражая бойцов Кровавого Черепа и в мгновение ока превращая их в заледенелые, изуродованные статуи.
Лицо Тощака исказилось от ужаса, когда он метнул серебряный кинжал прямо в глаз мутанта. Но едва лезвие коснулось зеленого света, невидимая сила смолола металл в пыль. Кошка издала оглушительный, пробирающий до костей рев, и её хвост хлестнул по воздуху, оставляя за собой шлейф ядовитого пламени. Тощак, чудом успевший отпрыгнуть, всё же не избежал расплаты: край его черного плаща вспыхнул зеленым огнем, и секунду спустя он уже катался по земле, оглашая ангар душераздирающими воплями.
Лин Чэнь не стал терять ни секунды. Превозвозмогая дикую, зудящую боль в простреленной спине — рана, казалось, начала пульсировать под воздействием зеленого света, словно невидимые нити сшивали разорванную плоть — он, шатаясь, бросился к Лин Юэ. Подхваченным с пола кинжалом он яростно вскрыл наручники на её запястьях.
— Б-братик! Ты живой! — Лин Юэ с рыданиями бросилась ему на шею, размазывая по бледному лицу слезы вперемешку с чужой кровью и грязью.
— Бежим, скорее! — Лин Чэнь грубо рванул её на ноги, бросая взгляд на царящий вокруг кровавый хаос.
Трансформация кошки превратила поле боя в скотобойню. Члены Кровавого Черепа были смяты: кого-то отбросило ударом хвоста, размазав внутренности по бетонной стене, кого-то заживо сожгло зеленое пламя, превратив в чадящие куски мяса. Бородач, придавленный к полу тяжелой когтистой лапой гигантского мутанта, издавал лишь жалкие, булькающие звуки отчаяния.
Это был их единственный шанс!
Прижимаясь к стенам, брат с сестрой бросились к черному ходу торгового центра. Пробегая мимо Тощака, Лин Чэнь краем глаза заметил, что тот сумел сбить с себя пламя. Теперь ублюдок сидел на коленях и с маниакальной ненавистью пялился на зависшую в воздухе тварь, сжимая в руке черный металлический шар, в который лихорадочно вливал какую-то энергию.
Сердце Лин Чэня пропустило удар. Схватив Лин Юэ за руку, он рванул вперед с удвоенной силой.
Вылетая из дверей, он обернулся лишь на долю секунды. Мутировавшая кошка, теперь размером с матерого льва, одним небрежным движением раздавила череп Бородача, словно гнилую тыкву, и перевела взгляд пылающих изумрудных глаз на Тощака. Металлический шар в руках бандита уже засветился кроваво-красным, а на его обезображенном лице расплылась безумная, торжествующая ухмылка.
Бум!
Чудовищной силы взрыв сотряс землю. Ударная волна сжала воздух в плотный кулак и швырнула Лин Чэня и Лин Юэ вперед, жестко впечатав их в асфальт.
Оглушенный, Лин Чэнь попытался поднять голову. Там, где секунду назад был черный ход, зияла огромная дыра. Столб черного дыма, пронизанный вспышками зеленого пламени, рвался в небеса, и сквозь грохот слышался полный боли звериный рев. От Тощака не осталось и следа — он бесследно исчез в этом огненном аду.
— Она... — дрожащим голосом прошептала Лин Юэ, с ужасом глядя на развалины.
— Не смей оглядываться! — Лин Чэнь до скрипа стиснул зубы, рывком поднимая сестру с земли. — Эта тварь выиграла нам время, и мы не имеем права сдохнуть здесь!
Они мчались по улицам, не смея даже сбавить шаг. Рана на спине Лин Чэня продолжала пульсировать, но, как ни странно, с каждым пройденным метром боль утихала, сменяясь приятным теплом, стягивающим плоть. Видимо, часть рассеянной энергии от мутации кошки успела впитаться в его тело, но сейчас было не до глубоких размышлений.
Только когда грохот и крики остались далеко позади, а легкие начали гореть огнем, они обессиленно рухнули на грязный асфальт в какой-то заброшенной подворотне, жадно хватая ртом воздух.
— Куда мы теперь, братик? — в изнеможении привалившись к его плечу, едва слышно выдавила Лин Юэ.
Лин Чэнь поднял взгляд на затянутое свинцовыми тучами небо. Красный Туман рассеялся, но воздух всё ещё был пропитан густым, гнилостным запахом смерти. Возвращаться на склад в пригороде было нельзя — псы из Кровавого Черепа наверняка возьмут след.
— К докам, — хрипло произнес он. — В прошлой жизни я слышал, что в самом начале конца света там сел на мель крупный грузовой корабль. На борту полно припасов, а сам порт окружен водой с трех сторон. Идеальное место для обороны.
Лин Юэ молча кивнула. Пока брат был рядом, она была готова идти хоть в пасть к самому дьяволу.
Спустя полчаса короткого привала Лин Чэнь почувствовал, как силы медленно возвращаются в мышцы, а рана на спине окончательно покрылась жесткой коркой. Достав из пространственного кармана немного воды и сухой паек, они быстро перекусили. Но стоило им подняться, как из темноты переулка донесся тихий, скребущий звук шагов.
Лин Чэнь мгновенно напрягся, задвигая Лин Юэ себе за спину и перехватывая рукоять пожарного топора.
Шаги приближались, и вскоре из мрака вынырнул знакомый силуэт. Это была та самая мутировавшая кошка!
Её размеры значительно уменьшились, зеленое пламя на хвосте погасло, а роскошная шерсть слиплась от засохшей крови и копоти. Одна из задних лап была вывернута под неестественным углом — очевидно, взрыв не прошел для неё бесследно. Увидев Лин Чэня, она, хромая, подошла ближе и слабо ткнулась окровавленной мордой в его штанину, издав тихое, жалобное урчание.
Лин Чэнь замер, не веря своим глазам.
Она выжила?
Он осторожно протянул руку и коснулся её головы. Кошка не отстранилась, лишь устало прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением. В этот момент невидимая ментальная нить, связывающая их разумы, стала невероятно плотной. Лин Чэнь отчетливо ощутил шквал её эмоций: изнеможение, абсолютную преданность и клокочущую, жгучую ненависть к Тощаку.
— Хочешь пойти с нами? — тихо спросил Лин Чэнь.
Кошка в ответ потерлась о его руку ещё сильнее.
Лин Чэнь мрачно усмехнулся, чувствуя, как ледяные тиски на сердце немного ослабли. Потеряв Сяотяня, он неожиданно обрел куда более грозного союзника. Возможно, в этом проклятом мире еще оставалось место для удачи.
— Отныне тебя зовут Инь, — произнес он, принимая решение. — Пойдем с нами в доки. Как только раны заживут, мы обязательно найдем этих ублюдков и выпотрошим их.
Инь, казалось, всё поняла. Коротко кивнув, она тяжело запрыгнула ему на плечо и ткнулась холодным носом в его щеку.
Человек, его младшая сестра и мутировавшая кошка вновь растворились в лабиринте разрушенного города.
Путь к порту оказался куда более кровавым, чем Лин Чэнь мог себе представить. После схождения Красного Тумана зомби словно сорвались с цепи. На улицах всё чаще попадались гротескные мутанты: смердящие гнилью двухголовые ублюдки и сухопарые твари с костяными лезвиями вместо пальцев, быстрые как молния. Боевая мощь Инь оказалась феноменальной — даже с переломанной лапой она с легкостью рвала на куски обычных мертвецов, и лишь при встрече с особыми мутантами Лин Чэню приходилось пускать в ход топор.
В пути Лин Чэнь сделал важное открытие: его пространственное хранилище расширилось до двадцати кубометров, а эффект стазиса усилился в разы. Вчерашний хлеб оставался таким же мягким, словно его только что достали из печи. Очевидно, это был результат поглощения энергии кристального ядра гигантского варана. Более того, его духовная сила возросла настолько, что он мог «чувствовать» присутствие зомби в радиусе сотни метров.
К вечеру, когда город начал тонуть в густых сумерках, троица наконец добралась до доков.
Багровые лучи заходящего солнца ложились на мутную воду реки, придавая ей цвет свернувшейся крови. У причалов покачивались с десяток мертвых грузовых судов. Самое крупное из них, исполинский сухогруз, криво накренилось у берега. В его проржавевшем борту зияла огромная рваная дыра — след от рокового столкновения при посадке на мель.
— Вот этот, — Лин Чэнь указал на стального гиганта. — Поднимаемся.
Но стоило им ступить на шаткий трап, как шерсть на загривке Инь встала дыбом. Кошка утробно зарычала, впившись взглядом в темные окна надстройки. Лин Чэнь немедленно перехватил топор, жестом приказав сестре держаться позади, и бесшумно скользнул в коридор.
Внутри густо пахло машинным маслом, сыростью и пылью. Пол был усеян разбросанными вещами и порванными сумками. Осторожно проверив несколько кают, Лин Чэнь не обнаружил ничего, кроме иссохших трупов, умерших от голода и жажды.
— Вроде чисто, — с облегчением выдохнул он, собираясь позвать Лин Юэ, как вдруг с палубы раздался пронзительный, яростный вой Инь.
— Инь!
Лин Чэнь пулей вылетел из надстройки и замер. Возле самого фальшборта, там, где мгновение назад никого не было, стояла женщина в грязном белом платье.
На вид ей было не больше двадцати. Невероятно красивая, с кожей белее мела, она прижимала к груди потрепанную тряпичную куклу. Женщина склонила голову набок, разглядывая рычащую Инь, и на её губах играла пустая, кукольная улыбка, словно она в упор не замечала исходящей от зверя угрозы.
— Какая злая у тебя кошечка, маленькая сестренка, — раздался вдруг приторно-сладкий, до тошноты нежный голос.
Сердце Лин Чэня ухнуло куда-то в желудок.
Его взгляд зацепился за её ноги: из-под подола платья выглядывали синюшно-серые лодыжки, густо усеянные мелкой, скользкой чешуей. Но самым жутким было полное отсутствие жизненной энергии. Она ощущалась не как живой человек, а как... искусно выделанный труп.
— Кто ты такая? — Лин Чэнь до хруста сжал топорище, задвигая Лин Юэ себе за спину.
Женщина не ответила. Она лишь ласково погладила куклу, а затем медленно подняла лицо. Её некогда ясные глаза в мгновение ока залила непроглядная, смоляная чернота, а рот неестественно широко распахнулся, растягивая щеки до самых ушей:
— Братик... ты не видел моего малыша? Он куда-то потерялся...
Не успели эти слова раствориться в воздухе, как кукла в её руках дернулась!
Это была не игрушка. Омерзительный комок пульсирующей плоти, покрытый гнойными наростами, распахнул десятки крошечных, налитых кровью глазок. Раззявив пасть, усеянную бритвенно-острыми клыками, тварь с тошнотворным визгом бросилась прямо на Лин Чэня!
Зрачки Лин Чэня сузились до размеров булавочной головки.
«Что это, мать его, за тварь?!»

Комментарии

Загрузка...