— Фуууааа… спать охота.
Дозорный, сидящий на груде обломков, прикурил самокрутку, подавляя зевок.
Он сделал глубокую затяжку. Кончик ярко вспыхнул. Наполнив легкие тяжелым дымом, призванным разогнать сонливость, мужчина медленно выдохнул, смакуя вкус.
Он не был каким-то особо дисциплинированным часовым, но относился к делу достаточно серьезно, чтобы не спать на посту. К тому же, ему хватало мозгов не пить и не жрать дурь во время дежурства. В нынешнем Стриголе человек, способный просто выполнить поставленную задачу, уже считался ценным кадром.
Ему можно было бы поставить высший балл, если бы он учел, что демонические твари могут учуять запах табака, разносимый ветром... но, пожалуй, требовать от него таких тактических тонкостей было бы перебором.
— … Фу, какая гадость.
Даже привыкнув к трупному смраду Стриголя, запах дешевого табака она, видимо, переносила с трудом. Шаная, которой пришлось глотнуть чужого дыма, недовольно поморщилась.
Услышав внезапный голос из темноты, дозорный запаниковал. Он вскочил на ноги и выхватил меч.
— К-кто здесь?!
В его голосе сквозил неприкрытый страх, но мужчина тут же сунул в рот сигнальный свисток, готовый поднять тревогу в любую секунду. Весьма недурная реакция. Сразу видно, почему Крокос назначил его в дозор.
Поднимать переполох посреди ночи, когда большинство авантюристов спали перед тяжелым днем, было ни к чему. Зиг шагнул вперед, окликнув часового.
— Это я. Вернулся из патруля.
— А, это ты…
Дозорный с облегчением похлопал себя по груди, безошибочно узнав огромную фигуру Зига и его характерное оружие.
Но тут же нахмурился, вспомнив, что голос из темноты принадлежал явно не наемнику. Мужчина перевел взгляд на миниатюрную фигуру рядом с Зигом. Невысокая девчонка зажала нос от запаха дыма и выглядела крайне раздраженной.
— Э? А это еще что за малявка?
— Подобрал по дороге.
— Подобрал, говоришь... Да в тех руинах не могло остаться ни одной живой души.
— Как видишь, одна осталась. Ничего не попишешь.
Замечание было вполне резонным, но Зиг попытался отмахнуться от него, опираясь на неоспоримый факт: девчонка стоит прямо перед ним.
И дело было вовсе не в плохой подготовке. По правде говоря, Зиг собирался порвать ее одежду в клочья, чтобы она сошла за чудом уцелевшую беженку, которую он спас. Но Шаная категорически отказалась. Даже когда он пообещал позже раздобыть ей нормальное тряпье, она уперлась намертво.
Зиг понятия не имел, с чего вдруг она так вцепилась в это поношенное монашеское облачение, но по опыту знал: в подобных вопросах взывать к здравому смыслу ведьм бесполезно.
— Как-то это подозрительно...
Ситуация явно смердела враньем. Часовой с подозрением всмотрелся в лицо Шанаи.
— Боже, какой бестактный болван. Чем еще могут заниматься мужчина и женщина на улице в такой поздний час... ответ ведь очевиден, не так ли?
Шаная чуть высунула язычок, многозначительно улыбнулась и прильнула к руке Зига.
Сложив пальцы в кольцо, она принялась скользить ими вверх-вниз по толстому большому пальцу наемника.
Позже я ей врежу, — мысленно пообещал себе Зиг. У него дернулась бровь. Он достал из кармана серебряную монету и вложил ее в ладонь часового, пожав плечами. Жест красноречиво говорил: «Сам понимаешь, дело житейское».
То ли дозорный все понял, то ли просто не захотел вникать в подробности, но он с крайним раздражением на лице раздавил сапогом окурок.
— Слышь, здоровяк, у тебя что, сил девать некуда в такое-то время? А этот ее наряд... ну, я понял.
Мужчина хмыкнул и с сальной ухмылкой окинул взглядом растрепанное монашеское одеяние Шанаи.
Совершенно не замечая ее недовольного взгляда и легкой жажды крови, сочащейся сквозь раздражение от сигаретного дыма, часовой понимающе кивнул.
— Ладно, могила. Я сегодня ничего не видел. Выходит, ты и есть тот наемник с извращенным вкусом, о котором трепался Леонард. А ты, как погляжу, и впрямь скор на руку, как и болтают. В следующий раз меня в долю возьмешь, а?
— … М-да.
Голос Зига упал на октаву, став холодным как лед, но мужчина уже вернулся на свой пост, не заметив перемены в настроении наемника.
Не желая вызывать лишних подозрений, Зиг зашагал дальше, не отталкивая Шанаю, которая слишком уж откровенно висла на нем.
Надо бы заточить нож, — решил про себя Зиг. Кажется, кое-кому предстоит стрижка.
Бросив на Шанаю настолько злобный взгляд, что та невольно содрогнулась, Зиг мертвой хваткой стиснул ее пальцы, все еще совершавшие непристойные движения. Всю оставшуюся дорогу до здания гильдии ведьма корчилась от боли.
Зиг обладал способностью чувствовать присутствие ведьм.
Возможно, дело было в фундаментальной разнице между расами. Ведьмы имели ауру высших хищников и обладали уникальным давлением. От них исходило ощущение смертельной опасности, бесконечно далекое от человеческого. И как бы прекрасны они ни были, скрыть свою истинную природу они не могли.
Впрочем, это касалось только выходцев с родного континента Зига. Местные жители были поразительно слепы к подобным вещам. Даже те, кто обладал отменным чутьем, в лучшем случае испытывали легкий дискомфорт.
Трудно сказать, притупился ли этот природный инстинкт в ходе эволюции у тех, кто обрел ману, или же земляки Зига отличались особой восприимчивостью.
Так или иначе, Зиг всегда замечал, если в определенном радиусе находилась ведьма, и мог как минимум указать примерное направление к ней.
Он никогда не проводил точных замеров, но радиус составлял около пятидесяти метров. Возможно, из-за того, что в последнее время он слишком тесно контактировал с одной конкретной ведьмой, его радар обострился. Теперь он мог засечь ее присутствие куда точнее, чем при их первой встрече.
Сложно судить, много это или мало. Даже обнаружив ведьму в пределах прямой видимости, оставалось под большим вопросом, удастся ли уйти от ее разрушительных заклинаний. При этом полсотни метров — слишком большое расстояние, чтобы мгновенно сократить дистанцию и навязать ближний бой. Вот такая вот паршивая дистанция.
Но все же от этого чутья была польза. Возвращаясь с ночной вылазки, он мог незаметно проскользнуть в свою комнату, не столкнувшись с ней в коридоре. А если они потеряются в толпе, ее будет легко найти.
Иными словами... осознав, что Сиаша прямо сейчас поджидает его у входа в здание, он мог хотя бы морально подготовиться к предстоящему суду.
Не то чтобы моральная подготовка могла хоть как-то повлиять на исход.
Тяжелая дверь жалобно скрипела и трещала, сминаясь под невидимым давлением.
Ее сжимало, словно гигантскую пробку, вдавливаемую в крошечный бочонок.
— … Весьма авангардно.
Зиг невольно проникся сочувствием к двери, которой и так не повезло с хозяевами в этом гнилом городе, а теперь ее и вовсе без особых причин превращали в щепки.
Не дав наемнику времени на подобные эскапистские размышления, его нанимательница качнулась и шагнула вперед.
Сиаша с самого начала выкрутила свою ауру на максимум. Вероятно, это была инстинктивная реакция на магическую мощь соплеменницы. Она сверлила Зига сияющими лазурными глазами.
— Ох, надо же. Надо же, надо же! Как эта жалкая драная кошка, с позором проигравшая бой, смеет показываться мне на глаза?
— … Пф. Может, перестанешь задирать нос из-за одной случайной победы? Недоделанная ведьма, облажавшаяся в самом конце.
Спровоцированная потоком чужой маны, который, казалось, оказывал физическое давление, Шаная заставила свою собственную тень заколебаться. Оскалив зубы, она приготовилась пустить в ход колдовство, чтобы отомстить за недавнее унижение...
— Отставить, дура!
— Ай!
Как только она собралась начать речитатив, тяжелый кулак Зига обрушился ей на макушку.
От глухого удара жестких костяшек и вспыхнувшей боли Шаная осела на корточки, а расползающаяся тень втянулась обратно.
Еще бы чуть-чуть. Потерять место для ночлега, защищающее от ветра и дождя, было бы крайне паршиво.
Если Вторая Ведьмовская Война начнется прямо здесь, в труху превратится не только это здание, но и весь прилегающий квартал. И тогда Стриголю точно придет конец.
— Ты оказываешь поддержку в обороне города, выкладываешь все, что знаешь о скоплении бестий, и помогаешь решить проблему. Только не говори, что забыла условия, на которых я сохранил тебе жизнь.
— … Ладно, ладно. Тогда сделай что-нибудь с этой девчонкой, от которой так и прет жаждой крови.
Услышав слезливую мольбу держащейся за голову Шанаи, Зиг тяжело вздохнул.
В конечном счете, наемник принял ее предложение.
Он допускал, что она могла солгать, лишь бы выкрутиться из безвыходного положения... но выполнить контракт гильдии на зачистку города без информации было практически невозможно. Риск был оправдан.
Для него было своего рода позором оставить в живых ту, что нарушила условия договора. Однако мертвой от нее не было бы никакого проку. Это тоже факт.
Раз уж так вышло, выжать из нее все соки ради выполнения основной задачи — отличный способ преподать урок и стрясти долг.
На том Зиг и решил успокоить свою профессиональную гордость.
Проблема заключалась в другом...
— Зиг-сан? Что здесь происходит... вы ведь мне все объясните, правда?
— … Разумеется.
Как теперь убедить в этом Сиашу.
С расширенными, мерцающими зрачками Сиаша поманила его пальцем.
Камешки на земле мелко дрожали от ауры эмоций, которые нельзя было назвать ни гневом, ни ненавистью. Казалось, началось локальное землетрясение.
По вискам Зига скатилась капля холодного пота. Это было жутко.
Но терять самообладание нельзя. Если он не сможет аргументированно и последовательно все ей объяснить, кто знает, чем это обернется.
Сохраняя на лице маску абсолютного спокойствия, Зиг зашагал к ней. Тот факт, что его ноги не дрожали, говорил о колоссальной выдержке.
Словно только этого и дожидаясь, Сиаша подбежала к нему. Почуяв запах крови, она тепло улыбнулась и наложила заклинания исцеления на его раны.
— … Кстати, благодаря твоей грелке я чувствовал себя в полном порядке. Спасибо.
— Правда? Я так рада! Я ведь хочу, чтобы вы, Зиг-сан, всегда были в отличной форме.
Начав с непринужденной светской беседы, он заставил ее радостно улыбнуться.
Зиг не лгал — он был искренне благодарен ей за магический артефакт. Холод — злейший враг любого мечника.
Если простой комплимент ее подарку мог поднять Сиаше настроение, это стоило сделать.
— Итак?
Эта наивная мысль моментально разбилась вдребезги, стоило ему заметить, что улыбка ни на йоту не коснулась ее глаз.
Тон был не вопросительным. Это был тон инквизитора, пропитанный ледяной решимостью не терпеть ни малейшей лжи или недомолвок.
Зига внезапно пробила дрожь. Хоть он и стоял в теплом свете ее лечащей магии, его почему-то пробрал мороз по коже.
Пытаться юлить было бессмысленно.
Признав свое поражение, Зиг честно изложил ей ситуацию с самого начала.

Комментарии

Загрузка...