Эпизод 68 / Глава 3: Снизобхождение бессмертного Бога (3)
Мировой Дракон Иггдрасиль, один из богов Тёмного Века, отделил частицу своей души и создал меч.
Этим клинком был Драконий меч Астеллон.
Он был Воплощением Мирового Дракона и истинным мечом души, верным спутником Драконьего рыцаря Калстеда.
Прекрасный меч сиял чистым белым светом. Он был настолько великолепен, что никакие слова не могли описать его красу.
Длинный меч, на лезвии которого было выгравировано драконье клеймо.
Этот клинок воссиял в руках Тэ Хо, вознося его на новую, высшую ступень.
Уровень синхронизации: 100%.
Очнувшись, Тэ Хо увидел перед собой не своды Башни Теней, а потолок дома Скатах.
Тэ Хо сел и взглянул на свою правую руку. Он сжимал Драконий меч Астеллон.
— Значит, ты вернулся.
Повернувшись на голос, он увидел изнеможённую Скатах, с которой градом катился пот. Казалось, эта усталость была платой за рассеивание чар Башни Теней.
— Ты в порядке?
— В порядке. Просто выбилась из сил.
Ответив, Скатах достала и выпила зелье. Целебный эликсир подействовал мгновенно: её тяжёлое дыхание выровнялось, а к щекам вернулся румянец.
— Это... Твой истинный облик?
Утерев губы, Скатах окинула Тэ Хо взглядом. Тэ Хо заозирался в поисках зеркала, желая увидеть произошедшие перемены.
С 99% до 100%.
Разница составляла всего один процент, но перемены были разительными.
Прежде всего изменилось его тело. И без того отточенное для битв, словно превосходный клинок, оно шагнуло на ступень выше.
Он стал немного выше, перешагнув за метр девяносто, а рельеф и плотность мышц заметно улучшились. Ощупывая своё тело, он чувствовал под пальцами не просто плоть и кости, а броню из адамантия.
Его тёмные зрачки налились золотом, как при активации «Воплощения Мирового Дракона», а взгляд стал поистине драконьим.
Волосы остались чёрными, но отросли до самых плеч, уложившись точь-в-точь как у Драконьего рыцаря Калстеда.
Тэ Хо сжал кулак. Окинув себя внутренним взором с помощью «Глаз дракона», он всё осознал.
Преобразилась не только внешность. Его физические возможности возросли многократно.
Среди всех, с кем сражался Тэ Хо, Геракл обладал величайшей физической мощью. Ахилл был быстрее всех, но если у Ахилла показатель скорости был равен 110, а остальные — 80, то у Геракла сила достигала 110 при остальных параметрах на уровне 100.
Теперь же Тэ Хо превосходил в скорости Ахилла, а по всем характеристикам обошёл Геракла. Единственным исключением оставалась грубая сила, но и в ней он с ним поравнялся.
И на этом изменения не закончились.
[Не ведающий усталости даже после ста дней битвы]
[Его сила бесконечна и не угасает]
[Враг великанов]
[Погибель драконов]
[Истребитель владык демонов]
[Он — бессмертный Бог востока]
[Вестник Мирового Дракона]
Пробудилось множество новых саг. Все былые подвиги и свершения Драконьего рыцаря Калстеда воплотились в саги.
Изучая новообретённые саги, Тэ Хо обратил особое внимание на первые две. И дело было не просто в удивлении перед бесконечной энергией.
Дело было в том, что эти саги давали предельно возможную эффективность.
В «Тёмной Эре» действовала механика, снижавшая боевые параметры персонажа по мере падения уровня здоровья.
Показатели падали как при расходе выносливости от непрерывных действий, так и от банальной потери очков здоровья.
Однако избранникам богов даровалась особая привилегия, сила которой возрастала вместе с их уникальными классами.
Эта особенность снимала любые штрафы на передвижение и скорость боя вплоть до полного обнуления здоровья.
В других играх подобное считалось нормой, но в «Тёмной Эре» этой способностью владели лишь редчайшие классы — поистине читерское преимущество.
По сути, вплоть до самой смерти боец мог использовать весь свой потенциал на абсолютном максимуме.
Тэ Хо и без того обладал колоссальной мощью, так что это было подобно крыльям за спиной тигра.
Когда Тэ Хо с довольным видом откинулся назад, Кухулин цокнул языком.
— Чего лыбишься?
— Я не лыблюсь, я предвкушаю: «у-ху-ху».
Тэ Хо улыбнулся Кухулину.
Глядя на этих двоих оболтусов, Скатах тяжело вздохнула и сказала со всей серьёзностью:
— Тэ Хо, кажется, в твоём знаке Милезианца тоже произошли изменения. Проверь его.
Тэ Хо и сам ощутил перемену ещё до её слов. Он поднял правую руку, и на ней проступил знак Эрин.
Сияющий золотом символ Эрин действительно изменился, как и сказала Скатах. Однако на этот раз это произошло не из-за Драконьего рыцаря Калстеда.
Знак отозвался на обретение Драконьего меча Астеллона, ставшего его истинным соратником.
Знак Милезианца хранил в себе силу связи с оружием. Как пояснял Кухулин, наибольшую мощь он раскрывал лишь в единстве с истинным спутником души.
Истинным оружием Кухулина был Гаэ Болг. Сжимая его, Кухулин высвобождал запредельную мощь, а само копьё приумножало силу знака.
Так же обстояло дело и с Драконьим мечом Астеллоном.
Теперь, когда Тэ Хо подчинил себе Астеллон, знак Эрин мог обуздать куда более великую силу.
Закалённое тело, развившийся знак Эрин, породивший новые саги, и совершенное оружие...
Тэ Хо чувствовал это нутром.
Его нынешняя мощь превзошла силу Драконьего рыцаря Калстеда. Он оставил позади сильнейшего воина «Тёмной Эры».
— Боюсь, как бы ты не возгордился, но я не могу не признать этого. Ты — сильнейший воин из всех, кого я видела. Самое совершенное создание.
Слова Скатах заставили Кухулина хмуро кивнуть. Оба мастера стиля Скатах без всяких «Глаз дракона» видели подлинную силу Тэ Хо.
— Теперь покорить Башню Теней попросту невозможно. Взял и закрыл дорогу младшим. Какое коварство, истинное зло!
Под причитания Кухулина Тэ Хо поднялся и тихо перевёл дух. Он только что завершил бой с Кухулином, но не ощущал ни малейшей усталости — ни душевной, ни телесной. Должно быть, силы восстановились благодаря могуществу саг.
Кухулин заговорил вновь:
— Слушай, а это и есть тот самый Астеллон, о котором ты трепался?
— Да, Драконий меч Астеллон. Даже если бы его можно было продать, я бы ни за что не согласился, а продай я его — смог бы купить небоскрёб где-нибудь в Нью-Йорке.
— Понятия не имею, что за чушь ты несёшь, но звучит солидно. Давай, заставь его преобразиться. Судя по имени, это девчонка.
Кухулин, как обычно, нёс несусветную околесицу, и Тэ Хо лишь озадаченно склонил голову набок.
— Преобразиться?
— Ты чего, он даже превращаться не умеет?
— Вообще-то даже Гаэ Болг не превращается.
Он и раньше знал о причудах Кухулина, но сегодня тот превзошёл сам себя. Чтобы обычное оружие оборачивалось человеком? Что за бред?
Но в тот же миг...
Кухулин фыркнул на выпад Тэ Хо и парировал:
— А вот и нет. Гаэ Болг умеет превращаться.
— Да не может он... По-погоди. О чём ты вообще? Гаэ Болг может превращаться? Наставница Скатах, это правда?
Видя замешательство Тэ Хо, Скатах вздохнула и покачала головой. Затем она опустила взгляд на Гаэ Болг в руке Кухулина и ответила:
— Скорее не превращаться, а являть свою душу... Свой истинный лик. Такое возможно лишь с истинным оружием-спутником при помощи знака Милезианца.
— Тогда смотри и учись! Истинный облик Гаэ Болга!
Самодовольно бросил Кухулин, и на тыльной стороне его ладони вспыхнул знак Милезианца. От Гаэ Болга хлынул ослепительный свет, заливший всё вокруг, после чего из сияния соткался силуэт человека.
Перед ними предстала женщина с копьём в руках. Её волосы отливали иссиня-фиолетовым оттенком, а глаза горели рубинами. На ней красовались доспехи из чешуи морского чудовища, а холодный взор и плотно сжатые губы кого-то до боли напоминали.
— Чего? Да это же вылитая наставница Скатах! Разве Гаэ Болг не должен превращаться в здоровенного громилу?
— Откуда у тебя вообще такие дурные мысли? Разве истинный облик Гаэ Болга не прекрасен?
Тэ Хо кивнул, глядя на ухмыляющегося Кухулина:
— Ну... Тут не поспоришь. Она действительно прекрасна.
— Вы что, сговорились надо мной насмехаться?
Низким голосом сказала Скатах. По её зардевшимся щекам было видно, как сильно её смутило то, что Гаэ Болг принял в точности её облик.
— Эй, да брось, как можно!
Кухулин с ухмылкой похлопал Скатах по плечу, за что тут же схлопотал увесистый удар в спину.
Тэ Хо с теплом посмотрел на эту привычную перепалку и поинтересовался у обоих:
— А как это сделать?
— Просто пожелай через знак Милезианца увидеть истинный лик своего оружия. Ничего сложного.
Выслушав наставление Скатах, Тэ Хо перевёл взгляд на Астеллон и знак Эрин. Набрав в грудь воздуха, он воззвал к своему мечу:
— Астеллон.
Из белоснежного клинка хлынуло золотое сияние. Лучи света раскинулись во все стороны, в точности как у Гаэ Болга, и сплелись в человеческий силуэт.
Прекрасная дева с длинными серебряными волосами.
Вот только веяло от неё совсем иным, разительно отличающимся от Гаэ Болга чувством.
— Э-э... Что-то пошло не так?
— Да нет, похоже, ей просто лень.
Астеллон лежала с закрытыми глазами и не шевелилась ни на волосок. Казалось, ей было лень даже дышать.
На вид ей было лет шестнадцать-семнадцать, и видеть её валяющейся с таким невыразимо утомлённым видом было очень странно.
«А ведь она и правда похожа на Мирового Дракона».
В «Тёмной Эре» Мировой Дракон Иггдрасиль представал слиянием исполинского серебряного дракона и сребровласой богини.
Встань рядом повзрослевшая Иггдрасиль и Астеллон, их вполне можно было бы принять за сестёр.
Пока Тэ Хо озадаченно созерцал едва дышащую и не подающую признаков жизни Астеллон, Скатах ободряюще сказала:
— Ну... Это всего лишь отражение души клинка. Боевые свойства оружия никак не зависят от её характера или причуд, так что не переживай.
— Э-э... Да, конечно.
Ей ведь всё равно не нужно было сражаться в этом обличье, мечом орудовал сам Тэ Хо, так что какая разница.
Едва Тэ Хо развеял сияние, Кухулин по-хозяйски приобнял Скатах за плечи и бросил:
— Славно! Раз со всеми делами покончено, проваливай. А мы с наставницей прекрасно проведём времечко наедине.
— Кухулин?
Опешив от внезапных объятий, Скатах вскинула на него растерянный взгляд. Кухулин же ответил ей томным взглядом и приторно-слащавой ухмылкой.
— После махача с этим типом во мне бурлит силушка. Кровь так и кипит!
— Знай меру и место.
Скатах пнула Кухулина по голени, но тот лишь заржал, словно от щекотки.
— Ты чего всё ещё торчишь тут? Чего не испарился до сих пор?
— Ого, ну и манеры у тебя.
— Кыш, кыш отсюда, букашка!
Кухулин замахал руками, прогоняя его, и вновь уставился на Скатах. Та насмешливо фыркнула и отвесила ему шлепок по груди.
Казалось, они окончательно погрузились в свой собственный мир.
— До встречи.
Тэ Хо отсалютовал парочке, которая уже совсем не обращала на него внимания, и покинул обитель Скатах.
Земли за порогом дома Скатах тонули во мраке. Тэ Хо вошёл в Башню Теней ещё днём, и в реальном мире минуло добрых десять часов. Стояла глубокая ночь, так что тишина, окутавшая весь легион, была вполне естественной.
«Нет, надо поспешить».
Тэ Хо ускорил шаг, стараясь не прислушиваться к доносящимся из дома Скатах звукам, и зашагал к своим покоям.
Спустя несколько минут...
Пройдя половину тренировочного плаца, где обычно оттачивали мастерство воины легиона Идун, он замер на месте.
— Мой воин Тэ Хо.
Стоявшая посреди плаца Идун повернулась к нему. В ночном мраке её золотые волосы притягивали взгляд с особой силой.
— Госпожа Идун?
Тэ Хо впервые видел Идун за пределами святилища. К тому же все вокруг спали, что лишь усиливало его замешательство.
Но Идун лишь лучезарно улыбнулась, словно в этом не было ничего необычного, и продолжила:
— Я ждала тебя. Хеда придёт завтра утром и просила не ждать её... Но всё равно очень хотела дождаться.
— Вы всё это время ждали меня на холоде?
— М-м, не так уж и долго. Часа четыре?
Тэ Хо округлил глаза, а Идун тихонько хихикнула:
— Пойдём скорее внутрь.
От промозглого ночного ветра кончик её носа покраснел — того и гляди простудится.
Однако Идун снова рассмеялась, словно вся эта ситуация её только забавляла, и, заглянув Тэ Хо в глаза, сказала:
— Но сперва скажи: похоже, твоё испытание увенчалось успехом?
— Да, всё прошло превосходно.
Тэ Хо в шутку напряг мышцы. Идун несколько раз сжала его предплечье и удивлённо распахнула глаза:
— Они стали такими большими и крепкими.
— Э-э, да. Я стал выше, а мышцы — твёрже.
Он сказал чистую правду, но его лицо всё равно предательски залила краска.
Идун снова тихонько рассмеялась, сделала несколько шагов вперёд, обернулась и сказала:
— Хеда спит. Аденмаха уснула, убаюкивая Нидхёгг. В поместье все погрузились в сон. Сейчас не спим только мы с тобой.
Богиня вечной юности.
Сейчас Идун казалась скорее юной девой, нежели взрослой женщиной.
— Мой воин Тэ Хо, уже завтра ты отправишься в Храм.
— Я вернусь.
— Да, я верю в тебя. Верю, что ты непременно вернёшься ко мне.
Идун улыбнулась, но в её глазах мелькнула тревога, которую она не смогла скрыть. Глядя на неё, Тэ Хо невольно сказал:
— Ради Асгарда и Девяти миров.
— Что?
— Ну, мне показалось, что сейчас самое время это сказать.
Наполовину это было шуткой, но на вторую половину — чистейшей правдой. Идун вновь тепло рассмеялась в ответ:
— Ты стал истинным воином Вальхаллы.
— Вообще-то я всё ещё владыка Асгарда, если помните.
— Верно, но ты всё ещё мой воин. МОЙ воин.
Идун с особым нажимом выделила последнее слово и протянула руку к Тэ Хо. Притянув к себе его крепкое запястье, она негромко сказала:
— Мой воин Тэ Хо, примешь ли ты моё благословение этой ночью? Я хочу сделать тебя полностью своим.
Смущённо вымолвив это, Идун подняла на Тэ Хо сияющий взор. Тэ Хо отвел вуаль с её лица. Заглянув в её золотые глаза, он нежно поцеловал её.
— Да пребудет с тобой моё благословение.
— Да пребудет с тобой моё благословение.
Два божества одарили друг друга благословением.
До отправления Тэ Хо в Храм оставалось больше суток.
< Эпизод 68 – Снизобхождение бессмертного Бога (3) > Конец

Комментарии

Загрузка...