Эпизод 43 / Глава 2: Воссоединение (2)
Перевод: Цубак.
Редактура: Рен.
— За Асгард и девять царств!
— За Асгард и девять царств!
— Вахаха!
Собравшиеся в одном месте воины рассмеялись и подняли бокалы. Многие наслаждались таким временем с тех пор, как началось вторжение великанов в Асгард.
Место, где воины Вальхаллы устраивали пир, было одной из скрытых баз Асгарда. Они были созданы на случай захвата Асгарда, а также служили убежищем, поскольку располагались глубоко под землей.
— Воины, убавьте голоса. Будет большая беда, если нас услышат великаны.
Регинлейв встала на стол и заговорила преувеличенным голосом. Это было вроде шутки, но она, казалось, сработала отлично, или же воины просто подыгрывали, хватаясь за животы и смеясь.
— Кукуку.
Регинлейв тоже рассмеялась, так как была в хорошем настроении из-за того, что ее шутка удалась. Она повернулась к воинам и подняла свой роговой кубок.
— Эй, давайте поднимем еще один тост. За что мы выпьем на этот раз?
Ответ последовал сразу же после ее вопроса. Воины закричали в один голос, словно сговорившись заранее.
— За Идуна!
— За воина Идуна!
Воины снова подняли свои кубки, и валькирии сделали то же самое. Все в этом месте объединились и выкрикнули имя Идуна.
Все потому, что они не смогли бы устроить этот пир, если бы не воин Идуна. Они не смогли бы снова собраться вместе вот так.
Аденмаха слегка задрожала от искренних голосов воинов. Она продолжала улыбаться, потому что чувствовала себя прекрасно.
Она была счастлива, что Тэ Хо получил всеобщее признание, но была еще одна причина. Аденмаха посмотрела на двух людей перед собой, и ее глаза покраснели.
— Я рада, что вы целы.
— И вы тоже, старшая.
Сигрун и Гудрун, особенно Гудрун, ответили с покрасневшими глазами, совсем как она. Сигрун заикалась, а она покраснела из-за алкоголя.
— Души воинов, погибших в первый день, направились в Вальхаллу, но насчёт тех, кто погиб после... Причина была в том, что Вальхалла оказалась запечатана.
Сигрун и Гудрун были в безопасности, но не все воины легиона Идуна тоже уцелели.
Пять из двенадцати.
Таково было число воинов, потерявших жизни под началом двух валькирий.
Сигрун крепко зажмурилась. Момент, когда воины столкнулись со своей второй смертью, все еще стоял перед ее глазами.
Это была не славная и героическая смерть на поле боя. Большинство воинов погибли из-за стихийных бедствий, порожденных королем-магом.
Конечно, никто и не думал принижать их гибель, но они ничего не могли поделать с тем, что на душе было тяжело. Сигрун охватил страх. Что же будет дальше? Продолжится ли то счастье, что они ощутили сегодня?
Аденмаха схватила ее за руку, а затем глуповато усмехнулась, когда Сигрун рефлекторно подняла голову.
— Все обернется к лучшему, так что не переживай. Ладно?
Аденмаха тоже чувствовала себя не в своей тарелке, но все же ударила себя в грудь, отчего Сигрун наконец рассмеялась. Она кивнула и ответила, что так и поступит.
— Но, старшая, не могли бы вы представить ее еще раз?
Гудрун жизнерадостным голосом сменила тему. Ее взгляд был устремлен на черноволосую красавицу, которая не отходила от Аденмахи с самого окончания битвы.
— Ой, посмотрите на меня.
Она забыла про знакомство, потому что счастье от воссоединения было слишком велико. Конечно, она уже назвала им ее имя, но этим можно было не ограничиваться.
— Это Нидхегг, как я уже говорила вам ранее. Она валькирия нашего легиона, так что она ваша младшая. Или лучше сказать, что она макнэ?
Нидхегг моргнула, когда Аденмаха положила руку ей на плечи, а затем счастливо улыбнулась.
— Мне нравится быть младшей.
Быть младшей означало, что у нее есть старшие. Это значило, что она не одна. Вот почему ей так нравилось это словосочетание.
— Я Нидхегг. Первый... Второй дракон мастера Тэ Хо.
Нидхегг уже намеревалась сказать, что она первый дракон, но поспешно исправилась, почувствовав, как Аденмаха сверлит ее взглядом.
Аденмаха снова обняла Нидхегг, потому что та была очень милой, и Нидхегг обняла ее в ответ.
Это была довольно трогательная сцена, но Сигрун и Гудрун переглянулись вместо того, чтобы тепло улыбнуться. Гудрун нахмурилась и тихо спросила: — Эм... Старшая. Нидхегг — это та самая Нидхегг?
Она имела в виду черного дракона Нидхегг.
Аденмаха кивнула.
— Она самая. Она очень хорошая и большая. Но, кажется, она немного толстовата.
Реакция последовала немедленно, стоило Аденмахе добавить в конце эти странные слова.
— Не толстая, не толстая. Аденмаха врет. Я очень люблю Аденмаху, но немножко недолюбливаю.
Нидхегг надула губы и принялась ворчать, но Аденмаха обняла ее чуть крепче и прошептала.
— Зато я люблю Нидхегг?
— Эхехе. Вообще-то я тоже тебя люблю.
Нидхегг уткнулась лицом в грудь Аденмахи. Из-за разницы в росте ее поза выглядела довольно странно, но Нидхегг все равно больше всего нравилось, когда ее так обнимали.
Сигрун и Гудрун моргнули. Аденмаха, которая нарочно спровоцировала эту ситуацию, ярко улыбнулась и похлопала Нидхегг по спине.
— Как видите, она безобидна. Нет, опасна ли она тем, что от ее миловидности мое сердце начинает учащенно биться?
— Старшая, вы все та же.
— Верно.
Глаза Аденмахи сузились, когда Сигрун и Гудрун заговорили с досадой.
— Погодите-ка, что это значит?
Что это могло значить?
Затем, когда они переглянулись и уже намеревались придумать оправдание...
— Она похожа на одинокий прекрасный цветок, распустившийся на поле боя! За Сири!
— Эй! Брэкки!
Брэкки с сияющим лицом поднял кубок, а Сири завопил с покрасневшим лицом.
Воины Вальхаллы рассмеялись над этим и продолжили веселиться.
— Как шумно.
— Верно. Приятно на это смотреть.
Тэ Хо ответил на слова Расгрид. Он немного переживал за будущее Брэкки, которого Сири волок за ухо в угол, но неужели действительно что-то произойдет?
«Бедняга Рольф. Мои глаза поистине точны».
Он заметил это, когда та услышала, что он похож на своего младшего брата.
Кухулин посочувствовал Рольфу и цыкнул языком, тогда как Расгрид и Тэ Хо с неловкими выражениями лиц смотрели, как Сири бьет Брэкки по голени, заставляя того упасть.
— Они... Ведь отличная пара, да? Ведь так?
— Наверное.
Сири снова потащил Брэкки за собой и скрылся из виду.
«Эй, догони их быстрей. Ну или хотя бы брось Гаэ Болг рядом с ними. Дай полюбоваться на зрелище».
Тэ Хо, как всегда, проигнорировал бредни Кухулина и сосредоточился на Расгрид. Она продолжала смотреть на свой кубок, а затем заговорила, глядя на Тэ Хо.
— Следующая отправка завтра?
У них не было времени подолгу оставаться на одном месте. Тэ Хо кивнул и ответил, вспоминая карту Асгарда.
— Они тоже укрепляют свои пути снабжения, поэтому на этот раз я подумываю ударить по месту, расположенному немного дальше. Мы также можем сильнее спровоцировать Таучи. Было бы неплохо, если бы к нам привязалось больше преследователей.
Было несколько причин, почему Тэ Хо бродил по окраинам и применял партизанскую тактику.
Это позволило бы хоть немного ослабить армию короля-мага, осаждающую Вальхаллу. Он заставил бы основную армию выступить в поход и сократил бы их численность.
В то же время это привлекло бы к ним внимание. Заставить их полностью сосредоточиться на его группе было невозможно, но они все равно бы немного потеряли концентрацию.
До этих пор это удавалось.
Тэ Хо сократил запасы противника, сжег несколько путей снабжения, а также заставил короля великанов Таучи выйти наружу. К тому же к ним присоединились выжившие из Вальхаллы.
Но этого было недостаточно.
Великаны наверняка в любой момент могли упростить путь снабжения и усилить свои армии.
Существовал также предел числу выживших, которых они могли собрать снаружи.
Последствия Великого бедствия, порожденного королем-магом, оказались куда масштабнее, чем они предполагали. Все крепости на окраинах рухнули, а множество воинов и валькирий погибли во время последовавшего вторжения великанов.
Фрейя запечатала Вальхаллу потому, что это было единственное, что она могла сделать. У нее не было других вариантов.
Шел шестой день с тех пор, как он вернулся в Асгард.
Тэ Хо ждал подходящего момента.
Вальхалле все еще требовалось время...
...время, пока Один не закончит с тем, что делал за пределами Асгарда.
...время, пока Калдея не вернется из Храма с подкреплением.
Тэ Хо знал об этом в отличие от остальных воинов.
Он знал, что Вальхалла не сможет продержаться намного дольше. В лучшем случае она продержится еще несколько дней.
— Один скоро передаст хорошие вести.
Расгрид заговорила с улыбкой. Казалось, улыбка была фальшивой, но она изо всех сил старалась хоть немного поддержать Тэ Хо.
Тэ Хо тоже улыбнулся, ведь Расгрид наверняка тоже тревожилась. Было хорошо улыбнуться хотя бы ради нее.
— Конечно. Калдея ведь уже должна была добраться до Храма, верно?
— Наверное. Честно говоря, я не могу сказать наверняка, так как мало знаю о Храме. Но я верю, что у Калдеи все будет хорошо.
Перемещение в другой мир было делом небывалым даже для валькирий. Даже Хильдегрид, валькирия легиона Фрейи, приведшая Тэ Хо в этот мир, говорила, что испытывала перемещение в другой мир всего один раз.
«Не беспокойся слишком сильно. У Храма с Асгардом со времен Великой Войны заключен кровный союз, так что на этот раз они тоже пришлют подкрепление».
Тэ Хо кивнул на слова Кухулина.
Расгрид, осознававшая происходящее вокруг, слегка подняла свой кубок и сказала: — Пусть благословение Идуна сопутствует тебе.
— Пусть благословение Идуна сопутствует тебе.
Тэ Хо тоже поднял свой кубок и сказал те же слова. Подумав о Хеде и Идуне, он сделал глоток из кубка.
И.
Ночь сгустилась.
Король-маг Утгард Локи смотрел на печать, полностью покрывавшую Вальхаллу.
Это был круглый барьер, источавший слабый свет. У него была простая структура, которая лишь блокировала все снаружи и изнутри, но при этом он был довольно прочным. Можно было сказать, что это был прообраз великого барьера, окружавшего Мидгард.
Король-маг резко открыл глаза. Печать теперь ослабла настолько, что он видел ее глазами, даже не используя магию. Вероятно, она сможет продержаться еще четыре дня.
«Я не позволю играть с собой».
Король-маг приказал королю великанов Таучи преследовать воина Идуна, но не стал думать об этом дальше.
Ведь его цель в любом случае была ясна. Вливать силы лишь для того, чтобы поймать его, было поистине ребятишеством.
Быстрая решающая битва.
Эта битва вовсе не была долгосрочной. Он собирался ввести войска в Вальхаллу, когда ее печать падет, и вторгнуться туда. Он убьет богов и воинов Асгарда и полностью разрушит последние крепости.
После этого ему оставалось лишь перегруппироваться с Хармарти и встретиться с Тором.
Перерезание путей снабжения доставляло немало хлопот, но это еще не стало проблемой, так как у них оставалось продовольствия еще на пятнадцать дней. К тому же они смогут разграбить припасы Вальхаллы, когда захватят ее.
Битва уже склонилась в одну сторону. Воин Идуна не сможет сильно повлиять на ход сражения, просто применяя партизанскую тактику.
Но кое-что все еще беспокоило его.
В нем оставалось одно сомнение.
«Как же так вышло?»
Разве воин Идуна не погиб от рук Мирового Волка?
Или, может быть, он принял за воина Идуна кого-то другого.
Это было вполне возможно. Все произошло в мгновение ока, и король-маг не видел воина Идуна лично. Он лишь слышал то, что ему рассказывали другие.
К тому же было верно и то, что он был сосредоточен на Локи и Одине куда больше, чем на воине Идуна.
«Велика вероятность, что в тот день вместо него погиб другой воин».
Так думать было естественнее. Ведь его проглотил не кто иной, как Мировой Волк.
«Но...»
Если тем, кто вторгся в тот день, действительно был воин Идуна...
И если, несмотря на это, он все еще был жив и вел партизанскую тактику...
Король-маг закрыл глаза. На ум ему приходило лишь одно имя.
«Один».
Король богов. Ему было суждено погибнуть от лап Мирового Волка, но, несмотря на это, он не прекращал сопротивляться. Так что он был по-детски наивным, но при этом умным богом войны.
Существовала также вероятность, что он жив.
Но эта вероятность была мала. Все потому, что он получил тяжелые ранения еще до того, как его сожрал Мировой Волк. Возможно, Один заставил воина Идуна бежать в одиночку, предприняв последнюю попытку.
«Так вероятнее всего».
Это было более вероятно, поскольку аура Одина полностью исчезла. Даже Мировой Волк, связанный с ним судьбой, был уверен, что он исчез.
Но король-маг не спешил с выводами. Он по-прежнему учитывал возможность того, что Один жив.
«Но это мало что изменит».
Даже если Один был жив, а черным драконом, которого сдерживал воин Идуна, была Нидхегг...
Четыре дня с текущего момента.
Столько времени оставалось до того, как падет печать на Вальхалле.
Конец.
Примечание переводчика: Спасибо за прочтение~.

Комментарии

Загрузка...