С момента появления объявления прошла неделя. Добровольцев набралось уже пять тысяч человек.
Я решил растянуть сроки отбора и поднял ориентировочную цифру до десяти тысяч.
Если общая численность достигнет десяти тысяч, в авангард планировалось отобрать всего триста-пятьсот бойцов. Это крайний предел, который ещё можно удержать под контролем.
Само собой разумеется, командиром авангарда был я.
Кто-то мог бы подумать, что главнокомандующий во главе авангарда — это безумие. Собственно, мне это в лицо и говорили.
«Это безумие, молодой господин! Главнокомандующий — и в авангарде?!»
Возражения Юлиана на военном совете звучали абсолютно разумно и логично.
Верховному командующему стоять на передовой означало плевать на базовые законы военного искусства.
Однако у нынешней экспедиции имелась своя специфика.
«Юлиан. Собравшиеся здесь — не регулярная армия. Они не пойдут за командиром, брызжущим слюной на трибуне. Их решимость крепнет лишь тогда, когда они видят, как он сам проливает кровь».
В них было столько же строптивости, сколько и силы. Приказами из тыла с такими не совладать.
Лишь если я встану во главе авангарда, их охватит то же безумие, и они ринутся следом.
К тому же отсиживаться в тылу под предлогом статуса главнокомандующего значило попросту разбазаривать ценную боевую мощь.
Впрочем, махать мечом напролёт днями и ночами я не собирался.
Самый опасный момент — первое столкновение, когда накатит волна магических зверей. Лишь тогда я выйду в авангард, чтобы взвинтить боевой дух союзников до небес.
А когда обстановка стабилизируется, я рассчитывал гибко вернуться в центр боевых порядков и взять общее командование на себя.
«Проблема лишь в той короткой паузе, пока я нахожусь на острие атаки».
Кому доверить армию на это время?
«Адъютант. Пока я пробиваю путь в авангарде, удержание строя и контроль над основными силами полностью лягут на ваши плечи».
«Вы собираетесь передать мне всё командование?»
«Слишком тяжело?»
На мой невозмутимый вопрос Люсия лишь слабо улыбнулась и покачала головой:
«Ни в коем случае. Я не позволю оттеснить нашу линию обороны ни на шаг».
В первой временной линии главнокомандующей объединённой армии человечества была именно она.
Хоть в академии военную стратегию и не преподавали, Люсия уже проштудировала все доступные трактаты.
Главная героиня — она и есть главная героиня: задатки видны с самого начала.
— Десять минут перерыва!
Назначение в авангард — исключительно моя прерогатива.
Вот и сейчас я продолжал отбирать элиту для передового отряда.
Один из наёмников, утерев кровь с разбитой губы, пошатываясь, покинул тренировочную площадку.
В череде непрерывных спаррингов один за другим отсеивались те, кто возглавит атаку.
«Лучше Багота и братьев Так-Так бойцов всё равно не сыскать».
Багот, Белутак, Бурактак, Дженкинсон.
Вся четвёрка попала в списки авангарда независимо от собственных желаний.
Впрочем, все они и так рвались на передовую, так что проблем не возникло.
Объявив перерыв, я направился в центральный шатёр перевести дух.
Как и ожидалось, там уже сидела незваная гостья.
— Эй. Хранительница священного меча.
Её красно-золотые глаза, до этого устремлённые в пол, обратились ко мне.
Все четыре дня, что она таскалась за мной, эта особа только и делала, что сиднем сидела на месте.
Впрочем, стоило ей заметить перспективного рыцаря колец, как она тут же подскакивала к нему с предложением взять священный меч, так что простой мебелью её не назовёшь. Скорее уж помехой.
— Ты ведь не собираешься присоединяться к экспедиции? Из-за своих дурацких заповедей или чего-то в этом духе.
Хранительница священного меча кивнула.
Она не могла пускать в ход силу ради личных целей — таков был её личный обет и священный запрет.
— Раз уж зашёл разговор, скажу прямо: бесполезные нахлебники нам ни к чему.
Хранительница имела право действовать только во имя высшего блага.
И что же в её понимании считалось этим самым благом?
Поход в Пепельный лес под такое определение точно не подпадал.
Зато избиение тех, кто отказывался проходить испытание на право владения мечом, считалось вполне себе благим делом.
Вот такое вот у них избирательное понятие «великой цели».
— Скажи начистоту: ты ведь всё равно поплетёшься следом, когда мы выступим? Будешь просто маячить поблизости и высматривать, нет ли среди нас достойного хозяина для меча. Так ведь?
Если она намертво прицепится к отряду и станет лишь приглядываться к бойцам, это внесёт смуту и доставит нам кучу неудобств.
Фактически это мало чем отличалось от саботажа.
Она и сама прекрасно это понимала, поэтому не смогла возразить ни единым словом.
— Так что давай заключим сделку. После выступления я не стану совать нос в твои дела, кому бы ты там меч ни предлагала. Но взамен ты будешь подчиняться моим приказам.
— У меня есть заповеди.
— Да знаю я, знаю.
Как раз в углу шатра стоял прислонённый к стойке щит. Я подобрал его и протянул хранительнице.
— Мечом там махать не придётся. Побудешь живым щитом, и только.
— ...
— А что? Держать щит и прикрывать людей от магических зверей ты вполне способна. Если покажется, что поход обречён на провал, вольна уносить ноги в одиночку.
В любых заповедях есть лазейки.
Точно так же, как заповедь целомудрия запрещала исключительно плотскую близость, в её «ограничении на применение силы» тоже крылась очевидная брешь.
Атаковать она не могла, но блокировать чужие удары ей никто не запрещал.
— Хорошо, — неохотно кивнула хранительница священного меча.
— Вот и славно. Позже я пришлю к тебе людей, отобранных в щитовой отряд. А перед этим выдам руководство по технике защиты, так что ознакомься.
С хранительницей вопрос был решён, оставались лишь эльфийское племя и сестра Селена.
С первыми проблем не предвиделось: мы в любом случае находились в позиции силы.
Настоящей головной болью оставалась именно сестра Селена.
— Молодой господин! Молодой господин!
Один из слуг, откинув полог шатра, запыхавшись, влетел внутрь. По его залитому потом лицу было ясно: дело не терпит отлагательств.
— Что за шум?
— Э-экстренный выпуск! Взгляните!
В охапке он держал целую стопку утренних газет.
Дрожащими руками слуга протянул мне пачку свежей прессы.
Я бегло пробежался глазами по заголовкам на первых полосах.
[Экстренное заявление Имперского географического общества! Превентивный удар по Пепельному лесу может послужить запалом для волны монстров...]
[Главные демонологи столицы решительно осуждают безрассудный поход Карденоса!]
[Союз интеллигенции подал петицию с требованием отложить экспедицию...]
Все виднейшие интеллектуалы империи подняли вой, единодушно осуждая экспедицию.
Я внимательно изучил даты и время выхода статей.
— Вбросили одновременно.
Высокомерные учёные мужи в кои-то веки запели в унисон. Словно по указке, секунда в секунду.
— Сами они бы до такого не додумались. Значит, кто-то дал на лапу и свёл их всех вместе. К гадалке не ходи — проделки Розенталей.
— Р-рода Розенталь?
Розентали подбили авторитетных исследователей на массовый протест.
Усмехнувшись, я скомкал газету.
— Что же нам теперь делать? Разве его высочество наследный принц не осадит их сам?
Можно было подумать и так: всё-таки императорская семья выделила военные субсидии.
Но и Розентали прекрасно знали о публичном заявлении кронпринца — знали и всё равно пустили в ход учёных.
Они ведь тоже понимали: помощь императорского двора отнюдь не была безоговорочной. Это была лишь формальная подачка, от которой в любой момент можно откреститься.
Кронпринц прямо сейчас наверняка ломал голову, не пойти ли на попятную, поступившись каплей гордости.
«В итоге он сделает вид, что уступает доводам науки, и просто примкнёт к ним».
Когда эксперты выступают столь единым фронтом, даже наследному принцу, ещё не ставшему императором, волей-неволей придётся сдать назад.
Розентали именно на это и рассчитывали, расставляя фигуры на доске.
Зенон, конечно, затаит злобу на Розенталей за такую подножку, но поделать ничего не сможет. Если те заявят, что лишь поддержали научное сообщество ради блага империи, как к ним подкопаешься?
— И как нам поступить?
— Официального заявления двора ведь пока не было?
— Д-да, пока нет...
Значит, Розентали не сговаривались с императорской семьёй заранее.
Благодаря этому перед нами открылся отличный простор для манёвра.
Зенон — пустышка, готовый удавиться за свой драгоценный авторитет, к тому же непроходимо нерешительный.
И эта его нерешительность сыграла нам только на руку.
— Какой бы скромной ни была сумма, императорский двор выделил деньги на войну. Одного этого достаточно, чтобы моральное право оставалось за нами.
◇ ◇ ◇
На следующее утро, кабинет во дворце наследного принца.
Кронпринц Зенон цокнул языком, глядя на лежащую на столе ежедневную газету.
[Экстренное заявление Имперского географического общества! Превентивный удар по Пепельному лесу может послужить запалом для волны монстров...]
— Розентали неплохо всё обставили.
Зенон выделил средства лишь затем, чтобы возвысить Астина на словах и отправить его на верную смерть.
Однако вмешательство Розенталей пустило всё под откос.
Когда учёные выступили единым фронтом, Зенон целые сутки выжидал, наблюдая за реакцией общественности.
Хоть эта агитация и была шита белыми нитками, простой люд привык слепо верить громким регалиям интеллигенции.
Настроения в обществе развивались именно так, как и предполагал Зенон.
Сегодня на центральной площади столицы уже собрались демонстранты.
«Карденос ослеплён жаждой славы и забыл о безопасности империи!» — скандировали они, потрясая разномастными транспарантами.
Волна возмущения, начавшись в столице, вскоре накроет всю империю.
Судя по настроениям публики, лучшим выходом было отступить.
Идти наперекор и продавливать поход силой — себе дороже, а что, если слова учёных подтвердятся и грянет катастрофа?
Тогда все пальцы укажут прямо на Зенона.
Обвинят в том, что он заткнул уши, проигнорировал предостережения мудрецов и подверг империю смертельной опасности.
Придётся немного уронить достоинство, но другого выхода не оставалось.
«Жаль, конечно, что не выйдет угробить Астина».
Зенон придвинул к себе лежавший на краю стола документ и взял перо.
«Императорский двор аннулирует всю оказанную поддержку. Немедленно прекратить подготовку к походу».
Это был указ об отзыве поддержки, идущий на поводу у научной элиты.
«Хотя, пожалуй, и так сойдёт».
Стоит поставить подпись, и Астин превратится в государственного преступника, сыгравшего на людских страхах.
Полная изоляция и падение на самое дно — тоже вполне удовлетворительный расклад.
Он обмакнул кончик пера в чернила и уже занёс его над листом бумаги, как вдруг...
*Бабах!*
— В-ваше высочество! Ваше высочество!
Главный советник распахнул двери настежь и влетел в кабинет. Лицо его было бледным как полотно.
— Что за шум? Ведёшь себя неподобающе.
— Экстренный выпуск «Столичного вестника»! Прямо сейчас все общественные настроения в столице перевернулись с ног на голову!
Зенон нахмурился и выхватил экстренный выпуск из дрожащих рук советника.
Едва пробежав глазами кричащие заголовки, напечатанные на первой полосе аршинными буквами, он застыл как вкопанный.
[Высокомерные учёные пошли против великого решения императорского двора! Где доказательства?!]
[Трусливое шкурничество запертой в башне из слоновой кости интеллигенции: как смеют они попирать великое дело императорской семьи?!]
Взгляд Зенона дрогнул от шока.
Союз интеллигенции восстал против воли монарха. А императорский двор ставит наглецов на место.
При этом сам кронпринц Зенон узнал обо всём только из газеты!
Тогда кто? Откуда?..
Размышления заняли всего мгновение.
— Астин, крысёныш поганый!..
*Бах!*
Лицо Зенона побагровело от ярости.
Этот щенок из Карденосов воспользовался выделенными субсидиями, чтобы выставить императорскую семью своим щитом!
— Посмел прикрыться моим именем и подстрекать толпу?!
Злость душила, но факт оставался фактом: средства на поход выделил сам Зенон.
Оформив военные субсидии, он тем самым собственноручно вручил Карденосам железное оправдание.
Даже захоти принц упечь наглеца за решётку за дерзость — не подкопаешься.
Статья не содержала ни измены, ни присвоения чужих полномочий, а лишь на все лады восхваляла мудрое решение наследного принца.
В таком случае привлечь Карденос к ответу было попросту не за что.
— Изворотливая крыса...
И ведь хватило ума так ловко всё провернуть!
Зенон схватился за лоб и тяжело, сокрушённо выдохнул.
Главное сейчас — общественное мнение, то есть настроения людей.
Кого поддержат столичные жители: Карденос с императорским двором или же учёных?..
— Придётся подождать денёк и посмотреть, куда качнётся маятник.
На следующий день.
Выслушав доклад главного советника, Зенон с досадой скривился.
— Жители столицы массово собирают подписи в поддержку императорской семьи и Карденоса. Похоже, интеллигенции придётся поджать хвост.
— ... Вот как.
Зенон скомкал указ об отзыве поддержки и швырнул его в угол.
Чаша весов окончательно склонилась на сторону Карденоса.
Было невыносимо тошно ощущать себя марионеткой в руках Астина, но Зенон попытался взглянуть на это под другим углом.
Этот идиот сам вызвался отправиться на верную смерть.
Мне незачем злиться. Верно, в конце концов, он сам расплатится за всё собственной головой.
... И всё же осознание того, что его разыграли как пешку, не давало ярости утихнуть.
*Бах!*
— Немедленно вызови глашатая! Мы сделаем официальное заявление.
Зенон тяжело перевёл дыхание, с трудом подавляя бешенство.
— Передай этим умникам: если не хотят, чтобы в их набитых опилками башках проделали дыру, пусть заткнутся нахрен!
Впрочем, опомнившись...
Зенон потёр ноющий лоб и добавил:
— ... Смягчи выражения.
◇ ◇ ◇
— Заявление императорского двора: Перо не сломит меч —
[Императорский двор выражает глубокое сожаление в связи с малодушным шкурничеством, проявленным научным сообществом в последнее время.
Помните: великая история империи писалась отнюдь не перьями учёных. Следует чтить кровь и пот воинов, не страшившихся смерти и шедших вперёд, — именно они легли в её фундамент.
(Опущено)
Поход великого дома Карденос в Пепельный лес нельзя низводить до банального расширения границ.
Это грандиозный замысел и благородный шаг, призванный раздвинуть горизонты выживания всего человечества.
Клеймить его «запалом грядущего бедствия» — предательский выпад, подрывающий созидательный дух империи.
Мы ни в коем случае не станем закрывать глаза на спесь научного мира, сеющего панику среди народа досужими кабинетными рассуждениями.
(Опущено)
Мы вновь торжественно провозглашаем безоговорочную поддержку экспедиции в Пепельный лес.
Внемлите, империя и всё человечество!
История людская неизменно преодолевала невозможное, расцветая ослепительной зарёй.
Взгляните на бойцов, собравшихся под стягом Чёрного Льва!
На земле смерти, от которой отвернулись даже боги, человечество вновь явит миру свои безграничные возможности.
— Экстренный выпуск «Столичного вестника» —]
***
Переводил и редактировал — Afmos
Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy
Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

Комментарии

Загрузка...