Бартон очень быстро понял, что это Подземелье куда более пакостное, чем казалось на первый взгляд.
И дело было вовсе не в том, что монстры были сильны. Как раз наоборот: они были смехотворно слабыми.
Он мог принимать любой их удар, даже не вспотев. Стрелы Тайрена летели так, словно у него в запасе вечность. Серин и вовсе не приходилось поднимать палец.
Но это Подземелье было чертовски хитрым.
Поначалу Бартон решил, что Высохшие Трупы — это просто медленный, ковыляющий мусор.
Он усвоил обратное довольно быстро.
Они были слабыми, спору нет. Абсурдно слабыми. Проблема заключается в том, что они никогда не стояли как тупые марионетки, ожидая, пока их срубят.
Один мог выковылять прямо перед ним, но стоило сделать шаг для атаки, как из-за углов, из-за полуразрушенных стен и даже из-за его спины тут же вываливались новые.
Тот, что впереди, давил на него сломанным мечом, заставляя держать щит поднятым и не оставляя возможности проверить фланги или тыл.
Он ненавидел такой стиль боя. Ему было проще сойтись в честной рубке с десятком Высохших Трупов лицом к лицу, чем гадать, не выпрыгнет ли кто-нибудь из-за очередной кучи обломков.
Стоя во главе построения, Бартон сдерживал очередной шквал атак. Высохший Труп, попытавшийся зайти ему во фланг, был перехвачен Асаром.
Стрела со свистом пролетела мимо и вонзилась прямо в череп монстра перед ним.
— Оцени: снайперская точность! — Тайрен не удержался и горделиво выпятил грудь.
Но прежде чем слова успели слететь с его губ, на краю его зрения, на самой вершине каменной колонны чуть в стороне, что-то мелькнуло.
Он вскинул голову.
Темная тень уже стремительно падала вниз с вершины колонны.
Серин только начала поднимать голову, когда Тайрен сшиб ее с ног, сбивая на землю.
Высохший Труп рухнул ровно на то место, где она только что стояла, и его сломанный меч глубоко вошел в каменный пол.
Прежде чем он успел подняться для новой атаки, Тайрен выхватил кинжал с поясницы, навалился на него всем телом и с силой загнал лезвие прямо через одну из глазниц — насквозь.
Серин все еще судорожно глотала воздух, очевидно, не успев прийти в себя после того, как её сбили с ног.
Спустя долгую паузу она смогла лишь дрожащим голосом выдать:
— ...Спасибо, Тайрен.
На этот раз Тайрен не стал отмачивать шуточки. Он тяжело вздохнул и протянул ей руку, помогая подняться:
— Сам пересрался до смерти. Рад, что ты цела.
В Зале Ядра Оуэн, наблюдавший за всей этой картиной, почувствовал непреодолимое желание поаплодировать, но с опозданием вспомнил, что рук у него больше нет. Ему пришлось ограничиться довольным смешком про себя.
«Отличная работа, Тайрен».
Рейн, державшийся чуть позади и готовый вмешаться в любой момент, позволил себе редкую похвалу:
— А ты, похоже, наконец начинаешь соображать, что делаешь.
Асар добил свою цель и подбежал ближе вместе с Бартоном.
— Рад, что вы оба в порядке, — Асар перевел дыхание, пробежав взглядом по скоплению разрушенных построек впереди. — Убивать их достаточно просто, но у них настоящий талант выныривать из ниоткуда.
Бартон ничего не сказал. Он лишь показал Тайрену большой палец и кивнул Асару.
Рейн добавил, отступив в сторону:
— Считайте, нам еще повезло. Существуют Подземелья с «комнатами смерти»: заходишь — и монстры вместе с ловушками сыплются на тебя без остановки, пока не пройдет определенное время. Единственный способ выбраться — пережить это.
Он вскинул глаза на тропу перед ними.
Оставалось совсем немного пути, да и монстров почти не видать.
Если Босс Ворот окажется такого же уровня, ему, возможно, даже не придется напрягаться с составлением отчета о наблюдениях.
Рейн взглянул на Тайрена и остальных, занятых сортировкой той скромной добычи, что им удалось собрать.
Изначально он планировал использовать это Подземелье как их финальный экзамен.
Но теперь все казалось слишком простым.
Он поймал себя на сомнениях: а не стоит ли вывести их на еще одно задание?
В конце концов он качнул головой и отбросил эту мысль.
Они еще не зачистили это поздемелье. Лучше не делать поспешных выводов.
◆ ◆ ◆
В дальнем конце каньона местность начала сужаться.
Каменные стены по обе стороны накренились внутрь, тропа сжалась, а в узком проходе закружились пыль и песок.
А затем они увидели арку.
Разрушенная каменная арка, лишенная половины своего пролета; уцелевшая же часть криво опиралась на скалу, словно старая, расщепленная кость, готовая вот-вот обвалиться. За аркой открывалось просторное круглое пространство, освещенное откуда-то сверху блекло-серым светом — суровым, молчаливым и отдающим холодом.
Ветер у арки стих.
Он сопровождал их с самого момента входа в каньон, не умолкая ни на секунду, но стоило им шагнуть под сень арки, как его гул оборвался, будто отрезанный клинком.
Их шаги звонким эхом разнеслись по пустому пространству.
Бартон, шедший первым, замер. Его глаза неосознанно сузились, и он поднял щит.
— Это здесь, — тихо произнес Асар.
Никто не ответил.
◆ ◆ ◆
В Зале Ядра внимание Оуэна напряглось вместе с их вниманием.
Он сфокусировал весь свой взор на Кассандре — рыцаре, стоявшем ровно по центру круглой залы. Помятые доспехи свисали с его высохшего тела, сломанный двуручный меч испускал слабое свечение, а сам он оставался абсолютно неподвижен.
Оуэн внезапно почувствовал приступ тревоги.
Половина этих опасений касалась авантюристов. Другая половина — Кассандр.
Этот рыцарь, которому он сам дал имя, стоил ему почти каждой капли имеющейся энергии. Он задрал его характеристики на максимум, наделил уникальными способностями. Но, разумеется, там, где была сила, он прописал и слабости — для баланса.
Чисто теоретически: авантюрист на пике Черного Железа при поддержке нескольких новичков Белого Фарфора против монстра Среднего Бронзового ранга...
Он попытался просчитать математику боя, но осекся.
За всю свою жизнь он ни разу не участвовал в настоящей драке. Ну, может, пару раз по мелочи, но то не в счет — так, глупые стычки, не закончившиеся ничем серьезным.
В прошлой жизни он был инженером, который много задротил в игры, а теперь превратился в треснувший кристалл, торчащий из каменного постамента. Какого черта он вообще может знать о том, как разворачивается реальный бой?
Одной половиной сознания он боялся, что Кассандр просто размажет их тонким слоем. Другой — тихо надеялся, что рыцарь сможет сдержать их натиск.
Какое абсурдное противоречие.
— ...Держи линию, Кассандр, — пробормотал он. — Второго шанса у меня не будет.
◆ ◆ ◆
Рейн шагнул под арку и не стал сразу рваться вперед.
Он оценивал тварь внутри.
Помятые доспехи. Сломанный двуручный меч. Рост был, честно говоря, просто нелепым — как минимум два с половиной метра. Поза оставалась скованной, зафиксированной так, что сразу становилось понятно: перед ними далеко не низкоранговое существо.
Высшее Черное Желево, скорее всего. Таков был его вердикт. Возможно, даже на грани с пиком Черного Железа.
Непросто. Но вполне решаемо.
— Я войду первым и прощупаю его, — бросил он через плечо остальным. — Будьте напоготове. Если дело дрянь — отступайте. На меня не оглядывайтесь.
— Понял, — кивнули Асар и Бартон.
— Гончая, осторожнее там, — выдохнул Тайрен.
Рядом с ним Серин наложила на Рейна малое [Благословение Скорости].
Рейн двинулся вперед. Его сапоги опустились на каменные плиты круглой залы с глухим, тяжеловесным звуком.
Рейцарь в центре пришли в движение. Его голова с ржавым скрежетом приподнялась, и две алые точки света зафиксировались на Рейне.
Внешне он выглядел просто как увеличенная версия Высохших Трупов, но аура, исходившая от него, принадлежала совершенно иной весовой категории.
Рейн медленно обнажил меч.
Он начал обходить рыцаря по полукругу, держа дистанцию, выискивая уязвимые места и оценивая его манеру движения.
Ничего.
Эти глаза, налитые тусклым и налитым кровью светом, просто следили за ним. Рыцарь не сдвинулся ни на сантиметр.
Рейн остановился.
Он сделал резкий выпад вперед, имитируя атаку.
Рыцарь не отличался скоростью и не клюнул на ложный замах. Его сломанный меч обрушился прямо в лицо Рейну.
Удар прошел мимо, с корнем вырвав кусок камня и оставив небольшую воронку в полу там, где достиг цели.
Рейн вовремя отскочил назад, но сноп каменной крошки все же рассек ему щеку.
Земля под ногами содрогнулась.
Выражение его лица изменилось. Он по-новому взглянул на тварь перед собой.
Ни одно существо ранга Черного Железа не обладало подобной мощью.
Он снова рванул вперед. Сломанный меч с гулом прошёл рядом с его боком.
Холодный пот катился по его спине. Его лезвие зацепило не защищенный доспехом фланг рыцаря, но сухая, похожая на древесную кору кожа едва расступилась под острием.
Прежде чем он успел осознать весь ужас происходящего, сломанный меч уже летел в обратном замахе.
Все, что ему оставалось, — это неуклюже броситься в кувырок, уходя из-под удара.
— Уходите отсюда! Это босс Бронзового ранга! — рявкнул Рейн, не сводя глаз с рыцаря и не смея обернуться.
— Какого...
Ужаснувшийся крик раздался за его спиной. Рейн рискнул бровсить быстрый взгляд назад.
Худший сценарий претворился в жизнь: плотные, непроницаемые ворота из серого тумана наглухо запечатали арку.
Они были заперты.
«Сохранять спокойствие. Главное — без паники. Паника — и нам всем конец».
Рейн сделал два глубоких вдоха и рванул на высокой скорости в сторону, противоположную Тайрену и остальным.
— Бартон, готовься... — он нырнул под горизонтальный взмах, оставляя свежую рану на правой руке рыцаря. — Остальные — максимальная осторожность!
Тайрен и остальные не ответили. Их лица обескровили. Сцепив зубы, они все равно ринулись вперед.
Тайрен спускал тетиву раз за разом, посылая стрелу за стрелой в череп рыцаря. Бартон встал на дистанции удара от Рейна, готовый перехватить атаку. Серин непрерывно работала посохом, наслаивая благословение за благословением на того, кому это было нужнее всего.
Рейн не спускал глаз со сломанного меча, летящего в него. И тут его нога соскользнула.
Размолотый камень под сапогом.
Он не успел восстановить равновесие. Все, что он смог сделать, — это вскинуть меч крест-накрест перед собой. Следующий удар обрушился сверху, и невероятная сила просто отбросила его влево, заставив кубарем покатиться по полу.
«Мне конец».
Сломанный меч падал прямо на него. Рейн с ужасающей четкостью видел ржавчину на лезвии. Крик откуда-то сбоку рассек воздух:
— Рейн!
Лязг стали. Меч Асара успел перехватить удар. Отдача заставила Асара отлететь назад, но это дало Рейну секунду, чтобы перевести дух и уйти с линии атаки.
Рыцарь вознамерился добиться цели. Бартон встал у него на пути; его лицо налилось багровым цветом, а вены на руках вздулись от предельного напряжения.
Бартон рухнул. Он зажмурился, ожидая конца.
Рыцарь просто перешагнул через него.
Он направился прямо к Серин, которая все еще находилась в тылу, накладывая очередное благословение на группу.
Рейн только-только поднялся на ноги. У него даже не было времени крикнуть.
Тайрен рванул через образовавшуюся брешь, врезавшись в Серин и толчком отбросив её в сторону прежде, чем она успела сообразить.
Кинжал, которым он так любил хвастаться, он выставил горизонтально перед собой.
Сломанный меч опустился.
Кинжал переломился пополам.
Тайрен даже не успел вскрикнуть. Сломанный меч вогнал его прямо в каменные плиты.
Запах крови заполнил воздух.
Глаза Рейна расширились от ужаса. Его губы задрожали. Низкий, животный рык вырвался из его горла, и он бросился вперед, оставляя глубокую рану на спине рыцаря.
Серин рыдала, вскидывая свой дубовый посох. Ее голос дрожал так сильно, что слова срывались на хрип:
— Пусть... пусть Чистая Белая Звезда хранит...!
Мягкий зеленый свет опустился на Рейна.
Это не помогло.
У него не было шанса уклониться.
Рейн почувствовал, как его ноги оторвались от земли. В следующее мгновение он тяжело рухнул на каменные плиты где-то на другом конце залы.
Зрение застлала пелена. Кровь заполняла легкие быстрее, чем он успевал ее откашливать, и с каждым вдохом из его рта вырывался новый кровавый сгусток.
Каким-то образом Бартон заставил себя подняться и встал перед Асаром и Серин. Его щит уже раскололся пополам, а правая рука была рассечена до самой кости.
И все же он стоял.
С налитыми кровью глазами он свирепо посмотрел на рыцаря и рявкнул:
— Если у тебя есть кишки, иди сюда, тварь!
Первый удар опустился. Щит разлетелся вглубь.
Второй удар опустился. Он тяжело рухнул на колени.
Дрожа, он повернул голову. Его губы беззвучно сформировали единственное слово:
— Бегите...
Сломанный меч обрушился вниз, и встретить его было уже некому.
◆ ◆ ◆
Серин стояла на коленях, её дубовый посох дрожал в руках, пока она все еще пыталась направить исцеление в тело Бартона.
Асар бросился в её сторону, затем на рыцаря, сокращающего дистанцию.
Он не стал обнажать меч.
Это больше не имело никакого значения.
Он просто встал перед ней. Выражение его лица было почти мягким.
— Не смотри, — сказал он.
Серин вскинула глаза.
Сломанный меч опустился.
Он был их лидером, и он не смог защитить ни одного из них.
Снова.
Рейн издал хриплый, сломанный звук, но не смог выдавить ни единого слова извинения.
Он думал, что если просто вернется, наберет новичков и сохранит им жизнь, ничего подобного больше никогда не повторится.
И это произошло снова. Точь-в-точь так же.
Сломанный меч снова взмыл вверх.
Рейн смотрел, как он опускается.
Мир померк.
◆ ◆ ◆
В Зале Ядра царила тишина.
Оуэн не смеялся.
Он даже не смотрел на интерфейс управления.
Он просто смотрел на пять неподвижных фигур в зале босса.
Щит Бартона разломился надвое, придавив его собой.
Тайрен был вбит в пол, а сжатый кулак все еще сжимал обломанную рукоять кинжала.
Последним поступком Асара было закрыть собой Серин от рыцаря.
Он даже не выхватил меч.
Оуэн долго смотрел на эту сцену.
Достаточно долго, чтобы почувствовать, как где-то внутри кристалла начинает нарастать жар.
Условия для [Испытательного возвращения] уже были выполнены. Системное уведомление висело на интерфейсе, ожидая продолжения процесса.
Он не отвечал.
«...Вспомнят ли они хоть что-то из этого?»
Он подумал о Тайрене, улыбающемся всего полчаса назад и хвастающемся своим выстрелом: «Снайперская точность».
О Серин, которую сбили с ног, дрожащей и шепчущей: «Спасибо, Тайрен».
Все это произошло меньше получаса назад.
Кристалл замерцал, его свет на мгновение стал нестабильным.
«И все же, — неуклюже спорил он сам с собой. — Там, в большом мире, ни одно другое Подземелье не предлагает [Испытательное возвращение]. Смерть есть смерть, и на этом все кончено. Если я превращу это место в детскую площадку, то в следующий раз, когда эта группа шагнет в чужое Подземелье, они могут войти туда с той же беспечной уверенностью. И они погибнут где-то там, где я их даже не увижу. Их смерти будут на моей совести».
Оуэн некоторое время молчал.
— ...И все же.
Его внимание наконец сместилось — прочь от тел, к неподвижно стоящему в центре залы Кассандру, а затем назад по коридору, к тем смехотворно слабым Высохшим Трупам, рассеянным по тропе.
— Трэш-мобы на всем пути, а в конце я подсовываю им дико переапнутого босса.
Свет кристалла дрогнул, словно от вздоха.
— Я сделал эту стычку слишком, сука, жестокой.
— Ну же...
Это был первый раз, когда он услышал, как его собственный голос дрожит от нервов.
— Пожалуйста, ради всего святого, сработай.
◆ ◆ ◆
Поблекший геометрический узор в центре стартовой залы вспыхнул.
Пять точек света медленно поднялись из-под каменных плит, принимая очертания фигур.
Первым глаза открыл Рейн.
Он резко сел. Его первым инстинктом было не проверить себя, а найти Тайрена.
Тайрен лежал слева от него, с ошеломленным изумлением уставившись на свои целые руки. Затем на свою целую грудь. Затем на свое целое лицо — лицо, которое должен был размозжить сломанный меч.
— ...Где мой кинжал? — это было первое, что сорвалось с его губ.
Рейн посмотрел на него и издал звук где-то в глубине горла, который мог быть как смехом, так и всхлипом.
Бартон сел и долго смотрел на свою правую руку — руку, от которой по всем правилам должна была остаться лишь обнаженная кость. Сейчас на ней не было даже шрама. Он сжал кулак. Разжал. Снова сжал.
Серин сидела прямо там, где очнулась; дубовый посох лежал у нее на коленях, а слезы капали одна за другой.
Асар поднялся последним. Он оглядел остальных членов отряда, на секунду задерживая взгляд на каждом по очереди, а затем опустил голову и с силой прижал ладони к глазам.
Никто не произнес ни слова.
Рейн хотел что-то сказать. Как лидер, он должен был что-то сказать. Но его рот открылся, закрылся, и в конце концов он просто поднял руку и грубо провести по лицу.
Пыль и слезы смешались вместе. Он ни черта не видел.
◆ ◆ ◆
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...