Когда ремонт в заведении завершился, больших дел не осталось, только проветрить помещение да дождаться поставки сырья перед открытием. Линь Шуан, уставшая за эти дни, размяла косточки и несколько дней отдыхала дома.
Из безработной она превратилась в хозяйку заведения. Новому делу – новый облик, Линь Шуан сделала свежий маникюр в салоне Мяо Цай, затем сходила в косметологический кабинет на массаж и уход за лицом, а напоследок в парикмахерскую.
Зимой у неё были крупные локоны. К жаре захотелось чего-то более лёгкого и по цвету, и по форме. Она выбрала волнистые волосы оттенка молочного чая. Парикмахер случайно добавил лишний краситель, и после мытья и ухода цвет получился розово-золотистый с молочно-чайным отливом. Вся парикмахерская ахнула.
Несколько молодых девушек, делавших укладку, увидели её цвет и тут же захотели такой же:
– Как красиво! Я тоже так покрашусь.
Даже хозяин салона вышел посмотреть:
– Госпожа Линь, не согласитесь ли вы побыть моделью для нашей парикмахерской? Сделаем несколько снимков, сделаем этот цвет главным в сезоне, а в благодарность – обслуживание бесплатно.
Линь Шуан не нуждалась в деньгах и отказалась, но настроение у неё было отличное, и она всё же оформила карту салона.
К тому времени, когда чайная была готова открыться, в школе Бэйцюань уже начались летние каникулы. Вся школа опустела, и некогда шумная ученическая улица выглядела безлюдной.
Учителя наконец перевели дух в короткий летний отпуск. Чжоу Чжэн был одинок, развлечений у него не было, характер покладистый, он то и дело подменял коллег на дежурствах в учебной части. Спустившись за регистрационными бланками, он услышал от коллеги:
– Учитель Чжоу, угощайтесь.
– Откуда?
– Охранник Лао Чжан сказал, что чайная напротив прислала.
Линь Шуан пробовала делать чай в лавке, лишнее раздавала соседним магазинам, а несколько стаканов отнесла в будку охраны, хотела завязать знакомство с вахтёрами.
Чайная ещё официально не открылась, но с витрин уже сняли защитную плёнку. На стенах красовались милые наклейки с напитками, а на электронном экране у окна сменялись аппетитные кадры меню.
Линь Шуан как раз пробовала чай, когда увидела входящего Чжоу Чжэна:
– Учитель Чжоу, сегодня опять дежурите?
Он заметил её новый образ, остановился у входа и машинально кивнул:
– Уже открылись?
– Пока заготавливаю продукты. – Линь Шуан протянула стакан. – Ещё не официально. Попробуйте, как на вкус?
Он редко пил такие напитки и не мог дать дельного совета, только честно кивнул:
– Очень вкусно.
Линь Шуан облокотилась о стойку и лениво спросила:
– Учитель Чжоу, когда у вас в школе начинаются дополнительные занятия?
Чжоу Чжэн покосился на неё и с серьёзным лицом ответил:
– Школа не поддерживает дополнительные занятия во время каникул.
– Но, – он сделал паузу и заговорил совершенно канцелярским языком, – школа активно откликается на учебный энтузиазм учащихся: с двадцать пятого июля открываются кабинеты для самостоятельной подготовки всего будущего выпускного потока, с августа постепенно организуется самоподготовка для одиннадцатых классов. Ежедневно назначаются дежурные учителя для поддержания порядка. Остальные классы – средняя ступень и десятые – начинают учёбу с первого сентября.
Линь Шуан впервые слышала, как он с невозмутимым видом несёт официальную чушь, и не сдержала смеха:
– Ох, горячая линия управления образования в этом году, наверное, не умолкает.
В уголках губ Чжоу Чжэна тоже мелькнула улыбка:
– У школы и учеников свои позиции.
Шёл июль. До дополнительных занятий выпускников оставалось ещё какое-то время. Выпускной поток в школе Бэйцюань был огромным – две-три тысячи человек в параллели. Линь Шуан прикинула про себя официальное открытие чайной на двадцать пятое июля.
Чжоу Чжэн заметил, что она опустила голову и листает календарь, подумал и сказал:
– Вообще-то, уже двадцать четвёртого в школу массово возвращаются ученики. Многие живут в общежитии, есть и те, кто приезжает из соседних городов на повторный год. С ними приедут родители. В этот день ребята осваиваются, закупают всё необходимое – будет оживлённо.
– Правда? Спасибо, что подсказали.
Когда выпускники вернутся, Линь Шуан хотела устроить какую-нибудь акцию к открытию, и её осенило:
– Учитель Чжоу.
– Да?
– Выпускники ведь очень серьёзно относятся к экзаменационным заданиям, верно? Помню, у них есть такая настольная книга – «Пять лет гаокао, три года подготовки».
– Да — именно так.
Она улыбнулась:
– Вот когда ученики вернутся, я сделаю тематическую акцию, покупаешь чай – получаешь в подарок задания с выпускного экзамена этого года. Как думаете, зайдёт?
Будь на её месте десятилетняя Линь Шуан, она бы непременно ткнула пальцем в хозяйку этой чайной и обозвала её бессовестной, но чай всё равно бы выпила.
Чжоу Чжэн растерялся:
– Не уверен, понравится ли это ученикам, но родителям точно понравится...
Комплект экзаменационных заданий – это не лишняя трата и не обман. Совмещай приятное с полезным, наслаждайся душой и телом.
А её чайная так и прогремит на всю школу.
Линь Шуан с улыбкой посмотрела на него:
– Учитель Чжоу, вы не поможете мне скачать комплект заданий выпускного экзамена этого года по нашей провинции?
– Конечно.
Линь Шуан добавила его в WeChat:
– Тогда спасибо, мне просто нужен электронный файл.
Если забыть о смотринах, иметь такого друга с подобными возможностями было совсем неплохо.
---
Школа не работала, но чайная продолжала работать. Линь Шуан вывесила табличку «Пробный запуск».
Мяо Цай привела старых одноклассников поддержать её: принесли цветочные корзины и фигурку манэки-нэко, обеспечив выручку первого дня.
Бывшие одноклассники фотографировались в чайной, выкладывали снимки в «Моменты» и навёрстывали общение с Линь Шуан.
– Шуаншуан, почему ты все эти годы не возвращалась в Бэйцюань? Мы тебя на встречах выпускников не могли найти.
– Да, старый номер у тебя уже не работает.
– Мы уж думали, ты пропала.
– Работа отнимала всё время. – Линь Шуан мягко улыбнулась.
– Давайте-давайте, пейте чай! – Мяо Цай зазывала гостей. – Мороженое очень вкусное, помогите мне, мне больше нельзя, я и так толстая.
Приехала и Фу Минь с Ци Шанем. Мальчик всё лето носился с друзьями, загорел до черноты и блеска. Линь Шуан всучила ему миску клубничного льда, и он уплетал с наслаждением.
Сотрудников в чайной пока не было, за стойкой стояла одна Линь Шуан. Фу Минь оглядела пустующее заведение и с тревогой спросила:
– Посетителей много? Сколько в день выходит выручки?
– Сейчас не сезон, так и должно быть.
Чай стоил около семи-восьми юаней, самый дешёвый лимонад – четыре, самый дорогой напиток – двенадцать. В пробный период ещё и скидки, так что дневная выручка не покрывала даже аренду.
Линь Шуан сидела, закинув ногу на ногу, и не выказывала ни капли беспокойства.
– Вкусно! Сестра, открой такую же у нашей школы, – придвинулся Ци Шань с перепачканным ртом. – Я бы каждый день к тебе ходил.
Накормленный ребёнок испытывал к ней душевную привязанность. Линь Шуан от скуки поддразнила его:
– Поступишь в среднюю школу при Бэйцюань и, если моё заведение к тому времени не закроется, сможешь каждый день приходить за угощением.
– Это же очень трудно! – нахмурился Ци Шань.
Фу Минь вышла на улицу, обошла соседние чайные и, вернувшись, продолжала переживать:
– У других тоже пусто. Вот начнётся учёба, станет лучше.
У них с Ци Сюном был магазин скобяных изделий, и она могла поделиться опытом:
– В торговле надо ладить с соседними точками. Поначалу обязательно найдутся те, кто будет задираться, так что действуй мирно. У входа лучше поставить камеру. Если наймёшь работников следи за учётом, деньги чаще всего утекают по мелочам...
У Ци Шаня от этих речей закладывало уши, и он качал головой, глядя на мать.
Все люди таковы, в молодости Фу Минь была довольно крутого нрава, а с возрастом начала ворчать.
Проводив Фу Минь и Ци Шаня, Линь Шуан услышала звон колокольчика – пришли посетители.
– Простите, это госпожа Линь Шуан? Распишитесь, пожалуйста, в получении цветов.
Это был огромный, тщательно упакованный букет в изысканной подарочной коробке.
Розы капучино – лепестки нежные, шелковистые, тёплого молочно-чайного оттенка, изысканные и романтичные. В цветочных магазинах Бэйцюаня такого сорта не было – букет привезли из Ваньчэна.
Отправитель находился за несколько сотен километров, в Линьцзяне. Мистер Поло узнал, что она стала хозяйкой чайной, и решил сделать ей маленький сюрприз.
Линь Шуан написала ему:
«Почему розы капучино? А не денежное дерево?»
Он не сдержал смеха:
«У них очень красивый язык цветов».
«Нежданная нежность и бесконечная любовь».
Линь Шуан обновила аватар в WeChat. Её новый цвет волос удивительно сочетался с розами: щека покоилась на ветке, веки полуопущены, ресницы как перья, выражение нежное и трогательное, а лицо – прелестнее самих роз.
Мистер Поло не замедлил с комплиментом:
«Пожалуй, это самые пленительные розы капучино в мире».
В те дни каждая гостья, заходившая в чайную, получала в подарок по нежной розе.
Раньше у Линь Шуан на аватаре стояла картинка из интернета, и впервые она поставила собственное фото. Мяо Цай быстро это заметила.
– Кто прислал тебе розы?
– Тот коллега твоего парня.
Мистера Поло звали Цзо Юань. Мяо Цай вслед за парнем называла его начальник Цзо. Запинаясь, она спросила:
– До чего у вас дошло?
– Обычные друзья. Иногда переписываемся.
И правда, только переписывались: диалог часто обрывался на самом интересном месте, без лишней тягомотины и навязчивости.
Умеренный флирт поднимает настроение. Какая разница, есть ли в разговоре глубина, и важно ли, что при воспоминании о нём потом передёргивает?
Мяо Цай осторожно спросила:
– Он тебе нравится?
Линь Шуан любовалась своим маникюром:
– А тебе не нравятся красивые мужчины?
Тем более мистер Поло был приправлен деньгами, выглядел ослепительно, а вкус и манеры у него были вполне сносными.
На прочие недостатки Линь Шуан могла закрыть глаза.
Она встречалась с парнями ещё со старшей школы, и все её молодые люди были красавцами: высокие, видные, полные энергии. Красивая пара всегда притягивала взгляды.
– Говорят, у него много женщин... – нахмурилась Мяо Цай. – Шуаншуан, такие люди ветреные.
– Я же не парня себе ищу. – Линь Шуан лениво повела бровями.
Просто физически ей хотелось с ним переспать.
На телефон пришло сообщение.
Фото с ипподрома от мистера Поло: чистокровный скакун ослепительной красоты, лоснящаяся шерсть, бег по траве, и мужчина в седле в удачной позе.
«Как-нибудь при случае научу тебя ездить верхом».
«Покорно благодарю. Меня лягала лошадь, и я до конца жизни не собираюсь к ним приближаться».
Мистер Поло удивился:
«Лягала?»
«В детстве была озорной: пробралась в цирк, дёрнула лошадь за хвост, а она взбрыкнула и так меня лягнула, что я три дня проплакала».
Линь Шуан приложила плачущий стикер.
С той стороны медленно пришли три слова:
«Бедняжка».
Она подыграла:
«Избавь меня от трагедии, а то превращусь в большую бедняжку».

Комментарии

Загрузка...