Я стоял на крыше двухэтажного здания у главного проспекта Полиса, опирался руками о перила и наблюдал за улицей.
— Ещё в прошлом году жить было хорошо.
Кто-то пожаловался на тротуаре прямо под нами.
Типичная фраза на случай, когда жизнь внезапно становится тяжелее.
Сам факт, что такие слова начали звучать, означал: власть работает плохо. Мне, как управляющему, полагалось бы стыдиться.
Но мне не было грустно ни капли. Сказал это наркоторговец, на которого я давно точил зуб.
Та-та-тах!
По городу прокатились выстрелы.
Полис и без того был оживлённым городом, но сегодня в нём особенно бурлила энергия.
— Н-не стреляйте! Мы сдаёмся!
— На землю, ублюдки!
Вооружённые полицейскими пистолетами-пулемётами бойцы охраны Полиса с криками двигались по тротуару.
Перед ними тянулась целая цепочка бандитов, стоявших на коленях с руками на голове. В основном корейцы, но среди них попадались и иностранцы.
Рядом стояли ящики с изъятыми в качестве улик пакетами наркотиков, контрабандой и краденым.
Война с преступностью в Полисе шла ещё до войны с китайской армией. Похоже, теперь она наконец подходила к концу.
— Ух, вы их прямо под корень вычищаете. Хотя чего удивляться: пока вас три года не было, они тут так сладко жили, что теперь пора всё обратно выблевать.
Капитан У Сонде, мой бывший подчинённый, а теперь начальник патрульной группы охраны Полиса, довольно ухмылялся.
Говорят, в столицу он перебрался как раз в те годы, когда я числился пропавшим. Артемида высоко оценила наши прежние связи и по знакомству пристроила его на неплохое место.
— Артемида построила город всего лишь как один из способов искать меня и не интересовалась тем, как он будет жить дальше. Вот всякая шваль вроде банд и начала расползаться по щелям.
Бах!
Лысый бандит, который не хотел сотрудничать, получил прикладом по голове и рухнул.
— А я терпеть не могу, когда вокруг плодятся такие паразиты.
Охранник обыскал его и вытащил нож-бабочку и пакет с разноцветными грибами.
— Это ещё что? Ядовитые грибы?
— А, эти. Если перемолоть их в порошок, получается галлюциноген. Конопле и маку нужен солнечный свет, а такое можно тихо выращивать в тёмном подвале. Наверное, поэтому их группировка и продержалась дольше остальных.
— Чего только не придумают.
После моего возвращения прошло несколько месяцев: всё это время я шатался по Полису, собирал сведения и готовился. Теперь мы одним резким ударом зачищали банды, почти как в блицкриге.
К слову, обычных жителей тоже выгнали на улицы. Мы собрали население целиком и проводили поголовную проверку, вылавливая нужных людей.
— Не думаю, что они ожидали чего-то настолько тупо прямолинейного: «Всем построиться!» — и потом обыскать вообще всех. Старомодный подход, да?
— Пришёл — лицо распознали и нужных людей арестовали. Не пришёл — значит, сам себя выдал. Всё просто.
Такую радикальную меру можно было провернуть только в городе, где вся власть принадлежала мне, а данные каждого жителя были отсканированы.
Метод был слишком деспотичным, и мне самому он не особенно нравился. Но для преступности, успевшей спрятаться в городских тенях, способ надёжнее придумать трудно.
Разумеется, недовольные тоже были. Особенно среди охраны Полиса, которая шла в первых рядах этой операции.
— Хорошо, что наконец всё вычистим, но разве это не слишком топорно?
— Рот закрой. Не тебе это решать. Делай, что приказано.
Старший охранник осадил младшего, явно недовольного происходящим.
— Да тут никто не слышит, можно хоть поворчать. Мы даже невиновных жителей силой выгнали из домов. Будто у нас тут тиран какой-то.
— Ты совсем охренел? Не хочешь вылететь с места, которое тебе по счастливой случайности досталось, — молча работай. Желающих занять твоё место и без тебя очередь.
— Обязательно так разговаривать?
— Если всё время мерить нынешний мир старыми правилами, только сам себе жизнь усложнишь. Всё, хватит. У стен тоже есть уши.
Слух у меня и правда был неплохой. Раз я слышал их даже отсюда.
Но из-за такого ворчания я вмешиваться не собирался. Он говорил не совсем неправду, да и сам я в армии не раз перемывал кости начальству.
— Бежит!
Бандит в майке, с руками, сплошь забитыми татуировками, рванул к зданию.
Бах!
Не успел пробежать и нескольких шагов, как пуля вошла в ногу и он рухнул.
— А-а-а-а!
Остальные бандиты отвернулись от товарища, который орал и истекал кровью.
Стрелявший охранник подошёл, схватил беглеца за волосы и потащил обратно.
— А-а-а! Пусти! Пусти-и-и!
Он без конца вопил от боли в коже головы и простреленной ноге, которую волокли по земле. Охранника это совершенно не волновало.
— Эй, придурок. Думаешь, сейчас старые времена? Мы за тобой побежим, аккуратно скрутим и вежливо проводим обратно? Скажи спасибо, что вообще не пристрелили!
Бум!
Охранник грубо швырнул его обратно к остальным.
Все сделали вид, что не замечают стонущего и истекающего кровью товарища. Никому не хотелось случайно влезть в его неприятности.
Сталкеры и дроны, работавшие вместе с охраной Полиса, один за другим быстро сканировали лица выстроенных жителей.
[Можете возвращаться. Спасибо за сотрудничество.]
Семьи, услышав сообщение Сталкера, с облегчением расходились по домам.
Некоторые заметно нервничали. В девяти случаях из десяти это были нелегальные жильцы.
[Изгнанник Ким Джинсын. Одна кража, одна контрабанда запрещённых предметов. С настоящего момента добавляется одно незаконное проникновение в Полис.]
— П-простите! Пожалуйста, не убивайте!
[Состав преступлений не предусматривает смертную казнь.]
Человека заковали в наручники и увели в другое место.
— Когда я был маленьким, можно было оставить телефон или сумку на столике в кафе, сходить в туалет и вернуться — всё лежало на месте.
— Верно. Хорошие были времена.
И это не какой-то повод для дешёвого национального самолюбования. Такая культура действительно была потрясающей.
— Хочу вернуть это хотя бы здесь. Чтобы человек мог ночью напиться и уснуть прямо на улице, а утром проснуться целым и невредимым.
— Так это уже есть. На утреннем патруле мы регулярно стаскиваем пьяных с проезжей части.
У Сонде ответил с кислой миной.
Пусть с едой, одеждой и жильём до довоенного уровня было далеко, но по части безопасности Полис уже неплохо к нему приблизился.
«Неужели обязательно так о них заботиться?»
Артемида считала всё это пустой тратой сил.
Она и раньше управляла Полисом по принципу невмешательства, а после того, как нашла меня, интерес к городу стал ещё меньше.
Прайм был другим делом: там на кону стояли её обещание и честь, да и для свиданий со мной место подходило идеально, поэтому Прайм она защищала.
А вот остальные районы города Артемида в какой-то момент всерьёз подумывала вообще снести.
Разумеется, я отказался. Не мог же я смотреть, как множество людей окажется посреди пустоши без крыши над головой.
БАХ!
Дверь распахнулась, и наружу выскочили прятавшиеся внутри мужчина и женщина.
— Держи их!
Через несколько секунд следом выбежали двое охранников.
— Похоже, не хотели крови и решили взять их без стрельбы, вот и упустили. Обычно мои люди таких ошибок не делают.
— Ничего. Такое желание я уважаю.
У Сонде явно боялся, что я рассержусь из-за промаха его подчинённых, и я невольно усмехнулся.
Ву-у-ух!
Подлетевший сверху дрон Хорнет мгновенно догнал беглецов и выстрелил из электрошокера.
— Кхр-р!
— А-а-а!
Оба на полном ходу застыли в нелепых позах и повалились на землю. Подоспевшие охранники ловко надели на них наручники.
— Наручники совсем старые. Новые выдать не можете?
— Вы это с такого расстояния разглядели?
У Сонде удивился.
— Зрение хорошее.
— Новые есть. Просто этот человек заявку не подаёт. Говорит, этими ещё со времён службы в полиции пользовался.
— Ностальгирует по хорошим временам?
— Примерно так.
Многие бойцы охраны Полиса раньше служили в полиции.
Им приходилось не только драться, но и вести обыски, допросы, контролировать толпу — а в таких делах бывшие полицейские были куда полезнее солдат.
Да и стрелять они все умели: подавляющее большинство проходило срочную службу, а во время войны их ещё и мобилизовали.
При этом бывшие полицейские в охране делились на два совершенно противоположных типа.
Одни, как только что, старались поддерживать порядок как можно мягче.
— Эти двое отделались электрошокером. А вам, если рыпнетесь, сразу всадим пулю. Так что сидите тихо, ясно?
Другие, наоборот, будто отыгрывались за прежние ограничения и без колебаний применяли жёсткую силу.
Разумеется, по скорости работы и показателям второй тип неизбежно оказывался впереди.
— Я Ким Дои! Ким Дои, бывший начальник отдела по борьбе с наркотиками! Раньше этих ублюдков хоть до смерти лови — через несколько лет выйдут и опять начинают дурь продавать. Меня это так заебало! А теперь красота!
— Вот он, нормальный мир! Пусть идут в шахты и вкалывают, пока лёгкие не сгниют! Ха-ха-ха!
Побочных эффектов у такой манеры работы хватало, но и верность этих людей была высокой, поэтому постоянно одёргивать их тоже не хотелось.
Пусть пёс и сволочь, но если это наш пёс и добычу приносит исправно, поднятая для удара рука сама опускается.
— Теперь осталось только оружие собрать?
— Долго не займёт. После того как город увидел, как разнесли банды, все притихли как миленькие.
Помимо борьбы с грабежами, наркотиками и торговлей людьми, мы начали массово изымать оружие, стреляющее снарядами.
Меры, раньше действовавшие только в Прайме, теперь распространялись на весь Полис.
В эпоху постапокалипсиса не запретишь каждому таскать с собой нож или другую железяку, но видеть на улицах людей с огнестрелом и арбалетами мне совершенно не нравилось.
Это была ещё одна причина, почему Артемида не одобряла мои прогулки по городу.
В будущем даже охране Полиса внутри города будет разрешено носить только дубинки и револьверы.
— Ух-х!
Я от души потянулся.
Проблема, которая постоянно не давала мне покоя во время прогулок по Полису, наконец решалась. На душе стало удивительно легко.
— Ладно, я пойду.
— Счастливо, командир! Я этих раковых опухолей давно хотел вырезать. Положусь на вас и вычищу всё подчистую!
У Сонде отдал честь так же чётко, как и десять с лишним лет назад.
* * *
Банды были уничтожены на девяносто девять процентов. Оставалась ровно одна.
— Отличная работа. Без твоих сведений мы бы возились ещё долго, будто ловили крысу в амбаре.
— Для меня честь быть полезной вам!
Саша согнулась в поясе ровно на девяносто градусов.
Я находился в подвале увеселительного заведения на окраине Полиса.
К дивану, где я сидел, подошёл здоровенный бритоголовый белый мужчина, аккуратно поставил передо мной чашку чая и отошёл.
Напротив стоял ещё один диван, но Саша не садилась и разговаривала со мной стоя.
— Как и подобает последней уцелевшей банде, они оказались осторожными и подозрительными. Что за колдовство ты использовала?
Дотянуть оценку до восьмидесяти баллов обычно не так трудно. А вот чтобы пройти от восьмидесяти до ста, требуется в пять, а то и в десять раз больше усилий.
Так же и здесь: первые восемьдесят процентов городских банд мы зачистили одним махом, но от оставшихся двадцати процентов отборных отморозков я заранее ожидал серьёзных проблем.
Мы справились только благодаря Саше, которая помогала изнутри.
— Ну-у... как бы вам сказать. Боюсь, если начну рассказывать, только уши господину управляющему испачкаю. Хе-хе.
— Если неприятно, можешь не объяснять.
В годы службы мне самому ради местной информации не раз приходилось пачкать руки.
Саше наверняка пришлось пройти через вещи ещё хуже моих. Уважая её работу, я не стал расспрашивать дальше.
— Мы ведь и дальше можем здесь жить, правда? И... и казино тоже сможет работать?
Последний вопрос прозвучал почти шёпотом.
— Разве мы не на таких условиях договаривались с самого начала?
Хотя Саше уже перевалило за тридцать, её порочная красота ничуть не проигрывала молодым женщинам.
К тому же в ней была особая харизма, способная прижать к ногтю даже самых тёртых мужчин из подполья.
Но сейчас передо мной стояла женщина, у которой на лбу будто было написано: «Боюсь, что меня выбросят, когда стану не нужна».
— Пока не полезешь в дела, которые я запретил, причин тебя выгонять нет. Зачем мне избавляться от такой полезной хозяйки?
— Буду служить вам всей душой.
У города такого размера всё равно неизбежно будет тёмная сторона. Лучше отдать её послушному человеку и велеть следить, чтобы там не завелась плесень.
— ■■■■! ■■!
Из-за двери донеслась громкая русская речь, и дверь в подвал распахнулась.
Двое суровых латиноамериканцев стаскивали вниз совершенно голого мужчину.
Пленником оказался кореец лет сорока. Похоже, его уже изрядно били: из носа непрерывно текла кровь.
— Черт!
Саша тихо выругалась и закрыла лицо ладонью.
— ■■■! ■■■■! ■■!
Стоило ей прикрикнуть, как двое её людей(?) вздрогнули и поспешно потащили пленника обратно.
— ■■■ ■■, Саша!
Один из них вежливо закрыл дверь и что-то крикнул напоследок. Я ничего не понял, но, похоже, это было извинение.
— Г-господин управляющий! Я сказала им: «Вы что, забыли, где стучать надо?» То есть... предупредила, чтобы в следующий раз входили только после стука.
Саша тут же перевела сказанное. Видимо, говорить при мне на незнакомом языке она считала невежливым.
— Этот что-то натворил внутри вашей организации?
— Да. Один из информаторов, которых мы использовали в нынешней зачистке. Взял взятку у наркоторговцев и попытался в середине операции слить им наши сведения. И тут его поймали с поличным. Если бы ушёл, несколько банд наверняка спрятались бы так глубоко, что мы их потом до края света искали.
Договорив, Саша осторожно посмотрела на мою реакцию.
— Может... для начала его отпустить?
— Отпустить? Зачем? По-моему, он вполне заслужил, чтобы его как следует отделали.
Если бы из-за одного такого скользкого ублюдка в операции по зачистке банд возникли проблемы, первым бы закипел я.
— Просто... он всё-таки кореец. Как там говорят... своя рубашка дальше от тела?
— Ближе к телу. Но я не собираюсь прощать предателя только потому, что мы одной национальности. Делай с ним что хочешь.
Я одним глотком допил чай и поднялся.
— Чай был отличный. Вкусный.
— Вам здесь всегда рады.
Оставив за спиной почтительно провожавших меня Сашу и бритоголового громилу, я поднялся по лестнице.
Сверху сразу ударили запах пудры, алкоголя, слабая вонь мочи и чьё-то тяжёлое дыхание из дальнего угла.
Пока я проходил мимо комнаты персонала, девушки из бара поправляли макияж, переодевались и с любопытством поглядывали на меня.
Те двое громил, которых Саша только что выставила из подвала, уже шутили с девушками, на которых из одежды были одни бюстгальтеры.
Голый мужчина валялся чуть поодаль, и на него никто не обращал внимания. Девушки даже переступали через него, открывая шкафчики.
Саша явно была рождена, чтобы царствовать в подобных местах. И сама отчаянно хотела именно такой жизни.
Интересно, чем бы я сейчас занимался, если бы не стал управляющим убежищем?
Технических навыков у меня хватало, боевого опыта тоже, да и в серых сделках я разбирался. Возможно, и сам оказался бы частью такой компании.
С этой мыслью я вышел из здания.
Большинство людей, которых собирали для поголовной проверки, уже разошлись по домам.
Ветер на опустевшей улице сегодня казался особенно чистым и свежим.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Наш бот, там можно подключить уведомления о выходе новых глав на ваши любые тайтлы: @domnekromanta_bot

Комментарии

Загрузка...