Актовый зал верхнего сектора.
Здесь собрались все андроиды.
В центре стояли модели второго поколения, по обе стороны — первое поколение в масках-вуалях. Ряды выстроены без малейшей погрешности — почти армейский строй.
Освещение приглушили. Всё равно и я, и все присутствующие прекрасно видели в темноте.
Все взгляды были обращены вперёд.
— Похоже, все собрались. Итак, эти андро...
[Нимфы!]
— Андро...
[Нимфы!]
— ...
[...]
Они молча наблюдали за нашей с Артемидой дурацкой перепалкой.
Ни раздражения, ни недовольства на их лицах не было. Они просто внимательно слушали разговор двух своих хозяев.
— Мы с тобой до сих пор прекрасно называли их андроидами, разве нет?
[Это было, пока они спали и оставались всего лишь куклами. Теперь эти дети — мои полноправные служанки.]
По тону Артемиды было ясно: возражений она не принимает.
— Ладно. Нимфы так нимфы.
Мне, по большому счёту, было всё равно, как их называть. Я быстро сдался и махнул рукой.
В углу заранее поставили диван. Я дошёл до него и буквально утонул в мягких подушках.
Нимфы под сценой разделились на две группы: одни смотрели на меня в углу, другие — на Артемиду на экране.
Выглядело это довольно мило.
Как дети, пришедшие с родителями в магазин и не понимающие, за кем идти — за папой или за мамой.
Хотя, если сказать это вслух, сравнение получается немного странное.
— Девочки.
Я поднял оба указательных пальца и несколько раз ткнул ими вверх. Послушные нимфы, которые до этого смотрели только на меня, перевели взгляды на экран.
[Хм!]
Артемида фыркнула.
[Дети мои.]
Её изображение исчезло, и на экране появилась Солнечная система.
[Вы уже знаете, в каком положении оказался наш мир и через что за это время прошёл наш город.]
От нарисованной в 2D Земли стартовал космический челнок.
Он прошёл гравитационный манёвр вокруг Земли и направился к инопланетному кораблю, зависшему у орбиты Марса.
При старте челнок был серебристо-белым. На обратном пути его окрасили в тёмный сине-чёрный цвет, наглядно показывая заражение источником инфекции.
Трупы пришельцев, обнаруженные внутри корабля. Заражённые, появляющиеся в разных точках Земли. Горящие города. Терпящие поражение армии. Разваливающиеся правительства.
Этапы падения Земли один за другим всплывали на экране.
— Ах!
Среди до сих пор молча смотревших нимф впервые раздался возглас.
Последним кадром стало убежище до того, как я вернул над ним контроль, — захваченное заражёнными.
Гибель целой планеты они смотрели спокойно. А вот это оказалось для них тяжёлым зрелищем. Нимфы сложили руки у груди, на лицах проступила тревога.
[Успокойтесь. Вы все в безопасности.]
Тёплый голос Артемиды будто укрыл их.
Экран снова сменился.
[Всё это время наш Управляющий, пытаясь справиться с катастрофой, путешествовал по опасному внешнему миру.]
Заражённое убежище первых дней. Metacraft Cybernetics. Terracorp. Блад Пак Текнолоджи. Глобальное хранилище семян Пэктудэган. Geno Plan. Институт нейроисследований.
[Он искал и охотился. Добывал технологии и ресурсы. Спускался в кишащие опасностями руины, чтобы сделать наш город безопаснее и сильнее.]
Фотографии экспедиций сменяли друг друга.
Половина нимф, которые вначале смотрели на меня, снова отвлеклись от экрана и уставились в мою сторону.
Мне пришлось ещё раз поднять оба указательных пальца и показать наверх.
Половина голов плавно повернулась обратно к экрану.
Я невольно улыбнулся от этого зрелища.
[Вы похожи на только что вылупившихся цыплят. Знаний у вас огромное количество, но разум ещё незрел. Возможно, однажды вас внезапно охватит страх перед внешним миром — как ребёнка, впервые переживающего ночь с громом и молниями.]
Изображение исчезло. Снова появилась Артемида.
На её лице была непривычно ласковая улыбка.
[Но вам нечего бояться. Мы вас защитим. Ни один заражённый, ни одна банда разбойников снаружи не посмеют переступить порог нашего рая.]
Взгляд Артемиды чуть опустился — туда, где в темноте сидел я.
[Поэтому и вы защищайте нас.]
После этих слов тёмный зал погрузился в тишину.
Красные, синие, зелёные, карие, фиолетовые, нефритовые.
Глаза нимф разных цветов тускло мерцали в темноте.
Золотых среди них не было. Золотые глаза принадлежали только Артемиде.
Кроме моего дыхания не слышалось ни звука, но собрание ещё не закончилось.
Нимфы разговаривали между собой — не голосом, а данными.
Словно при телепатии, между их электронными мозгами пересекались бесчисленные сигналы и радиоволны, передавая потоки информации.
Их аккуратные кукольные лица почти не менялись, зато бессловесная беседа была полна самых разных эмоций и намерений.
Облегчение. Благодарность. Остаточный страх. Упрёки за этот страх. Смущение в ответ на упрёки. Любопытство к Артемиде. Любопытство ко мне. Обсуждение того, как войти в виртуальное пространство Артемиды и как незаметно туда подглядывать.
Передо мной вспыхивала и гасла форма общения, которой я никогда раньше не видел.
Чувствовал себя так, словно наблюдал за пчёлами, разговаривающими феромонами.
Хотя, если подумать, их общество действительно немного напоминало пчелиное: одна королева, а все остальные — сёстры.
[На сегодня достаточно. Возвращайтесь туда, где должны находиться, или туда, где вам хочется быть.]
С этими словами Артемида распустила собрание.
Я всё это время пытался уследить за электронным разговором нимф, и теперь голова ощутимо разогрелась.
Артемида улыбнулась, словно прекрасно понимала моё состояние.
[Просто ни ты, ни эти дети ещё не привыкли. Это быстро пройдёт. Тебе мозговой имплант позволит легче принимать данные, а они со временем поймут, какое удовольствие можно получать от разговора ртом и ушами, а не данными.]
— Тогда всё это почти бессмысленно, разве нет?
Вот я привыкну к обмену данными, а нимфы как раз начнут чаще разговаривать голосом.
[Нет. Появится что-то среднее между человеческим и машинным способом общения. Привыкай к нему. Потому что...]
Артемида ненадолго замолчала.
[Большая семья, которую мы собираемся создать, будет такой же особенной.]
Почему-то она выглядела смущённой.
* * *
Безголосый разговор от мозга к мозгу.
В повседневной жизни я привык к нему довольно быстро. Просто сталкивался с ним постоянно.
Тук-тук!
Я сидел в центральной диспетчерской над документами, когда вдруг почувствовал лёгкую вибрацию.
Похоже на стук, но всё же не совсем. Звук прозвучал прямо у меня в голове.
В нескольких шагах от рабочего места стояла нимфа с тарелкой фруктов.
Вместо того чтобы окликнуть меня, она отправила данные, имитирующие стук, и так привлекла внимание.
<Прошу прощения.>
Она подошла и поставила на стол яблоко.
Наверное, решила ещё и красиво оформить подачу. Кожура была снята одной непрерывной спиралью и уложена кольцом, а сверху лежали нарезанные удобными кусочками дольки.
В каждом её движении была такая выверенная чёткость, что я невольно вспомнил армию.
Нимфа поклонилась и ушла. Почему-то лицо у неё было красным.
— Напомнило, как мне впервые назначили ординарца.
Тогда я действительно растрогался. Наконец почувствовал себя настоящим командиром.
[К моменту увольнения ты был всего лишь майором, да ещё и командиром роты. И тебе дали ординарца? Видимо, всё дело в должности.]
— Таких рот во всей Корее было всего две. По уровню обращения со мной это было не ниже комбата — почти как с комполка.
Я посмотрел вслед удаляющейся нимфе и потёр висок.
— Но стучать прямо у меня в голове — странное ощущение.
Казалось, внутри всё ещё отдаётся слабое эхо.
[Отругать её? Как она посмела так фамильярничать.]
Артемида произнесла это с совершенно серьёзным видом.
— Не стоит. Это же не ощущение, будто кто-то реально пальцами по черепу постучал.
Подобное повторялось снова и снова.
Куда бы я ни пошёл в верхнем секторе, всюду встречались нимфы.
Наверное, Артемида им что-то приказала: со мной они старались разговаривать голосом.
А вот между собой или с цветами, деревьями и животными в саду они без всяких ограничений обменивались данными.
Такой обмен вообще не оставлял места для недопонимания, поэтому я ни разу не слышал от них привычных человеческих «а?» или «что ты сказала?».
Голосовой речью нимфы пока пользовались мало. Зато жестами — руками, ногами, всем телом — владели невероятно выразительно.
Красивые движения рук переплетались, словно рисуя в воздухе созвездия, а временами будто заставляли распускаться невидимые цветы.
Стоило остановиться в нескольких шагах и посмотреть на их разговор, и возникало ощущение беззвучного мюзикла.
Настоящие нимфы.
Словно феи, обернувшиеся танцем как ветром и гуляющие среди прудов и леса.
— Человеческий способ общения и машинный. Что-то среднее между ними...
В некоторых отношениях эта форма общения казалась даже лучше обычного человеческого общения.
Кого-то она, наверное, могла бы и напугать.
Но я не чувствовал ни капли отвращения или тревоги.
Только близость.

Комментарии

Загрузка...