Игра «Космический навигатор» сохраняла традиционные черты студии Фан Чэн — абсурдно высокая степень свободы.
Хотя торговля была основным элементом, в начальных этапах игрокам ничто не мешало зарабатывать и другими способами. Значит, должны существовать и альтернативные пути.
Люцзы поправил очки, и Дельта проговорил вполголоса, чтобы только он услышал:
— Ты правильно догадался. Мы не ограничиваем способы заработка на старте. Можно продавать свои рисунки, выполнять мелкие поручения или даже мыть стаканы для бармена.
Бросив взгляд на стаканы на стойке, Люцзы представил, что один из них — это целая кабинка для него. Физический труд явно был не для белки с его миниатюрным телом.
Так что продажа рисунков казалась вполне подходящим вариантом для накопления стартового капитала.
С тысячей веры в кармане Люцзы принялся закупать нужные материалы.
Из-за тотального отсутствия художественных задатков у местных жителей, индустрия искусства здесь, хотя и не отсутствовала полностью, находилась в катастрофическом состоянии. Через локальную сеть, с помощью Дельты, он выяснил, что нужных кистей нет и в помине — в итоге ему пришлось довольствоваться угольными карандашами и белой бумагой.
Это стоило всего 3,5 единицы веры — недорого, но и использовать их было не так просто. Требовалось время, чтобы привыкнуть.
Логистика в Звёздную Эру была на невероятно высоком уровне: как только Люцзы оформил заказ, товары доставили буквально мгновенно с помощью орбитального силового поля.
Это поле было одним из величайших изобретений эпохи — благодаря высокоразмерным помехам оно могло воздействовать на четыре фундаментальные силы. Наиболее широко применяемая технология того времени.
Держа бумагу и карандаши, он вернулся в бар и... обнаружил там настоящий разгром.
— Эй, что здесь произошло?! — воскликнул он, ошарашенный.
Стойка перевёрнута, стулья раскиданы, на полу дыры и следы ожогов — будто здесь шёл ожесточённый бой.
Повсюду валялись дикие волки. Некоторые животные, отдышавшись, оказывали друг другу помощь, перевязывали раны. У бармена-слона не хватало куска уха, и из раны стекала молочно-белая кровь.
Увидев Люцзы, слон злобно прищурился, схватил стоящий рядом миксер и уже собирался вломить ему, но узнав, кто перед ним — успокоился.
Порывшись в груди, он бережно достал салфетку, которой Люцзы пользовался ранее, и протянул ему.
Влага на ней ещё не высохла, и едва заметно проступали штрихи его прошлого рисунка.
— Ты забыл это, малыш. Эти волки услышали, что здесь есть ценная вещь, и решили забрать. Но мы её защитили. Не знаю, как ты это нарисовал, но это... действительно хорошо.
Люцзы хотел было сказать, что рисовал наспех, ничего особенного, не стоило так рисковать. Но, глядя на выражения лиц этих NPC, он понял — их поступки придали обычной салфетке особую ценность.
Он бережно убрал её и сказал:
— Спасибо.
— Пустяки.
— В знак благодарности, можно я нарисую вам портреты? Всем. Это займёт всего несколько минут.
На лице слона заиграли живые эмоции.
Он вытаращил глаза, приоткрыл рот, прикрыл морду ладонью и с неверием прошептал:
— Серьёзно? И мне можно?
— Угу.
— А нам тоже?! — пролетел мимо летучий мышонок.
— Всем нарисую.
Под восторженными взглядами животных Люцзы вскочил на стул. Бармен быстро подал бумагу, и Люцзы начал.
Благодаря обновлению VR-перчаток, их точность увеличилась на 30%. Теперь даже самые тонкие движения давались гораздо легче.
Пару штрихов, чтобы почувствовать инструмент — и процесс пошёл.
В портрете главное — не сходство, а передача формы и духа.
Если бы дело было только в сходстве — достаточно было бы фотоаппарата. Но Люцзы хотел вложить в рисунки свои мысли, чувства.
Через несколько минут на листе появился слон, идущий по лесу. Пара лёгких мазков — и вспыхнули светотени.
Слон бережно свернул лист хоботом, поднёс ближе к глазам и радостно сказал:
— Ох, да это же я!
— Ты себя в зеркало каждый день видишь, — фыркнул леопард, отхлебнув из разбитой бутылки.
— Ты ничего не понимаешь!
— Да чтоб тебя!
Люцзы перевёл взгляд на леопарда и уже через пару минут изобразил того бегущим по степи.
Хотя линии были простыми, в рисунке ощущалась мощь, стремительность и дикая свобода. Леопард долго молчал, глядя на изображение.
Он никогда не был в таком месте, но оно показалось родным.
Слегка смутился, ведь на портрете он был голым, но почувствовал и освобождение — быть без одежды не так уж и плохо.
Порядка десятка животных получили свои портреты в подарок. Каждый, глядя на бумагу, удивлялся — это вроде не я, но точно я.
Увидев их реакцию, Люцзы понял — его первый капитал обеспечен.
С каждым новым рисунком он становился всё увереннее, росло и качество.
Он и представить не мог, что умение, которым он зарабатывал на жизнь, может приносить доход и в игре. Игра с такой свободой — поистине чудо. Столько вариантов для развлечений!
Когда слон-бармен узнал, что Люцзы планирует остаться и зарабатывать на рисунках, он тут же предложил бесплатное жильё и питание.
Другие звери, получившие портреты, пообещали рекламировать его творчество — заказов будет хоть отбавляй.
Некоторые даже помогли с ценообразованием: если качество сохранится, то 100 веры — разумная цена.
100 веры — это недельная зарплата. Отдавать её за рисунок казалось безумием, но с учётом того, что до этого здесь никто не рисовал — это было почти даром.
На самом деле, местные считали, что он себя недооценивает.
Люцзы нарисовал несколько рекламных постеров с едой и повесил на входе. Жители начали толпиться у входа, удивляясь:
— Что это за технология?! Какой эффект!
Когда узнали, что это сам легендарный Великий Беличий Лорд, благословлённый Богиней Искусства — в городе начался ажиотаж.
Да, на рисунках не было одежды, но это искусство! Не пошлятина!
Они выстраивались в очередь, а бар с приездом Люцзы переживал настоящий бум. Многие предлагали украсить его — ведь это первая остановка святого!
Сидя на своём месте, Люцзы мог заработать 100 веры за 5 минут. Потом поднял цену до 150. Затем — до 200.
За два игровых дня (по 6 часов в день) он легко накопил более 70 тысяч веры.
Этого хватало на подержанный грузовик, экипаж — и можно было снова в путь, заниматься торговлей.
Довольный, он объявил о скором отъезде. Местные, хоть и с грустью, но уважительно приняли его решение.
Вечером слон устроил пышные проводы. Люцзы выпил немного и пошёл отдыхать на корабль.
Но утром его ждала неожиданность — корабль был окружён.
Безпозвоночные ёжики в силовой броне стояли кольцом. Сам губернатор планеты стоял в стороне, с напряжённым выражением лица.
Увидев, что Люцзы проснулся, он подошёл и неловко пробормотал:
— Прости... но я не могу ослушаться Жреца. Ты арестован.
— За что? — Люцзы был в полном недоумении.
— Незаконное присвоение произведений искусства.
От такого обвинения он чуть не потерял дар речи.
Он всегда играл честно! Не то что те, кто сразу лезут грабить банки. Он же нёс жителям любовь и радость! Какие ещё присвоения?!
К тому же все рисунки — его собственные! Какое ещё присвоение?!
Губернатор с трудом выдавил:
— Прости. Но я — всего лишь губернатор. А у Жреца за спиной стоит Истинный Бог. Он контролирует несколько планет. Я не могу ему перечить.
— Ладно... в следующий раз я вернусь на Звезде Разрушения и сровняю вас с землёй.
— Когда придёшь нас стирать в порошок, я даже покажу, где живёт Жрец. Сотри хотя бы его — остальное не жалко.
Похоже, губернатор и сам был жертвой. Люцзы вздохнул и подчинился.
Но вместо тюрьмы его привезли в центр города, к белой башне.
Она уходила в облака, сияла разноцветным светом. Снаружи — тонкая, не более 10 метров в диаметре. Но высотой — тысячи.
Материал явно был из сверхпрочных сплавов. Иначе такую конструкцию не удержать.
Они поднялись на лифте на самую вершину за 10 секунд.
Сверху было видно искривление планеты. Люцзы всё не понимал — зачем его сюда привезли?
Губернатора тут же увели. Перед этим он прошептал:
— Береги себя. Я попытаюсь помочь.
— Почему вы так стараетесь мне помочь?
— Мне очень нравятся твои картины.
— А, ясно...
Когда губернатор ушёл, Люцзы осмотрелся.
Круглая комната с панорамным видом. Внутри — множество произведений искусства. Большинство — подпалены, явно хранились небрежно.
В центре — белая мраморная статуя женщины в комбинезоне с кистью в руке, задумчиво смотрящей вдаль.
Кто она, он не знал. Но чувствовал — перед ним воплощение разума и вдохновения.
Рука зачесалась — хотелось срочно нарисовать.
Обычно, увидев женщину (даже в игре), он чувствовал смущение. Но эта статуя словно будила в нём источник вдохновения.
Он стал искать бумагу и карандаш.
— В левом ящике, — прозвучал старческий голос.
— А, спасибо.
Нашёл, сел, начал рисовать.
Хотя это был обычный карандаш, рука двигалась так легко, будто кисть родилась в ней.
Рисунок был почти готов... как вдруг его выхватили.
Три охранника в броне оттолкнули его. А перед ним стояла старая мышь. Та самая, которая при первом знакомстве притворялась ёжиком.
Старый мыш изучал рисунок с благоговением. Потом кивнул:
— Очень хорошо.
— Ещё бы, — фыркнул Люцзы.
Охранники всполошились, но мышь их остановил.
— Это Богиня Искусства. Наша покровительница.
— А мне-то что?
— Мы долго получали от Нее благословения. Но до сих пор не смогли подарить Ей идеальное произведение. Я пытался. Вот, смотри.
Он достал... каракули. Люцзы аж вздрогнул. Если бы мышь ходил в детский сад, результат был бы лучше.
Охранники, не поняв, с восторгом:
— Какой уровень у Жреца!
— Не надо. Я знаю, что слаб. Белочка... я прошу тебя лишь об одном...
Люцзы подумал — сейчас предложит стать жрецом.
Но услышал:
— Оставь мне свой мозг как инструмент для творчества!
Люцзы понял: эти NPC в игре реально дикие.

Комментарии

Загрузка...