Блайни с легким удивлением смотрел на заваливающегося набок Мудреца Силы, чье тело стремительно покидала жизнь.
Его последний вопрос вовсе не преследовал цель дать беглецу ложную надежду или растоптать его достоинство.
Взмолись тот о пощаде, Блайни все равно не стал бы щадить ни его, ни его солдат – он ведь уже предупреждал их.
И Мейлин передала эти слова предельно доходчиво.
Все они были взрослыми людьми и должны были отвечать за последствия собственного выбора.
Своим вопросом Блайни лишь хотел удовлетворить праздное любопытство: действительно ли этот хваленый полководец дорожит жизнями тех, кого ведет на убой.
Но реальность показала – ему было плевать.
Блайни со вздохом покачал головой. Впрочем, чему тут удивляться.
В глазах таких вождей жизнь простого солдата всегда весила меньше, чем их личная спесь.
Легким щелчком пальцев Блайни отправил в мертвеца крошечный огненный сгусток, мгновенно обратив тело Мудреца Силы в пепел.
Затем он перевел взгляд на уцелевшее судно, застывшее в отдалении.
Им командовал его старый знакомый – бывший лорд Дрелос.
Очевидно, те, кто был на борту, воочию узрели гибель своего предводителя, оттого и вняли предупреждению Мейлин, решив не искушать судьбу.
«А тот, кто отдал приказ лечь в дрейф, парень не промах». Схватив Мейлин за плечо, Блайни взмыл в воздух и направился к замершему кораблю.
Однако стоило им зависнуть над палубой, как перед ними предстало совершенно неожиданное зрелище.
Палуба была усеяна телами, а доски дочерна пропитались свежей кровью.
Мертвые солдаты и матросы лежали вповалку от носа до кормы.
Густой медный смрад висел над водой, перебивая даже соленый морской ветер.
Причем многие застыли в тех самых позах, в которых их настигла смерть.
Какой-то матрос так и остался лежать, вогнав тесак под лопатку пехотинцу, в то время как из его собственного затылка торчало обломанное острие меча.
Судя по тому, что подобные картины макабрического переплетения тел встречались на каждом шагу, на судне вспыхнула кровавая резня.
Впрочем, без выживших не обошлось. Блайни приметил у кормовой надстройки изувеченного солдата, который отчаянно пытался запустить механизмы хода.
Правое бедро воина было рассечено глубоким ударом, штанина полностью пропиталась темной венозной кровью.
Левое плечо насквозь пронзило обломанное древко копья, вывернув наружу рваные края плоти, откуда толчками выходила жизнь.
Тем не менее, он продолжал упрямо тянуться уцелевшей рукой к рычагу, надеясь замкнуть цепи магического круга и сдвинуть судно с места.
Левый глаз раненого вытек, так что он даже не заметил, как прямо перед ним на палубу бесшумно опустились двое незваных гостей.
— Куда-то торопишься? — Негромко поинтересовался Блайни.
— Мне... нужно доложить Мудрецу... — хрипя, выдавил солдат. — Я вырезал всех... предателей на борту...
— И все они, по-твоему, были предателями? — Блайни обвел взглядом гору тел.
— Нет... — солдат слабо качнул головой. — Многие из них... как и я... до конца оставались верны Мудрецу. Верны Мальтусу. Но... среди нас... завелись крысы...
— А ты... кто такой?
— Это уже не важно, — тихо отозвался Блайни.
— Передай... господину Мудрецу... что я, Ролан... не предал его...
Договорить он не успел – голова бессильно упала на грудь, а уцелевший глаз окончательно остекленел.
Блайни ничего не ответил. Подхватив Мейлин, он бесшумно взмыл в серое небо, послав вниз сгусток Вечного пламени.
Белый огонь жадно впился в сухое дерево палубы. За секунды пламя охватило весь остов корабля, превращая мертвую плоть и металл в бесформенный пепел.
— Терпеть не могу войну, — вполголоса произнес Блайни, глядя на полыхающий костер посреди ледяной глади.
В ней никогда не было величия – лишь слепая глупость, грязь, чужое тщеславие и гниль.
— Господин Блайни, а они вас благодарят, — вдруг тихо проговорила Мейлин.
— Что? — Блайни недоуменно изогнул бровь. — Кто меня благодарит?
— Да вот эти солдаты, — кивнула Мейлин. — Еще тогда, когда вы спросили Мудреца Силы, почему он не молит о пощаде за своих людей. В тот момент многие души перестали злиться на вас. Наоборот, они почувствовали благодарность. Они ведь понимали, что пришли сюда как захватчики. Смерть от рук защитников – это честный исход, закон войны. Но смириться с тем, что их жизни были лишь разменной монетой для тщеславного глупца, они не смогли.
— Разменной монетой? — Переспросил Блайни.
— Да. Когда Мудрец Силы испустил дух, его душа отделилась от тела. И погибшие солдаты тут же окружили его. Они задали ему тот же самый вопрос: кем они для него были? Тот решил, что его душа вот-вот исчезнет, и не стал лгать.
— Посмотрите, — Мейлин указала пальцем вниз, туда, где бушевало белое пламя. — Прямо сейчас они тащат его душу, чтобы швырнуть в ваше Вечное пламя.
Затем она повернула голову чуть в сторону:
— Ролан, господину Блайни больше не нужно ничего передавать. Твой любимый Мудрец уже здесь. Скажи ему все сам. Иди к нему.
Блайни на секунду задумался, а затем негромко рассмеялся:
— При жизни слепы, после смерти прозрели... Что ж, справедливо. Если бы ты не напомнила, я бы и забыл, что над этим заливом натянут барьер, не выпускающий души наружу. Но разве его границы не должны притягивать к себе призраков? До края купола отсюда приличное расстояние, почему они все еще кружат здесь?
— Я не знаю, — пожала плечами Мейлин. — Сегодня погибло слишком много людей, и я заметила, что купол их совсем не держит. Господин Блайни, может, этот барьер просто сломался? Да и сами души выглядят совершенно обычно.
— Получается, теперь каждый покойник в этих краях обречен бесцельно скитаться призраком? — Уточнил Блайни.
— Именно так, — кивнула девочка. — Я вижу сотни солдатских душ. Они бродят по волнам, а некоторые уже улетели в сторону Города Надежды. Кстати, вокруг вас их тоже крутится немало. И все как один кроют вас последними словами.
Блайни усмехнулся:
— Ну уж нет, так дело не пойдет. Придется разобраться с этим куполом. Только вот с чего бы ему внезапно сломаться?
— А помните, когда мы только прибыли сюда вместе с посланниками Федерации Демонов? — Мейлин на мгновение задумалась. — Вы тогда выжигали Вечным пламенем полчища призраков. Мог тот огонь повредить структуру барьера?
— Похоже на правду, — согласно кивнул Блайни. — Что ж, Мейлин, полетели к границе купола. Если он действительно поврежден, мы просто разнесем его окончательно. Не хватало еще, чтобы меня круглые сутки преследовали невидимые кликуши.
Он погасил остатки Вечного пламени, опустился на замерзшее море и отозвал свою ледяную магию.
Сверхпрочный панцирь льда покрылся глубокими трещинами и с глухим рокотом начал таять, возвращая заливу прежний облик.
Тела солдат, разбившихся ночью о лед, бесшумно уходили в темную бездну вслед за тающими глыбами.
Все трупы на палубах Блайни тщательно предал очищающему пламени, стирая малейшие следы былой бойни.
Брошенные военные суда он трогать не стал – пусть достанутся Республике Мейлин. В конце концов, молодая страна была слишком бедна и до сих пор не имела приличного флота.
Единственным исключением стал флагман Дрелоса – от него слишком сильно разило кровью, а Блайни не любил подобные запахи.

Комментарии

Загрузка...