Династия Мин: Меня должны заживо сварить в медном чане? Я сожгу эту империю первым! — Глава 6 читать онлайн

Чжу Гаосюй привел Ван Гуя в уединенный кабинет. Не успел он задать ни одного вопроса, как евнух, задыхаясь от волнения, торопливо заговорил:

— Ваше Высочество, я всё сделал в точности, как вы велели! Вчера купил коней, но в усадьбу их приводить не стал. Сегодня на рассвете, ещё до открытия ворот, погнал их к Цзиньчуаньским воротам. Но стоило мне прибыть на место, как я понял: дело неладно! У ворот стоят люди с вашими портретами. Проверяют всех, кто пытается покинуть город, а входящих даже не замечают... Я бросился к другим воротам. Обошел четыре подряд, но вырваться из города невозможно!

Чжу Гаосюй нахмурился.

— Так быстро? — удивился он. — Ведь никто ещё не объявлял, как поступить с этим делом, а облаву уже устроили?

Ван Гуй застыл в растерянности, объятый ужасом перед неизбежным.

Чжу Гаосюй на мгновение задумался, прикидывая варианты.

— Тот человек, с которым мы виделись в доме утех Фулэ? Ты ведь помнишь его?

Ван Гуй часто-часто закивал, точно птица, клюющая зерно:

— Помню, помню! Его зовут Ван Чжэньлян. Его отец — зять императора Ван Нин, а мать — принцесса Хуайцин!

— Да, — вполголоса подтвердил Чжу Гаосюй. — Ван Чжэньлян — мой двоюродный брат, мы дружили с самого детства. Старая дружба ещё чего-то стоит. Отправляйтесь к нему, пусть спрячет вас на время и всё обустроит.

Лицо евнуха просветлело от бесконечной благодарности.

— Ваше Высочество ради своего ничтожного слуги идет на такие хлопоты... Раб ваш...

— Довольно, — прервал его Чжу Гаосюй. — К чему эти речи? Ты верой и правдой служил мне и ни в чём не виноват. Разве мог я бросить тебя на произвол судьбы? — Он сделал паузу, и на его губах заиграла холодная, злая усмешка. — Случившееся стало неожиданностью, но раз уж мы начали это дело, доведем его до конца! Не в моих привычках сдаваться и уступать.

Чжу Гаосюй протянул руку. Ван Гуй тут же метнулся к письменному столу, выбрал из подставки уже бывшую в употреблении кисть, слегка смочил кончик слюной и почтительно вложил в пальцы хозяина, после чего быстро расправил на столе лист бумаги. Чжу Гаосюй стремительно, в несколько взмахов, набросал две строки. Иероглифы легли на бумагу изящной, летящей скорописью — трудно было поверить, что этот каллиграфический почерк принадлежит суровому воину.

— Живо уходи! — поторопил его Чжу Гаосюй.

Ван Гуй бережно спрятал письмо за пазуху, низко поклонился и прошептал:

— Ваш слуга уходит.

Чжу Гаосюй тоже покинул кабинет. В коридоре он нос к носу столкнулся со своим третьим братом, Гаосуем. Тот взволнованно крикнул:

— Второй брат, неужто в уборной можно застрять так надолго? Из дворца прибыли гонцы с указом, поспеши во двор!

Чжу Гаосюй скользнул взглядом по дорожке, куда ушел Ван Гуй. Лицо его помрачнело. Не проронив ни слова, он вместе с Гаосуем направился к передним палатам.

В просторном дворе усадьбы уже всё было готово к торжественному приёму. Ворота распахнуты настежь. У входа застыли закованные в броню гвардейцы с оружием наперевес. Посреди двора, едва сдерживая раздражение, переминались с ноги на ногу несколько дворцовых евнухов. При виде Чжу Гаосюя они недовольно покосились на него.

Когда Чжу Гаосюй подошел ближе, старший евнух высоко задрал подбородок, шагнул вперед и пронзительно выкрикнул:

— Высочайшее повеление Его Величества! Удельному князю Гаояна преклонить колени для принятия указа!

Чжу Гаосюй с братьями и дядей поменялись местами с посланниками, уступив им почетную северную сторону, после чего дружно преклонили колени. Лишь тогда евнух зачитал указ:

— Актриса из рода Ду повинна в разжигании розни между родственниками. Слуга Ван Гуй обвиняется в подстрекательстве. Сих преступников немедленно взять под стражу силами судебного приказа и бросить в темницу! Чжу Гаосюю объявить строгий выговор и повелеть впредь не совершать подобных бесчинств... Указ исполнить!

— Ничтожные слуги принимают волю Его Величества и благодарят за милость! — хором отозвались Наследник и остальные, трижды коснувшись лбом земли.

Когда церемония была исполнена по всем правилам, натянутая атмосфера мгновенно рассеялась. Евнух подобострастно согнул спину и с улыбкой обратился к Сюй Хуэйцзу:

— О, и Вэй-гогун здесь?

Сюй Хуэйцзу сурово ответил:

— Я и сам только-только прознал о тех глупостях, что натворил мой племянник. Гнев меня разбирает! Вот, пришел призвать его к ответу.

Это выглядело так, словно они только что отыграли благообразный спектакль на сцене, а теперь, оказавшись за кулисами, принялись по-свойски болтать о пустяках.

Евнух перевел взгляд на Чжу Гаосюя:

— Удельный князь Гаояна, а где же те двое, которых повелел схватить Владыка-Император?

— Понятия не имею, куда они делись, — пожал плечами Чжу Гаосюй. — Старший брат, ты их не видел?

Наследник изобразил крайнее изумление:

— Ван Гуй всегда прислуживал второму брату. Откуда мне знать, где он?

Чжу Гаосюй сохранял ледяное спокойствие. Повернувшись к евнуху, он спросил:

— Уважаемый евнух, не желаете ли обыскать усадьбу?

Тот ненадолго задумался и махнул рукой:

— В этом нет нужды. Судебный приказ сам разыщет беглецов. Но если они объявятся здесь, покорнейше прошу вас сразу же известить управу.

В этот момент Наследник Чжу Гаочи вдруг упал ниц и безутешно разрыдался. Громкие всхлипы потрясли его тучное тело.

Чжу Гаосюй от неожиданности опешил.

Евнух и братья поспешили поднять Наследника. Посланник запричитал:

— Ах, Наследник, не убивайтесь так! Владыка-Император вовсе не желает зла князю Гаояна. Даже если преступников не найдут, кара на его голову не падет.

Только тогда Чжу Гаочи, с трудом сдерживая рыдания, поднялся с колен. На его круглом лице читалась глубокая скорбь.

— Прошу вас, уважаемый евнух, передайте Его Величеству: мой младший брат раскаивается до глубины души. У нас и в мыслях не было укрывать беглых преступников. Мы, трое братьев, бесконечно благодарны императору за его безграничное великодушие.

Евнух поспешно закивал:

— Непременно передам, непременно! Нелегко вам, Наследник, приходится со столь беспокойными братьями... Ох, сколько времени утекло! Дела не ждут, побегу докладывать во дворец. Не провожайте, не стоит беспокоиться.

— Проводите почтенного гостя, — со всем почтением распорядился Наследник.

Сюй Хуэйцзу сухо добавил:

— Время позднее, мне тоже пора. Гаосюй, думай головой, что творишь.

С этими словами он бросил на племянника долгий, пронзительный взгляд, в котором читалась сложная гамма чувств.

— Благодаря вашему сегодняшнему наставлению, дядя, мой второй брат впредь не посмеет расслабляться, — тут же вставил заискивающую реплику Наследник.

***

В это время Ван Гуй и Ду Цяньжуй уже добрались до усадьбы Ван Чжэньляна и передали запечатанное письмо от Чжу Гаосюя.

Самого хозяина они так и не увидели. Из ворот спешно выехала повозка, слуга жестом велел им садиться и быстро увез их прочь.

Они миновали ворота Шанъюань и вскоре завидели очертания горы Муфу. Повозка остановилась в укромном месте под названием переулок Сяоцзи. Эта тихая улочка, мощенная старыми каменными плитами, пестрела лавками, где торговали благовониями, ритуальными бумажными деньгами, поминальными куклами и макетами домов для усопших. Через каждые несколько шагов у стен стояли огромные глиняные чаны, до краев наполненные водой на случай пожара.

Беглецов привезли к неприметному подворью, служившему складом для тюков хлопковой пряжи. За хозяйством здесь присматривала лишь чета глубоких стариков.

Вскоре в усадьбу тайно явился сам Ван Чжэньлян, близкий друг Чжу Гаосюя.

Ван Гуй и Ду Цяньжуй, сидевшие в каморке, испуганно вскочили и собрались было отвесить церемонный поклон, но гость небрежным жестом остановил их:

— Оставьте эти условности.

Ван Гуй, согнувшись в три погибели, преданно заглянул ему в глаза:

— Приветствую вас, господин помощник Ван. Скажите, с нашим князем всё в порядке?

Услышав это обращение, Ду Цяньжуй изумилась. Она помнила этого человека. Во время её встреч с «господином Хуном» в заведении Фулэ этот мужчина представлялся просто «господином Ваном». И лишь теперь до неё дошло, что он вовсе не праздный гуляка из богатой семьи, а чиновник.

«Неужели их тайные свидания в публичном доме были не просто пьяным весельем под музыку?»

Ду Цяньжуй невольно затаила дыхание.

— С удельным князем Гаояна всё хорошо, — спокойно ответил Ван Чжэньлян. — А вот вам двоим придется залечь на дно. Его Величество в ярости и лично повелел предать вас суду.

Ван Гуй смертельно побледнел.

— Какую же беду я накликал на свою голову...

— Князь предвидел такой исход. В подобных делах первыми всегда страдают те, кто рядом, — бесстрастно продолжал господин Ван. — По счастью, Его Высочество мудр и ценит твою преданность, а потому устроил всё заранее.

Услышав эти слова, евнух не выдержал и горько разрыдался.

Ван Чжэньлян лишь мельком взглянул на него. Лицо его оставалось бесстрастным, а голос — ровным:

— Сейчас повсюду рыщут ищейки, так что носа на улицу не высовывайте. Сидите тихо, пока шум не уляжется, а там посмотрим, что решит князь. — Он сделал паузу и добавил: — Да, старика, который будет носить вам еду, зовут Ли.

Ван Гуй рухнул на колени, коснувшись лбом пола:

— Век не забуду вашей милости, господин помощник!

Ду Цяньжуй поспешно последовала его примеру, отвесив глубокий поклон.

— Вставайте. Я лишь исполняю чужую просьбу, — сухо бросил Ван Чжэньлян. Он повернулся и вышел из комнаты, не проронив больше ни слова.

Беглецы проводили его взглядом до дверей.

Ду Цяньжуй повернулась к евнуху:

— Кто этот господин Ван?

Ван Гуй немного помедлил, но всё же решил не таиться:

— Сын зятя императора. — Он огляделся по сторонам и негромко добавил: — Двор часто жалует императорской родне шелка да хлопок. Сносить всё это невозможно, вот его семья, видать, и приторговывает излишками. Былой милости государя они лишились, крутятся как могут.

Ду Цяньжуй понимающе закивала.

Евнух пристально посмотрел на неё:

— Скажу тебе по секрету, девица Ду: теперь вся наша жизнь в руках князя. У тебя ни рода, ни племени, ни заступников нет. Случись что — на ком злость срывать? Сильные мира сего раздавят тебя мизинцем и не заметят!

— Спасибо за добрый совет, почтенный, — тихо ответила девушка. На её лице отразилась сложная гамма чувств.

«Если бы не заступничество князя, не видать бы нам больше белого света...»

— Главное, чтобы ты это понимала, — подвёл итог Ван Гуй.

***

Сюй Хуэйцзу и старый евнух У Чжун вместе покинули усадьбу Наследника. Едва тяжелые створки ворот захлопнулись за их спинами, Вэй-гогун обернулся и негромко спросил:

— Господин У, кто подсказал государю такое решение в указе?

Евнух на мгновение задумался, а затем склонился к самому его уху и прошептал:

— Чиновник Приказа императорских жертвоприношений Хуан Цзычэн.

Сюй Хуэйцзу досадно топнул ногой. На его лбу прорезалась глубокая складка.

— Эх! — тяжело вздохнул он.

У Чжун удивленно вскинул брови:

— У вас, Вэй-гогун, иное мнение на сей счёт?

Сюй Хуэйцзу не ответил напрямую, лишь сухо бросил:

— Я желаю просить аудиенции, дабы лично высказать свои соображения Его Величеству. Господин У, не могли бы вы доложить о моем прибытии, когда вернетесь во дворец с отчетом?

Евнух тут же угодливо закивал:

Загрузка главы...

Комментарии