Глава 90

Секретарь Великой герцогини севера сбежал

Первая аудиенция у императрицы завершилась стремительно. Она поднялась с места, сославшись на желание отдохнуть, и благодаря этому мы смогли сразу отправиться в Хаман. Однако все мы, уходя, прекрасно понимали истину. Чем на самом деле собиралась заниматься императрица в одиночестве под предлогом отдыха. Она направилась прямиком в личные покои с фонографом, и вскоре коридоры огласил прекрасный голос Беннета Толкина.

— Когда ты успел подготовить нечто подобное? — спросила Эчина, когда мы снова оказались в карете. Она придвинулась ко мне почти вплотную, напоминая грациозного гепарда.

— Ну, всем известно, что Ее Величество — поклонница сэра Беннета. Я подумал, что это может пригодиться, и раздобыл запись заранее.

— Серьезно, я слышала, что Ее Величество никогда не принимает подарков или чего-то в этом роде.

Дочь великого герцога сделала недовольное лицо, видимо, получив в Норде иную информацию. Ей я ответил взглядом человека, слишком хорошо знающего жизнь — словно старик, утомленный мирской суетой.

— Дело не в том, что она не любит подарки. Она отказывается от них просто потому, что ни один не соответствовал её вкусу.

Я продолжил говорить, просматривая отчет по Хаману.

— Тобанг, должно быть, уловил это и заранее предложил принцу Эрику идею с подарком.

Этот парень всегда был мастером подобных подношений. Его реальные способности могут быть средними, но он именно тот тип людей, которых искренне жалует высшее общество.

— Но ты всё равно его обставил, не так ли?

Эчина скрестила руки и пристально посмотрела на меня. Её взгляд, прежде острый и холодный, по пути куда-то смягчился.

— Это лишь азы.

Но я не придал этому значения. Это был всего лишь разминочный раунд. Я уже предпринял значительные шаги на опережение в нескольких областях, так что он наверняка уже чувствовал давление. Более того, его семья — Арманы — была родом из столицы. Тобанг, хорошо знающий этот регион, должен был подготовить иную карту.

Затем мы прибыли в Хаман. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, какую именно карту разыграл Тобанг.

「Специальная выставка гениального художника Десента в Хамане」.

Это была не что иное, как художественная выставка того самого Десента, который произвел глубокое впечатление на императрицу.

— Ну, посмотрите на это.

Эчина ледяным взором сверлила плакаты, развешанные на каждом фонарном столбе. Словно видела гиену, вторгшуюся на её территорию.

— Роджер, разве это не тот же метод, который ты использовал при раскрутке отеля Эриан?

— Он самый. Похоже, на Тобанга это произвело впечатление.

Я не спеша рассматривал портрет барона Десента на плакате. Эчина нахмурилась, видя мою реакцию.

— Тебя это правда не беспокоит?

— Да. Я ничего особенного по этому поводу не чувствую.

Потому что в Хамане этот метод не сработает. Причина, по которой я использовал выставку в Эриане, заключалась в том, что место действия ограничивалось отелем. Однако Хаман — город торговцев. Нет ни единого шанса, что у людей, приехавших сюда по делу, найдется время наслаждаться искусством.

「Но есть одна вещь, которая меня смущает」.

Тобанг мог слышать об этом из слухов, но Лукун видел мои усилия вблизи. Та выставка была нашим совместным трудом.

— Пока давай просто сосредоточимся на нашей задаче.

Эчина молча всматривалась в мои глаза, которые стали еще острее обычного, несмотря на их природную узость. Затем с холодным выражением лица, так напоминающим великого герцога, она перевела взгляд на город.

— Давай для начала выясним, чем больше всего знаменит этот город.

— Знаменит? Это местные товары, свозимые из разных регионов.

Дочь великого герцога наклонила голову с отсутствующим взглядом.

— Я имею в виду — определить самые знаковые позиции.

Сцепив руки за спиной, я сделал шаг вперед по улице.

— Я могу чем-то помочь?

— Конечно.

Я ответил ей едва заметной улыбкой на её рвение. Затем указал на возвышающийся вдали Императорский дворец.

— Тебе нужно встретиться с императорским лекарем.(П.П:Я уже чувствую,как один читатель SSS класса напишет:”А его случайно не Ларс зовут?”)

— С лекарем?.. — Эчина нахмурила свои тонкие брови.

— Да. Если сможешь организовать встречу, я присоединюсь к тебе там чуть позже.

— Хм-м.

Дочь великого герцога еще сильнее склонила голову от моих всё более загадочных слов.

— Что ж, если это ты говоришь, значит, в этом есть смысл. Хорошо.

В прошлой жизни она всегда была спокойной и волевой. Но, возможно, из-за всего, что она видела от меня до сих пор, на этот раз она была склонна доверять мне чуть больше.

— Только не отвлекайся снова, как в прошлый раз.

Отвлекаться?.. На этот раз озадаченное выражение лица появилось у меня. Эчина ткнула пальцем мне в переносицу.

— Как та рекламная кампания палочек, которую ты затеял, хотя я тебя не просила.

Ах. Она, должно быть, имеет в виду палочку Лутон, которую я тогда продал Лизе. Что ж, если подумать, продавать вещи из Лутона семье, с которой мы были не в лучших отношениях, возможно, и правда было грубовато.

— Понял.

Я почтительно склонил голову. Эчина скрестила руки и заговорила слегка обиженным тоном:

— И еще... впредь тебе не обязательно так глубоко кланяться.

Она небрежно махнула рукой на мое проявление вежливости.

「Она действительно кажется какой-то другой, не такой, как прежде」.

— Это значит, что ты можешь вести себя немного свободнее.

— Понял?..

Эчина тяжело вздохнула, видя мое непонимающее лицо. Затем, прикрыв губы кулаком, она отвернулась.

— Ну, тогда я пойду вперед. Будем на связи.

Я моргнул, провожая взглядом уходящую дочь великого герцога. Затем решил сосредоточиться на текущей задаче.

***

Я шел по Хаману один. Это место в основном состояло из складов для товаров, привезенных торговцами из провинций. Поэтому, в отличие от жилых районов, здесь преобладали коммерческие здания и рынки. В бытность главным секретарем я часто бывал здесь, лично проверяя ресурсы, распределяемые домом великого герцога. Поэтому я хорошо знал ритм этих улиц. Люди просыпались рано утром, плотно завтракали, пили кофе и сразу отправлялись на оптовый рынок для торгов и сделок. Короче говоря, какую бы новую культуру вы ни пытались внедрить, имидж этого города не изменится. Потому что сам фундамент Хамана построен на яростных битвах за прибыль между суровыми торговцами.

「Должно быть, поэтому дворец и созвал советников, чтобы попытаться изменить этот образ...」

Я взглянул на маленькую закусочную, забитую торговцами в обеденный перерыв. Люди стояли или сидели под зонтиками, наспех поглощая тосты и попивая кофе. И всё же их лица светились счастьем — они смеялись и наслаждались едой вместе. Еда в их руках могла показаться обычным тостом. Но на самом деле это было особенное меню, уникальное для Хамана.

— Один сэндвич и чашку кофе, пожалуйста.

Я пробрался сквозь толпу и сделал заказ женщине средних лет. В мгновение ока она подала мне дымящуюся горячую еду. Пока все остальные ели стоя, я один молча сел под зонтик. Затем я спокойно откусил кусочек, наблюдая за повседневной жизнью Хамана.

— Ты не местный? — спросила женщина, подавая мне кофе. Тон её был довольно резким.

— Да. Это так заметно?

— Конечно. Никто в Хамане не ест сидя вот так.

Она слегка хлопнула меня по плечу.

— Особенно молодежь вроде тебя!

— Кх-х!..

Я невольно рассмеялся. Даже в прошлой жизни я никого не подпускал так близко, если только это не был ассасин, пробравшийся в дом герцога. Но, как и ожидалось, этот город был переполнен радушием.

— Да шучу я, шучу. Время завтрака уже прошло, так что ешь спокойно.

— Ха-ха... Спасибо.

Я отхлебнул кофе. В отличие от того, что привозили в Норд, местный кофе обладал глубоким ореховым вкусом — он был превосходен.

— Но странно. Приезжие почти никогда не знают про этот сэндвич, — сказала полноватая хозяйка, вынося тарелку из кухни.

— Это правда. Мне тоже было нелегко о нем разузнать.

Причина, по которой я знал о сэндвиче — местном деликатесе — была проста. В мои секретарские времена был период, когда качество ингредиентов, поставляемых в Норд, резко упало. Поскольку это повторялось, я сам приехал в Хаман и искал надежного поставщика. Тогда я провел здесь около двух недель. И съел немало сэндвичей.

「Никогда не думал, что снова буду есть его вот так」.

— Вот, твой сэндвич. Ты ведь знаешь, как его едят? — спросила дама, уперев руки в бока.

Я положил обе руки на тарелку и не спеша ответил:

— Да, нужно ухватить его обеими руками и откусить побольше, верно?

— А ты знаешь толк в еде! — Хозяйка разразилась искренним смехом. — А то заходят тут всякие заезжие купцы, вечно ноют, что им нужны вилки и ножи, тьфу!

— А разве некоторые не разрывают хлеб и не начинают первым делом жевать салат? — я беззастенчиво подыграл ей.

В ответ она ткнула своими толстыми пальцами в сторону моих узких глаз и энергично закивала:

— Именно! Будто это какой-то обед из пяти блюд! Салат, потом хлеб, потом мясо? С ума сойти можно!

— И разве они не пьют кофе в самом конце, как десерт, когда он уже остыл?

Сейчас я смеялся как самый обычный простолюдин. Хозяйка с громким хлопком ударила по стойке зонта:

— Точно! Точно!! Пьют кофе как десерт!! Просто смехота!!

Она смеялась так громко и заразительно, что даже проходящие мимо складские рабочие оборачивались.

— Ты глянь, глянь. С первого взгляда я подумала, что ты из какой-то знатной семьи — а оказывается, ты наш парень, а?

— Дом, которому я служу, довольно чопорный, вот и всё. А так я обычный человек.

Хотя я был в костюме, я отвечал в грубоватой манере, подстраиваясь под жителей Хамана. Это явно понравилось хозяйке, и она подозвала рабочих поблизости:

— Эй, Тони! А ну иди сюда. У нас тут веселый парень.

— Это кто?

Подошла группа мужчин средних лет с суровыми лицами — будто сошедшие с плаката банды 「Пиратов Роктании」. Их тени упали прямо мне на лицо.

— Говорит, знает, как есть сэндвич.

— Чего? Этот приезжий? — они усмехнулись, поправляя кепки. Затем, скрестив руки, насмешливо указали на меня. — Ну, давай посмотрим, как ты с ним справишься.(П.П:ЧЗХ,вы будете на полном серьезе оценивать как сэндвич хавают?)

— Ага, глянем, сможешь ли ты осилить нашу местную еду.

Я посмотрел на сэндвич. Хлеб, слегка поджаренный и хрустящий снаружи. Свежий салат, только что привезенный из провинции. Говядина, забитая прямо здесь, в Хамане, с густым и насыщенным ароматом. И, наконец, западный сыр, блестящий от жира. Всё в нем было свежим и идеально сбалансированным.

Я взял этот идеальный сэндвич обеими руками. И, словно лис, заглатывающий добычу целиком, сделал огромный укус. Одновременно я закрыл глаза, смакуя вкус.

「Как я и думал — что тогда, что сейчас, он изыскан」.

Через семь или восемь лет этот самый сэндвич распространится по всей Империи. Причина? Благородное общество гурманов, которое будет колесить по стране в поисках деликатесов. Когда они заглянут в Хаман и попробуют сэндвич, они вознесут его до небес. Для молодых дворян, уставших от бесконечных многочасовых обедов, сэндвич — быстрый, простой и вкусный — станет настоящей революцией. Благодаря этому Хаман прославится, и имидж города постепенно начнет улучшаться.

Но это была история далекого будущего. И это было не то влияние, которое удовлетворило бы императрицу, испытывающую меня сейчас.

「Однако, если я сам сделаю шаг вперед, это уже совсем другая история」.

— Эй, этот пацан что, сейчас в обморок упадет от удовольствия?

— Глянь на эту улыбку. У него лицо горного лиса, который поймал самую жирную добычу.

Я отложил сэндвич с огромным следом от укуса. Затем вытер губы салфеткой и спросил:

— Ну как?

— Ну, по крайней мере, ты умеешь есть, — неохотно признал один из мужчин своим обычным хриплым тоном. Но, видимо, желая найти подвох, он продолжил расспрашивать, поглядывая на мой чистый костюм: — Так скажи мне — что такой, как ты, явно из благородных, тут забыл?

— Точно. Ты ведь не серьезно пришел сюда только ради сэндвича?

Я решил ответить честно:

— Я пришел, потому что хочу прославить кухню Хамана на весь мир.

Прославить еду, которую они всегда считали простой и незначительной. При этих нелепых словах мужчины переглянулись в недоумении.

— Ты что... гурман какой-то?

— Судя по виду — может быть. Но какая еда, по-твоему, сможет представлять Хаман?

На их вопросы я лишь едва заметно улыбнулся. Затем, указав на надкусанный сэндвич и кофе рядом, ответил:

— Вот эти двое. Прямо здесь.

Изменить город через его еду. Это смелое заявление эхом разнеслось по улицам Хамана.

— С помощью одного сэндвича?..

— Говоришь, изменишь наш город через еду — парень, ну ты и загнул!..

Они весело расхохотались — люди, которые всю жизнь прилежно трудились на складах. Они смеялись так сильно, что ножка зонта слегка задрожала.

— Эй, молодой человек. Хаман — самое презираемое место в столице. Наш имидж не из тех, что легко меняются.

Один из рабочих перестал смеяться и тяжело вздохнул. Другой мужчина рядом с ним, явно понимая боль товарища, тихо добавил:

— Он прав. Люди едут в соседние города за туризмом или культурой. А мы — просто уродливый складской район столицы.

— Уродливый, да... прямо как мы.

Прежде веселое настроение мгновенно сменилось мрачным. И причина была проста. Они так громко смеялись вначале лишь потому, что если не смеяться так, то невозможно выжить в таком унылом городе.

Мрачная атмосфера. Пустые улицы вне рабочих часов. Это напоминало мне Старый Лутон. Конечно, Хаман не был настолько безлюдным. А это значило — если город сможет найти четкий символ, у него хватит потенциала, чтобы расцвести.

И первым шагом к этому был именно этот сэндвич. Для среднего и высшего классов, привыкших менять вилку за вилкой и нож за ножом, вынося утомительные обеды по два часа... это принесет революцию. Революцию под названием 「Удобство」.

Комментарии