Шэн Цзиньюэ была законной дочерью княжеского дома Хуайнаня и с самого детства пользовалась там особой любовью и заботой. Все её сёстры, рождённые от наложниц, перед ней ходили на цыпочках и старались не перечить.
Даже Се Юньси обычно разговаривала с ней исключительно заискивающе и всячески старалась ей угодить.
Кто бы мог подумать, что эта милая и сладкоречивая кузина за её спиной позволяет себе такие речи!
Ладно ещё «избалованная и невежливая».
Но слова «самая обычная внешность» угодили прямо в больное место.
В княжеском доме Хуайнаня было шесть сестёр от наложниц, и каждая из них была красивее Шэн Цзиньюэ. Внешне она всегда делала вид, будто ей всё равно, но в глубине души очень переживала по этому поводу.
Шэн Цзиньюэ холодно фыркнула и бросила на Се Юньси тяжёлый взгляд.
Се Юньси одновременно разозлилась и запаниковала. Покраснев до ушей, она поспешно оправдывалась:
— Кузина Цзиньюэ, не слушай её глупости! Я никогда не говорила о тебе ничего подобного! Она специально пытается нас поссорить, не верь ей!
Затем она яростно уставилась на Се Минси:
— Се Минси! Если ещё раз начнёшь распускать язык, я тебе этого не прощу!
Се Минси покорно кивнула:
— Хорошо-хорошо, больше не буду. Даже то, что раньше ты жаловалась на кузину Цзиньюэ, называя её высокомерной, заносчивой и смотрящей на всех свысока только потому, что она законная дочь княжеского дома, — об этом я тоже не скажу ни слова.
Се Юньси:
— ...
Лицо Шэн Цзиньюэ стало ещё мрачнее. Натянуто поджав губы, она развернулась и направилась к карете.
Се Юньси чувствовала себя так, словно её несправедливо оболгали. От обиды у неё едва не пошла кровь горлом. Она с ненавистью смотрела на невинно улыбающуюся Се Минси.
Та же любезно напомнила:
— Кузина Цзиньюэ уже села в карету. Второй сестре лучше поторопиться.
Когда Шэн Цзиньюэ выходила из себя, она не щадила никого. В приступе гнева вполне могла бросить Се Юньси здесь и одна уехать домой.
Это было бы не только позорно, но и действительно испортило бы их отношения. Потери явно перевешивали выгоду.
Немного поразмыслив, Се Юньси решила немедленно догнать кузину.
Перед уходом она яростно бросила:
— Ты ещё за это ответишь!
«Ты ещё за это ответишь!» — именно так.
До боли знакомые слова.
За долгие десятилетия её жизни бесчисленные враги и соперники падали к её ногам. В минуты ярости и отчаяния они неизменно выкрикивали подобные угрозы.
«Однажды ты горько пожалеешь!»
«Даже став призраком, я тебя не отпущу!»
Сколько раз она слышала подобное?
Ха!
Пусть ждёт.
И что она сможет сделать?
Уголки губ Се Минси слегка приподнялись.
Неторопливо обернувшись, она произнесла:
— Цунъюй, Фуюй, идёмте со мной в башню Динсян.
...
Всего несколько небрежно брошенных фраз — и Шэн Цзиньюэ ушла в ярости, а Се Юньси оказалась в крайне жалком положении. Теперь ей наверняка придётся долго уговаривать кузину простить её.
Госпожа была просто невероятна!
Цунъюй и Фуюй смотрели на свою хозяйку с искренним восхищением. Гордо расправив плечи, они важно последовали за ней в башню Динсян.
Третий этаж заведения предназначался исключительно для женщин. Гостей встречала молодая женщина лет двадцати с небольшим — одетая просто, но опрятно, приветливая и бойкая на язык.
— Госпожа пришла очень вовремя. Как раз осталась одна свободная отдельная комната.
Говоря это, она быстро оценила взглядом Се Минси.
Башня Динсян была самым знаменитым рестораном столицы. Каждый день на третьем этаже появлялось множество знатных девушек, поэтому молодую женщину трудно было чем-то удивить.
Но сейчас она невольно вздохнула про себя.
«Какая удивительная красота для столь юного возраста!»
«Когда она вырастет, насколько же ослепительной станет?..»
Войдя в отдельную комнату, Се Минси окинула её взглядом.
Помещение действительно оказалось чистым, изящным и уютным.
Посреди стоял круглый стол из дорогой древесины груши, за которым могли свободно разместиться восемь человек.
Сев за стол, Се Минси небрежно распорядилась:
— Пусть каждая повариха приготовит своё фирменное блюдо.
В башне Динсян работало десять поварих. По одному фирменному блюду от каждой — и получится десять блюд.
Просьба была довольно необычной, однако молодая женщина не проявила ни малейшего удивления и сразу с улыбкой ответила:
— Прошу госпожу немного подождать.
Вскоре женщина вернулась и принесла свежие фрукты и сухофрукты.
Разложенные на изящных белых фарфоровых тарелочках, они выглядели ярко и аппетитно, так что от одного взгляда разыгрывался голод.
Фуюй украдкой сглотнула.
Слух у Се Минси был очень острым. Она с улыбкой посмотрела на служанку.
Фуюй тут же покраснела до самых ушей и торопливо начала оправдываться:
— Эта служанка высокая и сильная, поэтому и ест немного больше обычного.
Се Минси приподняла бровь:
— Немного больше?
Фуюй покраснела ещё сильнее.
— Не совсем немного...
Цунъюй безжалостно раскрыла её секрет:
— Эта служанка за раз съедает одну миску риса, а Фуюй обязательно три, иначе не наестся. Даже многие слуги во внешнем дворе едят меньше неё.
Фуюй сгорала от стыда.
В душе её охватило беспокойство.
Неужели госпожа решит, что она слишком прожорлива?
Тринадцатилетняя Фуюй была на голову выше Се Минси, крепкая и широкоплечая. Её слегка смуглое круглое лицо было словно чистый лист бумаги — все мысли сразу отражались на нём.
Се Минси не удержалась от улыбки.
— Не переживай. Я всё-таки твоя госпожа. Неужели я не смогу тебя прокормить? Ешь досыта.
Только тогда Фуюй облегчённо выдохнула и широко улыбнулась:
— Благодарю вас, госпожа!
...
Женщина, обслуживавшая гостей, оказалась столь же расторопной в работе, как и в разговоре.
Очень скоро на стол начали подавать горячие блюда.
— Остался только рыбный суп, — с извиняющейся улыбкой сказала она. — Его приготовление занимает больше времени, придётся подождать ещё около получаса.
От блюд исходил восхитительный аромат, мгновенно пробуждавший аппетит.
Цунъюй и Фуюй снова украдкой сглотнули.
Однако деликатесы, от которых у двух служанок текли слюнки, в глазах Се Минси не выглядели чем-то особенным.
Она отпила немного тёплой воды, чтобы освежить вкус во рту, попробовала первое блюдо и слегка нахмурилась.
Затем отведала второе.
Потом третье, четвёртое...
Если судить объективно, поварихи башни Динсян готовили превосходно.
Но в прошлой жизни Се Минси носила титул Великой вдовствующей императорской наложницы. Во дворце Цюнхуа у неё была собственная кухня, куда перевели нескольких лучших императорских поваров.
Её вкус давно стал чрезвычайно избалованным.
Обычные блюда уже не могли её впечатлить.
Попробовав девять поданных кушаний, Се Минси скрыла в глазах лёгкое разочарование и отложила палочки.
— Цунъюй, Фуюй, эти блюда можете съесть вы.
Обе служанки одновременно удивились и обрадовались, поспешно поблагодарив госпожу за награду.
— Горячие блюда вкуснее всего сразу после приготовления. Пока мне не требуется прислуживать, идите поешьте.
Всего несколько небрежно сказанных слов — а Цунъюй и Фуюй уже были тронуты чуть ли не до слёз.
Фуюй, растроганная заботой хозяйки, одновременно с огромным удовольствием набросилась на еду.
Из девяти блюд Цунъюй съела не больше пятой части.
Всё остальное бесследно исчезло в желудке Фуюй.
Се Минси:
«...»
Её аппетит действительно поражал.
...
Спустя долгое время женщина наконец принесла рыбный суп и виновато сказала:
— Простите, что заставила госпожу ждать. Каждый день больше всего гостей заказывают блюда мастера Е, поэтому приходится готовить немного дольше.
На стол поставили белый глиняный горшочек с округлыми боками.
Когда крышку сняли, по комнате сразу разлился тонкий, свежий аромат.
Нос Се Минси едва заметно дрогнул.
Её глаза вспыхнули интересом.
Цунъюй быстро наполнила для неё пиалу.
— Госпожа, последние три дня вы почти ничего не ели. Сегодня вам обязательно нужно поесть побольше.
«Я бы и сама не против поесть досыта, — подумала Се Минси. — Вот только сначала нужно найти что-нибудь действительно съедобное».
Она зачерпнула ложку супа и отправила её в рот.
Нежный вкус оказался удивительно свежим и сладким.
Рыба буквально таяла на языке.
Никаких лишних приправ, никаких посторонних оттенков — только чистая, естественная сладость и свежесть рыбного мяса, наполнявшая весь рот.
Глаза Се Минси засияли ещё ярче.
На губах появилась улыбка.
Ложка за ложкой она продолжала есть суп.
Цунъюй и Фуюй были вне себя от радости.
Наконец-то нашлось блюдо, которое пришлось госпоже по вкусу!
Лишь опустошив две пиалы, Се Минси поставила посуду на стол и с улыбкой распорядилась:
— Пригласите ко мне этого мастера Е. Я хочу с ним встретиться.
Если знатному гостю нравилось блюдо, повар нередко получал щедрую награду.
Женщина сразу всё поняла и с улыбкой ответила:
— Слушаюсь. Сейчас же передам ему ваши слова.
— Госпожа, сколько серебра вы собираетесь ей пожаловать? — тихо спросила Цунъюй. — Эта служанка сегодня специально получила в расчётной комнате две купюры по пятьдесят лянов и ещё несколько лянов серебром.
Изначально она думала, что госпожа захочет купить румяна, украшения для волос или что-нибудь подобное, но не ожидала, что деньги пригодятся так быстро.
Се Минси одобрительно посмотрела на предусмотрительную служанку и сказала:
— В следующий раз, когда будем выезжать из дома, возьми пятьсот лянов.
Цунъюй:
— ...
...
Спустя время, достаточное для того, чтобы выпить чашку чая, перед ними появилась девушка лет пятнадцати-шестнадцати.
На ней было зелёное платье, а её кожа отличалась редкой белизной. Густые чёрные волосы были заплетены в толстую косу, спускавшуюся на грудь. Большие живые глаза сияли умом и энергией, а сама она выглядела милой и привлекательной.
Се Минси слегка удивилась.
Рыбный суп, который она приготовила, был по-настоящему великолепен. Се Минси ожидала увидеть женщину, посвятившую кулинарному искусству не один десяток лет.
Кто бы мог подумать, что это окажется столь юная и красивая девушка?
Однако сама девушка тоже была поражена молодостью и красотой Се Минси.
— Ты и есть мастер Е? — с улыбкой спросила Се Минси.
Девушка в зелёном ответила прямо и уверенно:
— Да. С тех пор как научилась ходить, я держала в руках кухонный нож. Училась десять лет, прежде чем меня признали мастером. В башне Динсян я работаю уже год и готовлю лучше всех местных поварих.
В её голосе слышались нотки гордости.
И человек с настоящим талантом имел на неё полное право.
Взгляд Се Минси скользнул по лицу девушки, и в её сердце что-то дрогнуло.
Она обладала превосходной памятью. Если она хоть раз видела человека, то могла вспомнить его даже спустя много лет.
В прошлой жизни она прожила восемьдесят лет и встретила бесчисленное множество людей.
Лицо девушки казалось ей смутно знакомым.
Будто когда-то, очень давно, она уже видела его...
Постойте!
Фамилия Е?
В голове Се Минси молнией промелькнуло имя:
— Е Цюнян!
Девушка в зелёном вздрогнула.
В её глазах мгновенно появились настороженность и подозрение.
— Откуда госпожа знает моё личное имя? — спросила она.
#

Комментарии

Загрузка...