Приближался Новый год.
Запретный город встретил первый снег.
Рассыпанный по небу нефрит бесшумно падал, и всё, куда падал взгляд, быстро покрывалось мягким белым слоем.
Белый снег отражался в красных стенах и зеленой черепице, словно ожившая поэзия или живописная картина.
Байфу впервые в своей собачьей жизни видел снег и пришел в неописуемый восторг: он носился по всему двору туда-сюда, пока вся его шерсть не покрылась налипшим снегом.
Ань Линжун прислонилась к открытому окну в теплой комнатке и собственноручно зажгла курильницу. Чистый и прохладный аромат сливы казался в снежный день особенно уместным.
— Такая прекрасная снежная погода — и без легкого вина для неспешной дегустации, просто упущение, — Ань Линжун велела Сяо Гуйцзы: — Возьми по две бутылки каждого вида из приготовленного мной вина и отнеси в Зал Воспитания Сердца.
Маленький евнух слегка замялся и нерешительно пробормотал:
— Разве матушка не пойдет сама?
Нынче во внутреннем дворе наибольшим милосердием императора пользовались благородная супруга Хуа, благородная госпожа Хуэй и его собственная госпожа.
Каждый год на следующий день после первого снега Император устраивал пир, приглашая жен императора и сородичей полюбоваться снегом.
Сейчас шел снег, а благородная супруга Хуа и благородная госпожа Хуэй помогали управлять делами шести дворцов и наверняка были заняты подготовкой к семейному пиру. Это был как раз самый подходящий момент для госпожи составить компанию Императору.
Ань Линжун не обернулась. Глядя на резвящегося во дворе Байфу, она слегка улыбнулась:
— Байфу ведь впервые видит снег, я похожу с ним по Императорскому саду...
Сяо Гуйцзы:
— ...
Выходит, эта скотина важнее Императора?
Госпожа не идет составить компанию Императору, а вместо этого собирается любоваться снегом с какой-то собакой?
— Цин Хэ, причеши меня, — Ань Линжун протянула руку, опираясь на поданную Цин Хэ ладонь, встала с кана и направилась к туалетному столику.
Сяо Гуйцзы:
— ...
Любоваться снегом с собакой — и при этом заново причесываться...
Он действительно всё меньше и меньше понимал собственную госпожу.
Зал Воспитания Сердца.
Су Пэйшэн вошел внутрь с докладом:
— Император, Чанцзай Жун из Дворца Яньси прислала несколько кувшинов вина собственного приготовления, говорит, чтобы Император отведал его во время любования снегом.
И говорить нечего, у Чанцзай Жун прекрасный вкус. Император уже сколько дней ждал этого вина, а она всё не присылала. К тому же, даже находясь во Дворце Яньси, она пила лишь то вино, что присылало Внутреннее ведомство, и ни словом не обмолвилась о вине собственного изготовления. Император даже думал, что вино вовсе не удалось, а оказывается, она приберегла его на этот момент... Поистине высокое мастерство.
Любоваться первым снегом в сопровождении изысканного винца, собственноручно приготовленного красавицей, — разве это не верх изысканного наслаждения?
Иньчжэнь оторвался от гор стоявших стопкой докладов и посмотрел в окно:
— Пошел снег?
Су Пэйшэн кивнул:
— Эти тучи висели низко уже несколько дней, и вот наконец выпал первый снег, снаружи уже всё бело.
Заметив, что Император перевел взгляд на лакомницу, Су Пэйшэн тут же открыл ее. В лакомнице стояли шесть стеклянных флаконов, сквозь которые просвечивал кристально чистый и необычайно красивый цвет напитка.
— Ого, этот цвет... почему мне кажется, что он похож на «Пьянящие розы», которые приносят в дань из Западного Края? И совсем не похоже на простое настоянное вино, — удивленно произнес Су Пэйшэн, указывая на гранатово-красное вино.
Через стекло ему, казалось, даже послышался запах вина — насыщенный и густой, с пьянящей сладкой ноткой.
Перебродившее вино по своему цвету и вкусу было гораздо насыщеннее любого простого настоянного на травах и ягодах.
Иньчжэнь крутил в руках четки из жадеита и легко усмехнулся:
— Вино есть, а закуски нет, и рядом никого...
Су Пэйшэн перевел взгляд, хитро блеснул глазами, посмотрел в окно и с улыбкой произнес:
— Как только пойдет снег, благородная супруга Хуа и благородная госпожа Хуэй, пожалуй, начнут хлопотать о завтрашнем семейном пире. Не лучше ли Вашему Величеству отправиться во Дворец Яньси и отведать этого вина вместе с Чанцзай Жун?
Улыбка Иньчжэня стала шире, он поднялся и направился к выходу.
Вино, присланное Ань Линжун, раздразнило его до нестерпимого зуда в сердце.
Су Пэйшэн поспешно закрыл лакомницу, позвал Сяо Сяцзы подхватить ее и отдал распоряжение готовить паланкин во Дворец Яньси.
Прибыв во Дворец Яньси, они не застали Чанцзай Жун.
Сяо Гуйцзы дрожащим голосом докладывал, стоя на коленях во дворе:
— Докладываю Императору... Матушка отправилась в Императорский сад... Байфу впервые видит падающий снег и пришел в сильнейшее волнение, поэтому матушка взяла его погулять...
Сяо Гуйцзы зажмурил глаза, думая, что ему остается только умереть. Только что он понял замысел собственной госпожи: видимо, рыба должна была клюнуть сама, но ты, рыбак, как умудрилась бросить удочку и убежать?
Даже если выгуливаешь собаку, нужно же рассчитывать время на возвращение.
Эта рыба... тьфу-тьфу-тьфу, этого Императора приманила на крючок, а сама где?
Неужели прикажете Императору идти в метель искать ее по Императорскому саду?
— Раб сейчас же отправлюсь на поиски матушки! — Сяо Гуйцзы вскочил и хотел броситься прочь.
— Не нужно, — Иньчжэнь протянул руку, останавливая его, и повернулся, чтобы уйти. Сяо Гуйцзы рухнул на землю, мысленно вопя, что с ним покончено, но услышал лишенный эмоций голос повелителя: — Я тоже давненько не любовался снегом в Императорском саду...
Сяо Гуйцзы:
— ...
Су Пэйшэн страшно тревожился:
— Император, снаружи же снег идет, как можно отправляться в Императорский сад?
Если простудится и подхватит лихорадку, вдовствующая императрица в первую очередь спросит с него.
— А зачем тогда, по-твоему, существует любование снегом? Не болтай чепухой, следите за своими языками, — не оборачиваясь, бросил Иньчжэнь. Он в конце концов Император, что плохого в том, чтобы хоть раз поступить так, как хочется?
Императорский сад... смотреть здесь было решительно не на что, сплошная белизна навевала некоторую тоску.
Ань Линжун же смотрела на это очень долго — до тех пор, пока Байфу не устал бегать и не начал крутиться возле Ань Линжун, ласкаясь и прижимаясь к ней.
Снежный день был безмолвным, малейший звук казался необычайно отчетливым, а среди пронизывающего свирепого ветра и снега слабо доносился аромат благовония Цюйэнь. Он подсказал Ань Линжун, что тот, кого она ждала, прибыл.
Цюйэнь обладал чистым, мягким и глубоким ароматом, который отгонял холод и сырость. Каждый раз в зимние снежные дни, когда Император отправлялся в путь, в переносных жаровнях возле него сжигали именно это благовоние.
Ань Линжун присела на корточки, прижала Байфу к груди и нежно, с терпеливой заботой стряхнула белый снег с его шерсти.
— Матушка! — испуганно воскликнула Цин Лань. — Позвольте рабыне унести Байфу, искупать его, а потом уж возьмете на руки.
Госпожа ведь явно страдала легкой брезгливостью, в обычные дни по возвращении из любой поездки обязательно мылась и переодевалась...
Ань Линжун вытянула изящные пальцы и легонько коснулась носа Байфу:
— Маленький проказник, — а затем тихо произнесла: — Простояла так долго и даже не заметила, как промочила обувь и носки, пойдем назад.
Услышав это, Цин Хэ и Цин Лань встревожились. Здоровье госпожи и без того было слабым, она долго пила лекарства для его укрепления, и на ее лице с таким трудом появился хоть какой-то здоровый румянец. Сегодня же, не послушавшись советов, она непременно пожелала вывести Байфу полюбоваться снегом, а теперь еще и промочила обувь и носки. Как же она вынесет обратную дорогу?
— Императорский сад так далеко от Дворца Яньси, если у матушки промокла обувь и носки, разве не простудится она по дороге назад? — с беспокойством произнесла Цин Хэ.
— Верно, если бы удалось найти поблизости какое-нибудь место, чтобы переобуться, было бы хорошо, — Цин Лань тоже с тревогой озиралась по сторонам.
Только вот они шли вслед за Байфу безо всякой цели, и сейчас поблизости не оказалось ни одного подходящего места, где можно было бы укрыться.
— Что тут у вас происходит? — голос Иньчжэня раздался за их спинами, и сам он появился из-за искусственной горки.
Ань Линжун медленно подняла взгляд, но подниматься не стала — ноги затекли...
— Вторая супруга приветствует Императора. В снежные дни ходить трудно, с чего это Император пожаловал в Императорский сад?
Холодный и чистый, звенящий голос девушки звучал словно удары нефритовых пластин друг о друга, мелодично и чарующе.
Ань Линжун была сегодня облачена в легкое ворсистое придворное платье цвета нефрита и сливы, поверх которого был накинут белый шелковый плащ с вышитыми серебром облаками, а в волосах красовался набор украшений из нефрита бараньего жира. Среди этого ослепительно белого снега она казалась сошедшей с небес снежной феей, не запятнанной земной пылью.
Она подняла на него глаза, и взгляд ее был прекрасен, словно черный обсидиан. В ее глазах играла легкая улыбка — чистая, мягкая и невесомая, точно брызги волн над бирюзовым морем или кружащийся в воздухе и падающий снег...
Томление и раздражение от многодневного разбора запутанных государственных дел исчезли у Иньчжэня в одно мгновение, стоило ему увидеть эту хрупкую, словно из кристаллов сотворенную девушку среди снегов, и на душе у него стало легко и радостно.
Раз уж у Ань Линжун промокли туфли и чулки, разве позволил бы Иньчжэнь ей идти назад в насквозь промокшей обуви?
Он шагнул вперед, наклонился, подхватил ее на руки и с напускной строгостью бросил:
— Я пришел полюбоваться снегом.
Окинув взглядом окрестности, Су Пэйшэн догадался и поспешно доложил:
— Беседка Цзянсюэ совсем близко...

Комментарии

Загрузка...