— Дядя Чжай!!!!
Крик пронёсся из комнаты, проникая в каждый уголок дома, и сопровождался звонким скрежетом металла о металл. Мгновенно сориентировавшись, Чжай Юаньлун принял этот удар на прочный протез.
Искусственная кожа была распорота острым лезвием, обнажая металлический каркас протеза, но второй свист рассекаемого воздуха заставил Чжай Юаньлуна резким движением выхватить кинжал, и в самый критический момент он всё же отразил повторную атаку Мясника.
Действуя всего одной рукой, он неизбежно уступал в силе, и после недолгой борьбы с этим вооружённым парными клинками Мясником ситуация начала стремительно ухудшаться.
Острое лезвие неумолимо приближалось к животу Чжай Юаньлуна. Наблюдавший за этой сценой Ся Чжэ, чьи руки были связаны полосой ткани, с диким криком бросился на Мясника, вцепился зубами в его голень и повис на нём всем телом.
Ощутив боль в ноге и бросив взгляд на этого мальчишку, который мёртвой хваткой вцепился в него, Мясник почувствовал прилив жгучего разочарования. Он с силой стряхнул его и отбросил в сторону. Из-за письменного стола донёсся стон — Ся Чжэ сжался калачиком, прижимая руки к животу, куда пришёлся жестокий удар.
Обыскивавший соседнюю комнату Шоу Ань наконец услышал неладное и звуки боли. Быстро сориентировавшись, он бросился на звук и, ворвавшись в комнату, с размаху обрушил длинный посох горизонтальным ударом на противника.
Мощнейший удар, превосходивший по силе даже Мясника, отбросил того прямиком на противоположную стену. От столкновения с неё осыпалась влажная, вспучившаяся штукатурка потолка.
Придя в себя, Мясник выплюнул кровь, смешанную со слизью. На месте удара посохом в его теле даже образовалась лёгкая вмятина.
Окинув взглядом обстановку в комнате, Мясник отчётливо понимал, что этот исход неизбежно приведёт к его поражению, однако самые разные странные эмоции бушевали в его груди, не позволяя смириться с таким положением дел.
Внезапно заметив находившегося совсем рядом мальчишку, он без колебаний схватил его одной рукой.
Приставив клинок к крепко зажатой в его руке хрупкой шее, Мясник утёр локтем сочившуюся с лица кровь и рявкнул на юношу, который едва заметно перекрывал выход из комнаты:
— С дороги!! Не то я сначала прирежу этого ублюдка, и тогда никому не поздоровиться!!
Лезвие чуть наклонилось, и кровь, сочащаяся из продавленной шеи Ся Чжэ, закапала по клинку на землю. Тело пронзала тупая боль во всех суставах, но он сдерживал рыдания.
Его вес держался всего на одной ноге, и до того, как он успел вернуть равновесие, он фактически висел в воздухе, удерживаемый лишь мёртвой хваткой на его шее. Давление в горле вызвало у Ся Чжэ смутную иллюзию, будто он снова вернулся в ту самую ночь.
Если... если умереть вот так, разве это плохо?..
Но...
Но я же так хочу жить!!
Он закусил губу, прижав язык к зубам изо всех сил, чтобы не издать ни звука, но слёзы, непрерывно капавшие из глаз, всё же выдавали его внутреннюю борьбу.
Почувствовав влагу на своей руке, Мясник раздражённо дёрнул её вверх. От резкой боли Ся Чжэ перестал плакать, а катившиеся слезинки высохли на его лице.
И всё это Шоу Ань и Чжай Юаньлун наблюдали собственными глазами.
— ......
— Уступи дорогу, Шоу Ань. — Не желая, чтобы ни в чём не повинный ребёнок погиб в Подземелье, Чжай Юаньлун подал знак Шоу Аню, который всё ещё загораживал проход, но уже начал отступать.
Практически одновременно с этими словами Шоу Ань опустил посох и освободил выход, однако злости в нём кипело ещё больше, чем когда он только переступил порог.
Гнев в его глазах казался материализовавшимся пламенем, он в упор буравил противника взглядом, излучающим желание сжечь Мясника заживо.
Выскочив за порог, Мясник тут же отбросил в сторону паренька, запястья которого были связаны. И вовсе не из милосердия или вспыхнувших за эти дни отцовских чувств — просто мальчишка мешал ему бежать.
— Что вы так долго... Какого...?!
Едва выйдя из комнаты, Ли Чжи лицом к лицу столкнулся с летящим на него телом и по инерции подхватил его. Оказалось, что это пропавший Ся Чжэ, причём стоял он крайне странным образом.
Мимо промелькнула знакомая фигура. Тварь двигалась с такой невероятной скоростью, что Ли Чжи успел лишь на секунду встретиться с ней взглядом, как за несколько мгновений та скрылась в кукурузном поле.
Однако характерная макушка всё же выдала беглеца. Это был Мясник.
Следом из комнаты вышли Чжай Юаньлун и Шоу Ань. Искусственная кожа Чжай Юаньлуна была повреждена, обнажая механический каркас, его поддерживали под руки, и он непрерывно кашлял, явно тяжело раненный.
А не утихавший гнев в глазах Шоу Аня, должно быть, был вызван сбежавшим Мясником?
Мгновенно оценив обстановку, Ли Чжи взглянул на закатывающееся за далёкий горизонт солнце, машинально запихнул найденную вещь в нагрудный рюкзак, повернулся спиной и присел, подставляя спину Ся Чжэ.
Уже собираясь подняться и протягивая руку к коленям паренька, он вдруг кое на что обратил внимание.
Поч.. почему? У правой ноги Ся Чжэ нет опоры?
Его рука растерянно взмахнула за спиной, шаря чуть выше, пока наконец не нащупала тупой обрубок. Намотанные на культю полосы ткани окончательно развеяли все сомнения Ли Чжи.
Зhелище ампутированной конечности было ужасающим, а когда подобное обнаруживаешь у столь юного существа, мозг далеко не сразу способен принять столь невыносимую жестокость.
Повернув голову, он заново оглядел сидящего на спине паренька: выражение облегчения и застывшие от страха слёзы на одном лице выглядели странно, такого он ещё не видел.
Движимый каким-то необъяснимым порывом, он тихо прошептал сидевшему сзади подростку:
— Всё в порядке.
Игра, значит...
Сущность Кошмара, значит...
Ха-ха.
......
Четыре человека ускоренным шагом приближались к гостинице. Тьма и неизвестность неотступно следовали за ними по пятам, и теперь, когда они удалились от дома Мясника, их путь освещал лишь тусклый свет луны, только что сменившей закатное солнце.
До городка оставалось ещё приличное расстояние. Если взглянуть на него с грунтовой дороги, вокруг царила лишь кромешная тишина, в самом центре которой, словно окружённый ею, возвышался гигантский старый световой короб гостиницы с чёрными буквами на белом фоне.
Грубо говоря, это убогое сочетание чёрного с белым и квадратный шрифт напоминали вывеску похоронного бюро, но на фоне жуткой круговой тишины здание под этой безвкусной вывеской, напротив, вселяло чувство безопасности.
Вдали раздалось кошачье мяуканье, а участившееся стрекотание насекомых на окружающих полях не предвещало ничего хорошего.
Используя в качестве укрытий каменные заграждения и сваленный в переулках хлам, четвёрка замерла, вглядываясь в обстановку. Причиной столь осторожного поведения стала не только темнота и тишина — исчезвшие с наступлением вечера жители снова высыпали на улицы.
Детский звонкий смех разносился вдали в погоне друг за другом, то и дело раздавался металлический звон катящихся обручей, у лавок зеленщиц и в игорных домах стоял такой же шум, как и ранним днём. Хозяин бакалейной лавки выглядывал на улицу, словно выжидая покупателей; его выражение лица ничем не отличалось от того, когда Ли Чжи покупал дешёвые туалетные принадлежности — доброжелательность и ушлость, присущие торговцам.
Даже стук игральных костей из игорного зала звучал совершенно реально.
Но во всём этом сквозила какая-то жуткая неестественность. В конце концов, кроме лунного света и того самого светового короба, осветить весь городок было нечем. Жители городка Синфу во тьме в точности повторяли свои дневные дела, и лишь там, куда падал лунный свет, земля казалась покрытой чёрными провалами недогруженных текстур.
Заметив, что на улице впереди нет знакомого лица, Ли Чжи немного расслабился и перевёл дыхание во время короткой передышки.
Почувствовав, что сидящий сзади паренек начал сползать, он чуть приподнял его и повернулся к Шоу Аню и Чжай Юаньлуну, намереваясь спросить их мнение о странной обстановке впереди.
Однако, к его удивлению, оба они уставились прямо ему за спину со странным выражением лиц, в котором невозможно было ничего прочитать. Только он собрался бросить в их адрес пару колких фраз, как прикосновение к плечу заставило Ли Чжи задрожать всем телом. Он резко обернулся назад и вправо.
Чьё-то лицо оказалось совсем близко, а чужая рука мёртвой хваткой вцепилась ему в плечо.
— Я... нашёл тебя.

Комментарии

Загрузка...