Даже заклеенная газетой оконная рама не могла полностью остановить лучи слепящего солнца. Освещённый ими воздух был исчерчен пылинками, а световые блики с отпечатками типографской краски падали прямо на лицо Ли Чжи.
Спрыгнув с кровати и с грохотом приземлившись на пол, Ли Чжи резко вскочил на ноги и отвесил ослепительному свету вежливое приветствие, после чего открутил вентиль крана, которым явно давным-давно никто не пользовался, и достал из дорожной сумки набор для умывания, купленный по прибытии в городок.
— Ого, зубная паста Прекрасница? У здешних пиратов крыша настолько съехала, что они уже добрались до подземелий?
Усевшись на корточки прямо над дырой в полу и одновременно чистя зубы, Ли Чжи изучал красующуюся на тюбике кокетливую девушку и разглядывал состав, погрузившись в это занятие с головой. В следующую секунду его мысли прервал ритмичный стук в дверь. Не успел он даже подтянуть штаны, как перед глазами возник чей-то силуэт.
— Ты вообще [вежливо] сюда на курорт приехал или как! — и без того ветхий замок не выдержал удара ноги, и обломанный язычок описал в воздухе изящную дугу.
Сопровождаемый звонким стуком, он точно угодил в керамический унитаз-чашу, застряв прямо над сливным отверстием. Подвижная защёлка от инерции качнулась туда-сюда и вместе со стержнем провалилась вглубь.
Звук удаляющегося металлического предмета оставался единственным источником шума в притихшей комнате. Шоу Ань смотрел на молодого человека в полуприседе: одной рукой тот подтягивал штаны, другой продолжал елозить во рту зубной щёткой, а уголки его губ украшала стекающая на пол пена.
Оба замерли, глядя друг на друга, и в глазах каждого читалось сильнейшее потрясение. Ситуация стала ещё неловче, когда послышались шаги третьего человека и раздался сдержанный кашель.
Чжай Юаньлун и Шоу Ань впервые в жизни воочию увидели, как можно совмещать справление естественной нужды и утренний туалет.
Пересилив подступивший к горлу приступ тошноты, Шоу Ань быстро попятился к выходу — здравый смысл подсказал ему переждать в вестибюле гостиницы вместе с Лю Аньсинь и Чи Хуа, мысленно отвесив себе затрещину.
— Есть кто живый? Срочно требуются глаза, которые этого не видели.
Заметив, что парень по имени Ли Ши всё ещё стоит столбом, Чжай Юаньлун невольно кивнул на его так и не поднятые штаны, а затем перевёл взгляд на паутину в правом углу потолка и произнёс:
— Если у тебя всё, пожалуйста, поторопись. Через десять минут ждём всех внизу.
Он решительно развернулся и вышел, не задерживаясь ни на секунду, но перед самым уходом не забыл прикрыть за собой дверь.
Пусть старая деревянная дверь лишилась защёлки и норовила распахнуться вновь, это всё же хоть немного избавляло юношу, оставшегося одного в туалете, от давящего чувства неловкости.
Чжай Юаньлун всегда умел находить светлую сторону в дурных ситуациях — по крайней мере, дверь не открылась в самый разгар процесса, верно?
Когда лучи света снова скрылись за деревянным полотном, затормозивший от неожиданности мозг возобновил работу. Одной рукой подтянув штаны и продолжая водить зубной щёткой во рту, Ли Чжи задумчиво посмотрел на своё отражение в зеркале.
Он обратил внимание на синяк ссадины на правой руке Чжай Юаньлуна, которой тот дёргал за дверь. Вспомнив ключевое слово выживание из описания задания, Ли Чжи предположил, что прошлой ночью мужчина столкнулся с какой-то смертельной угрозой, и эту тему почти наверняка будут обсуждать через десять минут.
При этой мысли его охватило нетерпение, а предстоящие события вызвали искреннюю радость.
Непрерывный приток дофамина поднимал Ли Чжи настроение, и хотя он ещё не завтракал, сейчас он чувствовал необыбычайный духовный подъем.
И утренние проблемы с кишечником из-за вчерашних сухих пайков, и раздражение от назойливых укусов насекомых — всё растворилось без следа при виде чужих ранений.
Вымыв руки, он прямо из-под крана сделал несколько больших глотков, выплюнул водянистую жижу со вкусом ржавчины, мокрыми пальцами пригладил причёску и, сунув в карман вчерашние пожитки, быстрым шагом направился в вестибюль.
......
Из-за угла в конце коридора показался молодой человек. Широко улыбаясь, он стремительно шагал в сторону вестибюля, и по мере того, как он приближался, выражения лиц Шоу Аня и Чжай Юаньлуна, сидевших справа, становились всё более странными, забавляя наблюдавшую за ними Лю Аньсинь.
Отодвинув деревянный стул, Ли Чжи уселся за стол. Видя, что остальные явно просидели здесь уже довольно долго, он ничуть смутился и, не дожидаясь, пока заговорит Чжай Юаньлун, сразу озвучил вопрос:
— Дядя Чжай, откуда у тебя эта рана на руке?
Только теперь остальные обратили внимание на отметину на руке Чжай Юаньлуна. Что думали двое других, оставалось загадкой, но Шоу Ань ощутил лёгкий укол разочарования: его собственная наблюдательность оказалась хуже, чем у этого помешанного типа.
— Не спешите, я как раз собирался рассказать об этом. У меня есть сведения о новой форме Сущности Кошмара, с которой я столкнулся прошлой ночью.
Чжай Юаньлун был слегка удивлён прытью парня, назвавшегося Ли Ши, но, уже привыкнув к его скачущему ходу мыслей, отмахнулся и продемонстрировал всем свою правую руку:
— Полагаю, каждый из присутствующих здесь уже прошёл через начальное подземелье и благополучно пережил его?
— Думаю, те странные формы жизни, с которыми вы столкнулись на первом этапе — то, что система называет Сущностями Кошмара — относились к типу существ, с которыми можно бороться обычными физическими методами или у которых есть явные слабости.
— Но лишь прошлой ночью я по-настоящему осознал: Игра Кошмаров — это вовсе не шанс для нас, Тестировщиков, это проклятие.
— Только представьте: Сущности Кошмара, с которыми нам предстоит столкнуться — это существование, против которого любой Тестировщик абсолютно бессилен. Мы даже сопротивляться не сможем, перед лицом Сущности Кошмара мы — не более чем букашки, которых можно раздавить в любой момент.
Аккуратно поддев ножом кожу вокруг раны, Чжай Юаньлун отогнул край эпидермиса и кончиком лезвия указал на ткани под ним, обращаясь ко всем собравшимся.
Кусок плоти, потревоженный лезвием, не сочился кровью — вся ткань выглядела насквозь мёртвой, при этом на лице Чжай Юаньлуна не дрогнул ни один мускул, он не чувствовал боли.
По мере того как нож раздвигал ткани, обнажалась лучевая кость. Костная ткань в пределах повреждения приобрела зловещий чёрный оттенок, словно её густо пропитали тушью.
То, что Чжай Юаньлун всё ещё мог двигать суставом правой кисти, объяснялось лишь тем, что область поражения не успела распространиться дальше.
Здоровые ткани чуть ниже запястья ещё сохраняли кровоток, из-за чего правая рука мужчины пока окончательно не отсохла. Когда же они выслушали подробный рассказ Чжай Юаньлуна о пережитом кошмаре, по спине каждого пробежал холодок.
Что бы с ними стало, услышь они тогда шорох за дверью и выйди наружу?
Столкнись они нос к носу с этой новой Сущностью Кошмара, каков был бы их конец?
Люди всегда испытывают страх или иные негативные эмоции перед тем, чего не понимают — это чистая природа, инстинкт выживания.
Что, если Сущность Кошмара накроет ладонью уязвимые места человека: шею, голову или сердце?
Название, данное игрой этому созданию, полностью себя оправдывает. Кошмары рождаются из страхов, с которыми предстоит столкнуться каждому Тестировщику.
Описывая события прошлой ночи во всех деталях, Чжай Юаньлун становился всё мрачнее. Он никак не ожидал, что ситуация окажется настолько опаснее его худших опасений.
Шоу Ань о чём-то задумался, глядя на рану, на которую указывал нож. Лю Аньсинь закусила губу до побелевших вволок, выдавая охватившую её панику, в то время как Чи Хуа, крепко вцепившаяся в её руку, выглядела так, будто происходящее касалось кого-то другого.
Все собравшиеся были поглощены раной Чжай Юаньлуна, и лишь немногие заметили, как под полуприкрытыми веками Ли Чжи загорелся яркий, нездоровый блеск.
— До чего же захватывающе... — не удержавшись, тихо пробормотал он, страстно желая поскорее узнать, в каком же обличье предстают эти Сущности Кошмара.

Комментарии

Загрузка...