На пути в Северные Земли ветер разил их обеих, точно нож.
Шэнь Цзинчжэ запахнула плащ поплотнее, но толку не было — этот ветер словно глаза имел, норовил забраться прямо под воротник. Цин Юй плелась позади, тяжело отдуваясь, её губы от холода стали совсем синими.
— Глава павильона, давайте передохнем.
— Не будем.
Она не сводила глаз с лежавшей впереди Ледяной Расколотой Долины. Раскол шириной в добрых тридцать чжанов пересекал саму середину ледяной равнины, рассекая землю надвое. Следы Чжоу Яньцина обрывались как раз у края бездны.
Она присела на корточки и коснулась ледяной поверхности. Что-то было не так.
— На дне что-то есть.
Цин Юй подбежала ближе, но не успела и рта раскрыть, как лёд внезапно содрогнулся.
Шэнь Цзинчжэ поднялась и отступила на два шага. Достала из-за пояса амулет поиска духовной энергии и бросила в расщелину — бумажка не пролетела и трёх чи, как её разорвало в клочья.
— Формация.
Лицо Цин Юй переменилось. — Большая?
— Большая.
Присев на краю расщелины, она протянула руку, но тут же отдернула её. Ей уже доводилось видеть границы формаций Духовных Жил в Восточных Землях, но то ощущение ни капли не походило на это.
Траектория движения духовной энергии под землей проступала слишком отчётливо, и сама она была толще восточной по меньшей мере вдвое. Потоки со всех сторон устремлялись к самому сердцу земных жил.
Она всё поняла. Чжоу Яньцин крал духовные камни вовсе не ради собственного совершенствования и не на продажу. Он явился сюда, чтобы запустить эту формацию.
— Глава павильона, что нам делать? Вернуться за подмогой? — голос Цин Юй дрожал.
Шэнь Цзинчжэ оставила её вопрос без ответа. Еще немного посмотрев в раскол, она развязала плащ.
— Жди здесь.
— Нельзя! Глава павильона, вы...
— Жди меня. — Тон был негромким, но Цин Юй тут же умолкла.
Шэнь Цзинчжэ постояла на краю бездны, бросив взгляд вниз. Там зияла непроглядная тьма, в которой ничего нельзя было разглядеть.
В ушах завыл ветер. Ледяные стены стремительно проносились мимо, синее свечение становилось всё ярче. Она отсчитывала вдохи, и на седьмом её стопы коснулись твёрдой почвы. Перед ней лежал подземный ход, стены которого густо покрывали руны формации — одни уже сияли, другие оставались тусклыми. Светящаяся часть издавала низкий гул, от которого ломило зубы.
Чем глубже она продвигалась, тем сильнее поднималась температура: вскоре ледяные стены начали таять, и под ногами хлюпала вода.
В конце коридора открылось огромное подземное пространство. Свод уходил так высоко, что его было не разглядеть; вокруг сплошной лед, отражавший синие узоры формации. В самом центре зала возвышался каменный постамент, в который был вплавлен духовный камень размером с кулак.
Чжоу Яньцин.
Заметив Шэнь Цзинчжэ, он явно растерялся на мгновение, а затем улыбнулся.
— Глава Шэнь, а вы и впрямь быстры, — его голос многократно отразился эхом в пустом пространстве.
Шэнь Цзинчжэ окинула взглядом подземный зал. По ледяным стенам стекали капли воды, монотонно отстукивая кап-кап. Она бросила взгляд на духовный камень на постаменте, а затем перевела его на узоры под ногами Чжоу Яньцина. Большая часть рун уже светилась, сияние камня расползалось во все стороны, и сила земных жил вытягивалась дюйм за дюймом.
— Что ты делаешь? — это не было вопросом.
Чжоу Яньцин широко развёл руки. — Разве и так не ясно, глава павильона?
— Положи духовный камень на место.
— Положить, а потом что? Свяжете меня, бросите в темницу и станете пытать допрос за допросом? — Чжоу Яньцин покачал головой. — Нет уж, увольте.
Шэнь Цзинчжэ сделала шаг вперёд. Чжоу Яньцин тут же отшатнулся назад, прижав ладонь к камню.
Свет духовного камня резко вспыхнул, и за ним озарились руны во всём подземном зале.
— Не подходи! — голос Чжоу Яньцина сорвался, в нём проступило безумие. — Сделаешь ещё хоть шаг, и я активирую камень до конца!
Три формации придут в движение одновременно, сила земных жил иссякнет, и вся духовная ци на материке увянет за три дня. Уровень всех практикующих покатится назад, смертные начнут гибнуть тысячами. То, что Павильон Тяньшу охранял триста лет, обратится в прах.
Она не остановилась.
— Я же сказал, не подходи! — взревел Чжоу Яньцин, вцепившись в духовный камень обеими руками.
Его лицо покраснело, на лбу вздулись вены, а духовная сила непрерывным потоком вливалась из его тела в камень.
Шэнь Цзинчжэ ускорила шаг. Потоки воздуха, взметнувшиеся от её духовной энергии, заставили чёрные одежды яростно затрепетать. Увидев, как она бросается на него, Чжоу Яньцин в ужасе отпрянул, убрал руки с камня и бросился наутёк.
Шэнь Цзинчжэ вмиг вцепилась в духовный камень.
Обжигающий жар, поднимавшийся из самых глубь костей, волной хлынул по её руке прямо в тело.
Она высвободила всю накопленную в теле духовную энергию — не для того, чтобы направить силу камня, а чтобы пойти ей наперекор. Столкнув собственную ци с мощью, заключённой в камне, она грубой силой разорвала контур формации.
Этот способ ничем не отличался от самоубийства.
В тот самый миг, когда её духовная сила столкнулась с силой камня, она услышала треск ломающихся костей. Дикая боль пронзила её от ладони до самых кончиков пальцев, но она не разжала рук, лишь утроив напор.
По гладкому камню побежали трещины. Свет замигал, то вспыхивая, то затухая.
Добежав до выхода из коридора, Чжоу Яньцин оглянулся. Увидев раскалывающийся духовный камень, он переменился в лице — страх сменился ужасом. — Ты сошла с ума!
Шэнь Цзинчжэ пропустила его слова мимо ушей. Всё её внимание было приковано к камню. Сила внутри него бурлила через край, духовная энергия таяла на глазах, меридианы начали отзываться тупой болью. Но она не останавливалась, продолжая вливать силы, продолжая таранить чужую мощь.
Раздался ещё один глухой удар. Камень раскололся надвое.
Руны формации погасли одна за другой. Гудящий звук умолк. Подземное пространство внезапно погрузилось в такую тишину, что было слышно, как капли талой воды с ледяных стен падают на землю.
В момент, когда духовный камень раскололся, запертая внутри сила высвободилась разом, породив мощнейший взрыв. Взрывная волна отбросила Шэнь Цзинчжэ назад, и её спина со всего маху вределась в ледяной столб.
Осколки каменного постамента разлетелись во все стороны. Ледяной свод над головой обрушился огромными пластами, обнажая чёрную скальную породу. Проход тоже завалило наполовину.
Пользуясь царившим хаосом, Чжоу Яньцин сбежал.
У неё не осталось сил даже на то, чтобы поднять руку — разумеется, преследовать его она тоже не могла.
Это было не то оцепенение, что наступает от истощения духовных сил. Совсем другое. Что-то внутри неё бурлило, раскаляясь добела и разливаясь из Даньтяня по всем конечностям. Ощущение было до боли знакомым и в то же время чуждым.
Кровь Направления Вен.
В последний раз она чувствовала её отзвуки в двенадцать лет, во время пробуждения крови. Тогда её бросало в жар изнутри наружу. Она чувствовала, как меняется её собственная кровь.
Её кровь бунтовала, и это был не тот бунт, что жаждет силы — это предзнаменование полной потери контроля. Долго сдерживаемый вулкан наконец отыскивал выход наружу.
Хотелось закричать, но горло будто залепило чем-то липким.
Зрение заволокла пелена. Лужицы воды на каменных плитах расплылись в её глазах разноцветными пятнами — красными, синими, белыми, кружащимися в едином хороводе. В ушах стоял звон, заглушавший любые звуки.
И когда она выбралась из этих руин, когда ступила на обратный путь, она поняла.
Выход крови из-под контроля начался.
Последней промелькнувшей в её голове мыслью было — всё кончено.
А следом не стало ничего. Даже боли.

Комментарии

Загрузка...