Величие телепортационных кругов не нуждалось в лишних словах. Даже Ансель частенько восхищался гениальным, перевернувшим мир творением неведомого мастера пространственной магии — впрочем, его самого баснословная стоимость перемещений ничуть не заботила.
Величие телепортационных кругов не нуждалось в лишних словах. Даже Ансель частенько восхищался гениальным, перевернувшим мир творением неведомого мастера пространственной магии — впрочем, его самого баснословная стоимость перемещений ничуть не заботила.
Хитана, нагруженная тремя тяжелыми чемоданами, так и вытянула шею, оглядываясь по сторонам.
Хитана, нагруженная тремя тяжелыми чемоданами, так и вытянула шею, оглядываясь по сторонам.
— И это всё? — разочарованно протянула она. — Так вот каково это — переноситься в пространстве?
— И это всё? — разочарованно протянула она. — Так вот каково это — переноситься в пространстве?
Савиль удивленно приподнял брови.
Савиль удивленно приподнял брови.
— Мисс Хитана, неужели вы не чувствуете головокружения или тошноты?
— Мисс Хитана, неужели вы не чувствуете головокружения или тошноты?
— Да нет, — буркнула она.
— Да нет, — буркнула она.
Полезная во всех отношениях Хитана недовольно скривилась:
Полезная во всех отношениях Хитана недовольно скривилась:
— С чего бы мне укачиваться от такой ерунды?
— С чего бы мне укачиваться от такой ерунды?
Старый дворецкий промолчал, лишь мысленно вздохнув. Пожалуй, только его молодому господину под силу отыскать столь поразительное чудо природы.
Старый дворецкий промолчал, лишь мысленно вздохнув. Пожалуй, только его молодому господину под силу отыскать столь поразительное чудо природы.
Тем временем Ансель сошел с возвышения, на котором покоился телепортационный круг. Оглядевшись по сторонам, он мягко, почти предвкушающе улыбнулся.
Тем временем Ансель сошел с возвышения, на котором покоился телепортационный круг. Оглядевшись по сторонам, он мягко, почти предвкушающе улыбнулся.
— Какая глушь, ни единой души, — негромко произнес он.
— Какая глушь, ни единой души, — негромко произнес он.
Хитана озадаченно моргнула, а вот Савиль мгновенно подобрался, лицо его посерьезнело.
Хитана озадаченно моргнула, а вот Савиль мгновенно подобрался, лицо его посерьезнело.
Телепортационные круги оставались слишком ценным и опасным ресурсом. В любом городе правитель держал при них круглосуточную охрану — не только ради защиты самого артефакта, но и для строжайшего досмотра прибывающих гостей.
Телепортационные круги оставались слишком ценным и опасным ресурсом. В любом городе правитель держал при них круглосуточную охрану — не только ради защиты самого артефакта, но и для строжайшего досмотра прибывающих гостей.
Однако здесь царило гробовое молчание. Не было ни стражи, ни смотрителей.
Однако здесь царило гробовое молчание. Не было ни стражи, ни смотрителей.
— Похоже, у наших дорогих виконтов стряслась нешуточная беда, — непринужденно заметил Ансель и не торопясь направился к выходу из павильона.
— Похоже, у наших дорогих виконтов стряслась нешуточная беда, — непринужденно заметил Ансель и не торопясь направился к выходу из павильона.
— Господин, приказать связаться с ними? — негромко спросил старик.
— Господин, приказать связаться с ними? — негромко спросил старик.
— Не нужно. Такие залы не строят на отшибе. Стоит нам переступить порог, и все сразу станет ясно. Савиль...
— Не нужно. Такие залы не строят на отшибе. Стоит нам переступить порог, и все сразу станет ясно. Савиль...
Молодой аристократ легким движением бросил дворецкому проекционный кристалл.
Молодой аристократ легким движением бросил дворецкому проекционный кристалл.
— Займись своим делом.
— Займись своим делом.
Старик почтительно склонил голову. Его фигура — все еще прямая и крепкая, неподвластная ходу неумолимых лет — в то же мгновение растаяла в воздухе, словно призрак.
Старик почтительно склонил голову. Его фигура — все еще прямая и крепкая, неподвластная ходу неумолимых лет — в то же мгновение растаяла в воздухе, словно призрак.
Хитана давно привыкла к фокусам старого дворецкого. И все же то, что она — при всей своей звериной интуиции и чуткости — не улавливала ни малейшего колебания воздуха при его появлении или исчезновении, злило и задевало ее самолюбие.
Хитана давно привыкла к фокусам старого дворецкого. И все же то, что она — при всей своей звериной интуиции и чуткости — не улавливала ни малейшего колебания воздуха при его появлении или исчезновении, злило и задевало ее самолюбие.
— Эй, Хайдра, — она шумно втянула носом воздух, — твой старик на каком ранге? Он что, владеет магией пространства?
— Эй, Хайдра, — она шумно втянула носом воздух, — твой старик на каком ранге? Он что, владеет магией пространства?
— Неужели наша гениальная мисс ничего не заметила?
— Неужели наша гениальная мисс ничего не заметила?
Ансель уклонился от прямого ответа. Лишь усмехнулся и продолжил путь к дверям.
Ансель уклонился от прямого ответа. Лишь усмехнулся и продолжил путь к дверям.
— Одно дело гениальность, и совсем другое — опыт! — вскинулась девочка. — Я со временем точно стану сильнее его, но это же не значит, что я могу побить его прямо сейчас!
— Одно дело гениальность, и совсем другое — опыт! — вскинулась девочка. — Я со временем точно стану сильнее его, но это же не значит, что я могу побить его прямо сейчас!
Перед истинной силой Хитана умела склонять голову. Пусть ее тон оставался дерзким, а прозвища — не самыми уважительными, она всегда трезво оценивала разрыв между собой и мастерами.
Перед истинной силой Хитана умела склонять голову. Пусть ее тон оставался дерзким, а прозвища — не самыми уважительными, она всегда трезво оценивала разрыв между собой и мастерами.
И именно это понимание разжигало в ней неутолимую жажду стать сильнее.
И именно это понимание разжигало в ней неутолимую жажду стать сильнее.
— Я и в академии-то таких мало... да чего там, вообще ни разу не видела! — продолжала ворчать она, шагая следом. — Даже от пространственных заклинаний всегда остается легкий шлейф, особый запах. Но после него вообще пустота, как будто... Хм?
— Я и в академии-то таких мало... да чего там, вообще ни разу не видела! — продолжала ворчать она, шагая следом. — Даже от пространственных заклинаний всегда остается легкий шлейф, особый запах. Но после него вообще пустота, как будто... Хм?
Они уже почти подошли к выходу, когда Хитана вдруг резко замерла. В ее глубоких, багрово-красных глазах в один миг вспыхнули давно дремавший звериный азарт и... дикий восторг!
Они уже почти подошли к выходу, когда Хитана вдруг резко замерла. В ее глубоких, багрово-красных глазах в один миг вспыхнули давно дремавший звериный азарт и... дикий восторг!
Ансель только занес руку, собираясь толкнуть тяжелую створку двери, как спиной почувствовал яростный порыв ветра.
Ансель только занес руку, собираясь толкнуть тяжелую створку двери, как спиной почувствовал яростный порыв ветра.
Ураган, сотканный из угольно-черного и ослепительно-белого цветов!
Ураган, сотканный из угольно-черного и ослепительно-белого цветов!
Сшитый на заказ черный меховой плащ взметнулся от бешеного ускорения. Хитана, даже не подумав бросить три тяжеленных чемодана, с хищным оскалом взмыла в воздух и обрушила сокрушительный удар ноги прямо в створки ворот!
Сшитый на заказ черный меховой плащ взметнулся от бешеного ускорения. Хитана, даже не подумав бросить три тяжеленных чемодана, с хищным оскалом взмыла в воздух и обрушила сокрушительный удар ноги прямо в створки ворот!
Раздался оглушительный треск.
Раздался оглушительный треск.
Вслед за грохотом выбиваемой двери донесся полный боли вопль и отчетливый хруст ломающихся костей. Сквозь тучу щепок и поднявшуюся пыль Хитана кошачьим движением мягко опустилась на пол. Она горделиво вскинула подбородок, победоносно глядя на Анселя.
Вслед за грохотом выбиваемой двери донесся полный боли вопль и отчетливый хруст ломающихся костей. Сквозь тучу щепок и поднявшуюся пыль Хитана кошачьим движением мягко опустилась на пол. Она горделиво вскинула подбородок, победоносно глядя на Анселя.
Она и не подозревала, что сейчас — с выпирающим из-под ворота черным ошейником и сияющими глазами — выглядела точь-в-точь как верный пес, ожидающий похвалы от хозяина.
Она и не подозревала, что сейчас — с выпирающим из-под ворота черным ошейником и сияющими глазами — выглядела точь-в-точь как верный пес, ожидающий похвалы от хозяина.
— Надо же, только приехали, а тут уже такое веселье, — она наконец со стуком опустила багаж на пол и размяла шею. — Без хорошей драки я совсем заржавела за эти дни.
— Надо же, только приехали, а тут уже такое веселье, — она наконец со стуком опустила багаж на пол и размяла шею. — Без хорошей драки я совсем заржавела за эти дни.
Снаружи доносились встревоженные крики — судя по всему, переполох поднялся нешуточный. Ансель скользнул взглядом по плечу, где на роскошном воротнике из волчьего меха застряли древесные крошки, обреченно вздохнул и аккуратно смахнул их.
Снаружи доносились встревоженные крики — судя по всему, переполох поднялся нешуточный. Ансель скользнул взглядом по плечу, где на роскошном воротнике из волчьего меха застряли древесные крошки, обреченно вздохнул и аккуратно смахнул их.
— Слушай, Хайдра, к этому придурку, кажется, подмога бежит, — Хитана с силой наступила на бедолагу, у которого от ее пинка переломало половину ребер, и слегка покачалась на нем, проверяя, дышит ли. Она вопросительно уставилась на мага. — Мне их тоже приложить?
— Слушай, Хайдра, к этому придурку, кажется, подмога бежит, — Хитана с силой наступила на бедолагу, у которого от ее пинка переломало половину ребер, и слегка покачалась на нем, проверяя, дышит ли. Она вопросительно уставилась на мага. — Мне их тоже приложить?
Ансель поправил одежду, оперся на трость и не спеша подошел к распростертому на полу незнакомцу. Окинув взглядом его простую гражданскую одежду, он покачал головой:
Ансель поправил одежду, оперся на трость и не спеша подошел к распростертому на полу незнакомцу. Окинув взглядом его простую гражданскую одежду, он покачал головой:
— Слишком отчетливый звон доспехов. Сюда спешит городская стража. А вот что касается нашего гостя...
— Слишком отчетливый звон доспехов. Сюда спешит городская стража. А вот что касается нашего гостя...
— Любезный друг, — с мягкой улыбкой обратился к нему Ансель, — куда же вы так отчаянно спешили? Не сочтите за грубость, но не поделитесь ли своими планами?
— Любезный друг, — с мягкой улыбкой обратился к нему Ансель, — куда же вы так отчаянно спешили? Не сочтите за грубость, но не поделитесь ли своими планами?
Человек под сапогом Хитаны испустил хриплый стон, дернулся в последней конвульсии и резко обмяк. Комнату заполнила мертвая тишина.
Человек под сапогом Хитаны испустил хриплый стон, дернулся в последней конвульсии и резко обмяк. Комнату заполнила мертвая тишина.
Хитана испуганно отпрянула, убирая ногу. Она принюхалась, и выражение ее лица мгновенно изменилось.
Хитана испуганно отпрянула, убирая ногу. Она принюхалась, и выражение ее лица мгновенно изменилось.
— Умер? Да ладно! Не может быть! Я же его едва задела, ну, от силы ребер двенадцать сломала. Неужели люди настолько хлипкие?!
— Умер? Да ладно! Не может быть! Я же его едва задела, ну, от силы ребер двенадцать сломала. Неужели люди настолько хлипкие?!
Девочка заметно помрачнела. Мысль о том, что она лишила кого-то жизни, явно претила ей. Даже во время недавнего покушения, когда ее удары казались безжалостными и жестокими, она намеренно никого не убила.
Девочка заметно помрачнела. Мысль о том, что она лишила кого-то жизни, явно претила ей. Даже во время недавнего покушения, когда ее удары казались безжалостными и жестокими, она намеренно никого не убила.
— Тьфу, какая гадость... — Хитана поморщилась от мерзкого сладковатого запаха, начавшего сочиться от тела. — А, понятно. Он яд принял. Самоубийца паршивый.
— Тьфу, какая гадость... — Хитана поморщилась от мерзкого сладковатого запаха, начавшего сочиться от тела. — А, понятно. Он яд принял. Самоубийца паршивый.
Осознав, что ее вины в смерти незнакомца нет, она заметно повеселела.
Осознав, что ее вины в смерти незнакомца нет, она заметно повеселела.
Ансель молча разглядывал застывшее лицо несостоявшегося беглеца. Спустя мгновение он негромко, но искренне рассмеялся.
Ансель молча разглядывал застывшее лицо несостоявшегося беглеца. Спустя мгновение он негромко, но искренне рассмеялся.
Хитана подозрительно покосилась на него.
Хитана подозрительно покосилась на него.
— И что тут смешного?
— И что тут смешного?
— Ничего особенного. Просто это... забавно, — Ансель покачал головой и перевел взгляд на проем выбитых дверей, где уже замелькали неясные силуэты. — Стража близко. Хитана, бери вещи.
— Ничего особенного. Просто это... забавно, — Ансель покачал головой и перевел взгляд на проем выбитых дверей, где уже замелькали неясные силуэты. — Стража близко. Хитана, бери вещи.
Мысленно окрестив своего господина ненормальным садистом, получающим удовольствие от вида трупов, волчица с угрюмым видом потащила чемоданы. Всем своим видом она демонстрировала глубочайшее презрение к происходящему.
Мысленно окрестив своего господина ненормальным садистом, получающим удовольствие от вида трупов, волчица с угрюмым видом потащила чемоданы. Всем своим видом она демонстрировала глубочайшее презрение к происходящему.
В зал ворвался отряд тяжело экипированных гвардейцев. Увидев развороченные ворота, остывающее тело на полу и крайне подозрительную, ни капли не сочетающуюся друг с другом парочку, воины молча обнажили клинки и выставили вперед копья. Атмосфера мгновенно накалилась.
В зал ворвался отряд тяжело экипированных гвардейцев. Увидев развороченные ворота, остывающее тело на полу и крайне подозрительную, ни капли не сочетающуюся друг с другом парочку, воины молча обнажили клинки и выставили вперед копья. Атмосфера мгновенно накалилась.
— Эй, Хайдра, и как это понимать? — Хитана оглянулась на мага. — Ты же говорил, что это стражники. Почему они смотрят так, будто хотят нас прирезать?
— Эй, Хайдра, и как это понимать? — Хитана оглянулась на мага. — Ты же говорил, что это стражники. Почему они смотрят так, будто хотят нас прирезать?
Стоило предводителю отряда услышать это имя, как его рука, сжимавшая древко копья, заметно дрогнула. Он вгляделся в утонченные черты златовласого юноши, опиравшегося на дорогую трость, и потрясенно выдохнул:
Стоило предводителю отряда услышать это имя, как его рука, сжимавшая древко копья, заметно дрогнула. Он вгляделся в утонченные черты златовласого юноши, опиравшегося на дорогую трость, и потрясенно выдохнул:
— Вы... Лорд Хайдра?
— Вы... Лорд Хайдра?
Хитана вытаращила глаза.
Хитана вытаращила глаза.
«Да издеваетесь, что ли? Откуда его каждая собака знает?»
«Да издеваетесь, что ли? Откуда его каждая собака знает?»
Ансель ослепительно улыбнулся.
Ансель ослепительно улыбнулся.
— Желаете, чтобы я предоставил доказательства?
— Желаете, чтобы я предоставил доказательства?
— Что вы, лорд Хайдра! Ни в коем случае. Прошу, простите мою дерзость, — капитан мгновенно опустил оружие и сделал знак подчиненным. Внешность, манеры, этот непередаваемый снисходительный лоск — все идеально сходилось со слухами о молодом регенте. Офицер склонился в глубоком поклоне. — Мы не смеем сомневаться в вашей личности.
— Что вы, лорд Хайдра! Ни в коем случае. Прошу, простите мою дерзость, — капитан мгновенно опустил оружие и сделал знак подчиненным. Внешность, манеры, этот непередаваемый снисходительный лоск — все идеально сходилось со слухами о молодом регенте. Офицер склонился в глубоком поклоне. — Мы не смеем сомневаться в вашей личности.
— Судя по всему, в городе случилось нечто из ряда вон выходящее, — спокойный, обволакивающий голос Анселя подействовал на встревоженных солдат как бальзам, заставив их командира немного расслабить плечи. — Не сочтете за труд рассказать, что здесь стряслось?
— Судя по всему, в городе случилось нечто из ряда вон выходящее, — спокойный, обволакивающий голос Анселя подействовал на встревоженных солдат как бальзам, заставив их командира немного расслабить плечи. — Не сочтете за труд рассказать, что здесь стряслось?
Капитан на миг замялся, решая, имеет ли право разглашать столь опасные сведения, но затем обреченно выдохнул:
Капитан на миг замялся, решая, имеет ли право разглашать столь опасные сведения, но затем обреченно выдохнул:
— Совсем недавно виконт Ронберг из одноименного города прибыл в Хауленд через этот самый телепорт.
— Совсем недавно виконт Ронберг из одноименного города прибыл в Хауленд через этот самый телепорт.
— И на него тут же совершили покушение.
— И на него тут же совершили покушение.
— Убийца притворился здешним служащим. Он подобрался вплотную и... уложил виконта Ронберга одним ударом. Наш градоначальник, едва узнав об этом, пришел в ярость и приказал перекрыть все выходы, но... не прошло и получаса, как его самого зарезали.
— Убийца притворился здешним служащим. Он подобрался вплотную и... уложил виконта Ронберга одним ударом. Наш градоначальник, едва узнав об этом, пришел в ярость и приказал перекрыть все выходы, но... не прошло и получаса, как его самого зарезали.
Продолжать не требовалось. Хауленд погрузился в полный, неуправляемый хаос.
Продолжать не требовалось. Хауленд погрузился в полный, неуправляемый хаос.

Комментарии

Загрузка...