Во дворе обители Скрытого Духа росло древнее персиковое дерево. По легендам, ему было не меньше нескольких сотен лет, а ствол по толщине превосходил туловище взрослого буйвола. Стояла ранняя весна, и на ветвях уже появились нежные розовые бутоны, готовые вот-вот распуститься. Юный даос стоял под деревом, задумчиво глядя вверх.
— Интересно, как это будет выглядеть, когда все цветы распустятся? — тихо произнес он.
Вдруг Гу Чангэ прислушался и перевел взгляд на ворота. Во двор тяжелым шагом вошел пожилой даос с крайне убитым выражением лица. Увидев юношу, он помрачнел еще больше. Настоятель Цин Сюй подошел вплотную и, глядя на него с отчаянной мольбой в глазах, прошептал:
— Скажи мне... скажи, что твое имя Ли Гэ!
Гу Чангэ мгновенно все понял. С легкой улыбкой он покачал головой.
— Чжао Гэ? Сун Гэ? Чжоу Гэ? Может, Ху Гэ? — продолжал перечислять настоятель, цепляясь за последнюю надежду.
— Гу Чангэ, — спокойно ответил юноша.
Несколько дней назад, когда он только пришел проситься в ученики, то назвался Ли Гэ. Его настоящее имя было слишком известно в городе Восходящего Дракона, и он опасался, что настоятель просто не осмелится принять его.
Услышав правду, Цин Сюй почувствовал, как мир рухнул у него перед глазами. Он с силой хлопнул себя ладонью по лицу. Какой же он глупец! Старик мысленно проклинал себя за жадность. Не стоило тогда соблазняться серебром и так поспешно брать этого мальчишку в ученики!
Получив щедрое пожертвование, настоятель сегодня с самого утра спустился в город, чтобы навестить свою старую подругу. Но город гудел от потрясающей новости. Из чистого любопытства он начал расспрашивать прохожих. И чем больше он слушал, тем сильнее холодело у него внутри.
Описание наследника семьи Гу, решившего стать монахом, показалось ему до боли знакомым. Разве он сам пару дней назад не принял в обитель подростка с похожей внешностью? Как там его звали? Ли... Гэ? О небеса! Цин Сюй сломя голову бросился обратно в горы. И вот теперь откровенное признание юноши нанесло ему сокрушительный удар.
— Юный господин, за что вы так со мной?! Вы же меня в могилу сведете! — взмолился старик, едва не плача.
Гу Чангэ примирительно похлопал его по плечу:
— Не переживайте, настоятель. Пока я здесь, вам ничего не угрожает.
Глаз Цин Сюя нервно дернулся. Да ведь именно из-за того, что ты здесь, у нас всех будут огромные неприятности! Старик ссутулился, казалось, постарев лет на десять в одно мгновение.
Кто такой этот Гу Чангэ? Законный первенец главы семьи Гу, прямой наследник колоссального состояния! Об этом знал каждый в городе. И он, скромный настоятель захудалого храма, принял этого мальчика в ученики, по сути, оборвав линию преемственности могущественного клана! Да с влиянием господина Гу его могут стереть с лица земли так, что даже костей не найдут.
Видя неподдельный ужас на лице старика, Гу Чангэ не смог сдержать улыбки.
— Если возникнут проблемы, просто отправляйте всех ко мне. Я не доставлю вам хлопот, обещаю.
— Правда? — с надеждой уставился на него Цин Сюй.
Юноша утвердительно кивнул. Настоятель с облегчением выдохнул, хотя в душе продолжал недоумевать. И чего этому золотому мальчику не сиделось дома? Зачем ему понадобилось уходить в монахи? Взяв себя в руки, старик осторожно произнес:
— Если у вас нет ко мне поручений, я, пожалуй, пойду. Если что-то понадобится — обращайтесь в любое время.
— Конечно, настоятель. Ступайте, — улыбнулся Гу Чангэ.
Цин Сюй поспешно покинул внутренний двор, словно спасаясь от чумы.
***
На самой вершине горы Скрытого Духа стояла небольшая беседка, носившая имя «Умиротворение». Гу Чангэ, облаченный в скромную даосскую мантию, стоял там, заложив руки за спину, и любовался открывающимся пейзажем. Отсюда открывался великолепный вид на огибающую гору Холодную реку и раскинувшийся на противоположном берегу огромный город Восходящего Дракона.
Этот город был одним из крупнейших в империи Расцвета. Даже на богатом юго-востоке страны он считался настоящей жемчужиной с населением более двух миллионов человек. Окруженный Холодной рекой, Лунной рекой и Великим каналом, он был важнейшим транспортным узлом. И семья Гу являлась одной из самых влиятельных торговых династий не только в этом городе, но и во всей империи.
Но Гу Чангэ это ничуть не заботило. И плевать, что он был без пяти минут главой клана. В своей прошлой жизни он уже был успешным предпринимателем. Почти двадцать лет он пахал на износ, вывел свою компанию на биржу... и внезапно умер от переутомления прямо на рабочем месте. Оказавшись в этом мире, он много думал. В чем был смысл всех его стараний?
Он так и не успел насладиться плодами своих трудов. Процесс зарабатывания денег приносил лишь усталость и стресс, но никак не радость. И тогда к нему пришло озарение. Если есть возможность, нужно жить в свое удовольствие, ведь никто не знает, что случится в следующую секунду. Абсолютная личная сила, дарующая свободу! И бесконечная жизнь, в которой нет нужды считать уходящее время! Вот к чему действительно стоило стремиться! И этот мир мог дать ему и то, и другое.
Стоя в беседке, юноша устремил задумчивый взгляд вдаль, вспоминая прошедшие пятнадцать лет этой жизни. С самого рождения в его голове время от времени звучал загадочный голос. Поначалу он пытался понять его природу, но вскоре бросил эту затею, так как голос не поддавался никакому логическому объяснению. Впрочем, Чангэ это не особо беспокоило. Система не проявляла враждебности и не казалась разумной сущностью. Да и чего ему было бояться после того, как он уже однажды умер? Вполне возможно, именно благодаря этой загадочной силе он и получил шанс на вторую жизнь.
Этот новый мир вызывал у него жгучее любопытство. Судя по тому, что он успел узнать, здесь царил культ боевых искусств. Мастера встречались на каждом шагу. Путь самосовершенствования начинался с девяти рангов воина — от девятого до первого, а затем переходил на стадии Приобретенного и Врожденного Мастерства. Говорили, что гроссмейстеры Врожденной стадии без труда доживают до ста пятидесяти лет! А он... он достиг Врожденного Мастерства с самого рождения. А учитывая его дар «Долголетия», прожить тысячу лет для него было проще простого.
Но неужели этот мир ограничивался лишь этим? Чангэ пока не встречал практиков более высокого уровня, но внутреннее чутье подсказывало ему, что это лишь вершина айсберга. Взять хотя бы империю Расцвета. Она была разделена на восемнадцать провинций, каждая из которых состояла из множества округов. Тот же город Восходящего Дракона был центром одноименного округа в провинции Южных Гор. Население всей империи превышало триста миллионов человек.
И таких государств, судя по картам, насчитывались десятки. А что лежало за их пределами, не знал никто. Обычные люди за всю жизнь редко покидали границы родного округа. Даже странствующие мастера Врожденной стадии за свой век успевали обойти от силы с десяток стран. Логика подсказывала: чем огромнее мир, тем могущественнее сущности, в нем обитающие. Врожденное Мастерство никак не могло быть пределом. Наверняка существовали куда более непостижимые уровни развития. И сейчас, находясь на пике Врожденной стадии, Гу Чангэ уже чувствовал, как невидимый барьер внутри него начинает расшатываться. Этот мир был далеко не так прост, как казалось на первый взгляд.
И если смотреть на вещи под таким углом, чего стоила семья Гу, чье влияние ограничивалось лишь одной империей? Без истинной силы и долголетия невозможно было даже мельком взглянуть на настоящие тайны этого мироздания.
Его размышления прервал звук торопливых шагов. Обернувшись, юноша увидел запыхавшегося послушника, бегущего по горной тропе. Заметив Чангэ, мальчик на мгновение замялся, а затем выпалил:
— Старший брат Гу! Там к подножию горы пришел какой-то человек. Кажется, это твой отец! Настоятель велел позвать тебя вниз.
Гу Чангэ невозмутимо кивнул.
— Я понял.
«Что ж, чему быть, того не миновать».

Комментарии

Загрузка...