Чжао Инь сначала поприветствовал Не Сюаня поклоном и только после этого произнес:
— Не доводилось.
— Не доводилось? — голос Не Сюаня взлетел вверх. — Где сейчас Нин Синчжи?
Чжао Инь слегка замялся.
— Говори!
Чжао Инь ответил:
— В покоях господина Вэня.
— Что? — Не Сюань прищурился, его взгляд сочился холодом. У Вэнь Чанлина и впрямь хватило наглости раз за разом испытывать его терпение. неужели он действительно думал, будто тот не смеет с ним расправиться?
Не Сюань потер пальцы, глубоко вздохнул и велел позвать Ван Фуси.
— Завтра с утра пораньше ступай во дворец и лично передай Вэнь Чанлину мой приказ о вызове, — приказал Не Сюань.
В ту ночь Не Сюань не сомкнул глаз: он просидел в переднем зале Дворца Цзычэнь до самого рассвета. На этот раз он был намерен проучить Вэнь Чанлина и ни за что не собирался отступать.
Великий наставник Вэнь из-за преклонных лет, а также потому, что в свое время был учителем Не Сюаня и не снискал благосклонности покойного императора, ушел в отставку и теперь наслаждался заслуженным отдыхом в семейном поместье.
— Это... — Ван Фуси замялся. Ваше Величество ведь не вызывал Нин Синчжи, к тому же тот сейчас был одет в одеяние Вэнь Чанлина, и если император увидит его в таком виде, объясняться станет еще сложнее.
Ван Фуси поприветствовал Великого наставника Вэня, но, не обнаружив там Вэнь Чанлина, поинтересовался:
— Позвольте спросить, дома ли Вэнь Чанлин?
Великий наставник Вэнь ответил:
— Чанлин сказал, что у него в доме гость, который с раннего утра заходил поприветствовать меня, а затем вернулся в свои комнаты. Я сейчас же велю позвать его.
Ван Фуси помрачнел от растерянности, но тут как раз подошел Вэнь Чанлин. Ван Фуси поспешно обратился к нему:
— Вэнь-дажэнь, помогите мне уговорить юного господина.
В этот момент Вэнь Чанлин как раз вернулся и, заметив, что Нин Синчжи проснулся, приказал слугам подать еду, подходящую для раненого.
Нин Синчжи не мог не тревожиться, ведь он прекрасно знал, что Не Сюань терпеть не может его сближения с Вэнь Чанлином.
Поскольку Нин Синчжи ночевал у Вэнь Чанлина, спалось ему беспокойно. Как только Вэнь Чанлин ушел засвидетельствовать почтение Великому наставнику Вэню, он тоже проснулся.
— Я тоже пойду. — Нин Синчжи сейчас не находил себе места от беспокойства и даже не мог притронуться к еде.
— Юный господин, вы ранены, вам прежде всего необходимо поберечь себя. — О том, что Нин Синчжи пострадал, знало совсем немного людей, и Ван Фуси как раз был в их числе. Он надеялся воспользоваться этим предлогом, чтобы отговорить Нин Синчжи, однако тот заявил:
— Я в порядке.
Взглянув на бледное лицо Нин Синчжи, Вэнь Чанлин почувствовал легкую смутную тревогу. Утешающе похлопав его по руке, он произнес:
— Не переживай, я во всем должным образом объяснюсь с Вашим Величеством.
Услышав это, Нин Синчжи мгновенно побелел: Не Сюань все узнал.
Когда Ван Фуси прибыл в Поместье Вэнь, все его обитатели уже встали с рассветом, чтобы поприветствовать Великого наставника Вэня.
Вэнь Чанлин поднялся, отворил дверь и слегка кивнул Ван Фуси:
— Евнух Ван, с чего это вы пожаловали к нам ни свет ни заря?
— Подождите немного, евнух, я приведу себя в порядок и пойду с вами во дворец, — сказал Вэнь Чанлин.
Заметив, что Вэнь Чанлин сдался без единой попытки его уговорить, Ван Фуси вздохнул:
— Пойдемте.
— Пожалуй, я сам пойду к Вэнь-дажэню, — Великий наставник Вэнь относился к Не Сюаню с большой теплотой, и Ван Фуси тоже выказывал ему глубочайшее уважение.
— Хорошо, — Великий наставник Вэнь велел одному из слуг проводить Ван Фуси к павильону Вэнь Чанлина.
Ван Фуси увидел, что Вэнь Чанлин неожиданно с легкостью согласился подчиниться, и беспомощно произнес:
— Пойдемте.
Двое сидели за завтраком, как вдруг раздался стук в дверь, а затем послышался голос личного слуги Великого наставника Вэня:
— Молодой господин, из дворца пришел евнух Ван.
Вэнь Чанлин посмотрел на Нин Синчжи. Встретив его полный мольбы взгляд, он уже никак не мог произнести слова отказа.
Поэтому он повернулся к Ван Фуси:
— Евнух Ван, быть может, позволите А-Чжи пойти с нами?
Ван Фуси возразил:
— Разве у Вашего Величества не было приказа велеть мне пораньше вызвать во дворец именно Вэнь-дажэня?
Раны Нин Синчжи еще не успели затянуться. Превозмогая боль, он вышел из поместья вместе с Ван Фуси и Вэнь Чанлином и сразу же заметил у ворот стражников.
Те стояли с суровыми, пронзительными взглядами и холодными лицами, источая суровую, стальную ауру — в них сразу угадывались закаленные в боях воины.
Завидев выходящего Нин Синчжи, один из стражников тут же направился к нему:
— Молодой господин Нин, генерал просит вас вернуться домой.
При имени Нин Фэя у Нин Синчжи сердце ушло в пятки, и он мгновенно напрягся:
— Я сейчас должен идти во дворец на встречу с императором. Передай отцу, что я вернусь домой сразу же после аудиенции у Вашего Величества.
Стражник перевел взгляд на Ван Фуси:
— Уважаемый евнух, то, о чем говорит молодой господин Нин, — правда?
— Это... — Не Сюань вызывал Вэнь Чанлина, а вовсе не Нин Синчжи. Если он подтвердит слова юноши, разве это не будет расценено как подделка императорского указу?
Видя это, Вэнь Чанлин поспешил выручить друга:
— А-Чжи, может, ты сначала сходишь домой и узнаешь, зачем понадобился отцу? А я, как закончу аудиенцию у Вашего Величества, сразу навещу тебя, хорошо?
Стражник по одному лишь выражению лица понял, что Нин Синчжи лжет, и холодно произнес:
— Молодой господин Нин, если вы не пойдете со мной добровольно, генерал приказал доставить вас силой.
Нин Синчжи не сомневался, что его отец слов на ветер не бросает, а потому в конце концов был вынужден последовать за стражником.
Проводив Нин Синчжи взглядом, Вэнь Чанлин наконец отправился во дворец вместе с Ван Фуси.
Взглянув на лежащий перед ним на высочайшем столе свиток с императорским указом, скрепленный Нефритовой печатью, Не Сюань поднял глаза на Вэнь Чанлина и приказал:
— Все вон.
Ван Фуси поспешно увел остальных слуг, и в тронном зале остались только Вэнь Чанлин и Не Сюань.
Вэнь Чанлин по всем правилам отвесил Не Сюаню поклон.
Не Сюань слегка приподнял подбородок, глядя на него свысока, и небрежно швырнул перед ним написанный указ.
Вэнь Чанлин подобрал свиток, пробежал глазами текст, молча принял его и низко поклонился, коснувшись лбом пола:
— Этот подданный благодарит Ваше Величество за великую милость.
Не Сюань холодно произнес:
— Вэнь Чанлин, Я предупреждал тебя: держись подальше от Нин Синчжи.
Вэнь Чанлин поднял взгляд на Не Сюаня, и при упоминании Нин Синчжи на его губах появилась улыбка:
— Возлюбленный человек рядом, и совладать с чувствами просто невозможно.
— Вэнь Чанлин, ты недостоин зваться благородным мужем. — Не Сюань поистине не ожидал, что Вэнь Чанлин окажется настолько упрям.
— Что есть благородный муж? — вспоминая о том, как Не Сюань обошелся с Нин Синчжи, Вэнь Чанлин чувствовал, будто его сердце разрывается на части. — Какой толк от этого пустого имени, если приходится лишь беспомощно смотреть, как он страдает?
Не Сюань сжав губы в тонкую линию посмотрел на Вэнь Чанлин, а затем неожиданно рассмеялся:
— Ну и что с того? Ты ведь скоро уедешь.
Вэнь Чанлин ответил:
— Я заберу А-Чжи с собой.
Лицо Не Сюаня вновь помрачнело:
— Тебе его не забрать. Никому не забрать.
Вэнь Чанлин улыбнулся:
— Неужели Ваше Величество боится?
— Ха, — усмехнулся Не Сюань. — Чего мне бояться? Если Нин Синчжи сам захочет уйти с тобой, Я чинить препятствия не стану.
Вэнь Чанлин только этого и ждал. Он вновь поклонился Не Сюаню, коснувшись лбом пола:
— Этот подданный благодарит Ваше Величество за великую милость и смеет откланяться.
Не Сюань с силой сжал кулаки, положив их на стол. Услышав шаги удаляющегося Вэнь Чанлина, он вдруг смахнул со стола все доклады.
Вэнь Чанлин и раньше действовал ему на нервы, а теперь стал противен вдвойне.
— Чжао Инь! — Не Сюань позвал евнуха. — Ступай следить за... Впрочем, нет... Ван Фуси, помоги Мне сменить одежду!
Не Сюань во что бы то ни стало желал лично увидеть, как именно Вэнь Чанлин заберет Нин Синчжи.
Покинув дворец, Вэнь Чанлин прямиком направился к Особняку генерала. Прибыв на место, он увидел Нин Синчжи, который отрешенно стоял у ворот с растерянным выражением лица.
— А-Чжи, — окликнул его Вэнь Чанлин и быстро зашагал навстречу. Бросив взгляд на плотно закрытые створки ворот, он спросил: — Почему ты стоишь на улице?
Нин Синчжи покачал головой:
— Ничего. — И тут же поинтересовался: — Зачем тебя вызывал император?
— Ваше Величество отправляет меня набраться опыта в Линнань, — ответил Вэнь Чанлин.
— В Линнань? — Нин Синчжи нахмурился.
Кто из чиновников не стремился показаться на глаза императору в надежде на повышение? Ссылка столичного чиновника на знойный юг — в Линнань — иначе как опалой и назвать-то было нельзя, смысл этого наказания сквозил слишком очевидно.
Вэнь Чанлин был внуком Великого наставника, а его отец и старшие родственники занимали высокие посты при дворе — эта знать без труда могла защитить старшего внука. Если только Вэнь Чанлин не совершил какого-то серьезного проступка, Не Сюань ни за что не стал бы изгонять его из столицы. Но как Вэнь Чанлин мог оступиться?
Нин Синчжи тут же подумал о себе:
— Это из-за меня?
Вэнь Чанлин покачал головой:
— Я сам разгневал Ваше Величество.
Нин Синчжи изумился. Он никак не ожидал, что Вэнь Чанлин способен кого-то разгневать, а тем более — самого Не Сюаня.
— Удивлен? — улыбнулся Вэнь Чанлин.
Нин Синчжи поспешно затряс головой.
Вэнь Чанлин продолжил:
— У меня ведь тоже есть характер и чувства. Неужели в представлении А-Чжи я лишен сердца и бесчувственный святой?
— Вовсе нет.
У каждого человека были свои семь чувств и шесть желаний, и Не Сюань с Вэнь Чанлином, разумеется, не составляли исключения. Просто, судя по воспоминаниям Нин Синчжи, Не Сюань никогда не выказывал эмоций на лице, а Вэнь Чанлин слыл утонченным благородным мужем. Картину того, как один из них доводит кого-то до гнева, а другой сам бесится, Нин Синчжи представить просто не мог.
— А-Чжи, у меня тоже есть сердце, есть чувства. Рядом с любимым человеком я испытываю радость и хочу быть к нему ближе, — мягко высказал то, что таилось у него на душе, Вэнь Чанлин. Не сводя с Нин Синчжи глаз, он сорвал маску со своей глубоко затаенной любви, и та проявилась столь отчетливо, что даже тугодумный Нин Синчжи ощутил нечто необычное.
Отводя взгляд от глаз Вэнь Чанлина, Нин Синчжи растерянно пробормотал:
— Вэнь-дажэнь, мне пора идти.
С этими словами он попытался уйти, но Вэнь Чанлин перехватил его за запястье.
— А-Чжи, выслушай меня до конца, хорошо?
— Я... — Нин Синчжи хотел отказаться, но Вэнь Чанлин на сей раз проявил редкую для него властность и напрямую поведал о своих чувствах.
— Я единственный ребенок в семье, братьев у меня нет. Когда я увидел тебя впервые, ты хоть и витал в облаках во время лекций деда, но выглядел таким живым, милым и по-детски прелестным. На тебя просто невозможно было смотреть без умиления, хотелось баловать все сильнее. А со временем я и вправду стал относиться к тебе как к младшему брату.
— Позже, покидая столицу, я видел в других местах множество диковинных и вкусных вещей, и мне всегда хотелось привезти их тебе. У меня накопилось уже несколько сундуков всяких безделушек, я исписал несколько тетрадей рецептами местных лакомств — все думал о том, чтобы ты, даже не покидая столицы, смог узнать о нравах и обычаях других краев, заполучить диковинки и отведать блюда со всех уголков земли.
— Хватит, не нужно об этом... — сердце Нин Синчжи тревожно забилось от услышанного. Никто и никогда не говорил ему подобных слов и не выказывал такой заботы. Он не мог ни принять этого, ни отплатить тем же.
— А-Чжи, дай мне договорить, и даже если ты мне откажешь, я ни о чем не пожалею, — голос Вэнь Чанлина звучал мягко, но взгляд был непоколебим.
Нин Синчжи закусил губу и отвел глаза.
Вэнь Чанлин тихо усмехнулся и продолжил:
— Я долгое время искренне верил, что вижу в тебе лишь младшего брата. Пока не вернулся в столицу, пока не встретил тебя вновь и не понял, что это не так. А-Чжи... — Вэнь Чанлин крепче сжал руку Нин Синчжи, пристально глядя на него. — Ты мне дорог. Мой дед и родители знают о моих чувствах, и стоит тебе лишь кивнуть, дед лично придет в дом генерала поговорить с ним и госпожой Нин.
Нин Синчжи изумленно уставился на Вэнь Чанлина — он никак не предполагал, что тот осмелился открыть это Великому наставнику и остальным.
— Ты... — Нин Синчжи на мгновение лишился дар речи.
Вэнь Чанлин с улыбкой смотрел на него:
— А-Чжи, выбор за тобой. Согласишься ли ты отправиться со мной в Линнань?

Комментарии

Загрузка...