Можешь... сначала отдать её ему... — раздался тихий, едва различимый голос.
Бай Дашэн резко обернулся, испытующе уставился на него, а затем перевёл взгляд на Юань Лина.
Юань Лин знал, что буйный нрав Бай Дашэна уже невозможно сдерживать — это был негласный сигнал к бою.
Испытав немало трудностей в тайном пространстве, Юань Лин решил, что стал гораздо осмотрительнее в делах, в то время как Бай Дашэн по-прежнему оставался холодным и жёстким.
Раз уж ты хочешь ставить общие интересы превыше всего, то надеюсь, что и впредь будешь следовать этому принципу. Юань Лин приподнял бровь и слегка кивнул Бай Дашэну.
Одновременно с этим он передал остальным обезьянам духовную волю. В телах приматов забурлила Духовная энергия, защищая их со всех сторон, а также оберегая самое уязвимое существо в центре круга — Сяо Хуаньсян. Дабай тем временем вспорхнул с плеча Бай Дашэна обратно на плечо Юань Лина.
Получив сигнал, Бай Дашэн крисвил губы в невнятной ухмылке, спокойно подошёл к Цянь Гану и протянул ему палку.
А? — Цянь Ган протянул руку и ухватился за оружие, но потянул назад — и не смог сдвинуть его с места. Он поднял голову на Бай Дашэна, и в его треугольных глазах мелькнул свирепый блеск.
Улыбка Бай Дашэна становилась всё шире, обнажая ряд ослепительно белых зубов. Не сводя глаз с Цянь Гана, он поймал во взгляде противника проблеск дикой жестокости, словно смотрел на какое-то лакомое угощение. Влив Духовную энергию в руку, он левой резко дернул оружие на себя.
Поняв, что дело неладно, Цянь Ган попытался увернуться и отпрянуть назад. Его мозг только отдал приказ, но тело, застигнутое врасплох, неописуемой силой потащило вперёд, а затем в груди внезапно полыхнуло болью.
Пхм. Цянь Ган отлетел назад, словно сломанная тряпичная кукла. Вмятина на его грудине выглядела жутко и устрашающе, а изо рта хлестала кровь, смешанная с ошметками внутренних органов.
Убрав правую руку, которая из-за избытка Духовной энергии казалась слегка раздутой, Бай Дашэн свирепым взглядом окинул подручных Цянь Гана, стоявших позади и слегка опешивших.
Рыбак рыбака видит издалека: те, кто связался с Цянь Ганом, сами по себе отличались жестокостью и безжалостностью. Эти люди даже не попытались проверить состояние своего главаря — придя в себя, они без малейших колебаний вскинули стволы и открыли огонь.
Все они уже повидали крови и имели опыт совместной охоты, так что в мгновение ока на Бай Дашэна обрушилась плотная сеть из пуль.
Пум-пум-пум. Только что демонстрировавший грубую и необузданную ярость Бай Дашэн теперь двигался с ловкостью рыбы в воде. На ходу он непрерывно и гибко извивался, а пули, летевшие со всех сторон, рассекали воздух и оставляли на земле глубокие выбоины.
Словно голодный тигр, ворравшийся в стадо овец, Бай Дашэн не проявлял ни капли жалости к своим врагам. Посох Падающих Звезд в его руке казался невесомым; взмах за взмахом, вспыхивая тусклым золотистым светом и рассыпая искры, словно звёздная пыль, он сокрушал одну голову за другой.
Прекратите огонь! — широко раскрытые глаза лежавшего на носилках Син Чжаочжи были полны тревоги, а лицо залил лихорадочный румянец.
Однако его слова не возымели никакого действия.
Стоявший неподалёку патрульный отряд, видя безумную бойню, устроенную Бай Дашэном, до упора вжал спусковые крючки своих автоматов.
А Бай Дашэн, подчистую перебив приспешников Цянь Гана, разумеется, не собирался покорно ждать смерти — он бросился вперёд, волоча за собой посох.
Столкнувшись с градом пуль, плотность которого возросла в несколько раз, Бай Дашэн лишь свирепо сверкнул глазами. Уплотненная Духовная энергия защитила самые уязвимые части его тела, и он поперёк преград бросился вперёд, не делая ни шагу назад.
Словно утёс посреди бурного потока, он стоял неколебимо и бесстрашно, отчего брызги воды разлетались во все стороны. Золотистые пули одна за другой с силой отскакивали от него, а их деформированные сердечки падали на землю.
Диким зверем ворвавшись в толпу, Бай Дашэн смешал едва заметные кровавые следы на своей коже с кровью бойцов патрульного отряда, так что их стало невозможно различить.
Со всех сторон разнеслись крики ужаса. Некоторые патрульные не выдерживали психологического давления и начинали отступать, окружающие мирные выжившие спешно бросались врассыпную, а Чжао Бо и остальные тоже перевели стволы на Бай Дашэна.
Юань Лин со своими обезьянами покорно наблюдал за происходящим под сенью тяжёлых цепей, как вдруг в районе виска он почувствовал холодок.
Я блять велел вам остановиться! — впервые с момента их встречи мягкий Син Чжаочжи покраснел от ярости, а расплывавшееся на груди кровавое пятно становилось всё шире. — Если ты ещё хоть пальцем шевельнёшь, я убью его!
— Ррр!
Хотя по строгому приказу Юань Лина никто из обезьян не переходил к активным действиям, каждая из них заняла угрожающую позицию по отношению к Син Чжаочжи и всем остальным.
Особенно усердствовал младший — Дэи. Обначив клыки и не мигая уставившись на ствол, нацеленный в голову Бай Дашэна, он выпустил наружу тёмно-фиолетовые молнии. Энергия непроизвольно побежала по цепям, отчего обезьян разом ощутимо тряхнуло током. И лишь получив свирепый нахлобучкин взгляд от Юань Лина, Дэи наконец успокоился.
— Ск-ск-ск...
...
С глазами, налитыми кровью, Бай Дашэн, уже готовившийся ворваться во второй патрульный отряд, наконец замер на пороге смерти и повернул голову к Син Чжаочжи.
Бойцы патруля поспешно прекратили стрельбу.
— Опустите... оружие, я... — Син Чжаочжи смотрел на окровавленного Бай Дашэна и валявшиеся вокруг него расчлененные останки. Губы его беззвучно шевелились, но он никак не мог подобрать слов, чтобы оправдать эту бойню.
Пум. Посох в руке Бай Дашэна качнулся в сторону, легко отбив летевшую в него пулю.
Он повернул голову, и от одного его свирепого взгляда противостоявший ему с оружием в руках юноша испуганно рухнул на колени, едва не плача от страха:
— Я... я не специально, оно... оно само выстрелило!
Увидев это, Син Чжаочжи тяжело вздохнул:
— Опустите оружие. Когда глава Ли вернётся, я готов поклясться собственной жизнью и попросить его разрешить вам какое-то время послужить в нашем поселении, а затем отпустить вас.
Он перевёл взгляд на Бай Дашэна. Тот оставался недвижим, а стоявший рядом Юань Лин обдумывал выполнимость этого предложения.
Топ-топ-топ. Не дожидаясь, пока Юань Лин согласится или откажется, вооруженный отряд численностью человек в сорок-пятьдесят уже окружил их на звук выстрелов.
Прежнее соглашение остаётся в силе, — глядя на Бай Дашэна, повторил Син Чжаочжи.
Судя по всему, выбора у них не осталось. Юань Лин мысленно вздохнул. Только что он ещё сомневался, действительно ли слово Син Чжаочжи имеет такой вес, но теперь у него просто не было другого пути.
Потому что Бай Дашэн только что израсходовал до капли всю оставшуюся Духовную энергию.
Конечно, ни о какой службе не могло быть и речи: стоило им восстановить силы, как если бы кто-то посмел снова встать у них на пути, они бы устроили здесь такой переполох, что камня на камне не осталось бы.
Заметив кивок соглашения от Бай Дашэна, Син Чжаочжи с облегчением выдохнул, опустил оружие и обратился к приближающимся людям:
— Опустите стволы, они не враги. За всё ручаюсь лично я, а когда вернется главарь, я поговорю с ним.
— Хэ-хэ... кхе.
— И ты думаешь, что твоё слово чего-то стоит? На твоей совести семь-восемь человеческих жизней, ты за них ответишь?
Все обернулись. Кровавый человек, до этого лежавший под грудой тел, с хриплым смехом поднялся на ноги. Из раны на его груди торчали жуткие, окровавленные обломки костей.
Стоит признать, что после катаклизма человеческое тело под воздействием Духовная энергия претерпело колоссальные изменения.
Этот ублюдок всё-таки выжил. В голове Юань Лина промелькнула недовольная мысль Бай Дашэна, оставшегося разочарованным своей работой.
Стоявший рядом Син Чжаочжи тоже едва заметно поморщился.
— Хэ-хэ... Ты... неплох, оказывается, ты и впрямь мастер... Но раз уж вы пришли сюда, то даже будь вы настоящим драконом, придётся вам свернуться в клубок у меня под ногами! — Цянь Ган указал в сторону Бай Дашэна и Юань Лина. — Именем временного главы поселения я приказываю: ни людей, ни обезьян в живых! Не! ОстАвлЯтЬ!
— Не смей! — из последних сил сопротивляясь, Син Чжаочжи повис на плече у Чжао Бо и раскинул руки, заслоняя собой Юань Лина и остальных обезьян.
Бойцы с оружием в руках переглянулись, не зная, как поступить.
В обычное время они бы наверняка послушались доброго и справедливого заместителя командира Сина, к тому же нынешний вид заместителя командира Цяня наводил на мысль, что с его психическим здоровьем что-то не так.
Но сейчас, глядя на горы трупов товарищей, окровавленного мстителя посреди площади и статус временного лидера, они всё же были склонны подчиниться Цянь Гану.
Пока они нерешительно колебались...
Юань Лин вдруг почувствовал холодную капельку на лице. Он поднял голову — небо словно затянуло мириадами невидимых стеклянных шариков.
Кап.
Кап-кап.
Снова начинался дождь.

Комментарии

Загрузка...