Глава 32

Учитель велел всем ученикам собраться в классе третьего года обучения, не объявляя заранее о цели сбора. Третий год занимался в большом классе, и обычно все собрания проводились именно здесь. Войдя в помещение, я увидел, что туда натащили дополнительных скамеек. Одноклассники собрались почти в полном составе, море голов сливалось в сплошную черную массу.

Я нашел свободное место и сел ждать начала собрания. (Поскольку учитель сам приходил ко мне домой и уговаривал вернуться в выпускной класс, моя двухлетняя эпопея с зарабатыванием трудодней в производственной бригаде временно подошла к концу.) Вскоре появились учителя — кто-то из тех, кого раньше перевели в другие места, кто-то из местных, а следом за ними вошел командир народного ополчения производственной бригады. Все они уселись на возвышении во главе класса.

Один из учителей произнес пару вводных слов, а затем передал слово командиру ополчения: А теперь попросим товарища командира У выступить с напутствием, давайте поприветствуем его. Командир У встал и жестом попросил всех унять шум: Мне, грубому деревенскому мужику, перед вашими учителями давать какие-то напутствия не пристало, так что я скажу вкратце. Он долго рассуждал о текущей работе. Не знаю, как остальные, а я точно ничего не понял. Времени ушло немало, и двое главных сонь в зале даже захрапели, вызвав всеобщий взрыв смеха. Учителя жутко смутились, а вот командиру У было хоть бы хны, зато он наконец вспомнил, о чем должен был сказать. Хлопнув себя по лбу, он огласил список из трех человек, которые отправятся в среднюю школу. И среди них действительно оказался мой приятель по производственной бригаде.

После собрания учитель позвал меня в свой кабинет, где находился и командир У.

Заметив, что я вошел, командир обратился ко мне: Мы все знаем, что ты учишься очень хорошо. В прошлом году тебя собирались отправить, но учителя посчитали, что ты еще мал, к тому же прервал учебу, так что ты не поехал. В этом году квот снова в обрез, так что погоди до следующего года. Учитель поманил меня рукой, и я вышел.

Троим счастливчикам, поступающим в среднюю школу, бригада выдала по перьевой ручке и по тетради для дневника. На первой странице каждой тетради стояла круглая печать производственной бригады, символизирующая внимание, которое руководство уделяет образованию.

Сегодня было шестнадцатое число первого лунного месяца. Учителя распределили классы, рассадили учеников по местам и объявили, что завтра нужно приходить на занятия. Я побрел домой вместе с толпой. Мой дом находился совсем близко от школы, я шел не торопясь, а в голове снова и снова проносились картины только что прошедшего прощального вечера. Два года тяжелого труда в деревне заставили меня думать о жизни глубже, чем сверстники, и на душе у меня было горько и тоскливо.