Лицо Гу Дашаня мгновенно переменилось.
— Нуонюо, что ты такое говоришь?
Кроха прижала к себе бамбуковый коробок, от волнения ее хвостики забавно затряслись:
— Хэйдоу говорит, что в горах пахнет кровью, а еще там «железный» плохой человек!
Шэнь Чанхэ тут же уставился на ворона за окном:
— Он правда так сказал?
Хэйдоу в нетерпении запрыгал по подоконнику:
— Дуралеи, дуралеи! Человек помирает!
Личико Нуонюо побледнело:
— Он говорит, человек скоро умрет.
Гу Дашаню было не до расспросов о говорящем вороне. Он резко развернулся и скомандовал:
— Чанъань, Чанхэ, оставайтесь дома! А я — за подмогой!
Шэнь Чанхэ вскочил:
— Дедушка староста, я знаю, где стоят железные капканы, я покажу дорогу!
Шэнь Чанъань тоже не остался в стороне:
— Я пойду. Тропы у подножия горы трудно различить.
Линь Ваньнян тут же запротестовала:
— Нельзя! Вы только что вернулись, в горах сейчас слишком опасно!
Шэнь Чанъань посмотрел на нее серьезным взглядом:
— Матушка, если дядюшку Чжао Эра действительно зажало капканом, промедление будет стоить ему жизни.
Шэнь Циншань, опираясь на край кровати и стиснув зубы от боли, прохрипел:
— Я пойду.
Стоило ему шевельнуться, как лицо его стало мертвенно-бледным от резкой боли в ноге.
У Линь Ваньнян на глаза навернулись слезы:
— Куда ты собрался? Совсем о ноге не думаешь?
Шэнь Циншань крепко сжал кулаки:
— Нельзя же позволять детям так рисковать.
Нуонюо подбежала к нему и накрыла его кулак своей крошечной ладошкой.
— Папочка не пойдет, Нуонюо покажет дорогу.
— Нельзя! — выкрикнули почти все в комнате одновременно.
Нуонюо вжала голову в плечи от испуга, но все же тихо пролепетала:
— Но только Нуонюо слышит Хэйдоу и слышит Горы.
Гу Дашань замер.
Он посмотрел на Нуонюо сложным, нечитаемым взглядом. Вчера он списал всё на то, что ребенок просто сильно ударился и бредит, но сегодня... дикий ямс, капканы, ворон-вестник — всё это происходило на его глазах. Не верить в это — значило быть слепцом.
Староста присел перед девочкой и смягчил голос:
— Нуонюо, ты и вправду слышишь, что происходит в горах?
Кроха кивнула:
— Слышу... немножко.
— Тогда ты можешь сказать дедушке старосте, где сейчас Чжао Эр?
Нуонюо повернулась к окну. Хэйдоу, захлопав крыльями, взлетел и начал кружить в воздухе.
— За мной! За мной! Блестяшки потом отдашь мне!
Нуонюо тут же перевела:
— Хэйдоу знает!
Гу Дашань хлопнул себя по колену:
— Решено! Я позову нескольких крепких мужиков. Чанъань и Чанхэ пойдут с нами, а Нуонюо...
Линь Ваньнян крепко прижала дочку к себе:
— Староста!
Гу Дашань вздохнул:
— Ваньнян, я понимаю твой страх. Но сейчас на кону человеческая жизнь. Нуонюо не пойдет в чащу, я сам понесу ее на руках, она и земли не коснется.
— Я понесу, — тут же вызвался Шэнь Чанъань.
Шэнь Чанхэ засуетился:
— И я могу!
Шэнь Сяомань рядом поднял руку:
— А я могу посторожить дом.
Все посмотрели на него. Мальчик серьезно добавил:
— Правда, я не буду никуда убегать, присмотрю за папой и мамой.
Линь Ваньнян чувствовала одновременно и боль, и нежность. Нуонюо обхватила ее за шею, прижавшись щекой:
— Матушка, Нуонюо будет послушной. Нуонюо спасет человека и сразу вернется.
Линь Ваньнян зажмурилась, а затем достала из аптечки небольшой сверток с кровоостанавливающим порошком и сунула его Шэнь Чанъаню.
— Возьми. И помните: если с головы Нуонюо упадет хоть волосок, я вам обоим задам, когда вернетесь.
Шэнь Чанхэ выпятил грудь:
— Не волнуйся, матушка! Кто тронет сестренку — будет иметь дело со мной!
Шэнь Чанъань твердо кивнул:
— Я не допущу, чтобы Нуонюо пострадала.
Вскоре Гу Дашань привел четверых деревенских мужиков. Жена Чжао Эра прибежала следом, заливаясь слезами:
— Староста, умоляю, спасите моего мужа! Если его не станет, как же мы с детьми выживем?
Гу Дашань ответил сурово:
— Не плачь, жди в деревне вестей. Мы уходим.
Жена Чжао Эра, заметив Нуонюо, опешила:
— Зачем же вы ребенка берете?
Тут, словно из-под земли, выросла жена старшего брата, Цянь-ши. Скрестив руки на груди, она язвительно прошипела:
— И не говорите! Девчонка из третьей ветви — сущая чертовка, небось она и приманила волков. Староста, вы и впрямь не боитесь брать ее с собой?
Шэнь Чанхэ мгновенно вспыхнул:
— Цянь-ши, если не закроешь свой вонючий рот, я велю Хэйдоу тебя заклевать!
Цянь-ши вытаращила глаза:
— Как ты меня назвал? Я твоя тетушка!
Шэнь Чанхэ холодно хмыкнул:
— Семьи разделены, так что не строй из себя родню.
Цянь-ши аж перекосило от злости. Нуонюо посмотрела на нее и произнесла тоненьким голоском:
— Тетушка, у вас на голове птичья какашка.
Цянь-ши машинально потянулась к макушке. Пусто. Только она собралась разразиться бранью, как сверху раздалось звонкое «шлеп!».
Белая клякса приземлилась точно в цель. У ворот воцарилась тишина.
Хэйдоу, усевшись на ветку дерева, гордо выпятил грудь:
— Кар-р!
Шэнь Чанхэ расхохотался:
— Ха-ха-ха! Нуонюо, как в воду глядела!
Деревенские мужики тоже не сдержались и прыснули со смеху.
Цянь-ши завизжала:
— Проклятая ворона! Убью!
Она схватила метлу, чтобы сбить птицу, но Хэйдоу уже улетел далеко, продолжая издевательски каркать в небе.
Нуонюо тихо перевела:
— Хэйдоу говорит, у тетушки рот грязный, надо помыть.
Тут даже Гу Дашань едва сдержал улыбку. Он махнул рукой:
— Ладно, спасение человека важнее. Пошли!
Группа поспешила к подножию горы вслед за Хэйдоу. Шэнь Чанъань нес Нуонюо на руках, Шэнь Чанхэ шагал рядом с мотыжкой на плече, а мужики вооружились крепкими дубинами.
Стоило им войти в лес, как Нуонюо прошептала:
— Тут «кусачки», идите справа.
Гу Дашань велел разворошить сухую листву. И действительно — под ней скрывался железный капкан с пугающе острыми зубьями.
Мужики ахнули:
— Наступишь на такой — и ногу в щепки!
Гу Дашань помрачнел:
— Какой подлец додумался ставить такое у самого подножия?
Нуонюо снова указала пальчиком:
— Впереди ямка, туда нельзя.
Один из мужиков ткнул длинной палкой, и сухие ветки провалились, обнажая ловчую яму глубиной в полчеловеческого роста. На дне торчали заостренные колья.
Молодой парень из деревни побледнел:
— Я же чуть туда не шагнул...
Его взгляд на Нуонюо мгновенно изменился:
— Кроха, ты мне жизнь спасла.
Нуонюо обхватила Шэнь Чанъаня за шею и прошептала:
— Это Горы сказали.
Больше никто не смел относиться к словам девочки с пренебрежением. Весь путь они шли строго по ее указаниям. Хэйдоу летел впереди, время от времени каркая.
Нуонюо переводила своим детским голоском:
— Налево.
— Стойте, стойте, там «кусачки».
— Деревья говорят, там кто-то проходил.
Чем дальше они шли, тем сильнее становился запах крови. Наконец, впереди послышался крик Чжао Эра:
— Помогите! Есть кто-нибудь? На помощь!
Гу Дашань закричал в ответ:
— Чжао Эр! Ты где?
— Староста! Я здесь! Не подходите близко, тут капканы!
Раздвинув кусты, они увидели Чжао Эра. Он сидел под деревом, бледный как полотно. Его ногу намертво зажал железный капкан, штанина пропиталась кровью. Рядом лежал еще один, не сработавший, спрятанный очень искусно.
Увидев людей, Чжао Эр разрыдался:
— Староста, я думал, так и подохну здесь!
Гу Дашань крикнул:
— Не дергайся!
Кровоостанавливающий порошок Линь Ваньнян пришелся как нельзя кстати. Двое мужиков прижали капкан палками, а Шэнь Чанъань спокойно распорядился:
— Не разжимайте сразу, сначала заклиньте здесь. Чанхэ, дай мотыжку.
Шэнь Чанхэ тут же протянул инструмент:
— Держи, брат!
На лбу Шэнь Чанъаня выступил пот, но руки не дрожали.
— Дядюшка Чжао Эр, потерпите.
Чжао Эр стиснул зубы:
— Давай!
Раздался резкий щелчок. Капкан разжался. Чжао Эр глухо застонал и едва не лишился чувств от боли. Гу Дашань быстро засыпал рану порошком и туго перебинтовал куском ткани.
Чжао Эр тяжело дышал:
— Спасибо, что успели... Еще немного, и я бы не выдержал.
Гу Дашань смотрел на разбросанные капканы, и лицо его чернело от ярости:
— Это не охота, это душегубство!
Вдруг Нуонюо закрыла уши руками. Шэнь Чанъань тут же спросил:
— Что случилось?
Личико Нуонюо напряглось:
— Горы говорят, кто-то идет.
Все вздрогнули. Гу Дашань понизил голос:
— Кто?
Нуонюо прислушалась. Неподалеку послышался хруст сухих листьев под чьими-то шагами и грубые мужские голоса.
— Капкан сработал, точно добыча есть.
— Если волчонок — куш сорвем. Шкура, кости — всё в цене.
— Живее, пока деревенские не пронюхали.
Лица мужиков из деревни разом изменились. Шэнь Чанхэ крепче перехватил мотыжку:
— Это они капканы поставили!
Гу Дашань приложил палец к губам:
— Прячьтесь.
Но Чжао Эр из-за раны не мог быстро двигаться. Шаги приближались. Из зарослей вышли трое незнакомцев в коротких куртках, с ножами и мотками веревок. У того, что шел первым, через всё лицо тянулся уродливый шрам. Увидев Гу Дашаня и остальных, он нахмурился.
— Вы кто такие?
Гу Дашань ответил холодно:
— Это я должен спросить. Гора Цинши принадлежит нашей деревне. Зачем вы ставите капканы и калечите людей?
Шрамолицый злобно прищурился:
— На горе Цинши твое имя не написано. Я охочусь, и не твое собачье дело!
Шэнь Чанхэ не выдержал:
— Охотитесь? Да вы людей губите!
Другой, худощавый мужчина, заметил Нуонюо и прищурился:
— Главарь, а что тут девчонка делает? Та ворона всё кружила над ней.
Шрамолицый уставился на Нуонюо, затем на ее старый бамбуковый коробок. Его взгляд изменился.
— Эта малявка... неужто она капканы видит?
Сердце Шэнь Чанъаня екнуло, он сильнее прижал сестру к себе. Шрамолицый ухмыльнулся:
— Любопытно. Заберем ее с собой, там и расспросим.
Гу Дашань взревел:
— Только попробуй!
Шрамолицый выхватил нож:
— Прочь с дороги, деревенщина! А ну, взяли их!
Мужики из деревни тут же подняли дубины. В лесу завязалась потасовка. Шэнь Чанхэ, хоть и был мал, оказался не из трусливых. Когда один из чужаков бросился на него, он со всей силы опустил мотыжку тому на запястье.
— Не смей трогать мою сестру!
Мужчина взвыл, и нож выпал из его рук. Шэнь Чанъань, прикрывая Нуонюо, отступал назад, шепча:
— Не бойся.
Но Нуонюо услышала совсем другой голос.
— Сзади! Плохой человек заходит сзади!
Она звонко крикнула:
— Старший брат, сзади!
Шэнь Чанъань почти инстинктивно уклонился. Худой мужчина, метивший ему в спину, промахнулся и врезался в дерево. Хэйдоу камнем рухнул вниз и клюнул его прямо в лицо.
— А-а-а! Мой глаз!
Шэнь Чанхэ расхохотался:
— Хэйдоу, молодец! Так его!
Шрамолицый, поняв, что легкой добычи не будет, выругался:
— Уходим!
Он бросился наутек. Гу Дашань хотел было погнаться за ним, но Чжао Эр снова застонал от боли.
— Староста, не надо, сначала поможем дядюшке Чжао Эру! — крикнул Шэнь Чанъань.
Троица скрылась в лесу. Гу Дашань в сердцах ударил кулаком по дереву:
— Твари!
Нуонюо смотрела им вслед, и ее личико становилось всё бледнее. Шэнь Чанъань заметил неладное:
— Нуонюо?
Кроха прошептала:
— Дядюшка Волк рассердился.
Едва она договорила, как из глубины леса донесся волчий вой. Он был глубже и холоднее утреннего, словно ледяной ветер прошелся по спинам людей. Деревенские мужики замерли от ужаса.
— Волки!
— Бежим!
Но в кустах вокруг уже зажглись десятки пар призрачно-зеленых глаз. Чжао Эр задрожал всем телом:
— Всё, пропали мы... Стая пришла!
Шэнь Чанхэ тоже побледнел, но всё равно заслонил собой Нуонюо. Шэнь Чанъань крепко обнял сестру, его ладони стали влажными от пота. Хэйдоу взлетел на самую верхушку дерева, его крик стал пронзительным:
— Не за вами! За «железными» злодеями!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...