До того, как в его разуме прозвучал этот голос, Ци Цзи понятия не имел, как именно добывать эти пресловутые «легендарные очки духовного резонанса». Не знал он и об их истинном предназначении.
До того, как в его разуме прозвучал этот голос, Ци Цзи понятия не имел, как именно добывать эти пресловутые «легендарные очки духовного резонанса». Не знал он и об их истинном предназначении.
Но теперь пелена неведения спала.
Но теперь пелена неведения спала.
«Так вот оно что...» — в темных, бездонных глазах оленя мелькнуло осознание.
«Так вот оно что...» — в темных, бездонных глазах оленя мелькнуло осознание.
Вспыхнувшая в сознании информация расставила всё по своим местам:
Вспыхнувшая в сознании информация расставила всё по своим местам:
Базовый порог: 10 человек / 1 день.
Базовый порог: 10 человек / 1 день.
Далее:
Далее:
100 человек / 1 год.
100 человек / 1 год.
1 000 человек / 10 лет.
1 000 человек / 10 лет.
10 000 человек / 50 лет.
10 000 человек / 50 лет.
100 000 человек / 100 лет.
100 000 человек / 100 лет.
1 000 000 человек / 1 000 лет.
1 000 000 человек / 1 000 лет.
Чем дольше тянулось время, тем сложнее было поддерживать легенду живой и получать мощный эмоциональный отклик от достаточного числа людей. Однако и награда росла пропорционально: чем масштабнее и долговечнее был миф, тем больше очков он приносил своему творцу.
Чем дольше тянулось время, тем сложнее было поддерживать легенду живой и получать мощный эмоциональный отклик от достаточного числа людей. Однако и награда росла пропорционально: чем масштабнее и долговечнее был миф, тем больше очков он приносил своему творцу.
Их ценность была несоизмеримо выше обычных очков. Всего одно легендарное очко духовного резонанса было способно продлить жизнь Ци Цзи на целую сотню лет!
Их ценность была несоизмеримо выше обычных очков. Всего одно легендарное очко духовного резонанса было способно продлить жизнь Ци Цзи на целую сотню лет!
Более того, именно эти очки даровали возможность эволюции, выходящей далеко за пределы врожденного потенциала любого вида. Это не просто рядовое укрепление плоти — это радикальное перерождение сущности. Каждая такая эволюция со стопроцентной вероятностью открывала доступ к редчайшей, невероятной по силе способности. Эффект от нового навыка на порядки превосходил те крупицы силы, что Ци Цзи мог получить с мизерным шансом, потратив целую сотню обычных очков.
Более того, именно эти очки даровали возможность эволюции, выходящей далеко за пределы врожденного потенциала любого вида. Это не просто рядовое укрепление плоти — это радикальное перерождение сущности. Каждая такая эволюция со стопроцентной вероятностью открывала доступ к редчайшей, невероятной по силе способности. Эффект от нового навыка на порядки превосходил те крупицы силы, что Ци Цзи мог получить с мизерным шансом, потратив целую сотню обычных очков.
Единой цены у такой эволюции не было — с каждым новым витком развития требовалось разное количество энергии. Пока Ци Цзи точно знал лишь одно: для первого рывка ему потребуется собрать ровно пять легендарных очков.
Единой цены у такой эволюции не было — с каждым новым витком развития требовалось разное количество энергии. Пока Ци Цзи точно знал лишь одно: для первого рывка ему потребуется собрать ровно пять легендарных очков.
Проще говоря, эти крупицы энергии представляли собой высший, элитный ранг очков духовного резонанса, добыть которые было дьявольски сложно. Прежняя же энергия относилась к базовому уровню: её эффекты не поражали воображение, зато накапливать её было легко и приятно.
Проще говоря, эти крупицы энергии представляли собой высший, элитный ранг очков духовного резонанса, добыть которые было дьявольски сложно. Прежняя же энергия относилась к базовому уровню: её эффекты не поражали воображение, зато накапливать её было легко и приятно.
«А это самое первое очко... оно явно прилетело благодаря той девчонке, Юань Яо», — подумал Ци Цзи.
«А это самое первое очко... оно явно прилетело благодаря той девчонке, Юань Яо», — подумал Ци Цзи.
В тот самый миг, когда незримая энергия влилась в его тело, он инстинктивно почувствовал, откуда именно потянулась эта золотистая нить благословения.
В тот самый миг, когда незримая энергия влилась в его тело, он инстинктивно почувствовал, откуда именно потянулась эта золотистая нить благословения.
Государство Билинь. Королевский дворец в сердце города Цзиньхуа.
Государство Билинь. Королевский дворец в сердце города Цзиньхуа.
Облаченная в изящное платье цвета цветущей бегонии, маленькая принцесса Юань Яо с горящими от восторга глазами и невероятно живой мимикой пересказывала стайке фрейлин историю своего чудесного спасения.
Облаченная в изящное платье цвета цветущей бегонии, маленькая принцесса Юань Яо с горящими от восторга глазами и невероятно живой мимикой пересказывала стайке фрейлин историю своего чудесного спасения.
— Беляш невероятно умный! Представляете, те злодеи так туго стянули мне руки веревкой, а он просто подошел, легонько прикусил узел, потянул — и всё развязалось! — девочка активно жестикулировала, живописуя каждую деталь. — Я потом так долго шла за ним, что ноги гудели от усталости, но стоило мне только позвать, как Беляш тут же останавливался и терпеливо ждал. Он всё-всё понимает, каждое мое слово!
— Беляш невероятно умный! Представляете, те злодеи так туго стянули мне руки веревкой, а он просто подошел, легонько прикусил узел, потянул — и всё развязалось! — девочка активно жестикулировала, живописуя каждую деталь. — Я потом так долго шла за ним, что ноги гудели от усталости, но стоило мне только позвать, как Беляш тут же останавливался и терпеливо ждал. Он всё-всё понимает, каждое мое слово!
Она перевела дух, а её слушательницы ахнули, завороженные рассказом.
Она перевела дух, а её слушательницы ахнули, завороженные рассказом.
— А потом на нас набросилась бродячая собака! Такая свирепая, огромная... — Юань Яо зябко передернула плечами. — Она чуть не вцепилась мне в руку, но Беляш как ударит ее копытом! Собака так и отлетела. Он такой храбрый и сильный... А эти мерзкие бандиты всё гнались и гнались за нами! Если бы не мой спаситель... Вы не смотрите, что он ростом невелик. Беляш быстрее и мощнее любых гончих псов, которых дрессируют дворцовые стражники! Как жаль, что он не захотел пойти со мной во дворец. Иначе бы вы сами всё увидели! Клянусь, это самый красивый белоснежный олененок на всем белом свете!
— А потом на нас набросилась бродячая собака! Такая свирепая, огромная... — Юань Яо зябко передернула плечами. — Она чуть не вцепилась мне в руку, но Беляш как ударит ее копытом! Собака так и отлетела. Он такой храбрый и сильный... А эти мерзкие бандиты всё гнались и гнались за нами! Если бы не мой спаситель... Вы не смотрите, что он ростом невелик. Беляш быстрее и мощнее любых гончих псов, которых дрессируют дворцовые стражники! Как жаль, что он не захотел пойти со мной во дворец. Иначе бы вы сами всё увидели! Клянусь, это самый красивый белоснежный олененок на всем белом свете!
Лица обступивших её служанок менялись вслед за каждым поворотом истории: от испуга до радостного облегчения. Нянюшка Чжан, преданно служившая принцессе с малых лет, украдкой смахнула набежавшую слезу и всхлипнула, сквозь дрожащую улыбку промолвив:
Лица обступивших её служанок менялись вслед за каждым поворотом истории: от испуга до радостного облегчения. Нянюшка Чжан, преданно служившая принцессе с малых лет, украдкой смахнула набежавшую слезу и всхлипнула, сквозь дрожащую улыбку промолвив:
— Воистину, это благословение небес! Сам Волшебный олень снизошел до нас! Когда пришла весть, что ваше высочество похитили душегубы, мое старое сердце словно в кипящем масле варилось. Дня и ночи не спала, всё извелась, страшась худшего... Но судьба благоволит вам, раз на пути повстречался столь разумный светлый дух, не пожалевший жизни ради вашего спасения. Это истинный знак вашей благой доли.
— Воистину, это благословение небес! Сам Волшебный олень снизошел до нас! Когда пришла весть, что ваше высочество похитили душегубы, мое старое сердце словно в кипящем масле варилось. Дня и ночи не спала, всё извелась, страшась худшего... Но судьба благоволит вам, раз на пути повстречался столь разумный светлый дух, не пожалевший жизни ради вашего спасения. Это истинный знак вашей благой доли.
— Истинно так! — горячо закивала юная фрейлина, в голосе которой все еще слышались отголоски пережитого страха. — В те черные дни мы места себе не находили, от каждого шороха вздрагивали, боясь дурных вестей. Какое счастье, что вы вернулись целой и невредимой! Этот олененок — точно священный олень, посланный самими небесами, чтобы уберечь вас!
— Истинно так! — горячо закивала юная фрейлина, в голосе которой все еще слышались отголоски пережитого страха. — В те черные дни мы места себе не находили, от каждого шороха вздрагивали, боясь дурных вестей. Какое счастье, что вы вернулись целой и невредимой! Этот олененок — точно священный олень, посланный самими небесами, чтобы уберечь вас!
— Да что небеса, это всё светлая карма нашей принцессы! — подхватила другая девушка. — Иначе с чего бы такому чудесному созданию явиться именно ей?
— Да что небеса, это всё светлая карма нашей принцессы! — подхватила другая девушка. — Иначе с чего бы такому чудесному созданию явиться именно ей?
— Ох, если бы он только пришел во дворец! — вздохнула третья. — Мы бы отблагодарили его со всеми почестями. Ваше высочество так о нем рассказывает, что я аж извелась от любопытства! Хоть одним глазком бы взглянуть!
— Ох, если бы он только пришел во дворец! — вздохнула третья. — Мы бы отблагодарили его со всеми почестями. Ваше высочество так о нем рассказывает, что я аж извелась от любопытства! Хоть одним глазком бы взглянуть!
— И я, и я хочу! Он, должно быть, само очарование и доброта... Прямо как наша принцесса!
— И я, и я хочу! Он, должно быть, само очарование и доброта... Прямо как наша принцесса!
Слушая восторженный щебет фрейлин, Юань Яо откусила кусочек нежного пирожного с османтусом и тепло, совершенно по-детски рассмеялась:
Слушая восторженный щебет фрейлин, Юань Яо откусила кусочек нежного пирожного с османтусом и тепло, совершенно по-детски рассмеялась:
— Да ну вас, это не я хорошая, это мой Беляш — чудо! Я спрашивала у матушки-императрицы: оленята такого размера ведь совсем еще крохи, недавно от груди отлученные. А он, будучи таким малышом, не испугался и заслонил меня собой! Вот погодите, как только выдастся случай улизнуть из дворца, я обязательно отыщу его снова. Наберу самых сладких фруктов, целую корзину своих любимых сладостей...
— Да ну вас, это не я хорошая, это мой Беляш — чудо! Я спрашивала у матушки-императрицы: оленята такого размера ведь совсем еще крохи, недавно от груди отлученные. А он, будучи таким малышом, не испугался и заслонил меня собой! Вот погодите, как только выдастся случай улизнуть из дворца, я обязательно отыщу его снова. Наберу самых сладких фруктов, целую корзину своих любимых сладостей...
— Мы с вами, ваше высочество! — хором отозвались служанки, с неподдельным умилением глядя на раскрасневшуюся девочку. — Обязательно пойдем искать этого волшебного Беляша!
— Мы с вами, ваше высочество! — хором отозвались служанки, с неподдельным умилением глядя на раскрасневшуюся девочку. — Обязательно пойдем искать этого волшебного Беляша!
Каждая из присутствующих в покоях женщин искренне обожала эту мягкую, добрую девочку, в которой не было ни капли высокомерной королевской спеси. Когда пришло страшное известие о её похищении, для обитателей Дворца Яогуан словно рухнуло небо: они рыдали в голос и рвали на себе волосы в неподдельном, искреннем отчаянии.
Каждая из присутствующих в покоях женщин искренне обожала эту мягкую, добрую девочку, в которой не было ни капли высокомерной королевской спеси. Когда пришло страшное известие о её похищении, для обитателей Дворца Яогуан словно рухнуло небо: они рыдали в голос и рвали на себе волосы в неподдельном, искреннем отчаянии.
И вот теперь, глядя на живую и здоровую маленькую принцессу, которая без умолку щебетала о своих приключениях, щедро осыпая своего спасителя искренними словами восхищения и благодарности... они, сами того не ведая, идеально выполнили все условия, чтобы на другом конце света Ци Цзи получил свое драгоценное очко духовного резонанса.
И вот теперь, глядя на живую и здоровую маленькую принцессу, которая без умолку щебетала о своих приключениях, щедро осыпая своего спасителя искренними словами восхищения и благодарности... они, сами того не ведая, идеально выполнили все условия, чтобы на другом конце света Ци Цзи получил свое драгоценное очко духовного резонанса.
Но этой теплой, непринужденной атмосфере не суждено было продлиться долго. Стоило порог переступить высокой девушке, облаченной в строгие черные одежды, расшитые тусклым золотом облачных узоров, как воздух в зале мгновенно заледенел.
Но этой теплой, непринужденной атмосфере не суждено было продлиться долго. Стоило порог переступить высокой девушке, облаченной в строгие черные одежды, расшитые тусклым золотом облачных узоров, как воздух в зале мгновенно заледенел.
Вошедшей было на вид лет семнадцать-восемнадцать. Она обладала тонкими, аристократичными чертами лица, красоту которых безвозвратно портило одно пугающее обстоятельство: её левый глаз был слеп и скрывался под плотной черной шелковой повязкой. Зато правый, зрячий, лучился поистине арктическим холодом. В сочетании с плотно сжатыми, тонкими губами этот ледяной взор придавал её облику сходство с обнаженным клинком — резким, жестоким и беспощадным.
Вошедшей было на вид лет семнадцать-восемнадцать. Она обладала тонкими, аристократичными чертами лица, красоту которых безвозвратно портило одно пугающее обстоятельство: её левый глаз был слеп и скрывался под плотной черной шелковой повязкой. Зато правый, зрячий, лучился поистине арктическим холодом. В сочетании с плотно сжатыми, тонкими губами этот ледяной взор придавал её облику сходство с обнаженным клинком — резким, жестоким и беспощадным.
При виде неё фрейлины и нянюшка Чжан побледнели и без единого звука рухнули на колени, склонив головы до самого пола:
При виде неё фрейлины и нянюшка Чжан побледнели и без единого звука рухнули на колени, склонив головы до самого пола:
— Приветствуем её высочество Старшую принцессу...
— Приветствуем её высочество Старшую принцессу...
Юань Шуин даже не удостоила склоненных слуг взглядом. Брезгливо поморщившись, она уставилась на крошки от пирожного, прилипшие к уголку рта младшей сестры.
Юань Шуин даже не удостоила склоненных слуг взглядом. Брезгливо поморщившись, она уставилась на крошки от пирожного, прилипшие к уголку рта младшей сестры.
— Юань Яо, ты — принцесса Государства Билинь. Твоя прямая обязанность — блюсти манеры каждое мгновение своей жизни, — её голос звенел сталью. — Ты не какая-то уличная девка. Твои слова и поступки — это лицо нашего правящего дома.
— Юань Яо, ты — принцесса Государства Билинь. Твоя прямая обязанность — блюсти манеры каждое мгновение своей жизни, — её голос звенел сталью. — Ты не какая-то уличная девка. Твои слова и поступки — это лицо нашего правящего дома.
— Да знаю я, вечно ты придираешься... — надула губки Юань Яо, торопливо вытирая рот шелковым платком.
— Да знаю я, вечно ты придираешься... — надула губки Юань Яо, торопливо вытирая рот шелковым платком.
С самого раннего детства отношения между сестрами не ладились. Точнее сказать, Юань Яо нутром чувствовала: старшая сестра её на дух не переносит. Любая их встреча неизбежно заканчивалась нотациями, придирками и откровенной травлей.
С самого раннего детства отношения между сестрами не ладились. Точнее сказать, Юань Яо нутром чувствовала: старшая сестра её на дух не переносит. Любая их встреча неизбежно заканчивалась нотациями, придирками и откровенной травлей.
Старшая принцесса обвела коленопреклоненных фрейлин презрительным ледяным взором и вновь перевела глаза на девочку.
Старшая принцесса обвела коленопреклоненных фрейлин презрительным ледяным взором и вновь перевела глаза на девочку.
— Как королевской особе, тебе не пристало целыми днями путаться с прислугой, Юань Яо, — холодно отчеканила она. — Тем более вопить на весь дворец. Твои визги были слышны еще на подходе к залу. Скажи мне, на что это похоже? Разве так ведет себя истинная дочь монарха?
— Как королевской особе, тебе не пристало целыми днями путаться с прислугой, Юань Яо, — холодно отчеканила она. — Тем более вопить на весь дворец. Твои визги были слышны еще на подходе к залу. Скажи мне, на что это похоже? Разве так ведет себя истинная дочь монарха?
— Я не вопила! — возмущенно вскинулась младшая сестра. — Я просто делилась с ними тем, как чудом спаслась во время своего приключения!
— Я не вопила! — возмущенно вскинулась младшая сестра. — Я просто делилась с ними тем, как чудом спаслась во время своего приключения!
— Приключения? Я бы назвала это жалкой попыткой не сдохнуть в канаве, — ядовито усмехнулась Юань Шуин. — Надеюсь, этот урок вправил тебе мозги, и впредь ты перестанешь самовольно шнырять за воротами. Была бы ты поумнее — заперлась бы сейчас в покоях и заучивала «Наставления для женщин», а не молола здесь языком попусту.
— Приключения? Я бы назвала это жалкой попыткой не сдохнуть в канаве, — ядовито усмехнулась Юань Шуин. — Надеюсь, этот урок вправил тебе мозги, и впредь ты перестанешь самовольно шнырять за воротами. Была бы ты поумнее — заперлась бы сейчас в покоях и заучивала «Наставления для женщин», а не молола здесь языком попусту.
— Это не попусту! И вообще, я не хочу больше тебя слушать! Какая же ты невыносимая! — Юань Яо в сердцах топнула ножкой. — Вставайте все! Пойдемте отсюда, нечего обращать внимание на эту злюку!
— Это не попусту! И вообще, я не хочу больше тебя слушать! Какая же ты невыносимая! — Юань Яо в сердцах топнула ножкой. — Вставайте все! Пойдемте отсюда, нечего обращать внимание на эту злюку!
Не желая выслушивать очередную порцию яда, девочка подхватила подол платья и, подозвав служанок с нянюшкой, быстрым шагом покинула зал.
Не желая выслушивать очередную порцию яда, девочка подхватила подол платья и, подозвав служанок с нянюшкой, быстрым шагом покинула зал.
Юань Шуин проводила удаляющуюся сестру долгим взглядом. В её единственном зрячем глазу на мгновение вспыхнула такая черная, концентрированная жажда крови, что от неё мог бы завянуть цветок. Впрочем, эмоция исчезла так же быстро, как и появилась. Лицо Старшей принцессы вновь обрело холодную непроницаемость, и она мерным шагом направилась в противоположную сторону.
Юань Шуин проводила удаляющуюся сестру долгим взглядом. В её единственном зрячем глазу на мгновение вспыхнула такая черная, концентрированная жажда крови, что от неё мог бы завянуть цветок. Впрочем, эмоция исчезла так же быстро, как и появилась. Лицо Старшей принцессы вновь обрело холодную непроницаемость, и она мерным шагом направилась в противоположную сторону.
Внешне она казалась ледяной статуей, но внутри у неё всё кипело.
Внешне она казалась ледяной статуей, но внутри у неё всё кипело.
«Поразительная везучесть... Выжить в такой переделке и вернуться невредимой...» — мысли метались в её голове, словно ядовитые змеи. — «Знала бы, что всё обернется фарсом — не стала бы колебаться. Надо было проявить жесткость и сразу приказать тем ублюдкам перерезать этой дряни глотку! Кто же знал, что мой безупречный план пустит под откос какое-то паршивое животное...»
«Поразительная везучесть... Выжить в такой переделке и вернуться невредимой...» — мысли метались в её голове, словно ядовитые змеи. — «Знала бы, что всё обернется фарсом — не стала бы колебаться. Надо было проявить жесткость и сразу приказать тем ублюдкам перерезать этой дряни глотку! Кто же знал, что мой безупречный план пустит под откос какое-то паршивое животное...»
Наивная, светлая Юань Яо даже в страшном сне не могла помыслить о том, что безжалостным заказчиком её похищения был не кто иной, как её собственная родная сестра...
Наивная, светлая Юань Яо даже в страшном сне не могла помыслить о том, что безжалостным заказчиком её похищения был не кто иной, как её собственная родная сестра...

Комментарии

Загрузка...