Вернулся герой с самым низким рангом.
Минули летние каникулы.
В Академии Героев начался первый семестр.
Ключевая дисциплина прошлого семестра, «Практика боевой подготовки», переродилась в «Практику боевой подготовки 2», резко прибавив в весе и значимости.
Теперь более 90 процентов учебного времени отводилось на «Практику боевой подготовки 2». Если не считать мелких спаррингов и базовой физкультуры, расписание оказалось плотно забито с понедельника по пятницу.
И вот-вот должно было грянуть первое занятие по «Практике боевой подготовки 2», от исхода которого зависели все итоговые оценки за семестр.
В первый же день никто из курсантов даже не думал сачковать или прогуливать, когда дверь в лекционный зал класса C отворилась.
Щелчок.
На пороге появился массивный мужчина, видом и статью напоминавший разъярённого зверя.
Это был профессор Лукаса, заведующий кафедрой воинов и наставник по «Практике боевой подготовки» в классе C.
— Так-так... Надеюсь, все в сборе?
Профессор Лукас обвёл аудиторию своим фирменным свирепым взглядом.
Разумеется, ни у кого из курсантов не хватило бы духу прогулять занятие профессора Лукаса в первый же день.
Задержав взгляд на рядах курсантов, профессор уставился прямо на меня.
— Курсант Дейл. Хорошо ли вы отдохнули?
— Да, профессор, каникулы выдались на редкость плодотворными.
И это были не просто дежурные слова.
Оглядываясь назад, я понимал: преувеличением не назовёшь даже то, что мне посчастливилось ухватить за хвост несколько отличных возможностей.
Юрина развивалась пугающими темпами — пожалуй, называть её «гением» теперь можно было без всяких скидок.
Беральд не только отточил мастерство, но и сумел принять наследие Железного Кулака, совершив мощнейший рывок.
Камилла усмирила метания в душе и твёрдо выбрала свой путь.
Ирис тоже освоила масштабное священное заклинание через жертвоприношение, научившись много лучше справляться со «Семью Глазами».
Даже Джульетта, влившаяся в тренировки уже после летнего перерыва, добилась весомых результатов.
«Да и я времени зря не терял».
Перед каникулами я совершил досадный промах: не совладал с «Пепельным Пламенем» и нечаянно спалил целое общежитие.
Зато теперь моё владение «Пепельным Пламенем» выросло настолько, что я мог смело пускать его в дело в реальном бою.
«Отдых принёс плоды, превзошедшие любые ожидания».
Пока я довольно улыбался своим мыслям.
— Ага, как же. Учитывая, куда тебя занесло — на Небесный Курорт, — уверен, отдых выдался не просто плодотворным, а прямо-таки взрывным.
— Мм? Откуда вам это известно, профессор?
— Профессор Элиша только и делала, что хвасталась на каждом шагу, так что волей-неволей услышишь, даже если даром оно тебе не сдалось.
— А-а.
Значит, Элиша уже успела нажаловаться профессору Лукасу.
— Ха-ха-ха! Некоторые горбатились на дополнительных занятиях и просидели всё лето взаперти в академии, пока другие предавались юношеским радостям так упоенно, что и вовсе забыли о времени!
Налитые кровью, жутковатые глаза профессора впились в меня тяжёлым взглядом, а зубы заскрежетали.
— Чистая зависть... Какое возмутительное безобразие! И это кандидат в герои? Прожигать время на каких-то курортах!
— Я бы с радостью... В конце концов, кандидат в герои просто обязан неустанно совершенствоваться!
— Да провались этот мир пропадом... Не смей забывать о долге героя, Дейл!
.......
Похоже, вслух вырвалось то, что стоило придержать при себе.
«Наверное, в следующий раз стоит захватить с собой и профессора Лукаса».
Глядя на его страстную тираду и воспалённые глаза, я даже испытал к нему лёгкое сочувствие.
— Ха-а. Как бы то ни было, надеюсь, все провели каникулы с толком.
Профессор Лукас обвёл кадетов свирепой усмешкой.
— Но хватит об этом. В этом семестре вас ждут куда более крутые испытания, чем в прошлом, так что советую как следует подготовиться.
.......
От мрачного предостережения профессора лица кадетов разом окаменели.
— Ххе. Впрочем, не пугайтесь, с самого первого дня закручивать гайки я не планирую.
Лукас лукаво ухмыльнулся, окидывая взглядом притихших ребят.
— А теперь... Раз уж начался новый семестр, пусть староста класса C выйдет вперёд и поделится планами на предстоящие месяцы.
Стоило упомянуть старосту класса C, как аудитория зашушукалась.
Всего в академии насчитывалось шесть классов — от A до F.
В классе A эту роль без вопросов занял бы Юрен Гелиос, но в классе C хватало ярких и сильных личностей.
Камилла Ведиче, метившая в обладательницы Меча Святого Королевства.
Ирис, почитаемая как Святая Святого Королевства.
И Дейл Хан, чья слава гремела на всю академию ещё с прошлого семестра благодаря званию «Героя с низшим рангом».
Среди столь грозных фигур выбор на роль старосты пал на...
— Ну-ка.
Профессор Лукас качнул рукой в сторону застенчивого кадета с веснушками на лице.
— Альберт, выйди вперёд.
— Да вы издеваетесь! Почему опять я?!
Альберт, сидевший с расслабленным видом человека, свято верившего, что его-то пронесёт, подскочил на месте.
Однако на этот раз сдаваться без боя он не намеревался.
Хлопнув ладонью по парте, Альберт завопил.
— Вообще-то старостой положено назначать того, у кого лучшие оценки за прошлый семестр!
— Ты заслужил Алмазный Знак по итогам финальной аттестации.
— Э-э... это же чистая заслуга моих товарищей по команде, которые меня вытащили!
— О? Блестящие оценки и вдобавок скромность... поистине идеальный кандидат на роль старосты.
— Да чтоб вас!
Альберт схватился за голову и скорчился от отчаяния.
Лихорадочно оглядевшись, он перевёл взгляд на Ирис и Камиллу.
— По-моему, Ирис или Камилла подошли бы на эту роль куда лучше какого-то там меня, верно ведь?
— О? Пытаешься спихнуть обязанности на Святую и будущую обладательницу Меча Святого Королевства?
— Н-нет, я совсем не это имел в виду...
[Переводчик: Найт]
[Редактор: Ган]
На лице Альберта отразилось предельное отчаяние; вдруг его взгляд встретился с моим, словно в голову пришла спасительная мысль.
— О, точно! Дейл! Дейл набрал больше всех баллов на финальном экзамене!
— Альберт, в здравом уме никто не назначит старостой того, кого отчисляли три раза.
— Да почему?! Почему ты включаешь логику именно тогда, когда мне это совсем не нужно?!
В конце концов профессор Лукаса без лишних церемоний выволок Альберта к доске.
Все глаза в аудитории тут же устремились на него.
— Э-э... кхе, ладно уж.
Попав в эту ловушку против воли, Альберт заговорил побледневшим и перепуганным голосом.
— Этот семестр наверняка выдастся ещё суровее прошлого. Кто-то из нас... может тяжело пострадать или, чего хуже, расстаться с жизнью.
— Наверняка кто-то из вас задаётся вопросом, ради чего мы должны идти на такие жертвы только из-за метки на теле. Почему у нас отнимают право на обычную жизнь и заставляют тащить лямку «героев»?
— Может, кое-кто даже считает, что миру больше не нужны герои. В конце концов, прошло целых 500 лет с тех пор, как Пятеро Великих Героев заточили Бога Демонов.
[Прим. ред.: Да уж, Альберт, как назло.
этому миру всё ещё нужен герой.
чтобы покончить с Богом Демонов.]
Но...
— Только за прошлый год в Империи от рук демонов и демонических зверей погибло 2 551 человек. И это лишь официальная статистика, реальные цифры намного выше.
— Люди продолжают гибнуть даже там, куда мы не заглядываем... нет, в местах, на которые мы предпочитаем закрывать глаза.
— Профессор Лукас говорил нам, будто мы не обязаны спасать человечество или защищать весь мир, но я смотрю на это иначе.
— Я верю, что с великой силой приходит и великая ответственность.
Произнося это, Альберт мягко коснулся пальцами Клейма на левой стороне груди.
— Раз уж само божественное благословение высечено в наших сердцах, мы не имеем права отворачиваться от тех, кто молит о помощи.
— Кто-то однажды сказал мне: пусть мы чувствуем себя крупинками в этом мире, у каждого из нас есть своя роль.
Альберт бросил на меня быстрый взгляд и едва заметно улыбнулся.
— Как бы страшно нам ни было, как бы мы ни уставали и ни страдали.
Даже если колени дрожат от ужаса.
Даже если хочется бросить всё и сбежать от невыносимой боли и тяжести.
— Давайте не забывать.
О том, кто мы такие. О том, что мы — «герои».
—...
—...
Стоило Альберту умолкнуть, как аудиторию накрыла тяжёлая тишина.
Хлоп, хлоп, хлоп.
Тишину разорвали редкие хлопки, постепенно перерастая в дружные овации.
Нарастающий шум аплодисментов заполнил весь класс.
— Ого! А я и не знал, что Альберт умеет толкать такие речи!
— Гляньте-ка на него, философа из себя строит!
— А-а-а! У меня от смущения уши горят! Альберт, ты за это ответишь!
Кадеты зашумели, засвистели и захлопали ещё громче.
— Ха-ха-ха.
Профессор Лукас, стоявший неподалёку от моей парты и слушавший выступление Альберта, скрестил руки на груди и тихонько усмехнулся.
Он с довольной улыбкой смотрел на раскрасневшегося старосту.
— И всё-таки мой глаз алмаз.
— Да ладно вам, вы же просто хотели лишний раз поиздеваться?
И после всего этого заявлять «мой глаз алмаз» — ну разве не наглец?
— Кадет Альберт, это была потрясающая речь!
Проигнорировав мой выпад, профессор зашагал к трибуне.
Широко ухмыляясь, он по-свойски закинул руку Альберту на плечо.
Ощутив на себе тяжесть этой медвежьей лапы, Альберт с неловкой улыбкой испустил облегчённый вздох.
— Фух. Ну, по крайней мере, я с этим покончил.
Когда он впервые поднимался на трибуну, сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди, но теперь радовался, что всё благополучно позади.
— Ты не просто с этим покончил. Речь выдалась на редкость впечатляющей.
— Ха-ха, благодарю вас, профессор.
— Ха-ха-ха. Тогда в следующий раз я снова поручу это тебе.
— Да, в следующий... Секунду. В следующий раз?!
Альберт вытаращил глаза и резко обернулся к профессору.
Ни капли не смутившись его взгляда, Лукас окинул аудиторию зычным голосом.
— Ха-ха-ха! Наш староста класса C — никто иной, как Альберт Гувер! Возражения есть?
— Нет!
— Ещё чего!
Кадеты дружно зашумели и захлопали.
— Молодчина, Альберт!
— Ты и впрямь рождён быть старостой!
— Мы верили в тебя, Альберт!
Под грохот оваций, заполнивших весь класс, побледневший парень уставился на профессора.
— П-погодите! О чём вы вообще, профессор?! Разве всё это не замышлялось как разовая акция?
— Поначалу я тоже так думал, но после столь блистательного выступления устоять было просто невозможно! Ты остаёшься старостой, Альберт!
— Да вы издеваетесь-ё-ё-ё!!!
Оставив за спиной воющего беднягу, профессор Лукаса пулей вылетел из аудитории.
— Ну а я побежал вносить эту кандидатуру на утверждение учёного совета!
С наступлением сентября палящий летний зной начал спадать — так начался новый семестр.
[Переводчик: Найт]
[Редактор: Ган]

Комментарии

Загрузка...