Лазарет Академии героев в основном посещали старшекурсники, часто получавшие травмы на спаррингах или практических занятиях. Были здесь и отдельные палаты. Хотя формально их предоставляли за благотворительное пожертвование, все попросту называли это платой за лечение.
Самая роскошная из палат требовала наибольшего взноса. Даже имперская знать, высшее духовенство Священной Империи и магнаты из Республики дважды подумали бы, прежде чем позволить себе столь пышные условия.
В эту самую палату, задыхаясь от паники, влетела девушка с нежно-розовыми волосами: — Д-Дейл!
Хотя её звали Айрис, куда больше она была известна как Святая — угодница, отмеченная благословением всех Семи Богов.
Завидев лежащего на койке Дейла, Айрис ахнула и прижала ладонь к губам, мгновенно побледнев: — Д-Дейл...
Губы юноши опухли и растрескались, взгляд помутнел. Дышал он так поверхностно, будто жизнь в нем вот-вот угаснет, а вокруг рта темнели красные подтёки.
— Нет! Нет! Пожалуйста, держись!
Она знала, что у него есть Благословение Воскрешения, способное вернуть с того света. Но глядя на его измождённое, полуживое тело, девушка совершенно забыла об этом.
На глаза её навернулись слёзы. Сжав его руку, она выдохнула: — Кто... кто сделал с тобой такое?
Услышав её голос, обессиленный Дейл вздрогнул и немощно ткнул пальцем в сторону: — Этот... сукин...
Там, куда он указывал, возвышался гигант почти двухметрового роста.
Айрис нахмурилась и повернулась к Беральду: — Что ты с ним сделал, Беральд?
— Ха-ха, не принимай близко к сердцу, сестра Айрис. Наш братишка просто немного переусердствовал на тренировке и свалился без сил.
— На тренировке? Да он не просто вымотался! Ему же совсем худо!
— Знаешь же, от хорошего лекарства поначалу всегда только тяжелее? Он как раз принял порцию, вот его и плющит. Ерунда, переживёт!
— Вот как?.. — Айрис наконец облегчённо вздохнула. Затем перевела укоризненный взгляд на меня: — И всё же... насколько нужно себя истязать, чтобы довести до такого состояния?
Дейл попытался оправдаться и объяснить, что произошла ошибка: — Ну... дело вовсе не в тренировках...
Однако Юрина прервал его: — Хм! И нечего отнекиваться. Дейл, ты ведь каждый день торчишь на полигоне до двух-трёх ночи, разве не так?
— Погоди, до двух-трёх ночи?
— Именно. А в шесть утра уже снова там. И так изо дня в день, без единого пропуска.
Взгляд Айрис обжёг холодом. Посмотрев на Юрины в маскировке Юрена и на Беральда, она попросила: — Простите, но не могли бы вы ненадолго выйти? Дейлу требуется усиленная терапия.
— Если нужна усиленная терапия, не лучше ли позвать целителя?
Айрис кротко улыбнулась, и её глаза прищурились милыми полумесяцами: — Ох, неужели ты забыл, кто я?
Из груди Юрины вырвался тихий возглас озарения: — Ах!
Штатные целители академии, бесспорно, славились высоким мастерством и считались одними из лучших на континенте. Но даже им было далеко до Святой Девственницы Священной Империи.
— Что ж, тогда оставляем Дейла на тебя, — сказал Юрина.
— Ха-ха! Если за дело берёшься ты, сестра Айрис, я спокоен. Позаботься о нём!
Стоило Юрине и Беральду выйти, как в палате воцарилась тишина. Айрис смерила меня ледяным взглядом.
Желая разрядить неловкое молчание, я заговорил первым: — Э-э-э...
Но её резкий, низкий голос тут же резанул по ушам: — Молчать!
— Слушаюсь.
Сжатые кулаки девушки дрожали, она до крови закусила губу. — Ты хоть представляешь, как я перепугалась, когда узнала, что ты свалился без чувств?! А теперь выясняется, что ты просто переутомился? Торчал на полигоне до трёх ночи каждую смену?!
Айрис с размаху опустила кулак — не на меня, а на тумбочку возле кровати: — Я ведь уже говорила тебе! Ты должен беречь себя!
Заметив, как в её глазах блеснули слёзы, я несмело протянул к ней руку: — Прости...
Пусть я и не подозревал, что отдача от Пепельного Пламени окажется столь суровой, всё же глупо отрицать: в последнее время я и вправду загонял себя до предела.
Она вздохнула: — Ты просто...
Не договорив, Айрис лишь тяжело перевела дух и качнула головой. Её ладонь мягко опустилась мне на лоб, и сквозь пальцы разлилось нежное тепло. — Да у тебя сильный жар.
Попытавшись её успокоить, я отозвался: — Немного отдохну, и всё пройдет.
На самом деле я понятия не имел, сколько продлится этот перегрев. И хотя неподвижный отдых немного облегчил состояние, мне всё ещё не хватало сил даже на то, чтобы подняться с койки.
— Я сотворю исцеляющее заклинание, чтобы снять усталость, — проговорила она.
— Не стоит. Всё равно толку не будет.
После того «целебного отвара», приготовленного Беральдом, один из целителей лазарета уже пытался исцелить меня волшебством, но с перегревом это не помогло.
Айрис возразила: — И всё-таки. Вдруг поможет? Всё же магия Святой — это совсем другое дело.
— Ну, может быть.
Если честно, особых надежд я не питал. Хоть Айрис и была Святой, благословенной Семибожием, исцелить перегретый поток энергии Первозданного Пламени даже ей должно быть непросто.
Айрис протянула ко мне руки: — Тогда просто лежи спокойно, ладно?
Она тихо прошептала заклинание: — Семибожие, даруй силы чаду своему, павшему без сил.
Её радужки засияли радужными переливами, и мягкое белое свечение проникло в моё тело. Жар постепенно спадал. Ощущение было такое, словно в изнуряющей лихорадке давали сделать глоток прохладной воды.
Я широко раскрыл глаза и удивлённо уставился на Айрис. Действительно сработало! По правде сказать, я до последнего сомневался. Глядя в её переливающиеся глаза, я невольно восхищался про себя.
«Так вот она какая, сила Семи Очей».
— Ху-ух!
Радужное сияние в её глазах угасло, и к ним вернулся привычный голубой цвет. Должно быть, исцеление с помощью Семи Очей далось ей непросто: на лбу высыпали мелкие капельки пота.
— Ну как ты? Всё ещё никакого толку? — спросила она.
— Нет, помогло, — ответил я и попытался приподняться на кровати.
Ещё мгновение назад из меня будто выкачали всю жизненную силу, а теперь мышцы снова наполнились энергией.
Но стоит мне опустить ноги и попытаться встать, как колени подогнулись, и я пошатнулся: — Кхм!
— Дейл! — Айрис тут же подскочила и подхватила меня.
— Эх, ходить я пока не могу.
Хотя её магия немного усмирила взбунтовавшийся жар, до полного выздоровления было ещё далеко. Если уж даже чары Семи Очей не подняли меня на ноги сразу, то сколько же времени уйдёт на окончательное восстановление? От этой мысли я тяжело вздохнул.
Уложив меня обратно на подушки, Айрис задумчиво замычала. Она словно взвешивала какое-то решение, а затем нервно сглотнула и кашлянула: — Кхм... Знаешь, я тут подумала... Э-э...
Она неловко прочистила горло и воровски огляделась по сторонам: — Вообще-то... есть один способ усилить действие моей магии.
— И какой же?
— Ну... кхм, — густо покраснев, запнулась Айрис, но всё же продолжила: — Моя магия исцеления... немного необычная. Чем ближе мы друг к другу, тем она эффективнее!
— Что?
Сила заклинания зависела от телесного контакта? В прошлой жизни я о таком не слышал. Впрочем, если вспомнить, тогда я старался не прибегать к её помощи, убеждая не перенапрягаться без силы Семи Очей. Так что удивительно ли, что она ни разу об этом не обмолвилась?
— Так, а теперь повернись на бок, пожалуйста, — попросила она.
— Ты что задумала?
— Я же говорила: чем мы ближе, тем лучше работает магия.
Айрис аккуратно разулась и забралась на кровать. Скользнув мне за спину, она нежно обняла меня: — Так что если я буду читать заклинание вот так, эффект окажется гораздо сильнее.
Я молча сглотнул. К моей спине прижалось невероятно мягкое девичье тело. Тонкие руки обвили талию, а длинные ноги в белых чулках переплелись с моими.
Меня прошиб холодный пот. Я отчаянно пытался подавить совсем иной жар, закипающий внутри. Какое уж тут исцеление... Возникла совершенно другая проблема. И хотя в прошлой жизни мы были возлюбленными и делили всё на свете, — а может, как раз именно поэтому, — сохранить хладнокровие сейчас казалось невыполнимой задачей.
Её дыхание обжигало мне ухо, когда она прошептала: — Ну всё, я начинаю.
Её тело окуталось белым светом, который мягкой волной перетёк в меня. Ощущение было сравнимо с прохладным душем в знойный летний день. Палящий жар внутри быстро угасал, уступая место неописуемому, уютному теплу. А вместе с этим теплом накатила непреодолимая дремота.
Что ж, пока Айрис рядом, за последствия Пепельного Пламени можно не переживать.
Это была моя последняя мысль перед тем, как я погрузился в сон.
В полумраке лечебного покоя, за окнами которого уже сгустилась ночь, скрипнула дверь. В комнату вошла девушка с длинными тёмно-синими волосами, собранными в хвост.
— Святая, скоро отбой. Я понимаю, что вы переживаете за Дейла, но вам пора возвращаться в общежитие...
Камилла потрясённо замерла. На кровати, тесно прижавшись друг к другу, спали Дейл и Айрис. У Камиллы отвисла челюсть: — С-Святая?..
Сонно протирая глаза, Айрис присела на кровати: — А, Камилла. Ты пришла? Ох-х... Кажется, я и сама не заметила, как уснула рядом с Дейлом. Всё-таки использование Семи Очей ужасно выматывает.
— Ч-чем вы вообще тут занимались?!
Айрис нахмурилась: — Тш-ш! Тише ты! Дейл ещё спит.
Она спустилась с кровати и добавила: — Не волнуйся, ничего такого. Это исключительно ради лечения.
— Лечения?..
— Ты ведь и сама знаешь, разве нет? Моя магия исцеления действует лучше при телесном контакте.
Лицо Камиллы немного перекосило: — Но... разве недостаточно просто подержаться за руки? Зачем же обниматься?!
Голос Айрис стал угрожающе тихим: — Камилла.
Камилла вздрогнула.
Спокойно улыбнувшись, Айрис приложила палец к губам: — Тш-ш-ш!

Комментарии

Загрузка...