Дело произошло в одном отдаленном горном и глухом уезде. В ту пору Офицер Лу был еще зелёным участковым, только что вышедшим из стен полицейской академии. Из-за того, что во время стажировки он умудрился насолить начальству, его сослали в низовой полицейский участок. И тем, какого положения он добился в итоге, Офицер Лу был всецело обязан моему деду, который помог ему раскрыть то преступление.
Тогдашний участковый пункт был совсем не похож на нынешний: вместе с поваром при стопанке в штате числилось всего четыре человека. И что еще смешнее, двое из них занимали руководящие должности — начальник и заместитель, так что Офицер Лу остался единственным рядовым участковым на весь участок.
В этой богом забытой глуши, кроме редких заявлений от местных жителей о кражах курей да собак, никаких возможностей отличиться не предвиделось. Самым громким происшествием за все время была пропажа чьей-то коровы. И дело было вовсе не в благонравности местных жителей — просто в тех краях жил целый клан потомственных Уцзо. Еще со времен династии Мин они помогали уездным начальникам раскрывать преступления и пользовались гремевшей на всю округу славой. Стоило только злоумышленникам услышать об этом роде, как они бежали сломя голову, не смея и помыслить о том, чтобы навлечь на себя их гнев.
Офицер Лу целыми днями маялся от безделья, но он вовсе не принадлежал к числу полицейских, готовых плыть по течению, поэтому с утра до вечера только и делал, что тяжело вздыхал.
Однако в один прекрасный вечер в тихий и мирный участковый пункт вдруг прибежал человек с заявлением об убийстве.
Офицер Лу, столько времени ждавший серьезного дела, бросился на него, как голодный тигр, вырвавшийся из клетки. Начальство же было только рады спихнуть на кого-то грязную работу, а потому велело Офицеру Лу отправляться на место преступления.
Добравшись туда, Офицер Лу остолбенел от открывшейся перед ним жуткой картины.
Он увидел женщину со снятой с лица кожей. Ее руки были связаны за спиной, сама она стояла на коленях, уже испустив дух, а перед ней кровью были выведены две строчки:
Железное лицо распознает убийцу, Яньло присуждает стоять на коленях. Как пробьет три часа ночи, душа упорхнет и дух рассеется.
Хотя Офицер Лу только-только окончил академию, он прекрасно понимал, что это явноbстранное и зловещее убийство, да и раскрыть его обычному участковому было не по силам.
Первым делом Офицер Лу вспомнил про тот самый род Уцзо. Хотя сам он относился к Уцзо скептически, полагая, что те — не более чем недоразвитые судмедэксперты феодального общества, но в их сельском пункте судмедэксперта отродясь не было. Чтобы вызвать специалиста, пришлось бы ехать в уездный центр, а оттуда даже на машине добираться не меньше суток, поэтому Офицер Лу решил без промедления нанести визит потомственным Уцзо.
Вместе с Офицером Лу пришел седовласый старик — говорят, старейший и самый искусный мастер из всего клана.
Вот только, осмотрев труп женщины без лица, этот старик зашелся холодным потом. Он перепробовал бесчисленное множество способов осмотра тел, но все оказалось тщетно, и в конце концов он даже не смог определить причину смерти.
Возможно, из-за происхождения из именитого рода старик отличался непомерной гордыней, поэтому он тут же позвонил своему внуку, который учился за границей и служил судмедэкспертом в провинциальном центре, заявив, что тот — Уцзо гораздо лучше его самого.
Офицер Лу чувствовал себя совершенно беспомощным. Ему ужасно не хотелось признавать провинциального судмедэксперта Уцзо, да и вызывать специалиста из центра было куда дольше, чем найти в уезде, но старик пользовался в округе немалым авторитетом, и отказывать ему было неудобно. Пришлось поместить тело в морозильную камеру и ждать внука-судмедэксперта.
Спустя три дня внук старого Уцзо явился уставший с дороги. Это оказался молодой человек немногим за тридцать, одетый в белый халат.
Судя по воспоминаниям Офицера Лу, у внука действительно имелись кое-какие таланты: не прибегая к вскрытию грудной и брюшной полостей, спустя столько дней он смог определить, что женщина погибла от внутреннего кровотечения, а ее внутренние органы были рассечены острым предметом.
Однако возникла одна трудность, которая поставила молодого специалиста в тупик: на теле женщины, помимо содранной с лица кожи, не было никаких других ранений.
В конце концов внук старого Уцзо принял решение провести вскрытие трупа. Старый Уцзо тогда так разозлился, что едва не отдал Богу душу, принявшись громко бранить внука за то, что тот забыл корни предков и опозорил звание Уцзо.
Ведь в отличие от судмедэкспертов, Уцзо превыше всего ставили максимальное уважение к усопшему, и вскрытие тела было для них под строжайшим запретом.
Внуку с большим трудом удалось успокоить старика, после чего он приступил к осмотру тела с помощью методов современной судмедэкспертизы.
Внук старого Уцзо действительно не зря хлебнул заморской науки: после вскрытия он обнаружил зацепки и уже среди ночи написал отчет, намереваясь отправить его в провинцию.
Кто бы мог подумать, что в ту же ночь из сельского дома для приезжих, где остановился молодой судмедэксперт, раздастся панический звонок: испуганным голосом сообщили, что с ним стряслась беда.
Офицер Лу со всех ног бросился в комнату внука старого Уцзо и обнаружил того лежащим на полу без сознания. На мертвенно-белой стене комнаты кровью были выведены те же две строчки:
Железное лицо распознает убийцу, Яньло присуждает стоять на коленях. Как пробьет три часа ночи, душа упорхнет и дух рассеется.
Офицер Лу немедленно доставил парня в местную амбулаторию для оказания экстренной помощи, но едва пробило полночь, из больницы пришли страшные вести: молодой судмедэксперт скончался от массивного внутреннего кровотечения.
Офицер Лу собственными глазами наблюдал за тем, как он умирал. Тот парень до самого последнего вздоха умолял Офицера Лу о спасении, крича, что не хочет умирать, но стоило часам пробить полночь, как его вырло огромным количеством крови, и вскоре он умер. А злополучный отчет внука загадочным образом исчез прямо по дороге.
Гибель молодого специалиста была еще не самым худшим. Самое страшное произошло на следующее утро: весь род старого Уцзо погиб в полном составе, причем обстоятельства их смерти в точности повторяли гибель внука.
Всего за несколько дней произошло больше десятка убийств, а поскольку внук старого Уцзо числился провинциальным судмедэкспертом, оба начальника Офицера Лу окончательно потеряли покой и немедленно доложили об обстановке в Управление общественной безопасности провинции.
Разумеется, провинция отнеслась к этому делу с предельным вниманием и направила в поселок следственную группу.
В мгновение ока богом забытый поселок наполнился атмосферой тревоги. Сюда стянули огромное количество уголовных и специальных оперативников, и в воздухе повисло крайнее напряжение.
Прибывшие из города эксперты после осмотра тел принялись яростно спорить: одни утверждали, что преступник совершил убийство на почве аффекта, другие — что он насмотрелся фильмов и копирует чью-то расправу, а третьи заявляли, что убийца боготворит героев из романов уся и вершит самосуд над виновными вместо закона, ведь первой жертвой оказался торговец людьми.
Никто из экспертов не желал уступать другим, и расследование зашло в тупик.
Офицера Лу, бывшего тогда лишь скромным участковым, следственная группа просто-напросто отстранила от дел.
Это гнетущее чувство, когда ты горишь желанием проявить себя, но тебя бесцеремонно обрубают на корню, заставляло Офицера Лу изо дня в день ходить чернее тучи — он ведь в конце концов тоже был полицейским.
Именно тогда к нему обратился пожилой мужчина лет пятидесяти — это был мой дед.
По словам Офицера Лу, дед оказался там потому, что до него дошли слухи об истреблении целого клана Уцзо, и он явился с твердым намерением восстановить их доброе имя.
Однако в ту пору дед еще не был широко известен, и следственная группа обошла его вниманием. Желая вести расследование, он мог опереться лишь на Офицера Лу — человека в погонах, который страстно желал проявить себя, но был изгнан из следственной группы.
Узнав, что дед тоже является Уцзо, Офицер Лу лишь пренебрежительно скривился: в конце концов, в местном морге уже лежало больше десятка настоящих Уцзо.
Дед не рассердился. Он лишь предложил расследовать дело вдвоем, пообещав, что в случае успеха вся слава достанется Офицеру Лу, а ему самому не нужно ничего.
Услышав это, Офицер Лу засомневался, но, рассудив, что хуже уже не будет, согласился вести дело вместе с дедом.
Прямо под носом у официальной следственной группы они начали тайное расследование.
Даже спустя двадцать лет, вспоминая невероятные методы деда при осмотре тел и расследовании, Офицер Лу до сих пор живо все перед глазами и рассказывает об этом с замиранием сердца.
На окуривание места преступления дед пускал какие-то безымянные травы, и на земле чудесным образом проступали бесчисленные следы ног. А когда он прикрывал труп от солнца промасленной бумажной зонтикой, на коже внезапно проявлялись следы рук и отпечатки пальцев.
Но самым поразительным было другое: однажды посреди ночи дед зажег благовоние, надел маску свирепого демона и, обвязав тело усопшего несколькими соломенными веревками, прямо в морге пустился в ритуальный танец. По окончании он заявил, что теперь ему точно известно, как выглядит преступник.
Сначала Офицер Лу отнесся к этому скептически, но когда дед в деталях описал внешность злоумышленника, они действительно отыскали в поселке человека с такими приметами.
Как только Офицер Лу попытался его задержать, тот бросился бежать со всех ног. Разумеется, Офицер Лу бросился в погоню, а настигнув беглеца у угла одного из переулков, выхватил пистолет и выстрелил.
В академии Офицер Лу был лучшим стрелком на своем курсе, и на этот раз пуля попала подозреваемому в поясницу. Он думал, что тот лишился возможности передвигаться, но из-за поворота внезапно выскочила машина, и оба преступника скрылись в клубах пыли.
И все же повезло в главном: именно этот выстрел позволил полиции раздобыть ДНК-материал подозреваемого.
Поскольку поймать преступника не удалось, деду пришлось собираться домой. Перед отъездом он передал Офицеру Лу составленный отчет вместе с ключевыми уликами, заявив, что этого вполне достаточно для обвинения преступника.
Офицер Лусыпал в адрес деда бесчисленными благодарностями, но тот от природы чурался славы и богатства, поэтому ушел тихо и незаметно — до самого конца Офицер Лу даже не знал его имени.
Сдав отчет и ключевые улики следственной группе, Офицер Лу услышал, как эксперты в восхищении хлопали по столам и наперебой допытывались, чьих это рук дело. Но поскольку сам он не имел ни малейшего понятия, дело замяли.
Благодаря этому расследованию Офицера Лу с успехом перевели в провинциальный отдел уголовного розыска.
Не считая того, что убийца остался на свободе, дело казалось благополучно завершенным, однако, к великому сожалению, отчет и улики по дороге в провинциальное Управление общественной безопасности бесследно пропали вместе с образцами ДНК, и расследование вновь превратилось в висяк.
Но еще более жутко было то, что эксперты, ознакомившиеся с дедовским отчетом, один за другим скончались при загадочных обстоятельствах, а причины их смерти в точности повторяли гибель тех сельских Уцзо.
Офицер Лу спасся лишь потому, что дед строго-настрого наказал ему даже не заглядывать внутрь бумаг.
Выслушав рассказ Офицера Лу о тех событиях, я проникся к методам деда безграничным уважением. Даже тогда, действуя в одиночку в паре с рядовым участковым, он умудрился загнать этого ублюдка в угол и едва не взял его живым.
— Дядя Лу, если когда-нибудь этот Охотник на Уцзо объявится вновь, обязательно дайте мне знать. Я непременно предам суду этого самозванца.
Я приподнялся и посмотрел Офицеру Лу прямо в глаза, говоря предельно твердо.
Услышав это, Офицер Лу заколебался.
— Тот тип именует себя Охотником на Уцзо, но мой дед смог загнать его в столь безвыходное положение — а значит, одолеть эту тварь под силу только нашим методам, методам Уцзо, — произнес я глухим голосом.
Офицер Лу долго раздумывал, после чего молча кивнул.
Глядя на проносящиеся за окном уличные фонари, я мысленно поклялся: в нашу следующую встречу мы еще посмотрим, кто здесь охотник, а кто — добыча.

Комментарии

Загрузка...