Глава 17

Изначально Чжан Синсин мог не вмешиваться в дело о смерти старика, но он не хотел, чтобы из-за этого У Пань досталось, поэтому взял все на себя.Потому что был уверен: с помощью пилюли возвращения души он вернет старика к жизни.Но что теперь происходит? Пилюля возвращения души уже несколько минут как проглочена — так почему нет ни малейшей реакции?Чжан Синсин пробормотал:— Неужели пилюля возвращения души просрочена?Он покачал головой:— Бессмертная пилюля не может просрочиться. Наверное, он ее не проглотил.С этой мыслью он нашел бутылку минеральной воды и медленно влил ее в рот старика, но мертвый старик не мог проглотить даже воду — все растеклось по подушке.Чжан Синсин повернулся к Черной и Белой Учан, которые непрерывно хлопали большими глазами, и смущенно улыбнулся:— Подождите немного, я сначала кое у кого спрошу.После этого Чжан Синсин открыл QQ и нашел Лаоцзюня.Немного поколебавшись, он отправил сообщение.Синсянь: Лаоцзюнь, ты тут?В окутанном туманом Дворце Лаоцзюнь сидел прямо на подушке для медитации перед печью для пилюль и что-то бормотал себе под нос.В этот момент вошел мальчик-слуга с косичками.— Приветствую наставника.Лаоцзюнь слегка нахмурился:— Разве я не говорил, что во время изготовления пилюль беспокоить запрещено?Мальчик-слуга занервничал:— Наставник раньше говорил: если в QQ придет сообщение от важного бессмертного, то, чем бы вы ни занимались, надо сразу вас найти.Глаза Лаоцзюня слегка загорелись, и он поспешно сказал:— Быстрее дай мне мобильный телефон.Мальчик-слуга почтительно протянул ему телефон и вышел.Чжан Синсин уставился на телефон, но ответа не было уже несколько минут, и он тоже начал нервничать. Еще более смущенно улыбнувшись Черной и Белой Учан, он сказал:— Ну это... подождите немного.Черная и Белая Учан переглянулись и дважды моргнули большими глазами.Лаоцзюнь: Великий бог Синсянь, здравствуйте. Смайлик с улыбкой.Динь!Как только Чжан Синсин отложил телефон, тот завибрировал. Радостно улыбнувшись Черной и Белой Учан, он сказал:— Что я говорил? Есть ответ.Черная и Белая Учан снова моргнули большими глазами.— Сестрица Белая, сестрица Белая, этот живой человек и правда псих, псих причем тяжелый, вот так вот.— Сестренка Черная, сестренка Черная, этот живой человек и правда псих, псих причем тяжелый, вот так вот.Чжан Синсин убрал улыбку, скривил рот и снова сосредоточился на телефоне.Лаоцзюнь: Великий бог Синсянь, прошу прощения, только что у этого недостойного даоса живот разболелся, сходил в уборную, потом вдруг снизошло озарение, и я немного потренировался. Но вы же знаете, этот недостойный даос от рождения глуп, дошел в тренировке до предела и не могу продвинуться ни на шаг. В сердце тут же родилась досада, и я решил расслабиться, изготовив пилюли...Лаоцзюнь: Поэтому я не держал телефон при себе и не смог вовремя ответить вам. Прошу прощения.Чжан Синсин разинул рот. Он и подумать не мог, что из-за одного несвоевременного ответа на сообщение Лаоцзюнь накатает целое сочинение на несколько сотен слов.Синсянь: Ничего, ничего. Я хотел лишь спросить: пилюля возвращения души, которую ты изготовил, может вернуть душу мертвецу, верно?Лаоцзюнь, сидевший на подушке для медитации, с облегчением перевел дух, затем снова вытянул один палец и быстро застучал по экрану.Лаоцзюнь: Да.Синсянь: Тогда почему после того, как я дал мертвецу ее проглотить, никакого эффекта?Лаоцзюнь: Такого быть не должно? Позвольте спросить, господин Синсянь, это его призрак проглотил пилюлю возвращения души?Синсянь: Надо было дать проглотить его призраку? Я прямо ему в рот положил.Лаоцзюнь: Но пилюля возвращения души предназначена для призраков. После смерти человека остается лишь оболочка, а оболочка не может проглотить пилюлю. Смайлик с улыбкой.Чжан Синсин взглянул на мокрое пятно на подушке и внезапно понял, что Лаоцзюнь говорит очень разумно. Но как же тогда в «Путешествии на Запад»? Точно, нельзя полностью верить телесериалам и романам.Синсянь: Оказывается, надо было дать призраку. Хорошо, понял, спасибо.Лаоцзюнь посмотрел на ответ Синсяня в телефоне, его глаза сузились в тонкие щелочки, и он пробормотал:— Великий бог Синсянь даже сказал мне спасибо, хе-хе.— А... пчхи!Чжан Синсин потер нос, почувствовал, что все тело немного знобит, и сказал:— Точно, в реанимации кондиционер слишком холодный.Пялясь на уголок рта старика, немного поколебавшись, Чжан Синсин все же протянул руку, разжал ему зубы и достал коричневую пилюлю.— Сестрица Белая, сестрица Белая, этот живой человек не просто сумасшедший, он еще и извращенец. Живые люди и правда ужасны.— Сестренка Черная, сестренка Черная, этот живой человек не просто сумасшедший, он еще и извращенец. Живые люди и правда ужасны.Черная и Белая Учан снова обнялись.— Давай быстрее закончим работу и уйдем отсюда.Чжан Синсин увидел, что Черная и Белая Учан снова начали тянуть призрака, и, не заботясь о том, грязная пилюля или чистая, поспешно бросил ее призраку в рот.— Вж-ж-ж!Едва пилюля попала в горло призрака, как тот превратился в поток света и влетел прямо в тело старика, так что Черная и Белая Учан схватили пустоту.— Сестренка Черная, сестрица Белая, я же говорил, что смогу его оживить? — Чжан Синсин упер руки в бока и самодовольно расхохотался.— Сестрица Белая, сестрица Белая, сейчас живой человек появится, это та самая легендарная бессмертная магия?— Сестренка Черная, сестренка Черная, сейчас живой человек появится, это та самая легендарная бессмертная магия?В глазах Черной и Белой Учан застыло изумление — с таким они никогда прежде не сталкивались.— Легендарная бессмертная магия? Вы никогда не видели бессмертных? — спросил Чжан Синсин.Двое «людей» Черная и Белая Учан, словно цыплята, клюющие зерно, безостановочно закивали, а затем уставились на Чжан Синсина, будто на инопланетянина.— Ладно, это и правда можно назвать бессмертной магией. — Чжан Синсин кивнул.В двух парах больших черных глаз Черной и Белой Учан тут же загорелось множество огоньков восхищения.Казалось, Черная и Белая Учан хотели сказать еще много чего, но с их тел вдруг раздался торопливый писк.Они поспешно сказали:— Живой бессмертный, можно добавить тебя в WeChat?Чжан Синсин оторопел. Что же случилось с этим миром? Как это даже призраки начали добавлять в WeChat?Впрочем, вспомнив тех типов из Чата Бессмертных, Чжан Синсин счел это само собой разумеющимся.Погодите, живой бессмертный? Что за призрак?— Хорошо.После того как два призрака и один человек добавили друг друга в WeChat, все выглядели очень довольными.— Живой бессмертный, у меня сегодня еще много дел, поговорим, когда будет время. — одновременно сказали Черная и Белая Учан.— Не называйте меня живым бессмертным, зовите просто А-Син или Брат Син. Нет, зовите меня Брат Син! Этот призрак не был забран, для вас это не проблема? — поспешно спросил Чжан Синсин.— А-Син? Какое странное имя. — Черная и Белая Учан переглянулись.Чжан Синсин поспешно сказал:— Брат Син.— А-Син, хоть и есть кое-какие проверки по показателям, но это не проблема. — ответила Белая Учан.Тут писк зазвучал все чаще, и Черная и Белая Учан поспешно сказали:— А-Син, до встречи.После этих слов оба «человека» погрузились в землю.Остался лишь Чжан Синсин, который в одиночестве тихо пробормотал:— Я же сказал — Брат Син!Затем он снова вздохнул:— Похоже, быть призраком тоже несладко, даже проверки по показателям есть.Не успел он договорить, как увидел, что уже мертвый старик качнул больничную койку и затем, будто все еще в легком оцепенении, сел.С полным недоумения лицом он посмотрел на Чжан Синсина:— Ты кто?Чжан Синсин рассерженно сказал:— Ах ты, старик, тебя оживили, а ты уже и знать меня не хочешь!

Изначально Чжан Синсин мог не вмешиваться в дело о смерти старика, но он не хотел, чтобы из-за этого У Пань досталось, поэтому взял все на себя.

Потому что был уверен: с помощью пилюли возвращения души он вернет старика к жизни.

Но что теперь происходит? Пилюля возвращения души уже несколько минут как проглочена — так почему нет ни малейшей реакции?

Чжан Синсин пробормотал:

— Неужели пилюля возвращения души просрочена?

Он покачал головой:

— Бессмертная пилюля не может просрочиться. Наверное, он ее не проглотил.

С этой мыслью он нашел бутылку минеральной воды и медленно влил ее в рот старика, но мертвый старик не мог проглотить даже воду — все растеклось по подушке.

Чжан Синсин повернулся к Черной и Белой Учан, которые непрерывно хлопали большими глазами, и смущенно улыбнулся:

— Подождите немного, я сначала кое у кого спрошу.

После этого Чжан Синсин открыл QQ и нашел Лаоцзюня.

Немного поколебавшись, он отправил сообщение.

Синсянь: Лаоцзюнь, ты тут?

В окутанном туманом Дворце Лаоцзюнь сидел прямо на подушке для медитации перед печью для пилюль и что-то бормотал себе под нос.

В этот момент вошел мальчик-слуга с косичками.

— Приветствую наставника.

Лаоцзюнь слегка нахмурился:

— Разве я не говорил, что во время изготовления пилюль беспокоить запрещено?

Мальчик-слуга занервничал:

— Наставник раньше говорил: если в QQ придет сообщение от важного бессмертного, то, чем бы вы ни занимались, надо сразу вас найти.

Глаза Лаоцзюня слегка загорелись, и он поспешно сказал:

— Быстрее дай мне мобильный телефон.

Мальчик-слуга почтительно протянул ему телефон и вышел.

Чжан Синсин уставился на телефон, но ответа не было уже несколько минут, и он тоже начал нервничать. Еще более смущенно улыбнувшись Черной и Белой Учан, он сказал:

— Ну это... подождите немного.

Черная и Белая Учан переглянулись и дважды моргнули большими глазами.

Лаоцзюнь: Великий бог Синсянь, здравствуйте. Смайлик с улыбкой.

Динь!

Как только Чжан Синсин отложил телефон, тот завибрировал. Радостно улыбнувшись Черной и Белой Учан, он сказал:

— Что я говорил? Есть ответ.

Черная и Белая Учан снова моргнули большими глазами.

— Сестрица Белая, сестрица Белая, этот живой человек и правда псих, псих причем тяжелый, вот так вот.

— Сестренка Черная, сестренка Черная, этот живой человек и правда псих, псих причем тяжелый, вот так вот.

Чжан Синсин убрал улыбку, скривил рот и снова сосредоточился на телефоне.

Лаоцзюнь: Великий бог Синсянь, прошу прощения, только что у этого недостойного даоса живот разболелся, сходил в уборную, потом вдруг снизошло озарение, и я немного потренировался. Но вы же знаете, этот недостойный даос от рождения глуп, дошел в тренировке до предела и не могу продвинуться ни на шаг. В сердце тут же родилась досада, и я решил расслабиться, изготовив пилюли...

Лаоцзюнь: Поэтому я не держал телефон при себе и не смог вовремя ответить вам. Прошу прощения.

Чжан Синсин разинул рот. Он и подумать не мог, что из-за одного несвоевременного ответа на сообщение Лаоцзюнь накатает целое сочинение на несколько сотен слов.

Синсянь: Ничего, ничего. Я хотел лишь спросить: пилюля возвращения души, которую ты изготовил, может вернуть душу мертвецу, верно?

Лаоцзюнь, сидевший на подушке для медитации, с облегчением перевел дух, затем снова вытянул один палец и быстро застучал по экрану.

Лаоцзюнь: Да.

Синсянь: Тогда почему после того, как я дал мертвецу ее проглотить, никакого эффекта?

Лаоцзюнь: Такого быть не должно? Позвольте спросить, господин Синсянь, это его призрак проглотил пилюлю возвращения души?

Синсянь: Надо было дать проглотить его призраку? Я прямо ему в рот положил.

Лаоцзюнь: Но пилюля возвращения души предназначена для призраков. После смерти человека остается лишь оболочка, а оболочка не может проглотить пилюлю. Смайлик с улыбкой.

Чжан Синсин взглянул на мокрое пятно на подушке и внезапно понял, что Лаоцзюнь говорит очень разумно. Но как же тогда в «Путешествии на Запад»? Точно, нельзя полностью верить телесериалам и романам.

Синсянь: Оказывается, надо было дать призраку. Хорошо, понял, спасибо.

Лаоцзюнь посмотрел на ответ Синсяня в телефоне, его глаза сузились в тонкие щелочки, и он пробормотал:

— Великий бог Синсянь даже сказал мне спасибо, хе-хе.

— А... пчхи!

Чжан Синсин потер нос, почувствовал, что все тело немного знобит, и сказал:

— Точно, в реанимации кондиционер слишком холодный.

Пялясь на уголок рта старика, немного поколебавшись, Чжан Синсин все же протянул руку, разжал ему зубы и достал коричневую пилюлю.

— Сестрица Белая, сестрица Белая, этот живой человек не просто сумасшедший, он еще и извращенец. Живые люди и правда ужасны.

— Сестренка Черная, сестренка Черная, этот живой человек не просто сумасшедший, он еще и извращенец. Живые люди и правда ужасны.

Черная и Белая Учан снова обнялись.

— Давай быстрее закончим работу и уйдем отсюда.

Чжан Синсин увидел, что Черная и Белая Учан снова начали тянуть призрака, и, не заботясь о том, грязная пилюля или чистая, поспешно бросил ее призраку в рот.

— Вж-ж-ж!

Едва пилюля попала в горло призрака, как тот превратился в поток света и влетел прямо в тело старика, так что Черная и Белая Учан схватили пустоту.

— Сестренка Черная, сестрица Белая, я же говорил, что смогу его оживить? — Чжан Синсин упер руки в бока и самодовольно расхохотался.

— Сестрица Белая, сестрица Белая, сейчас живой человек появится, это та самая легендарная бессмертная магия?

— Сестренка Черная, сестренка Черная, сейчас живой человек появится, это та самая легендарная бессмертная магия?

В глазах Черной и Белой Учан застыло изумление — с таким они никогда прежде не сталкивались.

— Легендарная бессмертная магия? Вы никогда не видели бессмертных? — спросил Чжан Синсин.

Двое «людей» Черная и Белая Учан, словно цыплята, клюющие зерно, безостановочно закивали, а затем уставились на Чжан Синсина, будто на инопланетянина.

— Ладно, это и правда можно назвать бессмертной магией. — Чжан Синсин кивнул.

В двух парах больших черных глаз Черной и Белой Учан тут же загорелось множество огоньков восхищения.

Казалось, Черная и Белая Учан хотели сказать еще много чего, но с их тел вдруг раздался торопливый писк.

Они поспешно сказали:

— Живой бессмертный, можно добавить тебя в WeChat?

Чжан Синсин оторопел. Что же случилось с этим миром? Как это даже призраки начали добавлять в WeChat?

Впрочем, вспомнив тех типов из Чата Бессмертных, Чжан Синсин счел это само собой разумеющимся.

Погодите, живой бессмертный? Что за призрак?

— Хорошо.

После того как два призрака и один человек добавили друг друга в WeChat, все выглядели очень довольными.

— Живой бессмертный, у меня сегодня еще много дел, поговорим, когда будет время. — одновременно сказали Черная и Белая Учан.

— Не называйте меня живым бессмертным, зовите просто А-Син или Брат Син. Нет, зовите меня Брат Син! Этот призрак не был забран, для вас это не проблема? — поспешно спросил Чжан Синсин.

— А-Син? Какое странное имя. — Черная и Белая Учан переглянулись.

Чжан Синсин поспешно сказал:

— Брат Син.

— А-Син, хоть и есть кое-какие проверки по показателям, но это не проблема. — ответила Белая Учан.

Тут писк зазвучал все чаще, и Черная и Белая Учан поспешно сказали:

— А-Син, до встречи.

После этих слов оба «человека» погрузились в землю.

Остался лишь Чжан Синсин, который в одиночестве тихо пробормотал:

— Я же сказал — Брат Син!

Затем он снова вздохнул:

— Похоже, быть призраком тоже несладко, даже проверки по показателям есть.

Не успел он договорить, как увидел, что уже мертвый старик качнул больничную койку и затем, будто все еще в легком оцепенении, сел.

С полным недоумения лицом он посмотрел на Чжан Синсина:

— Ты кто?

Чжан Синсин рассерженно сказал:

— Ах ты, старик, тебя оживили, а ты уже и знать меня не хочешь!

П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)

П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)