Старик медленно обернулся и посмотрел на него.
Белоснежные волосы и борода, добрые глаза и мягкие черты лица — каждая морщинка на его коже казалась глубоким следом, оставленным самой историей.
Он с кроткой улыбкой взирал на Ли Эрюаня. В его взгляде не было того высокомерия, что присуще бессмертным мастерам сект; скорее, он напоминал деревенского старейшину, который смотрит на перепуганного сорванца. Старик словно хотел сказать: «Всё уже позади», но боялся напугать юношу слишком громким голосом.
Ли Эрюань завороженно смотрел на полупрозрачную фигуру.
Он понимал, что перед ним не человек.
Призрак? Дух? Божество?
Он не знал.
Но странно было другое: он совсем не чувствовал страха.
Возможно, потому, что мгновение назад этот старик спас ему жизнь. А может, потому, что само присутствие этого старца дарило невероятное умиротворение.
— Дитя, всё в порядке.
Голос старика был густым и теплым, как у дедушки, беседующего с внуком. В нем чувствовалась сила, заставляющая сердце биться спокойнее.
— Та тварь сбежала и сегодня уже не вернется.
Ли Эрюань сидел на земле, его ноги всё еще мелко дрожали, но сковывающий ужас, только что затоплявший сознание, необъяснимым образом рассеялся.
Он поднял голову на полупрозрачного седовласого старца и, заикаясь, выдавил:
— Спа... спасибо вам... Вы... вы бессмертный небожитель?
Старик на мгновение замер, а затем разразился добродушным смехом.
Смех был звонким и полным жизни — совсем не таким, какой ожидаешь услышать от призрачного видения.
— Какой еще небожитель! — он махнул рукой, и его трость мягко коснулась земли. — Я всего лишь здешний Дедушка Туди.
— Дедушка Туди? — Ли Эрюань растерянно моргнул.
— Да, дух этой земли, — старик перевел взгляд на ночное небо, где наконец разошлись тучи и проступили звезды. В его глазах промелькнула трудночитаемая грусть. — Подойди, дитя.
Он похлопал по стогу сена рядом с собой:
— Я расскажу тебе одну историю.
Ли Эрюань и сам не понимал, о чем думает. По-хорошему, ему следовало бы со всех ног бежать домой, запереть дверь на все засовы и дрожать под одеялом. Но, глядя на эту улыбку и мудрые, чуть затуманенные, но добрые глаза, он почувствовал, как ноги сами несут его вперед.
Он присел на край стога, не слишком близко, но и не далеко от Дедушки Туди. Сено немного кололось и всё еще хранило аромат дневного солнца.
Дедушка Туди тоже присел, положив трость на колени. Под ним сено слегка промялось — хоть он и был полупрозрачным, но, казалось, не был лишен плоти окончательно.
— Давным-давно... — начал старик. Его голос потек неспешно, словно воды древней реки. — Я и сам не помню, как много времени утекло. Когда я очнулся, то даже не знал, какой сейчас год.
Он самоиронично усмехнулся и погладил белую бороду.
В это время за соседним стогом сена, совсем неподалеку, в ряд выстроились шесть голов.
Ду Жо притаилась в самом центре. Слева от нее замерла Нефритовая Зайчиха, справа — Бай Цзэ, а следом выстроились три небесные девы: Юэчань, Цзинъи и Юньшан.
Шесть пар глаз, не считая взора белоснежного священного зверя, пристально следили за Дедушкой Туди и Ли Эрюанем. Если бы какой-нибудь смертный увидел эту картину, он бы наверняка лишился чувств на месте.
— А Дедушка Туди — прирожденный актер! — шепотом восхитилась Ду Жо, и ее глаза азартно блеснули. — Если бы я не знала, что он из наших, я бы сама поверила, что он местный дух, который просто проспал вечность!
— Еще бы, — фыркнула Нефритовая Зайчиха, нетерпеливо дернув ушами. — Этому старику никак не меньше десяти тысяч лет. Одурачить простого смертного для него — раз плюнуть.
Юэчань прикрыла рот ладонью, сдерживая смешок:
— Сестрица Зайчиха, ну зачем вы так? Дедушка Туди никого не дурачит, он ведь и правда настоящий дух земли.
Цзинъи тихо поддакнула:
— Вот именно. Он просто не упомянул, что его призвали только сегодня.
Юньшан с бесстрастным лицом добавила:
— Это называется «мастерство нарратива».
Бай Цзэ, восседавший на плече Ду Жо, изящно вильнул хвостом. Он не проронил ни слова, но его вид ясно говорил: «Тише вы, ничего же не слышно».
Тем временем голос Дедушки Туди продолжал разноситься в ночном воздухе.
— В те времена Небесный Чертог еще процветал, и боги не пребывали в забвении.
Ли Эрюань вздрогнул:
— Небесный Чертог? Боги?
За свои двадцать с лишним лет он никогда не слышал этих слов. Он знал только о секте Юньмяо и о высокомерных бессмертных мастерах. Что такое Небесный Чертог? И кто такие эти боги?
— Да, Небесный Чертог, — кивнул Дедушка Туди обыденным тоном, будто говорил о чем-то само собой разумеющемся.
Старик прищурился, словно вглядываясь сквозь звезды в нечто бесконечно далекое:
— Тогда весь мир находился под защитой и властью Небесного Чертога. Люди, боги, бессмертные, призраки, оборотни и демоны — все подчинялись его указам.
Лицо Ли Эрюаня изменилось. Он не совсем понимал суть божественного правления, но фраза «весь мир находился под властью» его насторожила.
Значит ли это, что и смертные были под гнетом? Неужели боги использовали их как вьючный скот? Если так, то это даже хуже нынешних времен. Сейчас они хотя бы просто отдают часть зерна секте Юньмяо, а бессмертным мастерам до них и дела нет...
Дедушка Туди, словно прочитав его мысли, с улыбкой покачал головой.
— Однако Небесный Чертог пребывал высоко в небесах и не вмешивался в дела людей без нужды, — его голос стал мягче. — Судьба человека должна быть в его собственных руках.
Ли Эрюань облегченно выдохнул, но тут же снова нахмурился:
— Но... разве тогда нечисть и демоны не сожрали бы всех людей?
— Разумеется, нет, — отрезал Дедушка Туди, и его трость глухо стукнула о землю. — По законам Небесного Чертога, у людей — свой мир, у демонов — свой. Нечисти строго-настрого запрещалось вредить роду людскому.
Глаза Ли Эрюаня расширились от удивления.
Старик повернулся к нему с доброй улыбкой:
— В мире людей Небесный Чертог держал своих стражей, чтобы оберегать смертных. Таких, как я — Дедушка Туди, божество, в чьем ведении находится эта земля.
Он протянул руку и легонько коснулся плеча юноши.
Призрачная на вид ладонь оказалась вполне осязаемой и удивительно теплой. Ли Эрюань посмотрел на эту полупрозрачную, но согревающую руку, и внезапно почувствовал, как в носу защипало.
За стогом сена Ду Жо шмыгнула носом и прошептала:
— Дедушка Туди так проникновенно говорит... я сейчас сама расплачусь...
Нефритовая Зайчиха с каменным лицом протянула ей платок.
— Вытрись. Только не капай мне на голову.
Голос Дедушки Туди звучал неспешно, увлекая в глубину древнего сказания, и каждое его слово было наполнено весом прожитых эпох.
— Дух земли — это тот, кто хранит покой вверенного ему края. Мой долг — оберегать таких, как вы, живущих в моих владениях.
Он указал на землю под ногами, а затем на далекие огни деревни:
— Даровать вам благодатные дожди, попутные ветры и следить, чтобы никакое зло не посмело вас потревожить.

Комментарии

Загрузка...