185. Переписывая Кровавое бедствие Сычуани (5)
С точки зрения Ку Джонги, структура альянса Семидесяти двух крепостей Зеленого Леса была весьма своеобразной.
Хотя они и объединялись под знаменами альянса, у них не было никаких полномочий вмешиваться в дела друг друга.
Даже если хозяин какой-нибудь крепости менялся, из самого альянса Семидесяти двух крепостей его никто бы не изгнал.
Эта структура оставалась неизменной на протяжении целого века, с самого момента основания Семидесяти двух крепостей Зеленого Леса.
Так почему же эти ничем не связанные между собой люди продолжали сохранять название Семидесяти двух крепостей Зеленого Леса?
Лишь ради того, чтобы в случае кризиса сражаться единой толпой.
Из-за специфики своего ремесла, навлекавшего на них всеобщую ненависть, горные бандиты всегда находились под прицелом мастеров боевых искусств и правительственных войск.
Не зная, когда именно их решат искоренить, они создали собственное особое объединение: сходились вместе, когда это было необходимо для стабильного(?) дохода, и расходились, когда опасность миновала.
И теперь этот союз задействовали.
Из-за Альянса боевых искусства или правительственных войск?
Нет. Причиной стал всего один мастер боевых искусств.
— Черт возьми...
Ку Джонги пробормотал это, до крови прикусив губу.
— Что нам делать?
— То есть как это — что делать?! Немедленно прекратить марш и выстроиться в защитный порядок! Раненых отвезти в тыл, а боеспособных распределить в две линии.
— Понял.
Гам Чеонак тут же бросился выполнять приказ, собирая людей из Зала Ревущего Тигра.
То, что крепости Зеленого Леса задействовали право альянса, означал, что они воспринимают противника как смертельную угрозу — ровняющуюся Альянс боевых искусств или регулярной армии.
«Мы-то из Альянса боевых искусств, но... да тут почти все сплошь больные...»
Если объединились сразу три крепости Зеленого Леса, ему приходилось рассчитывать как минимум на тысячную вражескую армию.
Крепость Цветочной Гирлянды, Крепость Красного Цветочка и Крепость Черного Феникса.
Обители, чья дурная слава строилась на том, что они стягивали к себе самых отъявленных негодяев всего Сычуани.
— Из всех возможных людей, ну зачем вам понадобилось их злить?!
Чин Соун ответил на вопрос Ку Джонги.
— Разве они не худшие из худших?
— ...
Спорить не приходилось.
Они монополизировали торговый путь в западные земли, вымогая с путников баснословные пошлины.
Ходили слухи, что стоило каким-нибудь мелким торговым гильдиям попытаться проложить свой путь на запад, как эти бандиты тут же нападали на них.
Ку Джонги был бы готов восхититься тем, как ловко Чин Соун использовал таких головорезов против Культа Крови, вот только из-за этого они сами сейчас рисковали сложить здесь головы.
В этот миг раздался другой голос.
— Чем это вы тут занимаетесь?
Тон звучал резко, но голос был совсем не таким чистым, как у Гама Чеонака.
Куда более пронзительным и хриплым, словно в горле застряла мокрота...
— С какой стати вы выстраиваете защитный порядок?
Обернувшись, он увидел старейшин Сухео и Санвона, которые свирепо смотрели на него.
— Это всего лишь горные бандиты, посмевшие перегородить дорогу процессии Альянс боевых искусств. И ты собрался от них защищаться? Ты вообще в своем уме?
— Великий Зал Ревущего Тигра дрожит от страха перед какими-то бродягами! Я непременно подниму этот вопрос перед руководством!
Лицо Ку Джонги окаменело.
Он и так балансировал на грани потери поста главы зала, сердце пылало в груди от ярости, а от жгучего стыда казалось, что вот-вот разорвется голова.
Даже если завязать бой, они бы не проиграли в одни ворота, как говорят.
Но что насчет потерь?
Больше половины были ранены, а те, кто еще мог сражаться, включая воинов Зала Ревущего Тигра, едва насчитывали двести человек.
Большинству из тех, кто с трудом пережил Кровавое бедствие Сычуани, суждено было превратиться в блуждающие призраки прямо здесь.
«Неужели ты и впрямь этого хочешь?»
Злость, копившаяся последние несколько дней, медленно вырывалась наружу.
Он чувствовал, что больше не сможет сдерживаться, даже если за неподчинение у него отнимут звание главы зала и упрячут в запретную темницу.
— Неужели вы, старейшины...
Стоило ему с рычанием выплеснуть накопившееся возмущение...
— Эти старые маразматики совсем с катушек слетели?
—...
Внезапный, наглый голос остудил его голову.
Обернувшись на звук, он увидел Чин Соун, который направлялся к обоим старейшинам с развязанным видом форменного хулигана.
— Ты... ты! Что ты сейчас сказал?!
— Черт, ушей лишился? Я спросил, не рехнулись ли вы часом!
— Что?!
Лица старейшин покраснели от ярости так сильно, что впору было не верить своим глазам.
Впрочем, их можно было понять.
Эти люди всю жизнь занимали высшие посты в Альянс боевых искусств.
Пожалуй, впервые в жизни их отчитывал какой-то новичок-адепт, да еще и выходец из столь незначительной секты, как Секта Высшего Единства.
— Чего? Церемонное шествие Альянс боевых искусств? Испугались каких-то горных разбойников?
Тук-тук.
Чин Соун не остановился на достигнутом и принялся толкать старейшин плечами.
— Похоже, вы до этих пор ничего не поняли.
Ошеломленные столь абсурдным поведением, старейшины даже не сразу среагировали и отступили на пару шагов назад.
— Раз так сильно хочется подраться — идите и воюйте сами.
— Д-да этот сопляк совсем потерял страх!
Больше не в силах сдерживаться, старейшина Сухо и старейшина Санвон начали сосредоточить внутреннюю энергию.
Их одежды раздулись от бушующей волнообразной мощи, а седые бороды и волосы взметнулись к небу.
Ситуация накалилась до предела.
Даже сквозь тяжелую пелену убийственной ауры голос Чин Соун отчетливо разносился вокруг.
— Ха, пролить столько драгоценных жизней ради чертовой гордости — неужели она до этих пор так важна?
—...
Голос прозвучал раскатом грома.
, Все — от учеников академии и воинов Зала Ревущего Тигра, выстроивших линию обороны, до стонущих от боли раненых — уставились на Чин Соун и двух старейшин.
— Если репутация для вас дороже всего, ступайте и сражайтесь в одиночку.
—...
Ледяной гнев Чин Соун в мгновение ока остудил воздух вокруг.
— Проявите фирменный боевой дух Альянс боевых искусств и попробуйте одолеть тысячу человек.
Не обнажая меча и даже не прибегая к внутренней энергии, Чин Соун легко коснулся плеч обоих мужчин.
—...
—...
Старейшины, яростно нагнетавшие ци, так и не решились нанести удар.
Бросив на них презрительный взгляд, словно на каких-то букашек, Чин Соун отвернулся и посмотрел назад.
— Секта Куньлунь! Секта Чжуннань! Выходите!
Затем он рявкнул во всю мочь.
— Ваши старейшины хотят сразиться с разбойниками Зеленого Леса — так вперед, отправляйтесь на убой и умрите за них, как скошенная трава!
—...
Люди перевели взгляд на секты Куньлунь и Чжуннань.
Хотя какого-то сопляка из академии оскорбляли прямо на глазах их старейшин, никто из адептов не спешил выходить вперед.
Оба старейшины скрежетали зубами, глядя на застывших на месте учеников.
— Угх...
— Т-эти сопляки!
При виде этого взгляды толпы на старейшин начали меняться.
В глазах людей читались нескрываемое презрение и отвращение.
Гнев и молчаливый вопрос: ради какой высшей цели они пытались стереть людей в порошок?
Взгляд Чин Соун снова обратился к старейшинам.
— Что такое? Сами вы не справляетесь, раз даже собственные ученики не идут за вами? Неужели гордость и лицо Альянс боевых искусств для вас важнее собственных жизней?
Старейшина Сухе и старейшина Санвон лишь дрожали, не смея раскрыть рта.
Урон, нанесенный ни в чем не повинным людям, уже оказался слишком велик, а Ассоциация Справедливого Пути не смогла предотвратить и толику беды.
В такой обстановке было очевидно: приказы старейшин станут выполнять лишь адепты их собственных сект.
Однако теперь даже их преданность дала трещину.
В глазах Соуна полыхнул холодный гнев.
— Неужели вся ваша решимость сводилась к тому, чтобы так легко разбрасываться жизнями собственных учеников?
Чин Соун рявкнул на старейшин, заслонившихся маской показного благородства и пустой чести.
Втайне надеясь, что эта личина разлетится в клочья.
Надеясь, что слабые не сгинут в бессмысленной жертве, как это случилось в его прошлой жизни.
— Если не собираетесь делать это своими руками, тогда заткнитесь и не лезьте!
—...
—...
Гнев оказался столь силен, что из уголка рта старейшины Сухе тонкой струйкой потекла кровь.
Наконец, не в силах сдержать бешенство, старейшина Сухе уже хотел было поднять руку...
Как вперед шагнул Ку Джонги.
— Хватит. В чрезвычайной ситуации командование силами находится в ведении боевого павильона Альянс боевых искусств. У старейшин нет полномочий командовать отрядом, верно я говорю?
Стоило Ку Джонги заговорить, как старейшины затравленно закрутили глазами.
— Чин Соун... только погоди у меня.
— Не думай, что на этом всё закончится.
Бросив угрозы под стать последним злодеям, те резко развернулись.
Ку Джонги облегченно выдохнул.
Так было даже лучше.
Зайди всё дальше, и он не представлял, с какой расправой столкнулся бы Чин Соун.
Он искренне радовался, что вовремя вмешался ради него.
Благодаря этому старейшины не могли и пальцем тронуть Чин Соун, за которым стояла железная правота — та самая, которой в этот момент обладал лишь он один.
— Благодарю. Благодаря тебе мы миновали кризис.
—...
Чин Соун по-прежнему смотрел в спины уходящим старейшинам: его гнев, судя по всему, еще не утих.
Ку Джонги заговорил с тревогой в сердце.
— Не выдумывай глупостей. Как бы то ни было, эти люди пробились в совет старейшин благодаря мощи собственных сект.
Только тогда Чин Соун смягчил лицо и ответил.
— Я пока ничего не планирую. В конце концов, кто-то должен ответить за случившееся.
— Ответить?
— Разве не они заварили всю эту кашу? Я так просто этого не оставлю.
—...
Не оставит?
Разве такое возможно в противостоянии со старейшинами совета?
Пока Ку Джонги погрузился в эти основные размышления...
Гам Чеонак подошел вновь.
— Глава зала, с другой стороны прибыли заместители хозяина крепости.
— Только заместители?
— Да. Говорят, хотят встретиться с нашим представителем.
—...
О чем они вообще собирались говорить, когда только что с убийственным намерением сжимали оружие, готовые к бою?
Поскольку вступать в схватку прямо сейчас было не с руки, Ку Джонги кивнул.
— Ладно. А ты, Чин Соун, пойдешь с нами.
— Я?
—...Сейчас я не могу придумать, кого еще можно взять. Пойдем вместе.
Дал кое-какие указания Мойонг Джехва и остальным, Чин Соун последовал за Ку Джонги.
На нейтральной полосе между альянсом крепости Зеленого Леса и отрядом Академии боевых искусств толпились свирепые мужчины, у которых на лицах буквально было написано «горный разбойник».
«Просто не будет».
Таково было первое впечатление Ку Джонги от этой встречи.
Дело было даже не в том, что он презирал их за разбойничье ремесло — просто их боевые заслуги едва ли уступали его собственным.
Если заместители хозяина крепости обладали такой силой, оставалось лишь гадать, насколько силен сам главарь.
«Если что-то пойдет не так, это место станет нашей могилой».
Ку Джонги собрался с духом и заговорил.
— Рад знакомству с уважаемыми хозяевами крепостей. Я Ку Джонги, глава Зала Ревущего Тигра из павильона Лазурного Дракона Альянс боевых искусств.
Он намеренно подчеркнул свой статус главы зала павильона Лазурного Дракона, но лица заместителей хозяина крепости остались прежними.
— Крепость Цветочной Гирлянды, крепость Красного Цветака, крепость Черного Феникса. Мы слышали, вы люди из Академии боевых искусств и Альянс боевых искусств, верно?
Бандиты Зеленого Леса переспросили просто так, хотя прекрасно все знали и сами.
— В Сычуани объявилась шайка злодеев, и мы выполняли боевое задание. У нас не было намерений вредить вашим крепостям.
Сказал Ку Джонги, включая дурака.
Однако лица заместителей хозяина крепости не смягчились.
— Но вы уже нанесли нам ущерб.
Значит, они в курсе всего?
— Кто-то из ваших людей намеренно втянул наши крепости в битву, причинив огромный урон.
Тотчас отозвался Ку Джонги.
— Этого просто не могло быть намеренно. Мы проводили спецоперацию в спешке. Если есть разрушения, мы полностью возместим убытки.
Заместитель хозяина крепости Цветочной Гирлянды оскалился.
— Лучше даже не пытайтесь отпираться. Мы не намерены спускать это с рук.
Один из заместителей воззрился на Ку Джонги так, будто собирался прикончить его на месте, и процедил.
— Кто это сделал? Кто, черт возьми, додумался до такого? Или это не самодеятельность одиночки, а прямой приказ Альянс боевых искусств?
—...
Ку Джонги с трудом сглотнул вязкую слюну.
Пат. Вернее, мат.
Заяви он, что такова воля Альянс боевых искусств — и они перережут здесь всех до единого.
Скажи он, что это личная инициатива Чин Соун — они не простят Чин Соун.
— Если попытаетесь отпереться, мы всех вас перебьем, а после упокоим души наших товарищей.
—...
Драться или не драться?
Миг раздумий.
Бах.
Внезапно в восточном небе взметнулся сигнальный огонь.
Увидев его, Чин Соун шагнул вперед и заговорил.
— Это был я.
— Чин Соун!
—...
Гу Джонги и Кам Чеонак вскрикнули, пытаясь остановить его, но было уже поздно.
Заместители хозяина крепости уставились на Чин Соун так, словно готовы были разорвать его на месте.
— Судя по показаниям свидетелей, их было двое.
— О! Нам Хвасон, ученик Секты Трех Начал... Он просто выполнял мои приказы, так что если хотите призвать кого-то к ответу, спрашивайте с меня.
— А?..
Лицо заместителя хозяина Крепости Цветочных Гирлянд перекосилось.
— Ты что же, жить надоело?
— Хм, да вроде нет. Но тут есть небольшая проблема. Я готов понести ответственность, но самую малость попозже.
— Что ты сказал?
В этот миг со стороны крепостей донесся шум.
Послышались шепотки, ругань и стук молотков.
А затем, с грохотом, в воздух одновременно взлетели бандиты.
— К-какого...?!
— Нападение?!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...