Лавочник, встретив клиента, готового купить сразу три золотые шпильки, разумеется, пришел в восторг. Однако, немного замявшись, он сказал:
— Барышня, восемнадцать лян — это слишком мало. Давайте так: за три шпильки с вас пятьдесят пять лян, как вам такое?
Не успела Шэнь Цинцянь ответить, как вперед подалась Шэнь Цзяо:
— Лавочник, прошу прощения. Моя вторая сестра просто шутит. Она отделилась от нашей семьи и теперь осталась совсем одна, откуда у нее такие деньги? Она просто встретила меня, свою младшую сестру, и, испугавшись, что я узнаю о ее бедственном положении, решила пустить пыль в глаза.
Лавочник с сомнением перевел взгляд с Шэнь Цзяо на Шэнь Цинцянь. Его выражение лица стало сложным: как он ни старался, эта девушка совсем не была похожа на ту, что шутит.
Окружающие тоже наблюдали за ними, и в толпе начали шептаться. Одни называли Шэнь Цинцянь лицемеркой, другие упрекали Шэнь Цзяо в излишнем любопытстве.
Гао Сювэнь украдкой дернул Шэнь Цзяо за рукав, призывая ее замолчать и немедленно уйти.
Шэнь Цзяо посмотрела на Гао Сювэня с видом, который считала искренним:
— Брат Сювэнь, я ведь забочусь о сестре. Если она продолжит в том же духе, скоро окажется в безвыходном положении!
— По рукам! — только Шэнь Цзяо закончила фразу, как Шэнь Цинцянь хлопнула по прилавку столяновой банкнотой. — Лавочник, договорились на пятьдесят пять лян, я беру!
Лавочник взял банкноту, убедился, что она подлинная, и радостно воскликнул:
— Хорошо, барышня! Вы человек слова, сейчас же попрошу помощника все упаковать!
Сказав это, он с явным неудовольствием покосился на Шэнь Цзяо, принялся щелкать костяшками счетов и отсчитал Шэнь Цинцянь сорок пять лян сдачи.
Шэнь Цзяо застыла на месте. Это была столяновая банкнота? Шэнь Цинцянь действительно достала сто лян? Откуда у нее столько денег?
Теперь внимание толпы переключилось на Шэнь Цзяо, люди начали тыкать в нее пальцами. Лицо девушки то бледнело, то синело от стыда, она не знала, куда деться.
Однако Шэнь Цинцянь не собиралась так легко ее отпускать. Сегодня она решила опозорить ее на весь город.
Забрав сверток со шпильками, Шэнь Цинцянь указала на Шэнь Цзяо и обратилась к лавочнику:
— Лавочник, на самом деле я ее не знаю. Понятия не имею, зачем она это говорила — возможно, она специально пришла, чтобы сорвать вам торговлю? Вдруг она засланный казачок из другой лавки? Думаю, вам стоит поскорее выставить ее вон, а то она и другим покупателям помешает!
Лавочник и сам счел поведение Шэнь Цзяо странным, поэтому охотно поверил Шэнь Цинцянь и приказал помощнику немедленно выпроводить девицу. Помощник, которому Шэнь Цзяо уже давно действовала на нервы, с готовностью принялся ее выпроваживать — так, словно выгонял назойливую муху. Вместе с ней выставили и Гао Сювэня. Оба выглядели крайне жалко и опозоренно.
Оправившись от шока, Шэнь Цзяо увидела, что Гао Сювэнь уже быстро уходит прочь. Ей стало стыдно и досадно. Она случайно встретила Шэнь Цинцянь и надеялась выставить ту на посмешище перед Гао Сювэнем, но в итоге опозорилась сама, да еще и подставила его! Что он теперь о ней подумает?
Она догнала его и, стараясь придать голосу мягкость, проговорила:
— Брат Сювэнь, прости. Сегодня все из-за меня. Я хотела как лучше, но не думала, что вторая сестра...
— Цзяоцзяо! — прервал ее Гао Сювэнь. — Разве ты не говорила, что она заставила вас подписать отказ от родства и теперь вы друг другу чужие люди? Зачем ты снова полезла к ней? Я ведь просил тебя уйти, почему ты не послушала? Обязательно было устраивать такой позор, чтобы мы оба стали посмешищем для всех?
Шэнь Цзяо поняла, что Гао Сювэнь по-настоящему рассержен. На глазах у нее выступили слезы, но она удержала их, глядя на него с таким видом, что любой мужчина невольно проникся бы сочувствием.
И действительно, увидев ее состояние, Гао Сювэнь смягчился:
— Ладно, не стоило мне срываться. Разве ты не хотела купить одежду? Пойдем, я провожу тебя в лавку.
Шэнь Цзяо сквозь слезы улыбнулась и, кокетничая, ответила:
— Брат Сювэнь, ты такой добрый!
Тем временем Шэнь Цинцянь и Шэнь Цинлань вышли из ювелирной лавки. Шэнь Цинлань спросила:
— Цинцянь, даже если ты хотела позлить Шэнь Цзяо, не стоило покупать столько шпилек. Сразу пятьдесят с лишним лян потратила!
— Кто сказал, что я купила их, чтобы позлить ее? — ответила Шэнь Цинцянь. — Она еще не настолько важна. Я купила их для дела: одну тебе, одну мне, а завтра еще одну отнесем в дом Лю.
Сестры вернулись в лавку хого, когда уже приближался полдень. Они упаковали подарки, и вскоре начали подходить первые клиенты. Возможно, из-за вчерашнего снегопада день выдался необычайно холодным, но в лавке было жарко и шумно.
Торговля шла на удивление бойко, столы были заняты все до единого. Те, кто не успел поесть, ждали своей очереди — образовалась настоящая живая очередь.
Когда последний клиент ушел, Шэнь Цинцянь подсчитала выручку: за полдня они заработали более тридцати лян! Она была в восторге — при таком раскладе будущее выглядело весьма многообещающим.
Шэнь Цинфэн, облачившись в теплую ватную куртку, пешком отправился к Шэнь Дакуаню, не став запрягать вола. Шэнь Дакуань работал в крупной зерновой лавке на востоке города, перетаскивая мешки. Увидев сына, он удивился:
— Цинфэн, ты как здесь оказался? Что-то случилось?
— Отец, мне нужна твоя помощь. Есть ли у тебя время? Давай выйдем, поговорим.
— Хорошо, я скажу лавочнику.
Хозяин лавки, добродушный мужчина лет тридцати, приметил Шэнь Цинфэна еще на входе. Не дожидаясь просьбы Шэнь Дакуаня, он сказал:
— Старый Шэнь, это твой сын? Хороший парень! Иди, раз у него дело, здесь есть кому присмотреть за работой.
— Спасибо, хозяин! Спасибо! — в один голос отозвались отец и сын.
Отойдя в пустой склад, Шэнь Дакуань спросил:
— Говори, Цинфэн, что стряслось?
— Отец, можешь ли ты завтра взять выходной и пойти вместе со мной в дом Лю просить руки их дочери?
— Просить руки? В какой дом Лю? — Шэнь Дакуань не сразу понял, о чем речь.
— К помещику Лю, что живет в нашей деревне.
Отец поразился:
— К помещику Лю? Разве он не выгнал тебя после того случая? С чего бы ему соглашаться на этот брак?
— Шуяо настояла, и помещику Лю пришлось уступить, — ответил Шэнь Цинфэн. — Я уже обо всем договорился, завтра идем свататься. Сваху я тоже нашел, тебе нужно просто быть рядом.
— Цинфэн, это отличная новость! — радостно воскликнул Шэнь Дакуань. — Сейчас же отпрошусь у хозяина, и мы вместе вернемся домой, чтобы обрадовать твою мать.
В конце концов, Шэнь Цинфэн был его родным сыном, и каким бы ни был отец, известие о скорой свадьбе сына не могло не радовать его сердце.

Комментарии

Загрузка...