Вилла Графа Генри отличалась особым стилем. В отличие от большинства современных зданий, утопающих в готической архитектуре, эта усадьба — как изнутри, так и снаружи — с первого же взгляда производила совершенно свежее впечатление.
Она походила на древний замок.
Передний двор виллы украшали аккуратные ряды розовых кустов; благодаря специальной обработке эти цветы могли расти даже в суровых условиях.
Они обрамляли дорожку, усыпанную по краям разбросанными лепестками роз.
В конце дорожки возвышалась дверь, высотой в три барышни Ния и шириной в шесть барышень Ния.
Дверь уже отворили, и слуги тихо ждали у входа прибытия Нии.
Карменер и Ния не заставили слуг томиться: сегодня, от получения известия до самого появления, прошло всего три часа.
Вот они и показались на горизонте.
Слуги раньше никогда не видели госпожу Нию, да и Граф Генри упоминал о ней крайне редко.
Поэтому они понятия не имели, как выглядит барышня Ния.
И когда Арт привел Карменера с Нией, слуги сперва уставились на шествующего с важным видом молодого господина, а во вторую очередь обратили внимание на красивую «даму» — Карменера.
В итоге старший среди слуг вышел вперед, чтобы поприветствовать гостей, и заговорил прямо с Карменером:
— Здравствуйте, барышня Ния, Граф Генри уже давно ждет вас в гостиной, — обратился слуга к Карменеру.
— Ошибтесь! Ошиблись, вот это — барышня Ния! — поспешно исправил положение Арт, заметив такое недоразумение.
Между делом он приподнял руку, давая понять, что им следует склонить головы.
— Ах! Простите, простите, — слуга оказался профессионалом и, тут же отвесив поклон, перевел всё внимание на истинную барышню Нию.
— Кхе-кхе, столько лет прошло, а сестрица Ния все такая же юная, — произнес Граф Генри, которого слуги подкатили на инвалидном кресле.
У Графа была совершенно седая голова, ноги больше не ходили, а в голосе пробивалась едва уловимая слабость.
— Генри... ты... — при виде старого знакомого у барышни Нии защемило сердце.
Хотя в письмах он уже описывал свое состояние, увидев всё своими глазами, она все равно не могла сдержать удивления.
— Как я и говорил, после того ранения мою жизненную силу начали «иссушать», и это увядание не смогли остановить даже лучшие врачи королевства.
Моя жена тоже погибла там, и мы так и не успели завести ребенка.
У меня не оставалось выбора, кроме как усыновить мальчика из приюта, чтобы он унаследовал мой титул. Это Арт.
Генри повествовал о пережитых годах медленно и изящно. Точь-в-точь как писал в письмах — без малейшего преувеличения.
— Генри, прости, я столько лет не могла навестить тебя. — Это были первые слова приветствия, произнесенные барышней Нией после долгого молчания.
— Ничего страшного, барышня Ния, ты и я оба знаем, что означало бы твое появление, — мягко утешил ее Генри.
— Но несмотря на это, я всё же вызвал тебя, и раз ты приехала, то, должно быть, уже о чем-то догадалась, — улыбнулся он Ние.
— Этот епископ — Хачибол, тот самый ублюдок, что собственноручно сжег мою сестру! — чеканя каждое слово, произнесла барышня Ния.
— Верно, вы всё так же проницательны, — кивнул Генри.
Он знал об истории с сестрой Нии.
— Тогда я помню его главой двенадцати епископов Церкви и ректором академии Ваня, он служил при самом Папе. Как он оказался здесь? — Ния невольно погрузилась в воспоминания.
— Позволь мне рассказать тебе всё, что я знаю, барышня Ния, и поделиться собранной информацией, — вздохнув, произнес Генри.
— Я внимательно послушаю, — серьезно кивнула Ния.
Генри слегка опустил голову, глядя на багрово-красные глаза барышни Нии. Такой цвет ее глаза приобретали только во время сильных эмоциональных потрясений.
И начал:
— Дело обстоит так.
По тем сведениям, что мне известны, в начале своего пути — пятьдесят лет назад, когда мой отец только познакомился с тобой, — он был настоящим гением.
Три написанных им труда: Архитектоника инициатов, Введение в ментальную науку и Методы применения высшей ментальной науки —
заложили основы для разделения сил инициатов от древности до наших дней и способов развития способностей Печати Порядка. Он заложил новаторское направление исследований в эволюции Печати Порядка.
Это позволило аристократам лучше использовать Печать Порядка и взять власть в свои руки.
После этого он успешно пробился в ряды одиннадцати епископов, став двенадцатым, а вскоре его вне очереди повысили до главного епископа, занявшего первую позицию.
Однако спустя двадцать лет после того, как вы, барышня Ния, покинули Эльдорию, Церковь организовала масштабную дальнюю экспедицию.
Тогда в путь отправилась почти вся боевая мощь. Я, как наследник отца, вместе с женой тоже участвовал в том походе — именно тогда я и получил свое ранение.
Моя жена погибла тогда же.
В той экспедиции даже пустили в ход божественный артефакт Скипетр, и всё ради пропавшего несколько дней назад Священного меча.
Мы заплатили страшную цену за этот меч, одолев труп дракона, который ожил, когда меч вытащили у него из черепа.
Многие погибли, и я был тяжело ранен.
Но никто не знал, зачем нужен этот меч; даже Папа руководствовался лишь указаниями Скипетра, а как им пользоваться, не ведал никто.
А когда мы вернулись, этот легендарный человек словно переродился.
Он опубликовал научный труд под названием Гипотетическая теория расширения Печати Порядка,
где прямо выдвинул предположение о хищении жизненной силы роста других людей (детей до восемнадцати лет) ради пробуждения собственной Печати Порядка.
После этого, сочтя его методы слишком жестокими, Папа издал приказ о смещении его с поста главного епископа. Меня отправили обратно в Эльдорию, и он последовал за мной.
Но, судя по моим расследованиям, Папа на словах не одобрял его идеи, а втайне отдал приказ переправлять детей в Ваню.
С тех пор в Эльдории каждый месяц стали пропадать дети.
А он втайне проводил всё новые и новые эксперименты.
По словам внедренного мной к нему шпиона, сейчас в его теле пробудилось уже пять Печатей Порядка.
Ровно через три дня, в следующем месяце, Хачибол намерен провернуть крупное дело: он собирается принести в жертву детей всего города-государства, чтобы пробудить шестую Печать Порядка.
Поэтому я и разыскал тебя, барышня Ния.
Когда он еще был посланником Церкви, именно он донес на твою сестру и отдал приказ сжечь ее на костре.
Ты должна знать это лучше меня.
Поэтому я уверен, что ты не откажешься от моего приглашения.
Даже несмотря на то, что это задание смертельно опасно, и шансы выжить мизерны. До наступления следующего месяца — убить Хачибола.
Генри говорил совершенно спокойно, хотя некоторые его слова звучали крайне неприятно.
Но Генри знал, как сильно Ния ненавидела Хачибола, и понимал, что ей всё равно, если он использует ее в своих целях.
И действительно, услышав это, багрово-красные глаза барышни Нии стали еще темнее, а голос прозвучал леденяще:
— Я поняла, Генри, спасибо, что дал мне этот шанс. Я убью его!
— Что ж, я знал, я всегда это знал. А теперь позволь мне рассказать тебе о его нынешних способностях пяти Печатей Порядка, — произнес Генри.
— Нет, прошу вас, извольте отказаться! — услышав это, Карменер больше не смог сдерживаться и подал голос.

Комментарии

Загрузка...