— Луковый суп?
Стоило этому аромату разлиться вокруг, как в голове Хайлина сама собой возникла мысль об этом кулинарном шедевре.
Французский луковый суп — великолепное блюдо французской кухни, невероятно вкусное. Но всё же... то, что готовит этот повар Шэнь Син, кажется ей...
Почему она не добавила пиво или белое вино?
К тому же, в луковом супе никогда не жарят лук так долго. Столь долгая обжарка — это верх ненормальности.
Но Хайлина, в конце концов, прекрасно знала это блюдо, знала технологию его приготовления, а значит, само собой, понимала и те процессы, которые происходят при обжарке лука.
Каждому известно, что при обжарке лук карамелизуется, то есть становится мягким и красновато-коричневым. Но что будет, если жарить его очень долго?
То есть, когда карамелизация и цвет доходят до крайности... разве он не превратится в уголь?
Нет, потому что в самом луке содержится очень много влаги. Значит, это просто ингредиент, судя по всему, всего лишь компонент для соуса, и тогда этот компонент...
Хайлина действительно была очарована этим ароматом. Профессиональный шеф-повар не должен позволять себе подобных отвлечений, поэтому она тут же одёрнула себя и сосредоточилась на собственном блюде.
Время истекло, овощное рагу уже можно было вынимать из духовки.
Дверца духовки открылась, явив миру овощное рагу. Правда, в этот момент, точно так же, как и с запечёнными баклажанами на противоположной стороне, сверху оно было накрыто фольгой. На этот раз Хайлина не стала спешить её снимать — вместо этого она лишь слегка приоткрыла небольшой уголок, вложила внутрь маленький листик тимьяна, после чего бросила взгляд на часы.
Извлечение французского овощного рагу из духовки ещё не означало завершения приготовления. Требовалось выждать ровно десять минут — полные десять минут, чтобы за счёт остаточного тепла сыр, покрывающий блюдо, претерпел последнее чудесное изменение, а сам жар позволил аромату тимьяна полностью слиться с остальными запахами. Время следовало выдерживать с абсолютной точностью: десять минут, ровно десять минут...
Ни секундой меньше, ни секундой больше. Как только стрелка её наружных часов достигла нужной отметки, Хайлина наконец сорвала фольгу с овощного рагу!
— Ох!
— Что... что это за запах?!
— Я... я никогда в жизни не чувствовал ничего подобного! Почему он такой изысканно-необычный? Почему?!
— Я могу разобрать по запаху: здесь есть сыр, тимьян, баклажаны, цукини, помидоры, лук и чеснок...
— Да заткнись ты! И так понятно, что в этом блюде есть, все же видели, без тебя бы не догадались?!
— Но почему от их сочетания возникает какое-то совершенно неописуемое чувство?
Студентам Университета Дунхай сегодня выпало поистине великое счастье: сперва их едва не свели с ума те ароматы жареного лука, а теперь, когда это овощное рагу было полностью готово, исходивший от него мощный, необъяснимый экзотический запах снова погрузил всех в состояние полного блаженства.
Слюнки во рту текли всё обильнее, до чего же хотелось попробовать, очень хотелось, безумно хотелось...
Однако, поскольку это была французская кухня, в самом конце требовалось провести процедуру сервировки, что тоже имело важнейшее значение, поэтому Хайлина вновь со всем сосредоточением погрузилась в работу над своим блюдом.
Но именно в этот момент!
— Ой!
Одна из девушек, облачённая в костюм чёрного дворецкого, вдруг испуганно вскрикнула.
— Что случилось?
— И правда, чего это она?
— Это же Чэн Аньань, глава Кулинарного клуба? С чего это она вдруг такая нервная?
Многие студенты выразили негодование. В конце концов, все с наслаждением наблюдали за тем, как прекрасная золотоволосая шеф-повар сосредоточенно колдует над едой — одна лишь её красота стоила того, чтобы любоваться ею.
Тем не менее, этот возглас привлек всеобщее внимание, и в особенности — внимание Чжу Сяомэй.
— Это... уже финал?
Чжу Сяомэй перевела взгляд: запечённые баклажаны сестрицы Шэнь Син тоже подошли к финальной черте.
Шэнь Син, а точнее — Ло Син, в этот момент был предельно сосредоточен.
Он только что закончил то, чем занимался всё это время — жарку лука. Единственное, что доводило Ло Сина до белого каления и заставляло едва ли не ругаться матом, так это та самая Чэн Аньань, которая только что возьми да и завопий. С чего бы это тебе так удивляться, а?
Что там вообще произошло?
Впрочем, Ло Сина это мало волновало, ведь происходящее было неизбежным этапом. А теперь...
Тук-тук-тук... Раздался частый, мелкий стук. Тот самый кухонный нож, идеально повторяющий изгибы ладони, мелькал с такой скоростью, что превратился в сплошные световые всплески. Чеснок, красный перец, зелёный лук и кинза в мгновение ока превратились в мельчайшую крошку, которая при этом аккуратно лежала отдельными чёткими кучками, не смешиваясь друг с другом.
А следом настал черёд завершающего аккорда этого блюда: Ло Син разорвал фольгу, в которую был завёрнут баклажан.
Печёный баклажан — это действительно был печёный баклажан, безо всяких неожиданностей. Многим студентам, часто ходившим посидеть в шашлычные под открытым небом, это блюдо было до боли знакомо, честно говоря, оно казалось донельзя обычным.
И тем не менее, свежий аромат запечённого баклажана тут же разлетелся во все стороны, заставив многих студентов заявить:
— Если эта красотка в костюме горничной откроет свой лоток с барбекю, она озолотится!
— Ещё бы! И даже не обязательно готовить так уж идеально — даже если бы выходило паршиво, одни только её прикид, личико, фигурка и ноги длинной больше метра гарантировали бы бешеные барыши!
— Ну вы и говорите, будто у человека совсем нет таланта и она зарабатывает исключительно за счёт внешности!
Мнения студентов, по правде говоря, не были лишены смысла.
Но!
Ло Син внезапно взмахнул тем самым идеально ложащимся в руку ножом. Вспыхнул холодный блеск, и на пухлом боку баклажана образовался разрез. Этот разрез начал зловеще расширяться, расширяться и ещё раз расширяться... пока по своей форме не стал напоминать морское ушко.
Обнажилась уже идеально пропечённая, нежная мякоть зеленоватого цвета.
Стоит признать, в этот самый миг некоторые парни испытали лёгкое разочарование: почему же мякоть не розовато-нежная?
Сначала на неё сверху щедро сыпанули мелко нарезанный красный перец, затем зелёный лук, а после этого — уже не просто посыпали, а положили увесистую горку белой чесночной кашицы.
Эти детали заставили глаза Чжу Сяомэй ярко заблестеть, в её сердце родилось какое-то смутное предвкушение... Когда она пробовала то блюдо из помидоров с яйцом, приготовленное сестрицей, ощущения были точно такими же.
Ло Син совершенно не обращал внимания на окружающих, сейчас он был полностью погружен в процесс: он капнул соевым соусом прямо на эту белую чесночную горку, а затем настал самый ключевой момент!
Ш-ш-шх! Густой желтоватый соус щедро полился на запечённый баклажан, причём точно в цель — прямо на центр чесночной шапочки.
В тот же миг аромат взметнулся с новой силой!
— О боже мой! Что это за запах?!
— Этот запах просто... я, я... так хочу это съесть!
— Погодите-ка, всё, не могу, слюнки рекой!
— Словно вода сливается с молоком! — столь удачное выражение одного из парней привлекло к нему немало взглядов.
Аромат был поистине потрясающим — невероятным, завораживающим. И что самое удивительное, каждый мог безошибочно узнать источник этого запаха.
Лук! Это был лук!
Но самого лука и след простыл, он исчез полностью. На баклажане не осталось ни единого намёка на луковые кусочки — виднелась лишь та самая ложка политого соуса.
Так почему же ранее закричала Чэн Аньань?
Да потому что она воочию увидела, как лук растворился без следа.
Однако на этом запечённый баклажан ещё не был полностью готов: напоследок Ло Син присыпал его чёрным перцем и крупной солью, после чего последовал ещё один важнейший штрих.
Одна капля устричного соуса из свежих гребешков...
— Отлично! Блюда с обеих сторон готовы в пределах установленного времени!

Комментарии

Загрузка...